Оригинал материала
Кирилл и Катя: любовь, разлука, офшоры и неограниченный ресурс. История самой тайной пары России
Иллюстрация: Наталья ЯмщиковаКирилл и Катя: любовь, разлука, офшоры и неограниченный ресурс. История самой тайной пары России
Журналисты «Важных историй» изучили переписку зятя и дочери Владимира Путина и узнали, как члены семьи президента зарабатывали сотни миллионов долларов из воздуха, тратили состояние на роскошный быт за границей и использовали свои связи с высшим руководством России
В январе 2019 года Трой Хант, специалист по кибербезопасности из Австралии, обнаружил на одном из хакерских форумов нечто, поразившее даже его — человека, давно охотящегося за украденными данными пользователей. Хант — «кибер-Робин Гуд»: много лет он следит за форумами киберпреступников и покупает базы с данными взломанных аккаунтов — не для того, чтобы на этом заработать, а чтобы предупредить жертв о грозящей им опасности. Он даже создал сайт, где каждый может проверить, не публиковался ли адрес его электронной почты или пароль в каких-либо утечках.
Но в тот день Хант наткнулся на архив, поразивший его своими размерами. В обнаруженной им базе данных он насчитал 773 миллиона имейл-адресов и 21 миллион паролей. Продавец этого архива назвал его «Коллекцией № 1». О находке Ханта написали многие мировые СМИ, назвав ее самой крупной из когда-либо публиковавшихся баз взломанных аккаунтов.
И кто бы мог предположить, что в огромной «Коллекции № 1», случайно обнаруженной «кибер-Робин Гудом» из Австралии, среди сотен миллионов имейлов найдется один, принадлежащий человеку, которого смело можно назвать носителем одной из главных тайн России.
Этот человек не работает в Министерстве обороны, не занимается разработкой секретного оружия и не вербует сотрудников иностранных разведок. Он — бизнесмен из Санкт-Петербурга, о котором большинство россиян вряд ли когда-либо слышали. И хотя в 32 года он стал самым молодым долларовым миллиардером в стране, не этот факт в его биографии должен привлекать к нему внимание.
Человек, о котором пойдет речь ниже, посвящен в ту тайну России, что охраняется не хуже секретных объектов с ядерными ракетами, — в тайну семьи Владимира Путина и секретных офшорных сделок родственников президента на сотни миллионов долларов.
Откуда этот человек так много знает о семье Владимира Путина и ее бизнесе? Все просто: на протяжении нескольких лет он сам был членом первой семьи России. Его зовут Кирилл Шамалов, и он был женат на младшей дочери Владимира Путина, Катерине Тихоновой.
Часть I
Анонимный источник
Вопросы этики
Знакомство с героем
«Новые питерские»
Анонимный источник
В начале 2020 года репортеры «Важных историй» получили доступ к архиву электронной почты Кирилла Шамалова. Эти документы журналистам предоставил анонимный источник, который, скорее всего, получил доступ к почте Шамалова, воспользовавшись данными из «Коллекции № 1». Мы не знаем его (или ее) имя и мотивы. Он лишь написал, что предлагал этот же архив другим российским СМИ, но все из них, по его словам, отказались даже ознакомиться с документами. Источник поставил перед нами лишь одно условие — не использовать медицинские данные.
Он также сообщил, что предупредил Кирилла Шамалова о том, что у него «утащили почту». И это было не первое предупреждение для Шамалова. Еще в июне 2019 года, то есть спустя полгода после того, как Трой Хант обнаружил «Коллекцию № 1», Шамалову пришло электронное письмо от немецкого института Хассо Платнера (он входит в Потсдамский университет и изучает, в частности, проблемы кибербезопасности). В письме сообщалось, что пароль от его имейла нашелся в «Коллекции № 1», а значит доступ к почте может получить любой желающий. Шамалов, видимо, не понял, о чем идет речь, и переслал это письмо своему помощнику с вопросом: «Что это?»
В архиве, переданном анонимным источником, более 10 тысяч писем, они охватывают период с 2003 по 2020 год. На протяжении почти года мы занимались не только изучением документов, но и их верификацией. Мы проверяли заголовки писем, чтобы убедиться, что они были отправлены с реальных адресов, разговаривали с некоторыми отправителями, чтобы удостовериться в том, что это действительно их письма, а также сверялись с данными из открытых источников: реестров компаний и недвижимости, соцсетей и многих других.
Техническую помощь в структурировании и индексировании документов нам оказали разработчики и дата-журналисты The Organized Crime and Corruption Reporting Project (OCCRP).
Вопросы этики
Прежде чем перейти к рассказу о том, что нам удалось обнаружить в письмах Шамалова, стоит немного поговорить об этической проблеме этого расследования.
Журналистам во всем мире часто приходится работать с утечками от анонимных источников. С одной стороны, у документов может быть сомнительное происхождение: например, они могут быть украдены в результате хакерской атаки (как в этом случае или, например, в случае многих расследований WikiLeaks). С другой стороны, они могут представлять большую общественную значимость — и тогда журналисты обязаны их публиковать. Истории известны случаи, когда опубликованные в СМИ документы от анонимных источников способствовали прекращению войн (например, войны во Вьетнаме), приводили к отставке президентов (как в случае с президентом США Ричардом Никсоном в 1972 году) или к серьезным глобальным реформам (как случилось после публикации «Панамского архива» в 2016 году).
Иллюстрация: Наталья ЯмщиковаИ в этом смысле архив писем Кирилла Шамалова представляет безусловный общественный интерес. В его письмах есть сведения о том, что:
Шамалов вместе с дочерью Владимира Путина тратил сотни миллионов рублей и миллионы евро на обустройство роскошного быта в России и во Франции в то время, как президент России запретил элитам владеть зарубежными активами и не переставал пугать рядовых граждан «атаками Запада».
Вскоре после женитьбы на дочери президента Шамалов стал самым молодым долларовым миллиардером страны; он за бесценок — в миллионы раз дешевле рыночной стоимости — скупал акции крупнейшей нефтехимической компании России.
Зять президента мог использовать свое высокое положение и знакомства с самыми высокопоставленными чиновниками России для продвижения собственных интересов и интересов своих партнеров по бизнесу.
Журналисты «Важных историй» уже много раз участвовали в расследованиях (в том числе международных), основанных на взломанной переписке. В одном случае герой даже пытался через суд запретить публикацию текста. Однако российский суд встал на сторону журналистов, посчитав, что публикация взломанной переписки, если в ней содержатся важные для общества сведения, — законна.
Кроме того, принимая решение о публикации этого расследования, мы учитывали мнение и бывшего тестя Кирилла Шамалова — Владимира Путина. В 2016 году он высказывался об этической проблеме обнародования украденной у пользователей информации, и позиция президента России на этот счет совпадает с подходом журналистов. «Послушайте, разве имеет какое-то значение, кто взломал эти данные? Важно, что эта информация стала публичной. Не нужно отвлекать общественное внимание от сути проблемы, поднимая несущественные вопросы, связанные с поиском тех, кто это сделал», — говорил Путин в интервью агентству Bloomberg по поводу взлома киберпреступниками, работавшими на военную разведку России, имейлов членов Демократической партии США.
И чтобы дальше не «отвлекать общественное внимание от сути проблемы», перейдем к рассказу о бывшем зяте президента России.
Поддержите тех, кто не боится писать о семье президента и ее офшорных сделкахВаше пожертвование позволит нам и дальше расследовать самые важные и опасные темы в РоссииПоддержите «Важные истории»Сын друга Путина
Кирилл Шамалов — сын Николая Шамалова, одного из давних и самых близких друзей Владимира Путина. Шамалов-старший входил в круг тех немногих людей, которых президент приглашал на свой день рождения. В середине 1990-х годов Шамалов и Путин были соучредителями знаменитого дачного кооператива «Озеро» в Приозерском районе Ленинградской области. После того как Владимир Путин стал президентом, почти все его соседи по даче получили высокие посты в государстве или госкомпаниях.
Имя Николая Шамалова стало широко известно в 2010 году, когда его бывший партнер по бизнесу Сергей Колесников опубликовал открытое письмо к тогдашнему президенту Дмитрию Медведеву о строительстве «дворца для Путина» стоимостью свыше миллиарда долларов в поселке Прасковеевка под Геленджиком.
«[В начале 2000 года] Шамалов сказал, что Путин вызвал его к себе домой для обсуждения некой деловой возможности, связанной с тем, что он, Путин, стал президентом, — писал Колесников. — Как позднее объяснил Шамалов, условием финансирования этих контрактов Путин сделал перевод 35 % от суммы контракта на зарубежные счета. Нам было сказано, что эти контракты будут финансироваться олигархами, готовыми делать благотворительные взносы, чтобы помочь новому президенту».
