Навальный сидит в «Матросской Тишине». В каких условиях? Почему в одиночной камере?

Рассказывает навестивший его в СИЗО Алексей Мельников

Алексея Навального, задержанного сразу по возвращении в Россию до 15 февраля, держат в московском следственном изоляторе «Матросская Тишина». Правозащитник и ответственный секретарь Общественной наблюдательной комиссии Москвы Алексей Мельников первым навестил политика в его одиночной камере и рассказал «Медузе» об условиях, порядках и правилах заключения для Навального.

— Почему Навальный оказался в камере один, без сокамерников?

— Сейчас он проходит так называемый карантин. Раньше под карантином в СИЗО подразумевалось 10-дневное содержание в камере для вновь прибывшего, пока изучалось его личное дело, подбирались сокамерники, чтобы в том числе не нарушить 33-ю статью 103-ФЗ о раздельном содержании разных категорий граждан. Сейчас в связи с пандемией срок карантина увеличен до 14 дней, чтобы помимо прочего выявить признаки респираторно-вирусных заболеваний, если они есть. Затем человека уже «поднимают», как говорят в народе, в камеру для постоянного содержания.

— Как выглядит камера Навального?

— Недавно в «Матросской Тишине» сделали ремонт. Камера выглядит прилично. Она трехместная, соответственно, ее площадь не менее 12 квадратных метров. У него есть чайник, телевизор, холодильник, ему выдали все постельные принадлежности, мыльные принадлежности. В туалете есть приватность. ОНК Москвы добилась этого практически во всех изоляторах Москвы. Это унитаз, а не дырка в полу. В камере есть горячая вода. Жалоб и обращений о нарушениях температурного режима на фоне холодов к нам не поступало.

— У Навального были какие-то жалобы, просьбы, обращения к ОНК?

— Он поблагодарил всех за поддержку и сказал, что рад вернуться на родину. Попросил сообщить близким о том, какие вещи передать ему в СИЗО. Это все из перечня разрешенного правилами внутреннего распорядка. Детали, наверное, не правильно разглашать. Мы эту информацию передали.

В частности, он просил передать ему книги. Это довольно-таки непросто, они должны пройти процедуру так называемой цензуры. Речь идет не об оценке содержания текстов, а об изучении их на предмет передачи запрещенной информации, и любая стертая буква может быть расценена как попытка передать такую информацию. Проще заказывать книги во ФСИН-магазине.

— Какие есть особенности у СИЗО «Матросская Тишина»?

— Это следственный изолятор федерального подчинения. В нем очень жестко следуют правилам внутреннего распорядка и нормативным документам ФСИН. Нарушения там бывают, но встречаются значительно реже, чем в других изоляторах и других регионах.

Заключенные там содержатся самые разные, в том числе заметные и высокопоставленные: бывший сенатор сейчас сидит, Улюкаев там в свое время находился. У Улюкаева, насколько я помню, было все достаточно скромно и не было даже телевизора.

— Навальному доводилось много времени проводить в спецприемниках, но в СИЗО он еще не был, если не считать одной ночи в Кирове. Объясните принципиальные различия в условиях содержания?

— Именно условия содержания лучше в СИЗО. Правилам внутреннего распорядка спецприемников очень далеко до следственных изоляторов. ОНК, кстати, выступала за то, чтобы привести эти правила в соответствие с ПВР СИЗО.

В СИЗО могут оказать первую медицинскую помощь, есть медсанчасть, а в спецприемниках только фельдшеры. Нет телевизоров. В «Матросской Тишине» есть спортзал. Спортом можно также заниматься на прогулках. В некоторых двориках есть теннисные столы. Турников я не помню, но многие подтягиваются на решетках. В части ежедневных прогулок и возможности сходить в душ (раз в неделю) все примерно одинаково. Заключенный может отказаться идти в прогулочный дворик, но ему обязаны предложить.

— Навальный не входит в категорию подозреваемых, обвиняемых или осужденных к лишению свободы, которые обычно содержатся в СИЗО. У него специфический статус — задержание на 30 суток до суда о замене наказания. Это накладывает какие-то дополнительные ограничения или дает привилегии?

— Навальный сейчас находится не «за судом», не «за следствием», а «за ФСИН». Разрешения на свидания ему можно получать напрямую у ФСИН, но сейчас свидания невозможны из-за ограничений в связи с пандемией. Доступ адвоката сейчас тоже затруднен в связи с этим. В московских изоляторах сейчас встречи с адвокатом проходят через стекло. В остальном мне сложно сказать, мы редко сталкиваемся с похожими ситуациями.

Беседовал Максим Солопов