Услугами профессиональных отравителей — фанатиков и спецслужб — пользовались со времен Рима. Рассказывает доктор биологических наук

Столетиями отравители применяли снадобья, полученные из растений и минералов, не зная механизма их действия. Из I века дошло имя римлянки Локусты. Ее платными услугами пользовались императоры Калигула, Нерон и его мать Агриппина, отравившая своего мужа императора Клавдия. Химической науки тогда не существовало. Локуста понятия не имела, что соединения мышьяка угнетают энергетический обмен, но умела подмешивать их в пищу, вызывая хроническое заболевание нервной и пищеварительной систем. Умела она и готовить экстракт из растения аконит. Сейчас мы знаем, что смесь алкалоидов аконитина и зангоринавсасывается через кожу и оказывает смертельное судорожно-паралитическое действие. Аналогично действовал через пищеварительную систему токсин цикуты.

Орудовала Локуста настолько нагло, что в 68-м году император Гальба лично приказал казнить отравительницу.

В Италии XVII в. прославилось семейство Тофана. Самая знаменитая — Теофания ди Адамо («госпожа Тофана»), за которой числилось более 600 отравлений, включая папу римского Климента XIV и претендента на французский престол герцога Анжуйского. Ей помогали дочери. Предприимчивые дамы наладили сбыт «аква тофана» — бесцветной и не имеющей запаха жидкости. Она предположительно содержала растворимые соединения мышьяка и экстракт белладонны. Высокие связи отравительницам не помогли: все они окончили жизнь если не на виселице, то на костре инквизиции.

Большинство «классических» видов отравы действовало только при приеме с пищей, причем в высоких концентрациях. Это сильно осложняло задачу. Однако на рубеже XIX века начала развиваться аналитическая химия, знакомые с древности растительные и минеральные яды научились очищать и использовать в низких концентрациях. Появились новые: в 1762 году открыли цианистый калий, блокирующий процессы клеточного дыхания — тот самый, которым в 1916 году заговорщики неумело пытались отравить Григория Распутина. Цианистый калий является солью синильной кислоты. Позднее на ее основе был разработан «Циклон Б», который нацисты использовали для массовых убийств в газовых камерах. С помощью цианистого калия совершили самоубийство в 1945 г. и многие высшие нацистские функционеры.

В 1818 г. из семян тропического растения чилибуха (рвотный орех) получили алкалоид стрихнин, в полтора раза более токсичный, чем цианистый калий. Подобно яду цикуты, он блокирует процессы торможения в двигательных отделах нервной системы, вызывая судороги и смерть от паралича дыхательных мышц.

Криминальное ремесло окончательно перешло от колдунов и знахарей в руки ученых-химиков.

Они-то и обратили внимание на яд кураре, который южноамериканские индейцы издревле готовили из коры растения стрихнос — американского родственника рвотного ореха. Индейцы применяли кураре для отравления стрел при охоте на мелкую дичь. Химикам удалось выделить действующее начало — тубокурарин, а потом синтезировать его искусственные аналоги. Это открыло возможность для медицинского и криминального применения этих веществ внутримышечно. Курареподобные препараты нарушают передачу нервных импульсов на мускулатуру, вызывая смерть от паралича дыхания, причем посмертно определить их присутствие технически сложно.

Сходное действие оказывают сакситоксины, которые вырабатываются одноклеточными водорослями и накапливаются в теле моллюсков. Сообщалось, что сакситоксин предполагали использовать кубинские эмигранты против Фиделя Кастро, но кустарно организованное покушение провалилось на стадии подготовки.

Поскольку первоисточник сакритоксина — микроорганизмы, его можно рассматривать как биологического оружие. Использование таких веществ спецслужбами США было запрещено специальной директивой еще в 1969 году.

В 1862 году из минерального сырья был выделен таллий— металл, образующий высокотоксичные хорошо растворимые в воде соединения без вкуса, цвета и запаха. Они нарушают биохимические процессы с участием серы, блокируя белковый обмен. Соединения таллия долгое время использовались для борьбы с крысами, тараканами и муравьями. Легкая доступность часто делала эти вещества орудиями «бытового» уголовного терроризма. Применение таллия восточногерманской спецслужбой Штази предусматривалось инструкцией, опубликованной после объединения страны. Было доказано судом его использование в 1981 году при попытке отравления восточногерманского диссидента Вольфганга Вельша.

Таллий может накапливаться в организме, вызывая многообразные, изменчивые и смертельно опасные симптомы, которые усугубляются при приеме любого из трех его радиоактивных изотопов. Именно так в 1957 году пытались отравить Николая Хохлова — советского разведчика, который получил приказ убить деятеля эмиграции Георгия Околовича, но вместо этого сдался германским властям.