В итоге, по словам Колесникова (и судя по предоставленным им договорам), крупнейшие бизнесмены России, в числе которых были Роман Абрамович и Алексей Мордашов, перечислили около 400 миллионов долларов. Часть этих средств затем действительно оказалась на счетах офшорных компаний на Британских Виргинских островах, в Панаме и Лихтенштейне. Из этих офшоров затем, в частности, финансировалось строительство того самого «дворца Путина» в Прасковеевке.
Со временем между Колесниковым и Шамаловым произошел конфликт, и Колесников был вынужден уехать из России. Его письмо к президенту Медведеву стало одним из главных политических и коррупционных скандалов не только 2010 года, но и всего десятилетия. Но несмотря на то, что слова Колесникова подтверждались многими документами и скрытыми записями переговоров, в которых он участвовал, никакой официальной реакции на его письмо не последовало.
Сегодня Николай Шамалов (в 2020 году ему исполнилось 70 лет), как говорят его знакомые, отошел от активных дел и проводит много времени на охоте. Но его дело продолжают сыновья. Старший, Юрий, уже более 15 лет возглавляет один из крупнейших негосударственных пенсионных фондов России «Газфонд» (размер его пенсионных резервов на 2019 год превысил 436 миллиардов рублей). Но еще более впечатляющую карьеру сделал младший сын Кирилл.
Знакомство с героем
Буквально второе же письмо в папке «Входящие» Кирилла Шамалова позволяет нам получше познакомиться с главным героем — на тот момент студентом последнего курса юрфака Санкт-Петербургского государственного университета (СПбГУ).
4 июня 2004 года Шамалов получил письмо от своего однокурсника Яна Пискунова:
«Батенька, все оформим в лучшем виде! Будэт конфетка. Главное поговори по организации процесса. Во вторник утром пришлю Тебе речь. Рецензию заберу сегодня или в понедельник, и на неделе подготовим ответы на вопросы и замечания рецензента. Был очень рад Тебя наконец-то видеть. Отдыхай и не торопись» (здесь и далее пунктуация и орфография — как в оригинальных письмах — Прим. ред.).
Судя по контексту предыдущей переписки, речь идет о защите дипломной работы Шамалова и о тексте его выступления перед аттестационной комиссией. В письмах однокурсники в шутку называют друг друга именами известных академиков: Пискунов зовет Шамалова академиком Наметкиным (так звали российского и советского химика-органика), а Шамалов Пискунова — академиком Луначарским (так звали первого народного комиссара просвещения РСФСР).
9 июня 2004 года Пискунов пишет Шамалову:
«Здорово Шамалов:)!
Проект выступления акад. Наметкина прилагается. Его надо обсудить etc. Речь Гуцу я не использовал, т.к. не понадобилась:) и чтобы не *** (не пустословил — Прим. ред.) потом никто.
Примерные ответы на вопросы Никифора тоже уже готовы, но сначала Тебе надо посмотреть рецензию».
К этому письму Пискунов приложил файл для Шамалова — текст выступления перед аттестационной комиссией.
После окончания юрфака СПбГУ Ян Пискунов сделал карьеру, которой позавидовал бы любой студент России. К 25 годам, то есть вскоре после выпуска из вуза, он стал заместителем генерального директора и начальником юридического управления самого крупного медиахолдинга страны — «Газпром-Медиа»: в него входят телеканалы НТВ, ТНТ, «Матч ТВ», радиостанции «Эхо Москвы», «Авторадио», «Юмор ФМ».
«Газпром-Медиа» принадлежит Газпромбанку, в совет директоров которого уже много лет входит старший брат Кирилла Шамалова Юрий (он же состоит в совете директоров медиахолдинга). Юрий Шамалов не ответил на вопросы «Важных историй».
Подписывайтесь на «Важные истории»Чтобы не пропустить расследования о семье президента и других высших чиновниках России«Новые питерские»
Архив почты Кирилла Шамалова представляет большую общественную значимость не только потому, что в нем можно найти неизвестные подробности важнейших экономических сделок (о чем мы поговорим ниже) или каких-то государственных решений — этот архив ценен и с культурологической точки зрения. Он представляет собой своеобразное описание быта и традиций русской элиты XXI века в ею же написанных письмах.
Русская элита сегодня — это в том числе дети тех, кого в СМИ и в народе называют «питерскими», то есть многочисленных соседей по даче, спарринг-партнеров по дзюдо, массажистов и коллег Владимира Путина по питерской мэрии, которые в начале 2000-х заняли ключевые посты в стране. Но с тех пор прошло больше 20 лет, «питерские» постарели и им на смену пришли их дети и внуки — «новые питерские».
Любопытно, что в архиве Шамалова есть несколько писем, где он и его друзья — вчерашние выпускники юрфака СПбГУ, но уже с должностями в правительстве, госкомпаниях и крупном бизнесе — рассуждают, как приедут в Москву («Столицу Победившей Толерантности и Мультикультурности», шутят они), сильно изменившуюся с тех пор, как ее 20 лет назад покорили их отцы.
Заняв вслед за родителями ключевые посты в стране, «новые питерские» унаследовали и их методы управления. В архиве Кирилла Шамалова этому есть подтверждения.
Например, в сентябре 2009 года один из знакомых Шамалова обратился к нему с необычной просьбой. К своему письму он приложил справку об арбитражном споре между внуковским и домодедовским аэропортами. Судя по справке, аэропорт «Домодедово» взыскал в суде с аэропорта «Внуково» более 350 миллионов рублей. По мнению просителя, суды приняли это решение якобы «под давлением Руководителя секретариата Председателя Высшего Арбитражного суда РФ Дмитрия Плешкова» (цитата из письма), который якобы «действует по поручению члена Правления «Газпром-Медиа Холдинг» Пискунова Яна Борисовича» (тоже цитата). Свое обращение к Шамалову проситель закончил предельно ясной просьбой: «Вопрос: возможно ли изменить позицию Пискунова и Плешкова в сторону аэропорта Внуково, либо нейтрализовать их деятельность?»
Ян Пискунов — тот самый однокурсник Шамалова, помогавший ему с защитой дипломной работы. А Дмитрий Плешков — еще один видный представитель «новых питерских». В 23 года он стал руководителем секретариата председателя Высшего арбитражного суда, Антона Иванова. Такой карьерный взлет в столь раннем возрасте не мог не привлечь к себе внимание.
После новости о назначении Плешкова несколько депутатов Госдумы написали письмо Антону Иванову, где высказали сомнения по поводу профессиональной компетенции нового руководителя его секретариата. «Говорят, что Плешков входил в число любимых учеников Иванова на юридическом факультете Санкт-Петербургского Государственного Университета, более того, Иванов основал сигарный клуб, в который приглашал, наиболее талантливых, подающих надежды юристов и в этом сигарном клубе одним из главных завсегдатаев и звездой был именно Дмитрий Плешков», — объяснял это назначение политолог Станислав Белковский в интервью «Бизнес ФМ».
Но обращения депутатов ни на что не повлияли, и Дмитрий Плешков остался руководить секретариатом Иванова, а в 27 лет уже был назначен председателем арбитражного суда Московской области — одного из самых важных в стране. Так он стал самым молодым руководителем суда в России. Как сообщала «Газета.Ru», Плешков получил эту должность, не имея судейского опыта. В 2013 году он был переведен в арбитражный суд Самарской области, откуда в 2015-м ушел в отставку после того, как попал в очередной скандал, — его не пустили на борт самолета в аэропорту «Внуково» из-за сильного алкогольного опьянения.
В архиве писем Кирилла Шамалова нет доказательств тому, что будущий зять президента России обращался к своему однокурснику Пискунову или его знакомому Плешкову с просьбой вмешаться в спор между двумя аэропортами. Однако спустя месяц после того, как Шамалова попросили повлиять на решение судей, Федеральный арбитражный суд Московского округа отменил решения первой и апелляционной инстанций о взыскании 352 миллионов рублей с аэропорта «Внуково». То есть случилось ровно то, о чем просил в письме его знакомый.
В 2009 году Шамалову было всего 27 лет. Но он уже стал вице-президентом по административной поддержке бизнеса крупнейшей нефтехимической компании России, «Сибура», успев до этого поработать в «Газпроме», «Рособоронэкспорте» (главном экспортере российского оружия), Газпромбанке и Аппарате Правительства России.
