«Человек вроде как пропал совсем»

Третий месяц московский адвокат Дмитрий Мыльцын безуспешно пытается попасть к своему подзащитному в СИЗО. Задержанный по подозрению в госизмене физик Александр Луканин находится в «Лефортово», куда, вопреки закону, защитников не пускают без разрешения следователя. А следователь ФСБ утверждает, что учёный сам отказался от адвоката, нанятого родственниками. Якобы физик заключил соглашение с другим адвокатом – хотя совершенно непонятно, как этот защитник смог попасть в «Лефортово». Родственники и друзья Луканина настаивают, что заключали соглашение только с адвокатом Мыльцыным. «Улица» разбиралась с особенностями «лефортовского правосудия».

«Это обычный человек и за него некому заступиться»

И нформация о задержании томского физика Александра Луканина впервые появилась в местном телеграм-канале 30 сентября. Там сообщалось, что учёного подозревают в разглашении гостайны. На прикреплённой фотографии был запечатлён пожилой лысеющий мужчина. Немодная камуфляжная жилетка с карманами как у Вассермана, вытертые джинсы, непонятный сиреневый фонтан на заднем фоне – совсем не похоже на шпиона.

Биография Луканина, приведённая в коротком посте, оказалась такой же скучной. «Работал в Томском политехническом университете. Позже устроился в Институт физики прочности и материаловедения СО РАН, где работал старшим техником лаборатории методов нанесения покрытий. Среди научных интересов: источники питания ускорителей частиц и газоразрядных приборов, электронные устройства для измерения зарядов и сверхслабых потоков электромагнитных излучений в ядерной физике». Кроме упоминания «мирного атома» – ничего, что могло бы заинтересовать спецслужбы.

Близкий друг физика ещё со студенческих времен Николай Кривопалов рассказал «Улице», что очень удивился, когда узнал о случившемся – ведь Луканин, насколько ему известно, «никогда не имел доступа к гостайне и оборонкой тоже не занимался». «Мне звонит нынешний муж его бывшей жены и говорит, что вот такое дело: Луканина арестовала ФСБ. А его жену привлекли во время обыска, поскольку квартира числится за ней, – вспоминает Кривопалов. – Он был в шоке. Я попытался связаться с женой – она тоже была в шоке, ни с кем не хотела говорить. С неё взяли какую-то подписку о неразглашении и она теперь от всех шарахается». Кривопалов сразу начал «поднимать» знакомых Луканина и обзванивать его родственников.

«От всех друзей, которых удалось найти в Фейсбуке и Одноклассниках, ответа не было. Его друзья, как я понимаю, это и есть коллеги», – говорит Валентина Моисеева. Она тоже дружила с Луканиным ещё в институте, но за годы большинство однокашников разъехались и растерялись. «Ладно он был бы действительно птицей высокого полёта, но это обычный человек и за него, по большому счету, некому и заступиться», – переживает Моисеева. Её слова косвенно подтверждает список из 24 друзей пользователя «Саша Луканин» в Фейсбуке: большинство из них так или иначе связаны с томскими университетами.

Александр Луканин последние годы действительно был одиноким, закрытым человеком, подтверждает его сестра Марина Луканина. После развода с женой и переезда дочери в Германию физик жил один. «Когда я звонила местному следователю, тот очень удивился, что у Саши есть близкие родственники», – рассказывает женщина. Впрочем, она не очень-то верит в подобную неосведомлённость спецслужб: «Может, томские эфэсбэшники и не знали [о семье]. Но я подумала, что на сегодня это очень удобная позиция – не знать о существовании близких родственников».

«Когда он работал в Корее, у него глаза горели»

Луканина рассказывает, что её брат всю жизнь был погружён в работу и научные исследования: «Он может часами сидеть в лаборатории. Это часть его души. Как музыкант не может не играть, так и настоящий учёный не может жить без нормальной работы, без внедрения своих идей». По её словам, выход на пенсию «подкосил» физика.

