Как появилось новое дело против Навального? Можно ли в принципе украсть 356 миллионов из своих же фондов? Чем все это ему грозит?

Главные вопросы и ответы о новогодней атаке властей на основателя ФБК

Поздно вечером во вторник, 29 декабря, Следственный комитет России сообщил, что в отношении основателя «Фонда борьбы с коррупцией» Алексея Навального и «иных лиц» возбуждено дело о мошенничестве в особо крупном размере. Навального и его соратников подозревают в похищении и растрате на «покупку имущества и ценностей» тех пожертвований, которые поступали от людей в некоммерческие фонды политика. Об этом «воровстве» на протяжении многих лет активно писали прокремлевские блогеры, атакующие Навального — при этом не предъявляя убедительных доказательств. «Медуза» отвечает на главные вопросы о новогодней атаке властей на Навального, которая случилась вскоре после того, как основатель ФБК заявил, что за попыткой убийства на него стоит лично президент Владимир Путин.

В чем конкретно обвиняют Навального?

Следствие утверждает, что Алексей Навальный, фактический руководитель нескольких некоммерческих организаций, «совместно с иными лицами» потратил из 588 миллионов рублей пожертвований более 356 миллионов на личные цели — покупку имущества, материальных ценностей и оплату расходов, в том числе на отдых за границей.

«Таким образом, собранные с граждан средства были похищены», — утверждается в пресс-релизе Следственного комитета. При этом СК не уточняет, о каких ценностях, имуществе и поездках за границу идет речь.

На каком основании могут завести такое дело?

«Это дело относится к делам публичного обвинения и не требует заявления потерпевшего. Для возбуждения дела о мошенничестве достаточно любых других оснований, перечисленных в УПК [Уголовно-процессуальном кодексе], в том числе и информации от оперативных служб, если в ней содержатся объективные признаки совершения преступления, которые подтверждаются их проверкой, — говорит „Медузе“Вадим Клювгант, вице-президент адвокатской палаты Москвы. — Однако для предъявления обвинения закон обязывает следствие установить лицо, которому причинен ущерб — неважно, юридическое или физическое».

В статье 140 УПК описаны «поводы и основания для возбуждения уголовного дела». Среди них помимо заявления о преступлении перечислены: явка с повинной, «сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников», постановление прокурора о направлении материалов проверки в СК — чтобы решить вопрос об уголовном преследовании. Основание для возбуждения дела, в соответствии с этой статьей, — «наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления».

Собственно, именно так это и сформулировано в пресс-релизе следователей: «Главным следственным управлением СК России собраны достаточные данные, на основании которых в отношении Алексея Навального и иных лиц возбуждено уголовное дело». Однако что содержат эти «достаточные данные», не сообщается.

Что говорит сам Навальный (и его соратники) об «украденных» пожертвованиях?

Навальный прокомментировал обвинения на следующий день после сообщения об уголовном деле: «По бухгалтерским проводкам ФБК отлично видно: сколько денег пришло и куда они ушли. И очень хорошо видно, что я никогда ни одной копейки от ФБК или штабов не получал. Ровно так же видны и мои личные финансы. Сколько и откуда я получаю, сколько трачу».

Руководитель сети региональных штабов Навального Леонид Волков считает, что Следственный комитет просто придумал дело о мошенничестве — точно так же, как и предыдущее: уголовное дело об отмывании одного миллиарда рублей под видом пожертвований через «Фонд борьбы с коррупцией», возбужденное в августе 2019 года. По словам Волкова, у следователей, занимавшихся расследованием того дела, до сих пор нет «ни одного потерпевшего, ни одного сомнительного рубля, ничего вообще» (дело до сих пор открыто).

Сам Навальный последовательно с 2012 года говорил, что не получает зарплату в ФБК и не тратит на себя ни рубля из пожертвований. Он повторил это в июле 2020-го и заодно выложил свою налоговую декларацию индивидуального предпринимателя, где указан его годовой доход в 5 440 000 рублей. Основа этого дохода — оплата благотворителем Борисом Зиминым юридических услуг Навального, рассказал политик в октябрьском интервью журналисту Юрию Дудю. «И деньги, которые я получаю, полностью соответствуют тому образу жизни, который я веду», — добавил политик.

В 2017-м Навальный подробно отчитался о своих доходах, начиная с 2011-го (примерно от двух до девяти миллионов рублей в год; источники — адвокатская и предпринимательская деятельность, выплаты по решениям ЕСПЧ и дивидендам), имуществе, а также о доходах жены.