Впрочем, главный взлет в его карьере случился позже. В 2014 году Шамалов приобрел 17 % «Сибура» (доведя свой пакет в компании до более чем 21 %) за почти 80 миллиардов рублей. В результате сделки Шамалов сразу попал в список богатейших людей России по версии журнала Forbes, став самым молодым долларовым миллиардером страны. На тот момент ему было всего 32 года.
Но этому предшествовало еще более знаменательное событие. Как писало международное агентство Reuters, в 2013 году Шамалов женился на главе фонда «Иннопрактика» Катерине Тихоновой. На сегодняшний день в СМИ опубликовано много доказательств тому, что она — младшая дочь Владимира Путина, однако Кремль уже много лет отказывается подтверждать это родство.
Архив почты Кирилла Шамалова не оставляет сомнений как в том, что Тихонова — дочь президента России (по соображениям ее безопасности мы не публикуем ее личные документы), так и в том, что в феврале 2013 года она вышла замуж за Шамалова. Об этом говорят их письма друг другу и фотографии со свадьбы, которые никогда и нигде раньше не публиковались (их вы увидите ниже).
Скорее всего, мы не стали бы затрагивать этот эпизод их частной жизни (хотя насколько частной может быть жизнь президента и его семьи — вопрос дискуссионный), если бы не одно «но»: в письмах Шамалова есть сведения о том, что после свадьбы его офшорная компания купила пакет акций «Сибура» стоимостью 380 миллионов долларов всего за 100 долларов — то есть в 3,8 миллиона раз дешевле их рыночной цены.
И, судя по хронологии, эти две невероятные удачи в жизни молодого бизнесмена — женитьба на дочери президента и покупка за бесценок акций крупнейшей нефтехимической компании России — могли быть связаны.
Часть II
Знакомство с дочерью президента
Особняки на Рублевке и в Биаррице
Свадьба
Знакомство с дочерью президента
В архиве писем Кирилла Шамалова нет информации, когда и как он познакомился с Катериной Тихоновой. Мы можем судить об этом только по косвенным признакам, и они указывают на то, что Шамалов был знаком с президентской семьей с детства.
Например, в марте 2010 года он отправил письмо Йорриту Фаассену с приглашением на бал в Монако. Фаассен — гражданин Нидерландов и муж старшей дочери Владимира Путина Марии Воронцовой.
Несмотря на то, что Кремль не подтверждает родство президента с Воронцовой, в СМИ опубликовано достаточно доказательств на этот счет (например, в журнале The New Times).
Воронцова окончила факультет фундаментальной медицины МГУ. Как выяснила русская служба BBC, в прошлом году она стала одним из акционеров «Новой медицинской компании», которая отвечает за строительство многофункционального медицинского комплекса в Ленинградской области стоимостью около 40 миллиардов рублей.
Но знакомство Шамалова с Катериной Тихоновой произошло даже раньше 2010 года. На это указывает письмо одного из организаторов их свадьбы:
«Кирилл, Катерина,
Во время Ледового шоу за сценической конструкцией будет установлен экран для трансляции видеоряда, поддерживающего номера на льду, также в некоторых номерах будет организован прямой эфир, происходящего на сцене (например, Ваш танец).
Для видеоряда нам необходимо:
1. Ваши совместные фотографии 2012-2013 года („свежие“)
2. Детские фото — отдельно, вместе...
<...>
5. Кирилл, — какой у Вас был телефон в 2003/2004 году — когда Вы позвонили Катерине?
6. Катерина, нам хотелось бы получить фрагменты видео Ваших выступлений? Возможно есть с того знакового чемпионата мира в Мюнхене, когда Кирилл просидел с Вами 11 часов (Тихонова профессионально занималась акробатическим рок-н-роллом — Прим. ред.)? Или то, что готовы показать (помню, что среди гостей есть конкуренты)»
Судя по этому письму, Шамалов и Тихонова были знакомы с детства и продолжали общаться в юности. Когда их знакомство переросло в роман, мы не знаем, но в 2012 году они уже вовсю занимались обустройством роскошного совместного быта в России и во Франции.
Особняки на Рублевке и в Биаррице
2 июня 2012 года Шамалов получил письмо от женщины, которая отвечала за перестройку и обустройство дома для молодой пары в поселке Усово на Рублевке — одном из самых дорогих мест в России. Этот дом находится поблизости с резиденцией президента России в Ново-Огареве.
«Уважаемый Кирилл, здесь представлены фотографии предметов, которые выбрала Катя для вашего сада. Все есть на складе в Италии (мы получили подтверждение). Для запуска этого заказа в работу необходимо сделать предоплату в размере 60 % от указанной суммы», — писала ответственная за перестройку.
К этому письму был приложен список предметов для обустройства небольшого уличного шатра: стол, диван, пара кресел, тканевый занавес — на общую сумму 53 тысячи евро (почти 1,8 миллиона рублей по тогдашнему курсу).
Шамалов переслал это письмо Катерине Тихоновой с комментарием:
«Мне нравиться, возражений нет. Твое мнение?»
Через два дня, 4 июня, Тихонова прислала Шамалову список книг на японском языке для их домашней библиотеки в Усове (как говорил ректор МГУ Виктор Садовничий, Тихонова в 2009 году окончила Институт стран Азии и Африки МГУ и стала специалистом по Японии). Их общая стоимость, судя по списку, была больше 7,7 тысяч долларов (почти 300 тысяч рублей). Но это не самая дорогая покупка для библиотеки дочери Владимира Путина. Например, ковер стоил 54,3 тысячи евро, или 2,2 миллиона рублей по тогдашнему курсу (за такую цену можно купить квартиру во многих городах России).
Люди, отвечавшие за перестройку дома в Усове, постоянно присылали Шамалову отчеты о ходе строительства и о том, какую мебель и оборудование они приобрели. Благодаря этим подробным таблицам с датами, ценами и описанием каждой позиции, мы можем судить о том, во сколько молодой паре мог обойтись дом.
Общие затраты на перестройку, мебель и оборудование составили почти 9 миллионов евро. Если добавить к этой сумме стоимость земельного участка и самого дома, то общая цена особняка могла составить около 15–17 миллионов евро, или примерно 630–710 миллионов рублей. В таблице ниже — подборка 10 наиболее интересных позиций из отчетов об обустройстве дома.
Дом в Усове был не единственным объектом дорогой недвижимости Кирилла Шамалова и Катерины Тихоновой. Одновременно с перестройкой особняка в Подмосковье они занимались обустройством небольшого замка во Франции.
В октябре 2012 года Шамалов через свою компанию в Монако под названием Alta Mira приобрел дом в городке Биарриц. Этот особняк раньше принадлежал семье Геннадия Тимченко, давнего друга Владимира Путина и одного из главных экспортеров российской нефти. Судя по документам из почты Кирилла Шамалова, покупка дома во Франции обошлась ему в 4,5 миллиона евро, или 181 миллион рублей по тогдашнему курсу.
Биарриц и его окрестности можно считать зарубежным центром отдыха семьи Владимира Путина. Как выяснил OCCRP, в 2013 году неподалеку от замка Кирилла Шамалова приобрел виллу другой гражданин России — Артур Очеретный. Он — муж Людмилы Путиной, бывшей супруги президента России. Путины публично объявили о своем разводе в 2013 году, а в 2016-м издание «Собеседник» обнаружило, что Путина в документах на свою квартиру в Санкт-Петербурге сменила фамилию на Очеретную.
В почте Кирилла Шамалова есть письма от Артура Очеретного. Более того, в декабре 2013 года Шамалов выписал Очеретному доверенность на право представлять его интересы как собственника и застройщика дома в Усове.
На протяжении 2013–2014 годов дизайнеры занимались обустройством французской виллы Шамалова и Тихоновой. В том, что младшая дочь президента России собиралась пользоваться этим мини-замком, нет никаких сомнений: она принимала непосредственное участие в обсуждении интерьера особняка в Биаррице.
Например, 6 июля 2014 года дизайнер прислала Шамалову на согласование список мебели для террасы и сада. Среди них: софа за 8,5 тысяч евро, стол за 3,6 тысячи — и другая мебель на общую сумму 19 тысяч евро, или почти 890 тысяч рублей по тогдашнему курсу. Шамалов переслал это письмо Тихоновой, и она через два дня ответила:
«Так не делается. Скажи ей, чтобы прислала картинки ;) или хотя бы ссылки на сайт, где можно посмотреть картинки )».