«Я бы сказала, что он влачил жалкое существование, а не жил. Небольшая зарплата от подработок – либо есть, либо нет. У него не очень хорошо стали обстоять дела с алкоголем, – вспоминает Луканина. – У него появилось пристрастие. Я так понимаю, когда наступало забвение, когда он стал не нужен, у него наступала депрессия».

То, что на пенсии у Луканина возникли трудности, подтверждает и Николай Кривопалов. По его словам, пенсия у физика была минимальной – и он всё время искал подработки: «Работал на каких-то заводах, которые разливают воду, на пивных заводах – разрабатывал и собирал для них озонаторы. Так он жил, пока на него не вышли китайцы».

Кривопалов утверждает, что Луканин был знаком «с китайскими коллегами» ещё со времен работы в томском НИИ. Они приезжали в институт наряду с учеными из Южной Кореи. Марина Луканина говорит, что и те, и другие интересовались разработками и научными публикациями её брата. По её словам, в какой-то момент они позвали работать физика в Южную Корею; точную дату она уже не помнит. Луканин согласился.

Сестра физика Марина Луканина

Когда он работал в Корее, у него глаза горели. Человека воспринимали и оценивали настолько, насколько он реально ценен. Когда он стал работать в Корее, он даже как-то легче ходил. У него стала другой походка, стал другой взгляд. Ему тогда предлагали корейское гражданство, предлагали переехать. Но он говорил – как же он покинет Родину. Он же ещё и патриот.

После опыта в Южной Корее Луканина «схантила» китайская компания. В 2014 году он выкладывал фото на фоне завода металлургической компании Liaoning Brilliant Metallurgy Technology – можно предположить, что физик работал именно там. На соседнем фото он заснят с двумя китайцами и мужчиной европейской внешности в кафе. На стенах – панели с иероглифами, на столе – китайское пиво. Под фотографией комментарий: «Это было в Шеньяне, и это друзья!» Шеньян – крупный промышленный и металлургический центр. В нём же находится Шеньянский университет, где, по словам друзей Луканина, он читал лекции.

Николай Кривопалов рассказывает «Улице», что новая работа и востребованность сильно воодушевили его друга. В последние годы Луканин регулярно уезжал в командировки в Китай – порой на несколько месяцев. Кривопалов не помнит, когда это началось, но в 2017 году на странице «Саша Луканин» появился пост о вылете в Пекин. В 2019 году Александр Луканин написал «Вконтакте», что улетает на месяц в Китай. Физик посетовал, что из-за отъезда придётся пропустить платный тренинг «От мечты к результату. Техника исполнения желаний».

«Неизвестные лица, которые представились сотрудниками ФСБ»

В декабре 2019 года Луканин вернулся в Россию. Обратно он собирался только после китайского Нового года. Как вспоминает Кривопалов, его друг объяснял: «Пока в Китае все пьют, гуляют, отмечают – делать там всё равно нечего». «Я говорил с ним как-то – почему он не получит нормальную рабочую визу, не останется там жить… – вспоминает Николай. – Он говорил, что ему не нравится их культура и чужд их менталитет. Тем не менее он собирался продолжать туда ездить. Но тут карантин. А потом случилось это задержание 29 сентября».

Уже на следующий день Кривопалов с товарищами пытались найти друга. Разделившись, они ходили и звонили по всем инстанциям. История с «томским физиком» тем временем вышла на уровень федеральных СМИ, поэтому знакомые Луканина давали комментарии журналистам, а немногочисленные близкие друзья советовались – как им быть. «Журналисты посоветовали мне связаться с адвокатом Дмитрием Мыльцыным. Я связался, он согласился защищать Александра, – рассказывает Кривопалов. – Мы заключили договор о каких-то действиях по этому делу, потому что я в этих юридических тонкостях вообще не силён. Мы в то время даже не знали, где находится Луканин, потому что нам в местном ФСБ сказали, что его у них нет. И в СИЗО нам тоже сказали, что его нету. Человек вроде как пропал совсем».

