Как понять, что врач действует не в ваших интересах

Фрагмент книги «Хороший доктор. Как найти своего врача и выжить»

В середине января 2021 года в издательстве «Альпина Паблишер» вышла книга Кеннета Бригэма и Майкла Джонса «Хороший доктор. Как найти своего врача и выжить» (перевод Елизаветы Рыбаковой). Это не столько четкая инструкция, сколько разговор о том, какие проблемы есть в медицине и как с ними справляются грамотные специалисты (и как проваливают задание неграмотные). Правда, в книге немало американской специфики. «Медуза» публикует фрагмент, посвященный общению с врачом.

Майкл Ротберг, профессор Кливлендской клиники, описал как раз такой опыт своего пожилого отца в статье под названием «Медицинский осмотр стоимостью $50 000» (The $50,000 Physical), опубликованной в Journal of the American Medical Association. Историю эту постоянно перепечатывают разные издания, но она служит такой точной иллюстрацией возможных последствий поиска окончательных ответов в медицине, что ее стоит привести еще раз.

Восьмидесятипятилетний отец доктора Ротберга переехал вместе с женой в дом престарелых и оказался в новом окружении. Пожилой мужчина в целом чувствовал себя хорошо: проблемы со здоровьем были, но незначительные. Вскоре после вселения мистер Ротберг отправился на осмотр к врачу общей практики. Когда тот пальпировал живот нового пациента, ему показалось, что аорта — главная артерия брюшной полости — выпирает, и он заподозрил аневризму — выпячивание стенки артерии, которое может иметь серьезные последствия вплоть до летального исхода. Ультразвуковое исследование показало, что аорта в норме, но вот поджелудочная железа выглядит подозрительно, поэтому доктор назначил компьютерную томографию данной области. Это исследование исключило патологию поджелудочной, но в печени обнаружилось какое-то сомнительное затемнение. На протяжении многих лет пациент работал с органическими химикатами, а врач знал, что подобного рода вредное производство иногда чревато раком печени. Мистер Ротберг чувствовал себя хорошо и на проблемы с печенью не жаловался. Но врач направил его к специалисту, который счел, что необходимо сделать биопсию, чтобы исключить или подтвердить рак. Итак, мистера Ротберга положили в больницу на процедуру, предполагающую введение большой иглы через брюшную стенку в печень и извлечение небольшого фрагмента тканей. Оказалось, это не рак, а переплетение сосудов, называемое гемангиомой, а ковырять иглой в кровеносных сосудах — не очень хорошая идея. У мистера Ротберга началось обильное внутреннее кровотечение, и потребовалось переливание около 5 литров крови. Пациент очень страдал и чуть не умер. Общая стоимость медицинских услуг, как явствует из заголовка статьи, составила $50 000. Таким образом, любопытство врача было удовлетворено, но пациент понес колоссальные материальные расходы, испытал физические страдания — и все ради чего? Обследование не принесло ему ни малейшей пользы. Этот доктор, как сказали про одного священника после слишком долгой воскресной проповеди, упустил много возможностей остановиться.

А как бы поступил наш хороший доктор? Он определенно положил бы конец исследованиям на самом раннем этапе и отпустил бы мистера Ротберга с миром: пусть наслаждается вместе с женой новым домом отпущенное ему время. Но вот вопрос: как врач узнает, где ему остановиться? Четкого и однозначного ответа здесь нет; если бы он был, то ретивый доктор смог бы вовремя обуздать свое усердие. Врач, спокойнее относящийся к неопределенности, знает, что некоторые считают бессмысленным даже проводить обследование человека, если тот ни на что не жалуется. Ему также известно, что прощупывать живот пожилого человека бесполезно — эта процедура дает мало сведений. Далее: нащупав нечто подозрительное и проведя ультразвуковое исследование, надо ли было гоняться за тенью в поджелудочной железе? Сомнительно. Рак поджелудочной почти не поддается лечению, и шанс на выздоровление есть, только если обнаружить его на ранней стадии. Так что на каждом этапе общения с пациентом врач сталкивался с очередным «может быть». Решение о том, где надо усердствовать, а где нет, принимается на основе научных данных, но они должны рассматриваться в контексте обстоятельств с учетом особенностей конкретного человека. По сути, при одних и тех же медицинских показателях решение может разниться в зависимости от пациента и картины заболевания. Простое своевременное «может быть» сослужило бы мистеру Ротбергу лучшую службу, чем череда «нет», и к тому же сэкономило бы ему и страховой компании $50 000. Умение принимать адекватное решение, когда и где прибегнуть к «может быть», зависит от объема знаний, понимания ситуации и уровня толерантности к неопределенности.