В то время как зять президента России владел акциями офшорных компаний, открывал счета за границей, покупал недвижимость в стране НАТО, Владимир Путин запускал процесс «национализации элит» в России. В 2013 году, как раз в то время когда Шамалов и Тихонова вовсю занимались обустройством своего французского мини-замка, Путин внес в Госдуму законопроект о запрете для чиновников и руководителей госкомпаний открывать счета и хранить деньги за границей, а также владеть иностранными ценными бумагами. Запрет распространялся на жен и несовершеннолетних детей. В пояснительной записке к законопроекту говорилось, что его принятие необходимо для «обеспечения национальной безопасности».
Роскошный дом Шамалова и Тихоновой в Усове также вряд ли мог понравиться Путину. В 2016 году, отвечая на вопрос журналистки издания Znak.com о нескромном образе жизни руководителей российских госкомпаний, президент сказал: «В отношении строительства нашими представителями бизнеса, в том числе предприятий с госучастием, таких вызывающих по внешнему виду объектов недвижимости — я согласен с вами: поскромнее надо быть. Вы правы. Я много раз им об этом говорил. И надеюсь, что они услышат. <...> Нужно понимать, в какой стране мы живем, и не раздражать людей».
Свадьба
Свадьба с Катериной Тихоновой впервые упоминается в почте Кирилла Шамалова 7 сентября 2012 года. В этот день он получил письмо от женщины, которая занималась организацией их праздника:
«Хочу поблагодарить Вас и Екатерину за приятное знакомство и проведенную встречу. По ее итогам мы подготовили краткое резюме, в котором отражены основные вопросы, которые мы обсуждали на встрече (в приложении)».
Иллюстрация: Наталья ЯмщиковаК этому письму был приложен краткий план свадьбы на горнолыжном курорте «Игора» в Ленинградской области. Изначально мероприятие было намечено на январь 2013 года, однако позже его перенесли на 23–25 февраля.
В конце января Шамалов начал рассылать своим друзьям приглашения на свадьбу с подробным описанием дресс-кода:
«23 февраля. Мужской стиль: Cocktail в русском стиле: бархатный пиджак, к костюму шейный платок, рубашка с воротником стойкой. Женский стиль: Cocktail в русском стиле: платья, юбки, сарафаны пастельных оттенков в пол, косы, косынки;
24 февраля: Мужской стиль: Creative Black Tie в русском стиле: смокинг и бабочка могут быть цветными. Женский стиль: Creative Black Tie в русском стиле: вечернее платье А-образного силуэта, прическа с кокошником-тиарой;
25 февраля: Мужской стиль: Casual chic в русском стиле: мягкий костюм с поло, водолазкой или свитером. Женский стиль: юбка — колокол в пол, свитер тонкой вязки».
Жених и невеста пригласили на свой праздник в общей сложности около 100 человек. В длинном списке гостей не было родителей Катерины Тихоновой — президента и его жены (на тот момент они еще официально не объявили о разводе). Однако их отсутствие в списке может объясняться соображениями безопасности, за которую на мероприятии отвечали шесть сотрудников Службы безопасности президента России (СБП). Для них молодожены даже арендовали отдельный домик.
Среди гостей Катерины Тихоновой было много людей из-за границы: из Германии, Италии, Сербии. Некоторые из них — ее коллеги по акробатическому рок-н-роллу. Были и другие интересные приглашенные:
1 февраля 2013 года Шамалову прислали итоговый сценарий трехдневной свадьбы в неорусском стиле.
В первый день гости съезжались в «Игору», в коттеджах для каждого из них был накрыт «стол для „Русского чаепития“ с самоваром, традиционными сладостями и сдобой». На вечер этого же дня был намечен предсвадебный ужин.
Во второй день молодые должны были утром обвенчаться в церкви, а затем, согласно сценарию, для них и гостей устроили уличные гуляния под названием «Русский праздник на площади!».
«Городская праздничная площадь с картин Кустодиева – с избой, сценой, торговыми рядами, ледяными горками и каруселями, артистами и скоморохами <...> Приезд молодожeнов предваряет Скоморошья свадьба – прибытие и шествие по площади подсадных ряженых в жениха и невесту. Скоморохи готовят гостей к встрече, раздают овёс, пшено, мелкие денежки, чтобы осыпать молодоженов, а также маленькие колокольчики», — так гуляния описывались в сценарии.
На этот же день был запланирован и главный свадебный банкет.
В третий день гости собрались на прощальный обед перед отъездом, где Катерина Тихонова представила им свою любимую певицу Маргариту Позоян и ее группу Laya Bam Band.
Как большинство российских пар, Кирилл и Катерина попросили гостей скинуться им на подарок деньгами. «Мы планируем заказать индивидуальный свадебный чайно-столовый сервиз на 24 персоны производства Императорского фарфорового завода. В программе мероприятия будет выделено специальное время и место для сбора денежных средств в конвертах», — говорилось в открытке для гостей.
В свадебное путешествие молодожены отправились на остров Маврикий.
Часть III
Щедрый подарок
Поиск «приданого»
Покупка «Сибура»
Щедрый подарок
Кирилл Шамалов, судя по его письмам, владел офшорными компаниями и до женитьбы на Катерине Тихоновой, и после того, как стал зятем президента России. Большая часть этих фирм, которыми управляли юристы из нескольких стран мира, была зарегистрирована на подставных людей. Главным хранителем офшорных тайн Кирилла Шамалова и его отца, Николая, был Дарио Итем, посол маленького государства Антигуа и Барбуда, представляющий интересы своей страны в Испании, Монако и Лихтенштейне.
В июне 2013 года офшорная компания Кирилла Шамалова из Белиза, Kylsyth Investments Ltd, приобрела у другой офшорной компании с Британских Виргинских островов, Volyn Portfolio Corp., 38 тысяч акций еще одной офшорной компании с острова Гернси, Themis Holdings Ltd. На тот момент Themis Holdings Ltd была материнской компанией «Сибура». Иными словами, приобретя акции Themis Holdings Ltd, Шамалов автоматически стал владельцем 3,8 % «Сибура». До этой сделки он уже владел 0,5 % холдинга: таким образом, его совокупная доля в «Сибуре» составила 4,3 %.
Но самое интересное в этой серии сделок даже не то, что зять Владимира Путина, несмотря на затеянную президентом «национализацию элит», использовал экзотические офшоры для инвестиций в стратегическое российское предприятие, а то, сколько он заплатил за акции. Цена 3,8 % «Сибура» составила для него всего 100 долларов. При этом сам Шамалов в интервью газете «Коммерсантъ» оценивал весь «Сибур» в 10 миллиардов долларов. Таким образом, рыночная цена его пакета могла составить около 380 миллионов долларов (без учета скидки за неконтрольный характер) — или в 3,8 миллиона раз больше, чем за него заплатил зять президента России.
Пресс-служба «Сибура» передала «Важным историям» комментарий председателя правления компании Дмитрия Конова. «Сделки в 2013 году проходили в рамках одного из этапов запущенной акционерами в 2011 году программы дополнительной мотивации широкого круга руководящих менеджеров компании. Разные этапы подразумевали разных участников и различные условия для различных групп участников. Условия продажи акций по упомянутой Вами сделке не отличались от условий продажи для ряда других менеджеров, эксклюзивных условий персонально для К.Н. Шамалова не было. Возможно, Вы не учитываете, что при оценке стоимости акций также учитывается/учитывался размер долга этого юридического лица», — сообщил Конов.
Однако «Важные истории» ознакомились с отчетом об оценке акций «Сибура», проведенной в 2014 году по заказу акционеров компании. Независимый эксперт оценил холдинг даже дороже, чем Шамалов в интервью «Коммерсанту», — в 15,4 миллиарда долларов.
А кроме того, «Важные истории» изучили контракты 11 топ-менеджеров, участвовавших в опционной программе «Сибура», о которой говорит Конов. И все они платили реальные деньги за акции — со скидкой около 15 % от их рыночной стоимости, что является нормальной практикой в таких мотивационных программах. Например, исполнительный директор компании Сергей Комышан, согласно контракту, должен был заплатить за свой пакет 0,26 % «Сибура» 21,6 миллиона долларов. То есть за пакет в 15 раз меньше, чем у зятя президента России, Комышан отдал в 216 тысяч раз больше. Вице-президент «Сибура» Алексей Филипповский за свой пакет 0,15 % должен был заплатить 12,7 миллиона долларов.
На вопрос «Важных историй», почему другие менеджеры, в отличие от Шамалова, платили реальные деньги за акции, Дмитрий Конов лишь сообщил, что мы используем «некорректные цифры», но какие цифры, по его мнению, «корректные», так и не уточнил.