Адвокат Дмитрий Мыльцын и сам не знал, где искать пропавшего Александра Луканина. Он рассказал «Улице», что 2 октября направил ордер сразу в Следственное управление ФСБ России. «Мы решили, что если это госизмена, то дело, скорее всего, расследуется там, – вспоминает Мыльцын. – Но на всякий случай такой же ордер мы предоставили и в Томском управлении, и в управления по Москве и Московской области. Потому что по информации от друзей и бывшей жены именно сотрудники московского управления принимали участие в задержании» (из-за подписки о неразглашении бывшая жена физика не смогла поговорить с «Улицей»).

В тот же день Мыльцын отправил жалобы и обращения в ФСБ, Администрацию президента, Генпрокуратуру, Следственный комитет и уполномоченному по правам человека. «Неизвестные лица, которые представились сотрудниками ФСБ России, сообщили, что проводится обыск в рамках уголовного дела, изъяли компьютеры, а также сообщили, что Луканин Александр Александрович задержан», – цитировала тогда «Улица» заявления адвоката.

Там же говорилось, что с задержания Луканина прошло четыре дня, но он так и не вышел на связь – несмотря на положенный по ч. 1 ст. 96 УПК один телефонный звонок. Мыльцын сообщал и о том, что родственников задержанного не оповестили о его местонахождении – вопреки ч. 12 ст. 108 УПК. Помимо этого адвокат указывал на нарушение ч. 15 ст. 182 УПК, согласно которой протокол обыска должен быть вручён «лицу, в помещении которого был произведён обыск, либо совершеннолетнему члену его семьи».

Адвокат Дмитрий Мыльцын

Все эти нарушения являются существенными, грубым образом нарушают права и законные интересы Луканина, гарантированные Конституцией и уголовно-процессуальным законом, нарушают его право на защиту

Он требовал провести проверку и «принять меры по факту похищения Луканина неизвестными лицами… а при его обнаружении сообщить о его местонахождении».

Но поиски не принесли результатов. «Через три-четыре дня мы получили первые ответы, но в них особо никакой информации не было. Мы поняли только, что действительно делом занимается следственное управление ФСБ России, – рассказывает Мыльцын. – А ситуация такая, что каждый день очень ценен».

«Не туда попали»

Удивительно, что на фоне всех запросов и розысков 30 сентября в Кировском районном суде Томска прошло заседание с участием Луканина. Во всяком случае, об этом сообщили адвокату – но только 24 октября. «Луканин подозревается в государственной измене, совершённой в Томске в период с 2018 по 2020 год, – говорится в решении суда (есть в распоряжении “АУ”). – Уголовное дело возбуждено 29.09.2020 следователем по особо важным делам 1-го отдела СУ ФСБ России по признакам преступления <...> Луканин задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 275 УК (государственная измена – “АУ”)».

Судя по документу, в суде следователь Морозов обратился с ходатайством об аресте Луканина. Среди доводов указывалось, что физик «может скрыться», «продолжить заниматься преступной деятельностью», а также может помешать расследованию «путём сокрытия и уничтожения следов преступления». «Улица» обнаружила странный момент: согласно документу, Луканин «не возражал» против ареста, хотя его защитник «просил избрать меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей». В итоге суд постановил заключить подозреваемого в СИЗО «Лефортово» до 29 ноября.

Из решения суда Дмитрий Мыльцын узнал, что Луканина защищал томский адвокат Юрий Кошель. Он связался с коллегой по номеру телефона, указанному на сайте АП Томской области. «Мне какой-то мужчина ответил, требовал, чтобы я представился, – говорит Мыльцын. – Я ему рассказал, по какому вопросу звоню. Он сказал, что я не туда попал и что мне “перезвонят, если что”. Но никто не перезвонил». «Улица» смогла дозвониться по одному из номеров, связанных с адвокатом Кошелем. Узнав, что звонит журналист, абонент заявил: «Не туда попали».

