На Сахалине строительство аэропорта со скандалами передают инвестору-олигарху

Компанию, которая строила аэровокзал в аэропорту Южно-Сахалинска (и готова была продолжать), отстранили от проекта и не заплатили за уже выполненные работы. Часть сотрудников «Сахалинской механизированной колонны № 68» сокращена, часть с августа сидит без зарплаты. Люди намерены митинговать на площади Победы, чтобы выразить недоверие областному правительству и лично губернатору. Тем временем в проект готовятся завести федеральную компанию.

Аэропорт, который сейчас принимает пассажиров в столице островного региона, надо реконструировать, потому что здание не отвечает правилам безопасности по сейсмичности (да и вообще устарело). Новый трехэтажный аэровокзальный комплекс площадью 39,9 тысячи квадратных метров (вместо нынешних 7,4 тысячи) должен только на внутренних авиалиниях пропускать по 550 пассажиров в час, и еще 250 — на международных. Губернатор области Валерий Лимаренко заявлял, что в год пропускная способность должна возрасти до 5 миллионов пассажиров. Даже в лучшие времена такие цифры звучали чересчур оптимистично.

6,7 пишем — 11,8 в уме

В Сахалинской области строить непросто. Даже если не брать в расчет сложный климат — материалы в островной регион завозить сложно и дорого (это, кстати, стало одним из камней преткновения в новом проекте). Так что «своих» компаний, способных отрабатывать крупные заказы, не то чтобы очень много. СМК-68 — одна из таких, но и о ней скоро можно будет говорить в прошедшем времени.

«В тройку по области мы входили, работаем на сложных объектах. Мы — строительные партнеры «Сахалинэнерго», строим ЛЭП, ГРЭС, очистные, у нас много выполненного госзаказа, — не без гордости говорит Александр Веклич, директор «Мехколонны». — До того, как начались сложности, работало 700 человек, сейчас 200 — пришлось уволить около полутысячи сотрудников. Договор на 6,7 миллиарда мы заключили в сентябре 2017 года. Начинали, по условиям контракта, на собственные средства. Потом взяли в Сбербанке кредит на 1,3 миллиарда, еще 670 миллионов составила банковская гарантия по обязательствам компании. От заказчика в процессе поступала куча изменений и доработок: остекление магистральной галереи, навеса, навязывание поставщика системы обработки багажа, изменение технических характеристик лифтового, досмотрового оборудования, телескопических трапов, внутренней отделки на более дорогую, внедрение системы «умный дом», устройство нового покрытия аванперрона, строительство капсульной гостиницы и т.д.

Частично из-за того, что в стране менялись правила по авиационной и транспортной безопасности. Мы все принимали, объект дорожал».

Проектно-изыскательские работы заказывало правительство области, в них обнаружились многочисленные нарушения, на часть из них заказчику указал подрядчик (направлено около 150 писем с замечаниями). Пришлось переделывать, начало строительства затянулось.

В 2018 году аэровокзал стоил уже 11,8 миллиарда. Повторную государственную экспертизу правительство провело, но в работу генподрядчику измененный проект не передали, об этом говорил на заседании облдумы руководитель ассоциации «Сахалинстрой» (в нее входит Мехколонна) Валерий Мозолевский.

А как строить, если проекта нет? Работы были заморожены, и понятно, что лучше от этого недострою не стало. Пока что подрядчик, теперь уже бывший, обеспечивает сохранность оборудования. А прошлой зимой, например, своими силами обогревал объект. Компенсации за использование своего энергооборудования не получил, конечно.

В 2019 году южно-сахалинским аэропортом заинтересовался холдинг господина Вексельберга «Аэропорты регионов». Уже и сотрудники сменились в компаниях «Аэропорт Южно-Сахалинск» и «Аэровокзал Южно-Сахалинск» (первая управляет существующим терминалом, вторая — строит и будет управлять новым). Весной запланировали очередную корректировку проекта. Все затянулось — в «Мехколонне» полагают, что намеренно: таким образом, снижается выкупная цена объекта. Губернатор Лимаренко заговорил про 5 миллионов пассажиров в год, ООО «Спектрум-холдинг» (структура, подконтрольная потенциальному инвестору) еще зимой проводила аудит недостроенного аэровокзального комплекса. А в марте можно было бы и продолжать работы, ведь новый проект прошел экспертизу. Но понятно, почему его генподрядчику тогда не дали — к тому моменту все уже в принципе было решено.

Итог печален: сдать работу до 1 ноября не успели. Готовность, по одним данным, составляет 67%, по другим — гораздо выше, по недавним — менее 60%. Все эти цифры — от правительства области. В октябре контракт ПСО и генподрядчика был расторгнут «по обоюдному согласию в связи с отставанием от графика работ». Правительство теперь хочет оштрафовать «Мехколонну» на 250 тысяч.

Стоит отметить, что в 2019 году островной регион возглавил выходец из Росатома Валерий Лимаренко, близкий, как несложно догадаться, к Сергею Кириенко. Появление «варяга» на острове связывают с тем, что на проект зайдут федералы. ПСО даже попало под проверку УФАС, которому показалось подозрительным желание губернатора передать «Аэропортам регионов» акции без конкурса.

Корейский металл раздора

Позиция правительства Сахалинской области и полпредства президента по поводу работы с предприятием сомнений не вызывает. Виноваты, как водится, подрядчики. Вот, допустим, цитаты с понедельничной рабочей поездки вице-премьера — полпреда в ДВФО Юрия Трутнева в островной регион.