В декабре 2013 года другой связанный с Шамаловым офшор с Британских Виргинских островов, Lauruz Ltd, привлек под залог 2 % Themis Holdings Ltd 250 миллионов долларов (или 8,2 миллиарда рублей по тогдашнему курсу — это приблизительный годовой бюджет среднего российского города: например, Твери). Поручителем по этому договору займа был Kylsyth Investments Ltd.
Если вы запутались в этих хитросплетениях офшоров и цен, то можете посмотреть видео, где мы наглядно объясняем, что случилось. Но если называть вещи своими именами, то произошло следующее: офшор зятя президента России купил за 100 долларов то, что стоило около 380 миллионов.
И это было только началом беспрецедентного обогащения Кирилла Шамалова.
Поддержите тех, кто пишет о том, как обогащается семья президентаВаше пожертвование позволит нам и дальше расследовать самые важные и опасные темы в РоссииПоддержите «Важные истории»Поиск «приданого»
Кириллу Шамалову очень повезло с советниками и помощниками. Судя по письмам из архива, на него работала команда людей, которые подыскивали ему проекты для инвестиций, писали за него тезисы для выступлений на форумах и советах директоров и даже сразу предусматривали его ответы на возможные вопросы слушателей — совсем как в студенчестве, когда ему помогали защищать дипломную работу и готовили речь для выступления перед аттестационной комиссией.
После женитьбы на Тихоновой у многочисленных помощников зятя президента России закипела работа: им предстояло найти грандиозный финансовый проект, владельцем которого должен был стать их босс. Шамалову на почту одно за другим начали приходить письма с фантастическими предложениями на миллиарды долларов — и зять Владимира Путина выбирал их так, как мы выбираем молоко в магазине.
16 мая 2013 года помощник Шамалова Денис Никиенко прислал ему идею приобретения долей сразу в трех компаниях — «Ростелекоме», Tele2 и «Триколор ТВ», — чтобы впоследствии объединить их в «национального телекоммуникационного лидера», как говорилось в записке. Общая стоимость реализации этой идеи составляла около 9 миллиардов долларов. Откуда Шамалов мог взять такие деньги? Никиенко объяснял в записке:
«Финансовой основой для приобретения предлагается рассмотреть кредитные ресурсы ВТБ, Сбербанка и Газпромбанка. При этом в целях формирования так называемых „своих“ 20-30 процентов средств представляется допустимым «пустить» в капитал дружественные финансовые институты, например, Газфонд и Газпромбанк».
Помимо того, что грандиозные финансовые планы Шамалова его помощник предполагал финансировать за счет государственных банков, в цитате выше есть другая важная фраза — про «так называемые „свои“ 20-30 процентов».
Когда любой человек берет ипотеку в банке на покупку квартиры, от него требуется внести 20-30 % стоимости жилья. То же самое происходит, когда инвестор приобретает какой-то актив, — особенно если речь идет о грандиозных проектах на сотни миллиардов рублей. Однако, судя по записке Никиенко, помощники Шамалова и не собирались вносить собственные средства их босса, а вместо этого предлагали «впустить в капитал дружественные финансовые институты, например, „Газфонд“», который по удачному стечению обстоятельств возглавляет старший брат Шамалова Юрий.
Над поиском бизнеса для зятя президента трудились лучшие умы России. В августе и сентябре 2013 года Никиенко переслал своему шефу несколько предложений от Сергея Котляренко, управляющего активами бывшего вице-премьера, а теперь председателя госкорпорации «ВЭБ.РФ» Игоря Шувалова.
В первом письме Котляренко предложил Шамалову выкупить за 1,3 миллиарда долларов целую башню и бизнес-центр в московском районе небоскребов «Москва-Сити». Второй идеей Котляренко было «создание глобального лидера нефтесервиса» путем приобретения компании «Интегра» и последующего выкупа через нее «РН-Бурения» (входит в «Роснефть»). «Выручка компании за 2014-2015 годы может быть доведена до 4,5 млрд дол в год», — говорилось в записке Котляренко. Он отказался отвечать на наши вопросы.
Наконец, в апреле 2014 года Никиенко прислал Шамалову еще одну записку сразу с несколькими предложениями. Первое — покупка 51 % корпорации «ВСМПО-Ависма», крупнейшего производителя титана в мире (этот пакет в то время стоил больше миллиарда долларов).
«Почему 51%? Если какое-либо лицо попадает в санкционный список, то граждане США и корпорации не могут вести бизнес с компаниями, в которых лицу под санкциями принадлежит более 50 %. Будучи заинтересованными в сотрудничестве с ВСМПО-Ависма, США маловероятно внесут эту компанию или его акционера в санкционный список», — объяснял Никиенко преимущества покупки титановой корпорации.
Вторым предложением Никиенко было приобретение дополнительного пакета акций «Сибура».
«Присутствие в капитале Компании ГНТ (имеется в виду Геннадий Николаевич Тимченко — Прим. ред.) создает ограничения для её операционной деятельности. Уже имеются случаи отказа от сотрудничества с Сибуром банков и деловых партнеров (из-за включения Тимченко в санкционные списки — Прим. ред.). Для решения задачи предлагается выкупить долю ГНТ. Выкуп может быть произведен на двух менеджеров Компании с последующей консолидацией доли в одних руках (механизм создания искусственной задолженности и погашения ее вторым пакетом акций проработан)», — говорилось в записке.
Как показали дальнейшие события, Кирилл Шамалов, видимо, остановился на этом предложении. Самое интересное в записке — описание схемы выкупа акций «Сибура» у Геннадия Тимченко: «создание искусственной задолженности» и ее погашение пакетом акций. Похожие схемы описаны в юридической литературе и решениях арбитражных судов как популярный способ получить контроль над активами предприятий за бесценок.
Покупка «Сибура»
1 августа 2014 года Кирилл Шамалов зарегистрировал компанию «Яуза 12» по адресу своей квартиры на Зоологической улице в Москве. Уже спустя шесть дней, 7 августа, судя по его письмам, «Яуза 12» приобрела 17 % «Сибура». Рыночная стоимость этого пакета составляла почти 80 миллиардов рублей. Шамалов говорил «Коммерсанту», что эти средства он занял в Газпромбанке (в совет директоров которого входит его брат Юрий — Прим. ред.) под залог собственных активов. Что это были за активы, он не пояснял.
В рамках опционной программы «Сибура» Шамалов почти за бесценок аккумулировал больше 4 % холдинга, под залог которых он мог теоретически привлечь около 500 миллионов долларов. Но откуда у молодого бизнесмена могла взяться оставшаяся сумма на покупку акций?
К сожалению, в письмах Шамалова нет ответа на этот вопрос, если не считать таковым записку его помощника Дениса Никиенко, в которой впервые прозвучала идея приобретения доли Тимченко в «Сибуре» с помощью механизма «создания искусственной задолженности и погашения ее вторым пакетом акций».
Когда и как фирма Шамалова «Яуза 12» рассчиталась по своему огромному кредиту, мы не знаем. В Росстате последняя отчетность компании доступна за 2016 год, и в ней в строке «Заемные средства» все еще были указаны 80 миллиардов рублей. А в сентябре 2017 года, судя по данным Федеральной налоговой службы (ФНС), Шамалов принял решение ликвидировать «Яузу 12» и сделал это в декабре того же года.
Как бы то ни было, став вторым по величине акционером крупнейшего нефтехимического холдинга страны (с долей 21,3 %), Шамалов привлек к себе внимание СМИ. И, вероятно, чтобы упредить многие вопросы о своих родственных связях и источниках богатства, зять президента дал уже несколько раз цитировавшееся в этом тексте интервью газете «Коммерсантъ», которая не задавала ему острых вопросов.
Интервью заканчивалось патриотическим высказыванием Шамалова. «Я родился, вырос и живу в России. И бизнес мой тоже здесь. Причем весь в российской юрисдикции, а не в офшорах. Выстраивать какой-то запасной аэродром, организовывать бизнесы за границей — это не про меня», — заявил зять Владимира Путина, видимо, забыв при этом, что акции «Сибура» он скупал на компанию из Белиза, замком во Франции владел через компанию из Монако, а в том же 2015 году, когда давал интервью, открыл несколько счетов в Швейцарии. Но к 2017 году, когда санкции начали охватывать все более широкий круг знакомых Владимира Путина, финансовые поверенные Шамалова принялись сворачивать деятельность его компаний и фондов со счетами в европейских банках и зарегистрировали для него специальный фонд, Centurion International Fund, на острове Лабуан — офшорной территории, входящей в состав Малайзии. Этот фонд принадлежит офшорам из Белиза — крошечного государства на побережье Карибского моря, которое до 1973 года носило название Британский Гондурас.