Врач, с тупым упорством ищущий окончательный ответ на любой вопрос, несет ответственность за высокую стоимость лечения. Стремление во что бы то ни стало обнаружить природу отклонения, которое не является опасным для здоровья, оборачивается чрезмерным количеством дорогостоящих анализов. Союз медицинских общественных организаций основал проект «Выбирая мудро» (Choosing Wisely), в рамках которого были составлены списки анализов, исследований и способов лечения, часто используемых, по мнению большинства врачей, без особой необходимости. Вот примеры: ЭКГ с нагрузкой для людей без опасных для жизни симптомов; МРТ для выяснения причин боли в пояснице; КТ и МРТ при головных болях; костная денситометрия у женщин при отсутствии риска остеопороза. Каждое из этих исследований не только бьет пациента по карману, но и влечет за собой лавину новых анализов, увеличивая расходы, но не принося никакой пользы здоровью. В 2009 году только 12 медицинских исследований, которые, по мнению экспертов, были назначены без надобности, обошлись страховым компаниям в $6,8 миллиардов. Сколько это стоило нервной системе пациентов, неизвестно, но цена, без сомнения, очень высока.

Не в меру упорный врач может задействовать невообразимое количество технологий, и остановить его трудно. «Никто никогда не привлекался к ответственности за назначение необязательных исследований», — говорит Даг Кампос-Ауткэлт, терапевт из Аризоны.

Для человека, которого смущает неопределенность, соблазн воспользоваться постоянно расширяющимися техническими возможностями непреодолим. Некоторые выбирают профессию врача в основном потому, что просто очарованы достижениями научно-технического прогресса и, как часто случается в состоянии страстной любви, теряют голову. При разумном подходе передовые технологии превосходно служат медицине, но лучше избегать врачей, слишком увлеченных ими. Такие доктора идут неправильным путем.

А если так, то каким образом подобные специалисты остаются в профессии? Почему пациенты не замечают, что врач руководствуется не их интересами, а своими собственными, и продолжают у него лечиться? Разве в какой-то момент не становится понятно, что вы платите кучу денег и подвергаетесь ненужному риску не для того, чтобы поправиться, а в основном с целью удовлетворить нездоровое докторское любопытство?

Есть несколько причин, почему врачи избирают такой подход, но самая важная состоит в том, что все мы хотим точно знать, что происходит с нашим организмом; такова уж человеческая природа. Собственно, веская причина избегать такого типа врачей как раз и состоит в том, что вы человек и, соответственно, подвержены folie à deux, а в данном случае доктор использует ваше беспокойство по поводу неопределенности и отвлекается от главной задачи — сделать вас максимально здоровым. Вы должны полагаться на своего врача, знать, что в нужный момент он сможет втолковать вам, что не надо гоняться за четким ответом, а эскулапу, привыкшему к «да» или «нет», сама по себе эта идея чужда.

Желание человека получить четкий ответ, даже когда не поставлен точный вопрос, иллюстрирует исследование реакции мужчин на измерение уровня простатического специфического антигена (ПСА) в крови. Хотя на этот счет существуют разные мнения, есть данные, что заметное повышение ПСА говорит о вероятном наличии рака предстательной железы. Следующий этап обследования — биопсия простаты. Процедура не очень сложная, но инвазивная, неприятная и сопряженная с некоторым риском. В ходе данного эксперимента 40% мужчин, чьи результаты ПСА оказались неопределенными, то есть «не предоставили информации о наличии или отсутствии рака», все же предпочли пройти биопсию. Даже когда результаты анализов не требуют объяснений, не дают ответа ни «да», ни «нет», ни даже «может быть», мы все-таки хотим прибегнуть к любой, самой призрачной возможности внести ясность. Поэтому большинство из нас — потенциальные пациенты врачей, практикующих «черно-белую» медицину.

