"Преступные" расходы государства

Изучали ли сотрудники правоохранительных органов – прокуратуры, следствия, полиции – экономику? Задумываются ли они об эффективности своей работы с точки зрения государственного бюджета? Вряд ли. Подчас полиция так легко открывает уголовные дела по всяким пустякам, нисколько не задумываясь, во что обойдется это дело для страны. Вспомним шпионские дела за трекер для коровы, дело о пищевом маке, дело краснокнижного ястреба и много еще чего бестолкового и никому не нужного.

Рассмотрим конкретный пример. Вот уже более двух с половиной лет длится уголовное дело бывшего директора новосибирского планетария Сергея Масликова. Меня арестовали в феврале 2018 года и обвинили во взятках. Два месяца я отсидел в СИЗО и еще четыре месяца под домашним арестом. Около года длился суд. В декабре 2019 года я был оправдан районным судом, но прокуратура добилась отмены оправдательного приговора. Так что дело еще не окончено. Ограничимся анализом прошедшего периода. Исходные данные получены из сети интернет, из деклараций о доходах, которые ежегодно подают сотрудники силовых ведомств, и материалов дела Масликова.

Первыми за директора планетария взялись оперативные работники из отдела полиции по борьбе с коррупцией. Полгода они вели наблюдение за подозреваемым: прослушивали телефоны, следили за передвижениями, собирали информацию на партнеров и коллег, членов семьи. Допустим, что такую работу выполнял один сотрудник низкой квалификации с зарплатой 30 тысяч рублей. Если он занимался "делом Масликова" только половину рабочего времени, за полгода "набежало" 90 тыс. руб. из бюджета.

Интенсивный период работы оперативников начался с проведения обысков в планетарии, в квартирах директора и бухгалтера, допросов 37 свидетелей, некоторых по два или три раза. Каждый допрос длился в среднем по три часа, включая время на подготовку, вызов свидетеля и оформление протоколов. В обысках участвовало не менее пяти сотрудников плюс двое понятых, в допросах – два или три сотрудника. Итого 400 человеко-часов или 2,5 человеко-месяца. Исходя из средней зарплаты 40 тыс. руб., получим суммарно 100 тыс. руб.

Командировки двух сотрудников в Москву для сбора информации о свидетелях – около 60 тыс. руб.

Следователь провел те же 37 допросов плюс очные ставки. Поскольку он работал один, он тратил по 4 часа на одного свидетеля. Плюс работа с обвиняемым. Итого 160 человеко-часов или полный рабочий месяц – 50 тыс. руб.

В конце 2018 года обвинение было утверждено в прокуратуре и направлено в суд. Это стало поводом для получения премий по итогам года за раскрытие 10 коррупционных преступлений, в которых обвинялся "директор планетария Масликов". Премии получили оперативные работники, следователи, прокуроры, всего около 10 человек. По самым скромным оценкам, суммарно это 150 тыс. руб.

Содержание в СИЗО – зарплаты сотрудникам, питание заключенного, услуги ЖКХ (свет, вода, тепло) и т. д. общественный деятель Андрей Назаров оценивает в 30 тыс. руб. в месяц, так что за два месяца набежит 60 тыс. руб.

Содержание под домашним арестом – зарплаты сотрудникам уголовно-исполнительной инспекции, круглосуточный мониторинг браслета, визиты сотрудников два раза в неделю, перевозки подопечного на автомобиле, амортизация оборудования. Это составит около 10 тыс. руб. в месяц, итого – 40 тыс. руб.

Далее рассмотрим работу прокуроров и судей. Судья провела 32 заседания в среднем по три часа, включая время на подготовку и оформление документов. Итого 96 человеко-часов. Исходя из зарплаты 170 тыс. руб. в месяц, это 100 тыс. руб.

Помощник прокурора с месячной зарплатой 100 тыс. руб., присутствовавший на всех заседаниях, отработал 60 человеко-часов, это 40 тыс. руб.

Добавим мелочи вроде зарплаты помощника судьи, заседание тройки судей в Областном суде, три заседания районного суда по мере пресечения, два заседания с участием адвоката по назначению, пять перевозок в автозаке, сорок пачек израсходованной канцелярской бумаги (по 500 листов), почтовые расходы (рассылка извещений), амортизация компьютерной техники... Оценим это в 50 тыс. руб.

Подведем итог. Государственные органы – полиция, следствие, прокуратура, суд, ФСИН, УИИ – совместно потратили на моё преследование 740 тыс. руб. из бюджета. Дело не завершено. Оно вернулось в районный суд на новое рассмотрение. Так что сумма расходов продолжает увеличиваться.

Полученная сумма уже превышает сумму, которая фигурирует в обвинении. Меня обвиняют в нанесении ущерба мэрии на 700 тыс. руб. Это сумма, полученная от сдачи в аренду оборудования планетария. При этом суд выяснил, что деньги фактически вернулись в планетарий в виде имущества и услуг. Ну а что будет с суммой, потраченной государством? Бюджет уже никогда не получит ее обратно!

И это только одно дело. Таких дел, начатых без веских оснований, достаточно много. Поэтому речь идет о миллионах бюджетных рублей только в Новосибирской области и о миллиардах в масштабах России. А теперь вспомним, что бюджет на 30% формируется из налогов рядовых граждан.

Мы не оцениваем здесь косвенные потери, к которым можно отнести вклад в систему образования города, который я мог бы сделать за потерянное время. Это также имиджевые потери для планетария и города в целом. Это возмущение людей от явно несправедливых действий силовых органов. Это налоги, которые я не уплатил, лишившись зарплаты. Это психологические травмы моих несовершеннолетних детей. Это, наконец, моё собственное здоровье и стоимость лечения (около 100 тыс. руб.) после перенесенного инфаркта.

С другой стороны, допустим, таких дел не будет. Нагрузка на весь силовой аппарат сократится. Что тогда делать: снижать зарплаты сотрудникам? Или проводить сокращения? Государство в этом не заинтересовано! Государству нужно любыми правдами и неправдами обеспечивать занятость силовиков. Поэтому бестолковые дела такие, как, например, уголовное дело против школьника, подделавшего отметки в классном журнале, будут появляться и дальше.

Сергей Масликов – астроном, бывший директор Новосибирского планетария

Высказанные в рубрике "Мнения" точки зрения могут не совпадать с позицией редакции