Навального когда-то обвиняли в чем-то подобном? Почему в связи с этим делом упоминается какой-то Илья Ремесло?

Вскоре после сообщения СК об уголовном деле член Общественной палаты и прокремлевский блогер Илья Ремесло в своем фейсбуке объявил, что дело против Навального заведено по его заявлению. «Медузе» Ремесло пояснил, что еще полгода назад написал в Следственный комитет, Генпрокуратуру и Федеральную налоговую службу заявление о хищении пожертвований из фондов Навального.

«Дело заведено четко по моему материалу, который я опубликовал вчера и по которому просил завести дело. <…> Все эти годы я собирал материал — и вот материал реализован», — утверждает Ремесло в своем фейсбуке. «В релизе СК видно, что они пользуются моей фактурой: те же фонды, те же цифры», — заявил он «Медузе». При этом сам Ремесло потерпевшим по делу не проходит, потому что не был жертвователем фонда.

Ремесло уже много лет утверждает, что Навальный и его команда «крадут деньги жертвователей»; его посты и статьи активно распространяются через сети прокремлевских блогеров. Издание The Insider, ссылаясь на письма из взломанной переписки, осенью 2019 года писало, что бывший замначальника управления внутренней политики администрации президента России Константин Костин «в последние годы разрабатывал для АП план давления на Навального и его соратников, частью этого плана была именно провокация с пожертвованиями». Одним из исполнителей этого плана, как следует из публикации, должен был стать Илья Ремесло.

Летом 2020 года Ремесло сравнил публичные отчеты штабов Навального с отчетностью финансирующих их фондов, сданной в Минюст, а также сведениями о поступлениях в биткоин-кошелек для пожертвований. В 2019-м, считает Ремесло, фонды потратили на финансирование штабов на 100 миллионов меньше, чем в итоге потратили сами штабы; эту разницу, утверждает Ремесло, Навальный и его соратники украли.

При этом Ремесло берет за основу для сравнения три НКО — «Фонд защиты прав граждан „Штаб“», «Фонд защиты прав граждан» и «Фонд организации и координации защиты прав граждан». Однако Леонид Волков утверждает, что фондов, финансировавших штабы, было больше — отсюда и несовпадение цифр. Кроме того, по словам Волкова, Ремесло «занимается двойным счетом», складывая друг с другом одни и те же поступления.

«Илья Ремесло бегает за нами много лет, каждый раз, когда у нас выемка документов [силовиками], это все оказывается у Ильи Ремесло», — рассказывает Волков «Медузе».

На вопрос «Медузы», связано ли возбуждение дела с деятельностью Ильи Ремесло, Леонид Волков сказал: «Очень похоже, что [дело возбуждено] по его заявлению, но документов [по этому поводу] никаких нет».

Откуда взялась сумма в 356 миллионов рублей, которые якобы были украдены?

Мы не знаем. СК назвал ее, но не привел никаких подробностей.

«Русская служба Би-би-си» изучила отчетность фондов, упомянутых в заявлении Следственного комитета, и подсчитала, что примерно такая же сумма (340,4 миллиона рублей) — это целевые расходы фондов с 2015 года, то есть примерно столько они и обещали потратить на свою деятельность.

В то же время Волков в посте на фейсбуке пишет, что эта цифра просто придумана: «Они тупо просто все придумали. <…> У них как на ладони все счета Навального, все счета Волкова, все счета всех сотрудников ФБК. Если Навальный и Волков взяли себе 356 миллионов рублей из донатов на „шикарную жизнь“, то должны быть какие-то транзакции, какие-то следы этого? Раз по „логике следствия“ из собранных на ФБК и штабы денег большая часть перекочевала в карманы Навального и Волкова, значит должны быть эти переводы и платежки? <…> Ни Навальный, ни Волков не получают и никогда не получали в ФБК зарплаты — как технически они могли бы „присвоить“ 356 миллионов рублей со счетов ФБК — организации, которая находится под пристальным вниманием Кремля в течение многих лет, проходит ежегодный обязательный аудит, сдает тонны отчетности? Это на кого вообще рассчитано?»

Можно ли заподозрить фонды Навального в том, что они скрывают, на что тратятся деньги жертвователей? И теоретически можно ли из этих фондов что-то украсть?

Фонды, упомянутые в заявлении СК — это некоммерческие организации. Они регулярно отчитываются перед Минюстом России, а тот публикует отчеты на своем сайте. Деятельность фонда прозрачна, в основном деньги поступают от тех, кто подписался на длительные пожертвования и от немногочисленных юрлиц, говорит «Медузе» глава ассоциации «Клуб бухгалтеров и аудиторов НКО» Павел Гамольский.

