Минюст прекратил работу по законопроекту «о первых свиданиях»

Минюст не будет продолжать работу над законопроектом, которой должен был решить проблему предоставления адвокатам первых свиданий с подзащитными, попавшими в СИЗО. Ранее ведомство подготовило соответствующие поправки в Закон о содержании под стражей. Однако в итоге к законопроекту «были высказаны концептуальные замечания, препятствующие дальнейшей работе над ним», сообщила пресс-служба ведомства в ответ на запрос «Улицы».

Напомним, в конце прошлого года был опубликован правительственный план законопроектной деятельности. Среди прочего кабинет министров поручил в течение 2020 года разработать поправки в Закон о содержании под стражей, чтобы решить проблему «беспрепятственного предоставления подозреваемым и обвиняемым с момента их фактического задержания свидания с адвокатом».

Тогда источник в Минюсте рассказывал «Улице», что основная причина внесения поправок – необходимость урегулировать порядок предоставления адвокату первого свидания. Только на нём защитник официально получает согласие подозреваемого или обвиняемого на оказание юридической помощи. При этом сейчас Закон о содержании под стражей относит адвокатов, не вступивших в дело, к «иным лицам» (так указано в п. 3 ст. 18). А встречи «иных лиц» с подозреваемым или обвиняемым возможны лишь на основании разрешения лица или органа, в чьём производстве находится уголовное дело – то есть следователя или суда. Между тем, по УПК защитник имеет право на свидание с доверителем при наличии у него ордера и удостоверения, поэтому требование к защитнику предъявить разрешение следователя или суда – незаконно.

В январе Минюст сообщил «Улице», что уже разработал проект поправок, решающих эту проблему. Их предлагалось внести в статьи 18 и 20 Закона о содержании под стражей. Изменения затрагивали «порядок и основания предоставления свиданий адвокату, не вступившему в уголовное дело, с лицом, заключённым под стражу», говорило тогда ведомство. Содержание изменений Минюст разглашать не стал, но сам проект планировалось внести на рассмотрение Госдумы в ноябре этого года.

В течение всего года «Адвокатская улица» неоднократно писала о случаях, когда сотрудники ФСИН незаконно требовали у адвокатов разрешения следователя или суда на первое посещение подзащитного в СИЗО. Так, в апреле 2020 года под этим предлогом защитников не пускали в СИЗО-1 Иркутска к фигурантам громкого дела о бунте в колонии. В июне «Улица» рассказала историю адвоката Сергея Карташова, которому с таким же обоснованием не предоставляли свидание с доверителем в СИЗО-1 Калуги. С октября по этой же причине адвокат Дмитрий Мыльцын не может попасть на свидание с физиком Александром Луканиным, который содержится в «Лефортово». В ноябре адвокаты сообщили «АУ» об аналогичном требовании сотрудников «Бутырки».

В ноябре, когда законопроект Минюста, решающий эту проблему, уже должен был быть в Думе, «Улица» отправила запрос в пресс-службу ведомства. Редакция попросила рассказать, на какой законотворческой стадии находится инициатива, – и поинтересовалась, и можно ли получить текст разработанных поправок.

Минюст в ответе сообщил, что законопроект уже публиковался для общественного обсуждения на regulation.gov.ru в 2018 году. Правда, самого текста в паспорте инициативы нет. Тогда, по сообщению «Адвокатской газеты», на предложенные поправки поступили отрицательные отзывы силовых ведомств, поэтому они так и не были приняты.

Говоря о текущей судьбе проекта, ведомство рассказало, что он направлялся на согласование в МВД, Минфин, Следственный комитет, Генеральную прокуратуру, ФТС, ФСБ, ФСИН, Институт законодательства и сравнительного правоведения и ФПА. «На законопроект были высказаны концептуальные замечания, препятствующие дальнейшей работе над ним, – сообщил Минюст. – В связи с этим до выработки согласованной позиции по концепции проекта федерального закона комментирование его содержания представляется преждевременным». В Минюсте не пояснили, какие именно ведомства и организации были против поправок.

«Улица» попыталась получить комментарий ФСИН, однако там не ответили на запрос. В АП Москвы, на территории которой чаще всего происходят подобные нарушения прав адвокатов, отказались комментировать проблему; в ФПА также не стали отвечать на вопросы «АУ».