Врач, не признающий неопределенности, зациклен на идее диагноза как дихотомии, подобной тесту «верно/неверно». Но к истории болезни нельзя подходить как к анкете, где необходимы короткие ответы. Она больше напоминает биографический очерк. Задача врача — понять своеобразное повествование о состоянии здоровья пациента и использовать эти сведения, чтобы задать правильный вопрос и из длинного списка возможных анализов и исследований выбрать такие, которые, скорее всего, предоставят решающую информацию. Хороший доктор не станет задаваться вопросами, ради ответа на которые надо обрекать вас на риск, большие расходы, болезненные процедуры или иные неудобства, если только это не является обязательным для вашего лечения. А профессиональное любопытство здесь нужно отложить в сторону. Исследования на людях проводятся в своем месте и в свое время, и мы надеемся, что вы согласитесь в них участвовать, если вас попросят, но такой тип исследований должен осуществляться открыто, по строгим правилам, под объективным и тщательным контролем. Вы приходите на прием, чтобы поправить здоровье, а не удовлетворять любознательность доктора.

Но откуда вам знать, что назначенные врачом исследования целесообразны, адекватны и необходимы для правильного лечения? Есть несколько способов выявить настоящие мотивы врача.

Объясняет ли врач цель назначений, возможный риск и важность того или иного исследования для лечения?

Если нет, вам следует задать эти вопросы, а заодно и задуматься, сложилось ли у вас с врачом полноценное партнерство, направленное на улучшение вашего здоровья. Вы встречаетесь с доктором ради собственного благополучия, но в это трудно поверить, если вас держат в неведении. Врач, нацеленный на поиск четкого ответа на каждый вопрос, чаще всего не склонен объяснять свои действия; он попросту не видит в этом смысла. Для него главное — получить ответы, а вы просто являетесь рабочим материалом.

Никогда не сомневайтесь в необходимости услышать мнение другого специалиста по поводу вашего заболевания и способа лечения. Особенно если вам предлагают сложные инвазивные методы диагностики, назначают терапию с серьезными побочными эффектами или осуществляют серию вмешательств, раз от раза все более опасных (остерегайтесь скользкого склона). Если вы настаиваете на том, чтобы узнать мнение второго профессионала, это может не понравиться вашему врачу. Собственно, если он очень уж недоволен или обеспокоен данным фактом, вы явно выбрали ненадежного соратника в борьбе за свое здоровье. Никогда не пугайтесь проявлений недовольства со стороны врача. Вы приходите на прием не для того, чтобы сделать ему приятное, а потому, что нуждаетесь в помощи. А если вы вдвоем не можете сотрудничать по-дружески, результат вряд ли будет удовлетворительным.

Когда вам что-то непонятно или вы в чем-то не уверены, задавайте столько вопросов, сколько надо, чтобы убедиться, что правильно все поняли. Авторитарный врач наверняка будет не в восторге, но это его проблемы. Спрашивайте, пока все не станет вам кристально ясно. Хорошего доктора не раздражают вежливые искренние вопросы, и он ответит вам в том же духе.

Вопросы, которые вам надо задать, зависят от ваших личных потребностей, от того, много ли рассказывает вам врач, и от течения заболевания. Но вы должны быть абсолютно честны насчет того, что хотите узнать. Американское правительственное Агентство исследований и оценки качества медицинского обслуживания предлагает для начала разговора следующие 10 вопросов. Из этого списка следует, что вам не стоит стесняться своей дотошности.

• Для чего нужен этот анализ?
• Сколько раз вы проводили эту процедуру?
• Когда я получу результаты?
• Зачем мне это лечение?
• Есть ли другие варианты?
• Каковы возможные осложнения?
• Какая больница мне больше подойдет?
• Как пишется название препарата?
• Есть ли побочные эффекты?
• Можно ли совмещать эти лекарства с теми, что я уже принимаю?

Реакция на подобные вопросы очень хорошо дает понять, с каким врачом вы имеете дело. Лучше задать их как можно раньше. Поскольку общение с этим конкретным врачом может оказаться для вас непродуктивным, то чем раньше вы это осознаете и поменяете доктора, тем здоровее будете.

Врач, стремящийся к ответам «да/нет», не только вынуждает вас тратить много лишних денег, но и подвергает ненужному риску. То же самое относится и к доктору, считающему, что он знает ответы на все вопросы (с одним из таких медиков мы познакомимся в следующей главе), вот только мотивы здесь разные.