Часть IV
Знакомства жены
Тайный осведомитель
Ты — мне, я — тебе
Желанный партнер с ресурсом
Знакомства жены
Кирилл Шамалов и до романа с Катериной Тихоновой мог считаться одним из самых влиятельных людей в России — благодаря дружбе его отца с президентом России и собственным знакомствам со многими представителями «новых питерских». Когда Шамалову было всего 27 лет, к нему уже обращались с просьбой повлиять на решение федеральных арбитражных судов России в споре московских аэропортов. Однако, женившись на Катерине Тихоновой, он перешел в совсем другую лигу: из сына друга он превратился в члена семьи Владимира Путина — со всеми вытекающими из этого статуса возможностями.
Одним из гостей на свадьбе Тихоновой и Шамалова был Кирилл Дмитриев, руководитель Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ). В списке он значился гостем невесты: Дмитриев женат на Наталье Поповой, заместительнице Катерины Тихоновой в фонде «Иннопрактика».
Возглавляемый Дмитриевым РФПИ — один из важнейших государственных игроков в российской экономике. Фонд был создан в 2011 году по инициативе президента (тогда им был Дмитрий Медведев) и председателя Правительства (им на тот момент был Владимир Путин). Основная задача РФПИ — вкладывать средства в лидирующие российские компании и привлекать к проектам иностранных инвесторов. С момента своего создания РФПИ инвестировал почти 2 триллиона рублей в различные предприятия в России.
Судя по архиву, Шамалов стал получать первые письма от Дмитриева в середине 2012 года, то есть в то время, когда они с Тихоновой вовсю занимались обустройством семейного быта. Молодые пары (Дмитриев—Попова и Шамалов—Тихонова) дружили между собой. Они несколько раз вместе встречали праздники за границей, а Шамалов с Дмитриевым обменивались письмами на самые разные темы буквально каждые несколько дней. О близком характере их отношений может говорить, например, следующее письмо от Дмитриева.
«Я как раз завтра встречаюсь у Никифорова (в то время министра связи и массовых коммуникаций России — Прим. ред.) со Страшновым (в то время руководителем „Почты России“ — Прим. ред.) на эту тему. Как дела? Может на легкий спорт сегодня - например плавание?» — писал Дмитриев в мае 2013 года в ответ на очередную ссылку от Шамалова о создании банка на базе «Почты России».
Зять президента России и руководитель РФПИ постоянно обменивались ссылками и мнениями по поводу экономических новостей. Этим переписка не ограничивалась — в почте Шамалова есть несколько примеров, когда Дмитриев отправлял своему другу-бизнесмену конфиденциальные документы РФПИ.
Тайный осведомитель
7 декабря 2012 года Кирилл Дмитриев прислал Шамалову презентацию РФПИ, на которой стоял гриф «строго конфиденциально», с описанием планируемой сделки по вхождению фонда в капитал «Ростелекома», одного из крупнейших операторов связи России.
На тот момент об этой сделке не было известно публично, она не обсуждалась в СМИ. Директор РФПИ хорошо понимал, что делится с Шамаловым информацией, не предназначенной для посторонних глаз.
«Посылаю — но все глубоко конфиденциально – если понадобится использовать материалы и показывать кому то еще – дай пожалуйста знать – я посоветую как лучше – так как многое из того что приложено конфиденциально и только для твоих глаз», — предупреждал Дмитриев Шамалова.
Это был не единственный случай, когда Дмитриев делился с другом конфиденциальными материалами возглавляемого им фонда. Руководитель РФПИ отправлял зятю президента России и государственные документы. Например, 31 июля 2013 года он переслал Шамалову свое письмо Ксении Юдаевой, в то время руководителю экспертного управления президента России. К письму был приложен протокол совещания у министра связи и массовых коммуникаций России по поводу создания почтового банка.
По своей форме РФПИ — это компания с государственным участием. В большинстве таких компаний, как правило, действует положение о защите коммерческой тайны. Ее нарушение может нести за собой не только административную, но и уголовную ответственность (ст. 183 УК РФ «Незаконные получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну»).
Нам неизвестно, извлекал ли Шамалов какую-либо выгоду из конфиденциальной информации, которой с ним делился руководитель РФПИ. Однако сомневаться в том, что эта информация могла быть теоретически легко конвертирована в целое состояние, не приходится. Особенно если речь идет о публичных, то есть торгуемых на бирже компаниях — например, «Ростелекоме». В игре на бирже тот, кто может точно предсказать, как поведут себя акции в будущем, равносилен человеку, который знает, какие номера выпадут в следующем лотерейном билете.
РФПИ совместно с Deutsche Bank приобрели 2,7 % российского оператора связи за 7,7 миллиарда рублей в 2013 году, то есть спустя полгода после того, как об этих планах узнал зять Владимира Путина. Безусловно, новость о появлении таких крупных инвесторов привела к росту акций «Ростелекома»: с июля (последний «спокойный» месяц — первые сообщения о возможной сделке появились в августе) по конец октября 2013 года (сразу после того, как сделка была закрыта) ценные бумаги оператора связи выросли почти на 30 %.
Ты — мне, я — тебе
Кирилл Дмитриев помогал своему другу Шамалову не только информацией, но и огромными государственными ресурсами для его компании. В январе 2015 года директор РФПИ прислал зятю президента России статью газеты «Ведомости» с заголовком «РФПИ поможет „Сибуру“». В материале шла речь о том, что возглавляемый Дмитриевым фонд вместе с иностранными инвесторами может вложиться в проект «Сибура» по строительству нефтехимического производства под названием «Запсибнефтехим» в Тобольске Тюменской области.
«По тихоньку начинаем воплощать :)», — написал Дмитриев в письме. «Супер!» — ответил ему Шамалов, который на тот момент был вторым по величине акционером «Сибура».
«Запсибнефтехим» — крупнейший нефтехимический комплекс в России. Он был открыт в мае 2019 года. Общий объем инвестиций в его строительство оценивался в 9,5 миллиардов долларов. В конце 2015 года РФПИ объявил на своем сайте, что вместе с инвесторами обеспечил более трети финансирования проекта (3,3 миллиарда долларов).
Но для реализации столь грандиозного комплекса компании Шамалова было недостаточно участия дружественного государственного фонда. И на помощь зятю пришел тесть.
В октябре 2015 года Владимир Путин одобрил выделение 1,75 миллиарда долларов (около 111,5 миллиардов рублей) «Сибуру» из средств Фонда национального благосостояния (ФНБ), который предназначен для софинансирования добровольных пенсионных накоплений граждан, а также покрытия дефицита Пенсионного фонда.
Но не только Шамалов выигрывал от дружбы с Кириллом Дмитриевым. Руководитель РФПИ также много приобрел благодаря близкому знакомству с зятем Владимира Путина. Примером этому может служить покупка РФПИ терминала «Сибура» по перевалке сжиженных углеводородных газов (СУГ) в морском торговом порту Усть-Луга. Судя по письмам Кирилла Шамалова, не все топ-менеджеры «Сибура» были в восторге от идеи продать терминал. Например, бывший финансовый директор компании, Павел Малый, в своей записке для акционеров указывал, что сделка принесет «Сибуру» убыток более 250 миллионов долларов.
«Я понимаю, что в сделке могут быть иные, не известные мне активы. Может быть, для нас крайне важно наладить сотрудничество с РФПИ. <...> Буду признателен за такого рода информацию. Если же иных соображений нет, мне кажется самым разумным „спустить проект на тормозах“, снять его с повестки дня СД, а с РФПИ продолжить переговоры для достижения разумных коммерческих условий», — писал Малый.
Эта конфиденциальная записка Малого оказалась у Кирилла Дмитриева, и он в ней красным шрифтом оставил для Шамалова комментарии под тезисами Малого, с которыми был несогласен. В итоге руководство «Сибура» не послушало Малого. В ноябре 2015 года сделка была закрыта: РФПИ вместе с консорциумом инвесторов купил терминал в Усть-Луге за 700 миллионов долларов.
Кирилл Дмитриев не ответил на запрос «Важных историй» и не пояснил, почему он делился с Шамаловым конфиденциальными документами РФПИ и какая за это предусмотрена ответственность в возглавляемом им государственном фонде.