Мыльцын направил в палату Томской области запрос про обстоятельства защиты физика. «Адвокатская палата Томской области не давала поручения на защиту Луканина... по назначению судьи Кировского районного суда г. Томска», – говорилось в ответе (имеется в распоряжении «АУ»). Тогда Мыльцын решил проверить, не подавал ли адвокат Кошель апелляционную жалобу на решение о мере пресечения. В Томском областном суде ему ответили, что никаких апелляционных жалоб на постановление Кировского суда в отношении Луканина не поступало.

«Просто так человек шёл и оказался в четырёх стенах»

Впрочем, к этому времени Луканин уже нашёлся – совершенно случайно. Член Общественной наблюдательной комиссии Москвы Марина Литвинович 4 октября обходила СИЗО «Лефортово» – и обнаружила там томского физика. «Мы попросили его к нам прийти, но он отказался, сказав сотруднику СИЗО, что “до разговора с адвокатом он ни с кем общаться не будет”, – рассказывала Литвинович. – Я думаю, он не знает, что такое ОНК, поэтому опасается общаться в условиях несвободы с неизвестными ему людьми».

Дмитрий Мыльцын тут же связался со следственным управлением ФСБ: «В приёмной ФСБ нам сказали, что сами с нами свяжутся. И не дали ни ФИО исполнителя, ни контактные данные». Адвокат подал 5 октября жалобу в порядке ст. 125 УПК (есть в распоряжении «Улицы») в Лефортовский суд. В документе он заявил, что ему до сих пор не сообщили номер уголовного дела и ФИО сотрудников следственной группы. Фактически он знает лишь то, что его доверитель содержится в СИЗО «Лефортово».

«В связи с этим защитник Луканина… не может до настоящего времени приступить к осуществлению защиты, в том числе пройти к нему в ФКУ СИЗО-2 Лефортово ФСИН России и ознакомиться с материалами уголовного дела», – говорилось в жалобе. Мыльцын просил признать бездействие сотрудников ФСБ причиной нарушения права Луканина на защиту. Также он потребовал суд обязать «должностных лиц СУ ФСБ России устранить допущенные нарушения».

В разговоре с «Улицей» Дмитрий Мыльцын уточнил, что администрация СИЗО Лефортово и СУ ФСБ России откровенно нарушают ч. 4 ст. 49 УПК. Там говорится, что «адвокат вступает в уголовное дело в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера». «Несмотря на повсеместную практику, туда [в «Лефортово»] запускают только после того, как следователь из следственной группы сам направит разрешение в следственный изолятор», – объяснил адвокат. Но в Лефортово ему сказали, что от следователя не поступало никаких бумаг.

Адвоката не пустили на первое свидание с подзащитной В изоляторе сослались на «особое распоряжение» следователя

Рассмотрение жалобы в Лефортовском суде было назначено на 12 октября. Тем временем друзья и родственники Луканина отправляли ему посылки в СИЗО. «Собрали вещи тёплые, гигиенические принадлежности какие-то необходимые, щётку зубную, еды… Он же без всего туда уехал», – переживает Николай Кривопалов. «Мы письма пишем, чтобы как-то поддержать его… Тяжело просто взять с улицы и сесть. Просто так человек шёл и оказался в четырёх стенах», – говорит Валентина Моисеева.

8 октября Дмитрию Мыльцыну «позвонило некое лицо, которое представилось следователем». Собеседник «выразил сожаление» и сообщил адвокату, что Луканин отказался от его услуг. «Я задал вопросы: каким образом это произошло и почему вы со мной сразу не связались? Когда документы получили – и каким образом от меня отказались, если меня в глаза никто не видел? Каким образом вообще этот отказ был получен, почему не в моём присутствии? – вспоминает Мыльцын. – Он сказал, мол, ничего не знаю и вообще ни с чем вас не обязан знакомить».