Это первое известное покушение с использованием радиоактивного вещества.

В 2006 году с помощью радиоактивного полония-210 в Лондоне был убит бывший офицер ФСБ Александр Литвиненко. В отличие от химических ядов следы таких отравлений легко установить, поэтому они обычно носят демонстративный, устрашающий характер.

Оружие и орудия

Боевые отравляющие вещества технически малопригодны для диверсионно-террористических целей из-за трудностей транспортировки и неизбирательного действия, а яды «индивидуального назначения» малоэффективны на поле боя из-за низкой либо, наоборот, избыточной устойчивости во внешней среде. Например, малопригоден в качестве боевого оружия оказался рицин— побочный продукт получения касторового масла, необратимо блокирующий синтез белка и в шесть тысяч раз более ядовитый, чем цианистый калий. Отравление наступает при ранении, проглатывании или вдыхании пылевых частиц. Рицин относительно легко получить в кустарных условиях. Это обусловило его применение в криминальных целях или просто психически неустойчивыми людьми вроде тех, что рассылали письма с рицином официальным лицам США.

В 1979 году после выстрела капсулой с рицином из замаскированного под зонтик пневматического пистолета в Лондоне скончался диссидент Георгий Марков. Полученная им доза яда была ничтожной. Годом раньше при аналогичных обстоятельствах парижскими врачами был спасен его соотечественник Владимир Костов. Расследование, проведенное после революционных событий 1989 года, показало, что оба покушения были организованы болгарскими спецслужбами при содействии КГБ СССР.

В конце 1930-х немецкие химики получили серию чрезвычайно токсичных органических соединений, содержащих фосфор, — табун, зарин, а чуть позднее зоман. Все фосфорорганические яды, включая бытовые карбофос и дихлофос, блокируют фермент холинэстеразу, регулирующий нервно-мышечную передачу возбуждения. Это вызывает судороги с последующим параличом. Смертелен при нанесении на кожу и при попадании в пищеварительный тракт. Фанатики из секты «Аум Синрикё» (организация признана террористической и запрещена в РФ. — Ред.) подготовили теракты в токийском метро именно с ним и это лишало смысла международные поиски фабрик химического оружия в Ираке и Сирии.

На 1945 год в распоряжении гитлеровской Германии имелось до 15 тысяч тонн табуна и около тонны более токсичного зарина. Применить их на поле боя Гитлер не решился, опасаясь ответных химических бомбардировок германских городов. После войны химические арсеналы вместе с разработчиками достались союзникам. Так, член нацистской партии с 1922 года Петер Тиссен в СССР стал лауреатом Сталинской и Государственной премий за работы над технологией получения трифторида хлора («вещество N») — чрезвычайно токсичного удушающего газа, который нашел применение в атомной промышленности и ракетостроении. Позднее зарин и его аналоги применялись на фронте ирано-иракской войны, а также во время гражданских войн в Ираке и Сирии.

После войны одним из лидеров в разработке отравляющих веществ стала нейтральная Швеция, которая развивала химическое оружие как альтернативу ядерному. Так появилось поколение фосфорорганических ядов, связанных с именем токсиколога Ларса Таммелина. «Яды Таммелина», или V-газы, на порядок более токсичны, чем табун и зарин, но при этом более устойчивы во внешней среде, обладают меньшей летучестью и легко проникают через кожу. Отравление может наступить при касании дверной ручки, чтении письма или глотке воды с ничтожной концентрацией яда. Аналогично действует группа веществ, известных как «Новички». Когда российские официальные лица отрицают их существование, они говорят почти правду: точно так же не было и нет ракет «Сатана», бомбардировщиков «Бэкфайер» и «Медведь», подводных лодок «Оскар». Подобные условные обозначения советских и российских вооружений используются мировыми СМИ и документах НАТО.

V-газы и «Новички» на поле боя никогда не применялись, но оказались эффективны как мощное, хотя и недостаточно избирательное средство индивидуального террора. С ними связывают покушения на банкира Ивана Кивелиди, разведчика Сергея Скрипаля, политика Алексея Навального, ликвидацию исламского террориста Хаттаба во время Чеченской войны. Вещество VX стало инструментом убийства в эмиграции старшего брата северокорейского диктатора — Ким Чен Нама.

Отрава оперативного значения

Большинство разведок использование ядов практикует редко — то ли из брезгливости, то ли потому, что вовремя подложенная бомба или меткая пуля действуют надежнее. В свое время ЦРУ так и не смогло найти исполнителя для отравления левого африканского политика Патриса Лумумбы, а

Израиль сам же обеспечил лечение лидера движения «Хамас» Халеда Мошаля после провального покушения.