Желанный партнер с ресурсом
Бизнес зятя Владимира Путина сильно отличался от общепринятых представлений о предпринимательской деятельности не только тем, что ему удавалось проворачивать удивительные сделки по покупке акций стратегического предприятия в миллионы раз дешевле их рыночной стоимости, но еще и тем, что он оказался невероятно востребованным партнером, человеком к которому буквально выстроилась очередь из бизнесменов с самыми заманчивыми предложениями. При этом Шамалову предлагали доли в различных предприятиях, не требуя от него никаких вложений, — видимо, предполагая, что зять президента может помочь бизнесу чем-то более ценным в современной России, чем деньги.
Например, в 2017 году к Шамалову обратился его однокурсник Дмитрий Утевский и предложил долю в крупной мусорной компании в Ленинградской области. Утевский обещал партнеру «фиксированный ежегодный доход», а взамен просил — дословно — «административный ресурс (минимально на уровне главы региона)». Мы не знаем, что ответил Шамалов конкретно на это предложение, но в его почте есть примеры, когда он помогал своим партнерам решать проблемы на высшем государственном уровне.
Шамалов вместе со своим отцом на протяжении многих лет был совладельцем «Русской цементной компании» и холдинга «Сибирский цемент». Основной собственник этих компаний, Олег Шарыкин, говорил в интервью «Коммерсанту», что с Шамаловым-старшим его связывают дружеские отношения: «Прежде всего мы с Николаем Терентьевичем друзья, и наш бизнес основан на человеческих взаимоотношениях».
В 2016 году Шарыкин попал в неприятную историю. 7 апреля сотрудники Следственного комитета и оперативники ФСБ провели обыск в его доме в поселке Никологорское в Московской области и в офисе его фирмы в Москве. А уже 11 апреля, то есть спустя четыре дня, на почту Кирилла Шамалова пришло письмо от Валерия Бодренкова, вице-президента «Сибирского цемента». Тема письма была следующей: «Для гаранта „мягкая“ версия» — и к нему прилагалось несколько справок и обращение на имя Владимира Путина от Олега Шарыкина.
В своем письме «гаранту» (собеседники так называют президента России — гаранта Конституции. — Прим. ред.) Шарыкин писал, что обыски были якобы инициированы его «бизнес-оппонентом» Андреем Муравьевым, бывшим президентом «Сибирского цемента».
«Убедительно прошу Вас, глубокоуважаемый Владимир Владимирович, взять данную ситуацию под свой личный контроль, поручить руководству Генеральной прокуратуры РФ дать правовую оценку действиям органов ФСБ и Следственного комитета РФ в эпизодах с обысками по моему месту жительства», — писал в конце своего письма Шарыкин.
Получив это обращение, Кирилл Шамалов в тот же день отправил его своему секретарю и попросил распечатать. Мы не знаем, отнес ли Шамалов затем это письмо своему тестю, но это был не единственный раз, когда Шарыкин просил у него помощи, и в архиве есть доказательства тому, что зять Владимира Путина на эти просьбы откликался.
Спустя год, в апреле 2017 года, Олег Шарыкин прислал Кириллу Шамалову еще два письма на имя президента России. В первом из них Шарыкин жаловался Путину, что его компания, «Керамические технологии» (на протяжении нескольких лет ее совладельцем был и отец Шамалова), разработала инновационный способ захоронения радиоактивных отходов, однако госкорпорация «Росатом» не принимает никаких решений по поводу сотрудничества.
«Прошу Вас дать поручение руководителю Госкорпорации „Росатом“ Лихачеву А.В. о создании и реализации совместной программы», — просил в конце письма Шарыкин Путина.
В другом обращении к президенту партнер Шамалова жаловался, что та же компания «Керамические технологии» разрабатывает оптику для телескопов космического и наземного базирования, однако госкорпорация «Роскосмос» их не покупает.
«Прошу Вас дать поручение генеральному директору Государственной корпорации по космической деятельности „Роскосмос“ И.А. Комарову разработать совместную программу по реализации имеющихся технологий», — заканчивал письмо Шарыкин уже привычной просьбой к Путину.
Похоже, что Шамалов смог — по крайней мере частично — помочь своему партнеру. Спустя две недели, 12 мая 2017 года, Шарыкин прислал ему очередное электронное письмо:
«Кирилл , доброе утро . Отправляю протоколы . Встреча с КСВ прошла хорошо, он внимательно вник во все вопросы. Крепко жму руку».
Аббревиатура «КСВ» совпадает с полными инициалами Кириенко Сергея Владиленовича, бывшего руководителя «Росатома», а на тот момент — как, впрочем, и сегодня — первого заместителя руководителя Администрации президента России. К своему письму Шарыкин приложил протокол встречи с руководством «Росатома», на которой обсуждались вопросы дальнейшего сотрудничества госкорпорации с компанией «Керамические технологии».
Шарыкин не ответил на вопросы «Важных историй».
Часть V
Гипатия Александрийская
Рок-н-ролл и большие деньги
Катерина-заступница
Расставание
Гипатия Александрийская
Катерина Тихонова использовала несколько адресов электронной почты для переписки с Кириллом Шамаловым. Но для своего основного имейла она выбрала ник, который многое говорит о дочери Владимира Путина и ее увлечениях. Она назвала себя Гипатией Александрийской. Так звали древнегреческую ученую из города Александрия, преподававшую философию, математику и другие предметы. Гипатия славилась не только научными достижениями, но и скромностью.
Спасибо, что дочитали до этого моментаПодпишитесь, пожалуйста, на нашу рассылку, чтобы не пропустить другие важные истории о нашей странеПереписка Тихоновой и Шамалова, если не считать их писем по поводу обустройства шикарных домов в России и Франции, в основном сводилась к обсуждению двух тем — фонда «Иннопрактика» и акробатического рок-н-ролла.
Фонд «Иннопрактика», который возглавляет Тихонова, был создан в 2012 году. Он объединяет Центр национального интеллектуального резерва МГУ и Фонд поддержки научно-проектной деятельности студентов, аспирантов и молодых ученых «Национальное интеллектуальное развитие», учредителем которого также является МГУ. Основная задача «Иннопрактики» — быть посредником между бизнесом и наукой, чтобы развивать российские инновационные технологии и делать их востребованными на рынке.
Списку партнеров «Иннопрактики» позавидовала бы любая некоммерческая организация в России. Среди них — крупнейшие компании, в том числе с государственным участием: «Роснефть», «Росатом», «Сибур», «Ростех», Газпромбанк, РФПИ и многие другие.
«Иннопрактика» стала своеобразным входом в сферу передовых научных разработок (по крайней мере, на базе МГУ) для многих представителей крупного бизнеса. И, как показывают письма Катерины Тихоновой, она использовала родственные связи с Шамаловым для продвижения своего фонда. Например, 19 марта 2015 года менеджер образовательных проектов «Иннопрактики» пожаловалась Тихоновой и ее заместительнице Наталье Поповой (жене руководителя РФПИ Кирилла Дмитриева):
«Катерина, Наталья, добрый день, Я сегодня разговаривала с Валентиной Черных, которая является нашим контактом со стороны Дирекции по персоналу „Сибур“ по вопросам образовательных проектов („Школа МГУ“), летний лагерь для одаренных детей „Сибур“) и дистанционному обучению. Валентина сказала, что пока нет решения по нашим проектам. А также добавила: „<...> Конкретно завтра, на встрече с Кириллом Шамаловым, будет принято решение в каких проектах Сибур участвует и в каком формате“. Поскольку у нас с Леной информацию по проектам не запрашивали, предполагаем, что мы не вошли в пул обсуждаемых проектов. Если у нас есть возможность как-то донести наши идеи и потребности <...>».
Тихонова нашла возможность, как «донести идеи и потребности» ее фонда. На следующий же день она переслала это письмо мужу, который и должен был принять решение, в каких образовательных проектах будет участвовать «Сибур». К письму было приложено описание двух идей — школы-интерната МГУ за 515 миллионов рублей и летнего лагеря «Сибура» для одаренных детей за 3,8 миллиона рублей.
Рок-н-ролл и большие деньги
Дочь Владимира Путина несколько раз обращалась к Шамалову с тем, чтобы он и его партнеры из крупных компаний обеспечили финансирование, пожалуй, главного увлечения Тихоновой — акробатического рок-н-ролла.
14 апреля 2014 года она прислала мужу проект письма от Ивана Сбитнева, президента Всероссийской федерации акробатического рок-н-ролла, на имя генерального директора газовой компании «НОВАТЭК» Леонида Михельсона.
«<...>Просим Вас рассмотреть возможность оказать помощь Всероссийской федерации акробатического рок-н-ролла в виде пожертвования на ведение уставной деятельности в размере 1 млн. долл. (одного миллиона долларов) ежегодно в течение 5 (пяти) лет», — такой просьбой заканчивалось письмо.