Заседание Лефортовского суда 12 октября прошло в отсутствие Луканина; прокурор и следователь вообще не сочли нужным прийти. Мыльцын ходатайствовал, чтобы участие его подзащитного было обеспечено хотя бы по видеосвязи (ВКС). «Вопрос о допуске касается и меня, и его. И чтобы понять, реально ли человек не хочет, чтобы его защищали, нужно с ним поговорить», – объяснил адвокат «Улице». Лефортовский суд постановил «для организации обеспечения ВКС с обвиняемым Луканиным, истребования необходимых материалов отложить судебное заседание на 29 октября».

Только 16 октября адвокат получил официальное уведомление (есть у редакции) от следователя Морозова – о том, что Луканин отказался от услуг Мыльцына. Оно было направлено 9 октября – на следующий день после звонка «лица, представившегося следователем».

«Есть сомнение в добровольности такого отказа»

Всё время до следующего заседания Дмитрий Мыльцын пытался попасть к своему подзащитному в Лефортово. Он отправлял обращения и жалобы в следственные органы, ФСБ, Генпрокуратуру, но везде получал лишь отписки. «Ваше обращение рассмотрено. По информации, полученной от следователя, обвиняемый… отказался от вашей защиты с 05.10.2020», – писал начальник СИЗО Лефортово Алексей Ромашин. Адвокат продемонстрировал «Улице» это письмо – и папку с аналогичными ответами других ведомств.

На заседании Лефортовского суда 29 октября присутствовали все – кроме Александра Луканина. Судья зачитал представленное Луканиным заявление, согласно которому учёный отказывается от участия в заседании «ввиду того, что отказался от услуг адвоката Мыльцына». Согласно протоколу заседания (есть в распоряжении «АУ») адвокат подтвердил, что получил уведомление следователя Морозова об отказе Луканина. Однако Мыльцын указал суду, что в документе нет важной даты. «В материале отсутствует документ, указывающий на то, когда Луканин отказался от моих услуг – до того, как я вступил в дело или после этого <...> Факт того, что я был допущен в дело, никем не подтверждён», – отметил Мыльцын.

Судья задал следователю вопрос о том, был ли допущен в дело адвокат Мыльцын. «Нет, на момент, когда поступили ходатайства Мыльцына, Луканин отказался от его услуг. [Он] заключил соглашение с другим адвокатом, фамилию которого я называть не хочу», – ответил Морозов. Тогда Мыльцын обратил внимания суда на коллизию: если его юридически не допустили в дело, то и отказаться от него Луканин не мог. Тем не менее суд решил оставить жалобу адвоката без удовлетворения.

Защитник решил подать апелляцию на решение Лефортовского суда. «Со мной должны были связаться сначала, а только после этого связаться с доверителем и принять решение о том, нужен ли я в деле или нет, – настаивает он. – Желательно, чтобы это решение принималось с моим участием. Чтобы я мог с ним поговорить, а после этого он уже сказал: “Да, он мне нужен” или “Не нужен”. В противном случае у меня есть сомнение в добровольности такого отказа».

«Свяжитесь после Нового года»

Ожидая заседания Мосгорсуда по апелляции, Мыльцын пытался разыскать коллегу, фамилию которого не захотел называть следователь Морозов. Довольно быстро выяснилось, что бывшей супруге Луканина звонила адвокат Оксана Павлова – «узнать какие-то данные лицевого счёта». Чтобы разобраться в ситуации, Мыльцын обратился в АП Москвы. 30 октября адвоката проконсультировали, как правильнее себя вести в сложившихся условиях. А председатель Комиссии по защите прав адвокатов АПМ Роберт Зиновьев, по словам Мыльцына, «сразу сказал, что поможет, чем сможет, и написал от своего имени обращение в Главную военную прокуратуру».