«Стало понятно, что есть недочеты проекта, которые не учитывали весь объем металла, возник вопрос по использованию металла корейского производства», — доложил заместитель председателя правительства Сахалинской области Сергей Олонцев. К слову, о замене металла Веклич до этого не раз высказывался. Во-первых, это было согласовано с заказчиком (даже дело возбудили против бывшего замдиректора «Аэровокзала Южно-Сахалинск» Павла Кузнецова; по версии следствия, ущерб от его подписи на документе составил 800 миллионов). Во-вторых, металл как металл, его использовали при строительстве многочисленных крупных объектов. В-третьих, его потребовалось немало, а это, напомним, островной регион; заводы заламывали цены и не могли обеспечить запросы, Холмский порт просто трещал бы по швам от таких объемов, подрядчик остался бы в большом минусе. Есть и другое мнение, также обоснованное: о потребностях в металле, его изначальной (заниженной) стоимости и, следовательно, рисках, «Мехколонна» отлично знала. Контракт-то читали и не первый год работают. Правда, сейчас этим металлом пытаются объяснить, кажется, вообще все происходящее.

«Подрядчик нарушил условия проекта и вместо того, чтобы приобрести российскую продукцию, закупил металл за рубежом.

Это неуважительная причина для увеличения стоимости работ. Стоимость увеличилась практически на 40%. Изменения требований к силовому электрооборудованию или увеличение площади остекления никак не тянут на увеличение проекта почти в два раза», — заметил Юрий Трутнев.

А вот в пресс-релизе за 21 сентября ПСО утверждает, что заказчик совершил многочисленные нарушения и не вовремя устранял ошибки по требованию строительного контроля. «Отставание в строительстве аэровокзального комплекса зафиксировано свыше чем по 40 позициям. Сроки неисполнения работ составляют от 60 дней до более 12 месяцев... Также СМК № 68 содержала строящийся объект в неудовлетворительном состоянии. Подрядчик демонтировал временные системы обеспечения сохранности возведенного здания аэровокзала, чем поставил под угрозу сохранность качества уже выполненных и оплаченных за счет средств областного бюджета работ. Кроме того, без соблюдения должного температурного и климатического режима в зимнее время хранилось новое оборудование, в частности телетрапы (устройства для сообщения самолета со зданием аэровокзала)».

Особенно странно это выглядит, если прочесть кипу новостей и официальных документов разной степени закрытости — до последнего, до осени, речь шла о том, что всё в порядке. Там еще много «приятного» в адрес СМК, но главное вот что: достроят за два года, найдут частного инвестора. Бывшего генподрядчика, то есть «Сахалинскую механизированную колонну № 68», судя по всему, не просто раздербанят, а еще и «скормят» силовикам.

Тут стоит отметить, что все вышеперечисленные региональные и федеральные чиновники, а также Генпрокуратура и многие другие официальные структуры тревожные письма от «Мехколонны» получали. Только по существу не отвечали.

Депутат Госдумы Алексей Корниенко, которому Веклич недавно написал с просьбой «оказать возможное содействие в организации рассмотрения вопросов... правоохранительными органами Российской Федерации по существу», прокомментировал ситуацию: «В Сахалинской области официальный уровень безработицы который год не доходит и до 1%. Но это, как вы понимаете, не более чем крючкотворство. В реальности даже не всех обратившихся в службу занятости ставят на биржу труда. Процентов пятнадцать жителей островного региона, по моим скромным подсчетам, сидят без официальной работы или на сезонных заработках. В этой ситуации убивать одно из крупных предприятий области — во-первых, недальновидно, во-вторых, антинародно. Какая-то позиция «после нас хоть потоп» получается. Понятно, что почти все аэропорты страны так или иначе связаны с крупными сетями, идет процесс приватизации. Кому и с какими целями ни отдали бы в итоге аэропорт Южно-Сахалинска — вопрос остается: зачем в попытках прикрыть свои намерения местный бизнес-то разваливать?»

«Жизни уже не будет»

В общей сложности долги компании перед сотрудниками сейчас составляют 8,3 миллиона рублей

и потихоньку гасятся, конечно; 19 ноября было около 35 миллионов. Но Следственный комитет уже дело возбудил (пока что не против конкретных лиц, а «по признакам преступления»). Еще «Мехколонна» задолжала более 700 миллионов рублей банкам. И по налогам, и по договорам субподряда. Оборудования и стройматериалов подрядчик накупил на 200 миллионов, неоплаченных (но реализованных и подписанных) работ выполнил на 84 миллиона. Правительство области (в лице предприятия «Аэровокзал Южно-Сахалинск») платить не торопилось. Лишь после выхода конфликта в публичную плоскость (совсем недавно) деньги начали перечисляться.

Но все равно предприятие без пяти минут банкрот. «У нас есть и другие объекты. Сейчас важно закрыть все обязательства. Достроим, что должны, чтобы не упасть в грязь лицом перед подрядчиками. Отдадим долги сотрудникам. И, видимо, начнем процедуру банкротства, — говорит Александр Веклич. — Невозможно работать с правительством. Я точно знаю: компании жизни уже не будет».

Кто получит 100% акций, вложит 4,8 миллиарда в достройку нового здания аэровокзала, а потом станет управлять активами, пока неясно. «Аэропорты регионов» на объект не зашли. На островах говорят, что среди потенциальных инвесторов — гиганты. Вексельберг, понятно. А еще Олег Дерипаска и его «Базэл Аэро», Роман Троценко и «Новопорт», Константин Басюк и «Хабаровский аэропорт» (впрочем, возможно, местный бизнес просто цитирует материал «Ведомостей», ведь в публичном поле никаких заявлений не было).

Перечисляя этих людей, директор сравнительно маленькой «Сахалинской механизированной колонны № 68» грустно шутит: «Как я думаю, кто победит? Близость к президенту победит».