В течение следующих десяти дней Тихонова прислала Шамалову еще два аналогичных письма от Ивана Сбитнева — на имя президента Газпромбанка Андрея Акимова (сумма не была указана) и генерального директора «Сибура» Дмитрия Конова (на 10 миллионов рублей).
В итоге все руководители крупнейших российских компаний, к которым Тихонова обратилась за поддержкой, ей не отказали: и «Сибур», и «Новатэк», и Газпромбанк неоднократно упоминались в качестве партнеров и спонсоров федерации акробатического рок-н-ролла.
Несмотря на то, что Катерина Тихонова — дочь президента России, ей, как и всем гражданам страны, порой приходилось сталкиваться с российской бюрократией. Например, в 2014 году у федерации акробатического рок-н-ролла возникли проблемы во время регистрации документов в Минюсте. 23 июня 2014-го Тихонова прислала письмо Шамалову:
«От Ерастовой Натальи (Тихонова, видимо, перепутала имя Ерастовой: ее зовут Надежда. — Прим. ред.) - главные юрист Москомспорта:
<...> Суть проблемы – необходимо содействие в осуществлении регистрации изменений в отношении Президента Федерации (Сбитнева Ивана Юрьевича меняем на Воробьева Алексея Олеговича), регистрации новой редакции устава Федерации и нового юридического адреса. Идеальный вариант если нам выделят человека, который один раз четко скажет, что нужно и сопроводит процесс регистрации. Если возможно помогите, с пустяками я бы не обратилась <...>».
Судя по тому, что в том же июне 2014 года президентом федерации акробатического рок-н-ролла стал Алексей Воробьев, ветеран спецподразделений внутренних войск МВД, служивший также в Федеральной службе охраны (ФСО), Тихоновой и Шамалову, видимо, удалось решить бюрократическую проблему в Минюсте и найти человека, который «сопроводил процесс регистрации».
Катерина-заступница
Каждый раз, когда журналисты спрашивали Владимира Путина о его семье и, в частности, о дочерях, президент уходил от прямых ответов и объяснял это тем, что его дети не занимаются бизнесом, политикой или другой публичной деятельностью, и поэтому имеют право сохранять свою частную жизнь в тайне. «Я никогда не обсуждаю вопросов, связанных с моей семьей. Они [дочери] не занимаются бизнесом и не занимаются политикой. Они никуда не лезут», — говорил Владимир Путин в 2015 году на своей ежегодной пресс-конференции.
Как показывает архив писем Кирилла Шамалова, это не совсем так. Во-первых, фонд младшей дочери президента не только занимается предпринимательской деятельностью, но и играет важнейшую роль в качестве посредника между российскими наукой и бизнесом. А во-вторых, Катерина Тихонова, может быть, и не хотела бы «никуда лезть», но в России XXI века, которой вот уже 20 лет правит ее отец, и дочери президента приходится порой включать свой ресурс, чтобы помочь в благом деле.
12 ноября 2014 года руководитель департамента по работе с научным сообществом «Иннопрактики» Александр Вересов получил письмо от своего коллеги по МГУ и генерального директора фирмы, производящей ветеринарные препараты. Коллега жаловался Вересову, что не может зарегистрировать свой препарат, потому что столкнулся с монополизацией ветеринарного рынка и коррупцией. Поэтому он просил, чтобы за него и его фирму заступилась дочь президента России. Это письмо руководству фонда «Иннопрактика» настолько точно характеризует состояние не только ветеринарного рынка, а российской экономики в целом, что его стоит процитировать максимально подробно.
«Дело не в формальных нарушениях, а правилах игры, которые задают те люди, которые сидят на должностях и лично заинтересованы в том, чтобы препараты не пропускать. <...> Во-первых, ты понимаешь, для того, чтобы у нас в дальнейшем не возникли серьезные проблемы, попроси Катерину использовать эту информацию без каких-либо ссылок на меня. <...> Вход на рынок вет. препаратов практически закрыт для всех тех „неправильных“ компаний, которые могут составить конкуренцию нескольким наиболее крупным компаниям, конечными бенефициарами которых являются чиновники Россельхознадзора.
<...> Проблема в том, что для „неправильных“ компаний эти требования применяются в полном объеме, делая практически невозможным процесс регистрации, а для „правильных“, по всей видимости, нет. Поэтому, если резюмировать, то я бы просил Катерину, во-первых, дать прямой и прозрачный посыл (без наезда) „заигравшимся“ товарищам, что отечественные инновационные разработки надо пропускать. Потому что их действия расходятся с интересами и безопасностью государства. Это касается не только меня, это касается десятков несправедливо обиженных заявителей. Но, я бы очень просил Катерину дать четкий сигнал, что будет МОНИТОРИНГ их дальнейших действий, что мы находимся под покровительством ЦНИР (Центра национального интеллектуального резерва, он входит в „Иннопрактику“. — Прим. ред.), чтобы нас не пускали по замкнутому кругу, из которого нет выхода. Если будет такой мониторинг и контроль с ее стороны, то они не осмелятся делать то, что обычно делают».
Мы не знаем, что сделали Шамалов и Тихонова, чтобы помочь просителю, но спустя два года после обращения к дочери президента его фирме удалось зарегистрировать свой ветеринарный препарат.
Расставание
В начале 2018 года международное агентство Bloomberg сообщило, что Кирилл Шамалов и Катерина Тихонова расстались. А примерно за полгода до этого Шамалов продал тот пакет акций «Сибура», что приобрел у Геннадия Тимченко в 2013 году. По сведениям опрошенных Bloomberg источников, на продаже Шамалов ничего не заработал, потому что получил этот пакет в качестве гарантии доверия со стороны президента России. В архиве электронных писем Шамалова нет сведений о том, за сколько он продал акции «Сибура».
После расставания с Тихоновой у Кирилла Шамалова появилась новая избранница — светская дама Жанна Волкова, уроженка Молдовы и гражданка Румынии. В 2019-м пара, судя по всему, оформила свои отношения официально: в октябре Жанна прислала на почту Шамалова документы о регистрации офшора Kenaston Properties Ltd на Британских Виргинских островах, бенефициаром которого она стала. В документах ее фамилия указана как Шамалова.
У Kenaston Properties Ltd есть представительство во Франции. Оно зарегистрировано по адресу виллы в коммуне Рокбрюн-Кап-Мартен на Лазурном берегу Франции недалеко от Монако. На этот адрес Жанне Шамаловой постоянно приходили счета за содержание особняка, которые она пересылала Кириллу Шамалову для оплаты. Как и свои счета за долгосрочную аренду роскошной квартиры в Лондоне в районе Вестминстер.
Учитывая, что в западных странах у надзорных органов более строгие требования к проверке источников происхождения денег, Жанне Шамаловой пришлось воспользоваться необычной услугой. Она наняла юридическую фирму, чтобы та формально устроила ее на какую-то работу. Деньги на зарплату самой себе Шамалова должна была проводить через ту же юридическую фирму. Вернее, учитывая, что все эти договоры и счета она отправила своему супругу, это, видимо, должен был делать он. Так Шамалова стала старшим риелтором в лондонской компании Sigma Expertise and Supervision Ltd.
В 2018 году Кирилл Шамалов был включен в санкционные списки США за то, что после женитьбы на дочери президента России он «присоединился к избранному кругу миллиардеров из окружения Владимира Путина». Американские власти сильно опоздали со своим решением: последнее письмо Шамалова к дочери президента России датировано 15 июня 2017 года. Он переслал Тихоновой имейл от известного петербургского архитектора с вариантами проектирования некой загородной виллы (ее адрес не уточнялся). С тех пор в архиве не было их писем друг другу.
Кирилл Шамалов и Катерина Тихонова отказались отвечать на запросы «Важных историй». Мы также обратились к пресс-секретарю президента России Дмитрию Пескову и попросили его прокомментировать информацию об использовании зятем Владимира Путина офшорных компаний, покупке акций в миллионы раз дешевле рыночной стоимости, а кроме того, о роскошной недвижимости в России и Франции, которой Шамалов пользовался вместе с дочерью президента. Песков ответил нам дословно так: «Уже много раз оставляли подобные вопросы без ответов».
Поддержите тех,кто говорит правду!Вы можете стать нашим донором, оформив разовое или ежемесячное пожертвование. Мы хотим зависеть только от вас — тех, кто хочет знать правду, тех, кто не боится быть свободным. Помогите нам рассказать вам «Важные истории».Поддержите «Важные истории»