Как оказалось, адвокат Оксана Павлова состоит в АП Московской области. Это породило новые вопросы. «По информации из адвокатской палаты Москвы, она не могла законным путем попасть по назначению в это уголовное дело, – объясняет Мыльцын. – Если подразделение [ФСБ] находится в Москве, то только московские адвокаты в порядке 51-й статьи могут попасть по назначению. А если она заключила соглашение с подзащитным, тоже возникает вопрос, каким образом? Если он был задержан в конце сентября в Томске, тем более по такой статье, куда мало кого допускают с улицы».

Дмитрий Мыльцын считает крайне странным, что коллега, наверняка слышавшая о недопуске, не связалась с ним. «Я решил сам позвонить ей. Представился, она меня послушала, но ничего конкретного не сказала. В основном только слушала. Что-то пообещала – сказала, расскажет Луканину о том, что меня наняли его родственники», – говорит Мыльцын. Сама Оксана Павлова заявила «Улице», что не может комментировать «уголовное дело, которое находится в стадии расследования», сославшись на адвокатскую тайну.

Адвокат Оксана Павлова

Как только приговор вступит в законную силу, я могу вам прокомментировать. Если таковой будет. В настоящий момент комментировать ничего не буду. Я сама с вами свяжусь. Или вы со мной свяжитесь… думаю, что после Нового года.

На вопрос о том, как она вступила в дело, женщина ответила: «По соглашению» – и положила трубку.

«Ничего не мешает нам снова отправить запрос»

Опросив родственников и друзей Луканина, адвокат Мыльцын узнал: Павлова рассказала сестре физика, что вступила в дело по соглашению с её братом. Но адвокату она сказала, что заключила соглашение с бывшей женой Луканина. Всё это показалось семье Луканина крайне странным – и они предположили, что Павлову «привели» к обвиняемому следователи. Родственники вместе с Мыльцыным 20 ноября подали жалобу (есть в распоряжении «АУ») в палату Московской области. «Ситуация очень подозрительная. Понятно, что, может быть, наши опасения не подтвердятся. Но пока что дисциплинарное производство – это единственная возможность каким-то образом узнать о соблюдении процедуры доступа адвоката в дело, выяснить подробности заключения соглашения. Сейчас мы ждём результатов», – объяснил защитник.

В жалобе Мыльцын в деталях описал, как уже третий месяц не может попасть к подзащитному – а потом рассказал о сомнениях семьи по поводу адвоката Павловой. Среди прочего защитник отметил, что она прислала бывшей жене физика фотографию письма, якобы написанного им в Лефортово.

Адвокат Дмитрий Мыльцын

При этом есть общеизвестное правило, что адвокат не может проносить телефон на территорию СИЗО. Также запрещено забирать у заключённого в СИЗО какие-либо записи.

Мыльцын рассказал, что никто из родственников и друзей Луканина не заключал соглашения о его защите с Павловой. «Складывается ощущение, что адвокат Павлова осуществляет защиту Луканина без имеющихся на то оснований <...> Прошу привлечь [её] к дисциплинарной ответственности», – заключил адвокат.

Павлова подтвердила «Улице», что знает о жалобе. «Сейчас будет разбирательство и мы будем выяснять природу происхождения этой жалобы. И тогда я вам дам обширнейший комментарий по поводу взаимоотношений между адвокатами и нарушению Кодекса профессиональной этики адвоката», – пообещала она.

На апелляционном заседании в Мосгорсуде 26 ноября следователь Морозов неоднократно заявлял суду, что у Луканина уже есть адвокат. «Луканин показал, что исключительно его защиту должна осуществлять адвокат Павлова. Исключительно. Отдельным пунктом это выделил, – говорил следователь (аудиозапись есть в распоряжении “АУ”). – У него сразу [возникли] сомнения, потому что сначала Мыльцын представляет его друзей, пишет ему письма в СИЗО, давя на него тем самым. У следствия имеются основания полагать, что тем самым он хочет ознакомиться с материалами дела, которые составляют государственную тайну».