Обе эти истории, равно как многочисленные «покушения» на Фиделя Кастро, показывают, как опытные и сильные разведслужбы демократических стран тщетно пытались заняться не своим делом, в котором успех — удел институтов, порожденных совсем другим обществом.

Среди персонажей мрачного фильма Эльдара Рязанова «Предсказание» один имеет легко узнаваемого прототипа. Это маститый ученый, он же киллер-отравитель НКВД Игорь Поплавский. В миру его звали Григорием Майрановским, а доктором медицинских наук и профессором он стал на основании «секретных работ, имеющих большое оперативное значение» (позднее следствие квалифицировало их как «бесчеловечные опыты над живыми людьми». Работы выполнялись в руководимой им токсикологической лаборатории НКВД — МКГБ — МГБ, которая в 1920-х называлась «специальным кабинетом», позднее — «Лабораторией Х» и формально находилась при Всесоюзном институте биохимии а затем передана НКВД. Занимались там в основном разработкой ядов и политическими убийствами. Одно из первых упоминаний этого учреждения связано с эмигрантской версией странной смерти лидера Белого движения Петра Врангеля в 1929 году.

«Продукцию» лаборатории испытывали на заключенных и ссыльных при личном участии полковника медицинской службы и заслуженного работника НКВД Майрановского. Среди ядов предпочитали кураре и стрихнин. Так погибли греко-католический архиепископ Теодор Ромжа, деятель Коминтерна Айзек Оггинс и, возможно, шведский дипломат Рауль Валленберг. Бывшего наркома просвещения Украины Александра Шумского отравили в поезде, а польского военного инженера Наума Самета — в машине после похищения на улице. Личное участие Майрановского доказано для более 150 отравлений с летальным исходом. Свои 10 лет во Владимирском централе после смерти Сталина он все-таки отсидел — в отличие от другого возможного прототипа, академика Сергея Муромцева.

Германские нацисты печально известны бесчеловечными медицинскими экспериментами в концентрационных лагерях. Ядами там занимались Зигмунд Рашер и Август Хирт — гауптштурмфюреры СС, масштаб преступлений которых не уступал деяниям Доктора Смерть Йозефа Менгеле. Так же, как и Менгеле, они не предстали перед судом: Рашера обвинили в мошенничестве и ликвидировали в конце войны сами нацисты, а Хирт тогда же пропал без вести.

В лагере Дахау, в частности, изучалось действие пистолетных пуль, отравленных аконитином. Такой способ оказался не эффективен, так как высокая температура нейтрализует действие ядов. Так, не подтвердились отравления при покушениях эсерки Фанни Каплан на Владимира Ленина в 1918-м и чехословацких антифашистов — на гитлеровского наместника Рейнгарда Гейдриха в 1942 г.

Для террористических целей вместо огнестрельных или взрывных применяют пневматические и механические устройства, такие как «болгарский зонтик» — замаскированный под зонт пневматический пистолет, стреляющий капсулами с ядом. Киллер советской разведки Богдан Сташинский в 1957–59 годах убил на территории Германии лидеров украинских националистов Льва Ребета и Степана Бандеру, используя газовый пистолет, заряженный синильной кислотой. Из-за высокой летучести яда причина смерти в обоих случаях установлена не была. Ясность наступила только в 1961 году, когда Сташинский добровольно сдался властям ФРГ. Отбыв тюремный срок, он вышел на свободу и бесследно исчез. Говорят, что под новым именем и с измененной внешностью он жив до сих пор.

По ту сторону зла

Отравители вызывали омерзение всегда. Их презирали, но пользовались услугами в политических, финансовых и криминальных конфликтах.

Можно только удивляться количеству мышьяка, свинца и ртути, содержащихся, например, в мумиях египетских вельмож и волосах московских цариц,

либо списывать эту «минерализацию» на состав древних лекарственных препаратов или косметических средств

Химическое оружие запретила Женевская конвенция 1925 года, положения которой были развиты в 1994 г. С 1997 г. действует Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО). Покушение на политическое убийство с помощью отравляющего вещества — акт химической войны, военное преступление. В соответствии с международным правом виновные в нарушении законов и обычаев войны подлежат розыску и преданию суду на территории любой страны — участницы Женевской конвенции. За это, а не что-либо иное по приговору иракского суда повесили бывшего президента Саддама Хусейна и его кузена по прозвищу Химический Али. Такие же обвинения предъявлялись при снятии неприкосновенности с экс-президента Чили Аугусто Пиночета.

В 1950-е годы СССР потратил немало сил, чтобы действие конвенций о законах и обычаях войны распространилось на конфликты немеждународного характера. Под таковыми советские дипломаты разумели «национально-освободительные движения» и террористическую деятельность левацких группировок. О том, что подобное законотворчество может обернуться бумерангом, они не подумали.

Андрей Пуговкин,доктор биологических наук