Помимо этого, ФБК и штабы Навального сами выкладывают развернутые годовые отчеты о своей работе, в том числе и финансовые; рассказывают о расследованиях и кампаниях, проведенных при поддержке жертвователей.

«Все документы оформлены просто идеально. Фонд действует в соответствии с уставными целями, у него есть программы, проекты, он тратит деньги только на это», — объясняет «Медузе» Гамольский.

Теоретически в фондах возможны хищения — они происходят через зарплаты топ-менеджменту, выписку материальной помощи лицам, которые на самом деле ее не заслуживают, обналичивание средств (покупку товаров и услуг у организаций-однодневок), рассуждает Гамольский. «Но это должно быть доказано. Насколько я знаю, таких фактов в деятельности ФБК не было, — говорит он. — Выписывание очень высоких зарплат аппарату управления с целью вывода денег? Нет там такого. Аппарат управления, во-первых, немногочисленный; во-вторых, получает обычные зарплаты. Приобретение имущества? Приобретенное имущество раз пять уже изымалось правоохранительными органами, фонд тратил деньги на то, чтобы восстановить свою материально-техническую базу».

Чем это дело грозит Навальному?

Наказание за преступления по ч. 4 статьи 159 Уголовного кодекса — лишение свободы на срок до десяти лет, со штрафом до одного миллиона рублей.

При этом новое дело представляет угрозу не только для Навального, но и для его соратников. В пресс-релизе СК указывается, что Навальный действовал с «иными лицами», которых следствие «устанавливает».

Бывший следователь прокуратуры, адвокат Алхас Аблгджава, сотрудничающий с правозащитным фондом «Русь сидящая», считает, что опасность угрожает, прежде всего, сотрудникам фондов Навального, имеющим отношение к административно-распорядительной и финансовой деятельности: «Ну, и любым активным, независимо от их обязанностей и функционала. Нужно понимать, что СК действует не как следственный орган, а как репрессивный».

«Опасаться уголовного преследования стоит всем лицам, имевшим отношение к имуществу, которое является предметом [предполагаемого] хищения, в силу своих формальных полномочий или наличия фактического доступа к нему», — объясняет адвокат Вадим Клювгант.

Пока в отношении соратников Навального Следственный комитет не проявлял никакой активности. «Мы, увы, ничего не знаем, кроме того, что написано в пресс-релизе СК», — сказала «Медузе» по поводу деталей нового уголовного дела пресс-секретарь ФБК Кира Ярмыш. «Никаких следственных действий мы не видим», — заявил Волков. Он добавил, что «в целом, это дурацкая трата времени — пытаться анализировать и рационализировать творчество умалишенных».

На вопросы «Медузы» о других подозреваемых, а также о том, есть ли в деле Навального потерпевшие, Следственный комитет отвечать не стал.

А что там по поводу другого уголовного дела, которым Навальному угрожала ФСИН?

Теоретически это дело может представлять для Навального бо́льшую опасность.

30 декабря у политика должен был закончиться испытательный срок по делу «Ив Роше» (сам условный срок закончился еще в 2017 году). 28 декабря ФСИН заявила, что Навальный, находящийся за границей (куда его эвакуировали, чтобы лечить от последствий отравления боевым ядом «Новичок»), не исполняет обязанности условно осужденного и «уклоняется от контроля уголовно-исполнительной инспекции».

Сославшись на публикацию в журнале The Lancet об отравлении политика ядом из группы «Новичок», ФСИН заявила, что к 12 октября у Навального «прошли все последствия его болезни», и потребовала явиться в филиал ведомства в Москве в девять утра 29 декабря, пообещав в противном случае обратиться в суд с ходатайством о назначении реального срока из-за нарушений условий испытательного срока.

Юрист «Команды 29» Валерия Ветошкина сказала «Медузе», что ФСИН может обратиться в суд в течение трех рабочих дней с момента установления нарушений, то есть теоретически это может произойти после новогодних праздников. А суд может принять решение о замене условного наказания на реальное даже после истечения испытательного срока, если осужденный «скрывался от контроля».

Более того, говорит Ветошкина, в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока «умышленного тяжкого преступления» (к которым относится ч. 4 ст. 159, по которой Навального подозревают в краже пожертвований), суд отменяет условное осуждение и назначает ему наказание по совокупности приговоров.

Авторы: Анастасия Якорева, Максим Солопов, Денис Дмитриев при участии Светланы Рейтер