От Луканина в суд поступило заявление, что он не заключал соглашения с Мыльцыным и не просил кого-либо из родственников этого делать – потому от защитника он отказывается и просит не рассматривать его жалобы. Мыльцын повторял, что без встречи с ним отказ Луканина выглядит странным. Суд в свою очередь вынес решение об отказе в удовлетворении апелляционной жалобы Мыльцына. В разговоре с «Улицей» адвокат рассказал, что будет и дальше пытаться вступить в дело и увидеться с подзащитным – потому что он заключил соглашение не только с его другом, но и с сестрой. «Ничего не мешает нам снова отправить запрос на вступление в дело и новый ордер», – пояснил он.

«Я не знаю, что с Россией не так»

«Улица» спросила экспертов о том, как часто у адвокатов возникают подобные проблемы. Роберт Зиновьев из АП Москвы подтвердил, что в «Лефортово» и «Матросской тишине» недопуск адвокатов без «разрешения» следователя – характерная проблема. По его словам, палата встревожена ситуацией с Мыльцыным и направила обращение надзирающему прокурору в Главную военную прокуратуру, но пока ответа нет. «Мы возмущены, мы об этом пишем. Тонтон-макутами я их называю – эти команды следователей. И эта проблема существует, но все попытки [тщетны] – эти два специфических изолятора непробиваемы», – говорит Зиновьев.

Происходящее компрометирует в первую очередь само следствие, говорит адвокат Лариса Мове из Комиссии по защите прав адвокатов АП Москвы. «Это всё – отрыжка прошлого. Был у нас период, когда на следствие адвокат не допускался. Ну тогда напишите в законе, что адвокат допускается с момента окончания следствия, как было при советской власти, – возмущена Мове. – Они и так творят чего хотят, а мы не можем защититься, потому что у нас нет таких инструментов, как у них. И при всей такой силе они ещё и не допускают адвокатов! Так какова цена этому следствию тогда?»

Зиновьев называет историю с Мыльцыным и Луканиным «делом политического свойства». «ККонечно, тут явно по-свински поступили сотрудники следственного аппарата ФСБ, нагло, дерзко. Потому что у них есть целый арсенал легальных, предусмотренных законом средств, – говорит Зиновьев. – Возьми подписку от адвоката, а если дело секретное, то это вообще лишает возможности каких-либо комментариев… Но, видимо, им просто не нужен в деле грамотный, принципиальный адвокат, который может активно противодействовать позиции обвинения. Им нужен послушный, управляемый, тот, которого они уже сами нашли и вот каким-то сомнительным способом воткнули».

Он с сожалением признаёт, что в данной ситуации возможности адвокатской корпорации ограничены. «Всё делается для того, чтобы адвокатов лишить независимости. Сделать их министерством адвокатуры, – говорит Зиновьев. – Получается ощущение непробиваемой каменной стены с заранее прогнозируемым результатом. Если принято такое решение политическое по делу с политическим окрасом, то человек обречён. Надежда на прессу и международные организации».

Близкие Александра Луканина тоже надеются, что огласка поможет что-то изменить в судьбе физика. В самом конце разговора с «Улицей» его сестра Марина говорит, что Луканину и таким, как он, «просто не повезло с Родиной».

«Он не единственный, к сожалению, попал в государственную мясорубку. Столько талантливых, гениальных людей… – не может сдерживать эмоций женщина. – Я не знаю, что с Россией не так».

«Улица» отправила запросы в ФСБ, СИЗО-2 «Лефортово» и ФСИН, где попросила объяснить ситуацию с недопуском адвоката Мыльцына в дело Луканина и в СИЗО «Лефортово». Но на момент публикации ответы от ведомств так и не поступили.

Обновление от 14 декабря: перефразировали часть комментария Роберта Зиновьева по рекомендации адвоката «Улицы» и по согласованию с автором цитаты.