«Владельцами являются предприниматели. Кремль не имеет права разглашать их имена». Песков — о дворце в Геленджике

«Коммерсант FM»: Владимир Путин вчера сказал, что тот самый дворец под Геленджиком ему не принадлежит. Но в расследовании и не утверждается, что Путин или его родственники являются собственниками объектов юридически. А речь там идет о том, что сам комплекс зарегистрирован на неких номинальных лиц. Исходя из масштабов и предполагаемой стоимости объекта, мы понимаем, что, наверное, считаные люди в стране могут им владеть. Известно ли в Кремле, кому принадлежит этот объект? И проверили ли данные, действительно ли над ним бесполетная зона и действительно ли в его охране участвуют ФСБ и ФСО, и на каких основаниях? Ведь во многом именно это обстоятельство и вызывает ассоциацию самого дворца с высшим российским руководством.

Дмитрий Песков: Первое. Не соглашусь с вами. В этом расследовании утверждается, что это дворец Путина, что он строился для Путина и так далее. Поэтому здесь я с вами категорически не согласен. И Путин однозначно ответил отрицательно на этот вопрос. Мало того, он сказал, что ни он, ни его родственники не имеют и не имели никакого отношения, тем более отношения собственности, к этому объекту.

Значит, что касается там разных зон — что нельзя плавать, нельзя летать, и охрана ФСО… К нам действительно было много обращений от журналистов, конкретных обращений. Мы этих журналистов переадресовали в ФСО. Вот они говорят, почему охраняется ФСО. Вот мы переадресовали в ФСО. И почему там нельзя летать, почему бесполетная зона — мы переадресовали в ФСБ. Вот. Поэтому давайте все-таки обращайтесь туда. Это именно те ведомства, которые и должны ответить на эти вопросы, потому что это вопросы, которые в их компетенции.

Что касается владельцев этого объекта, очевидно, что владельцами являются предприниматели. Действительно, это большой объект, он хорошо известен в Геленджике. И один или несколько прямо или опосредованно владеют этим объектом. Но согласитесь, что, наверное, Кремль не имеет никакого права разглашать имена этих владельцев. И мы не собираемся этого делать. Это было бы некорректно.

«Коммерсант FM»: А как в Кремле могли бы объяснить то, что, например, краснодарская компания «Оптима комплект строй» сообщала на своем сайте, что выполняла работы в резиденции президента РФ в поселке Прасковеевка? Это как раз то самое место из расследования. Была еще компания «Аэрокомплекс» там. Размещали данные, что ее сотрудники устанавливали оборудование на вертолетных площадках в резиденции президента РФ, и там тоже упоминалось про Прасковеевку.

Дмитрий Песков: Ну, Прасковеевка — наверное, так называется этот населенный пункт. Это первое. Я не исключаю, что там, наверное, при таком масштабе объекта могут быть вертолетные площадки. Сейчас вертолетные площадки на крупных объектах — это довольно распространенное явление. А почему упомянутые компании называют это резиденцией президента — наверное, нужно обратиться к ним и задать этот вопрос.

Все резиденции президента прекрасно известны. Они прекрасно известны всем гражданам России. Мы проводим там мероприятия — там и внутренние мероприятия, и рабочие встречи, и международные мероприятия. Все они известны не только в Российской Федерации, но и за пределами ее.

«Коммерсант FM»: Но люди явно продолжают смотреть ролик — уже более 90 миллионов просмотров. Учитывая резонанс вокруг темы, Кремль готов что-то уточнять по дворцу — хотя бы понимать, что за объект, кому принадлежит? Готов ли рассказывать, чтобы снять вопросы у общественности к президенту?

Дмитрий Песков: Президент ответил на заданный вопрос. Ему был задан вопрос, и президент ответил. Ответил абсолютно однозначно. Если остаются другие вопросы, ну, действительно компетентные ведомства тоже, наверное, так или иначе предоставят информацию.

Ну а что касается уточнения, мы что, должны залезать в частную собственность — ну как вы себе это представляете?! Это же невозможно.

«Коммерсант FM»: Ну раз уж тут репутация президента на кону.

Дмитрий Песков: Президент четко и однозначно дал ответ.

«Коммерсант FM»: Позвольте по другой теме.

Дмитрий Песков: Конечно. Я бы это даже приветствовал.

«Коммерсант FM»: Владимир Путин вчера, по сути, сравнил с террористами протестующих, которые выходили на улицы 23 января. Я процитирую: «Террористы так поступают, когда впереди себя гонят женщин и детей. Здесь немножко фокус смещается, но по сути это то же самое». Означает ли это, что российские власти не собираются вступать в диалог с недовольными людьми, которые выходили на улицы по всей стране? Ведь Путин не раз давал понять, что с террористами переговоры не ведут.

Дмитрий Песков: Смотрите. Тоже не совсем корректно с вашей стороны так ставить вопрос. Данная ассоциация была именно связана с теми, кто прикрывается женщинами и детьми. Разве террористы не прикрываются женщинами и детьми?! Прикрываются. Давайте вспомним много таких случаев в печальные дни нашей истории, через которые все мы прошли.

И очень плохо, когда на подобные акции действительно тоже провоцируют детей. К сожалению, действительно, есть и дети, задержанные на этих акциях. Дети, которые вообще не понимают, чего там делать. И скорее это какое-то юношеское любопытство такое абсолютно, абсурдное желание поучаствовать в какой-то шумной такой тусовке. Но детям просто нужно объяснять, насколько это опасно. И мы видели достаточно большое количество провокаторов из среды так называемых несогласных.

А многие почувствовали на себе их прямое воздействие, физическое. Многие из правоохранителей почувствовали это на себе. Мы все с вами помним водителя, который лишился глаза благодаря этим «мирным» несогласным. В этом большая опасность, именно об этом говорит президент.

«Коммерсант FM»: То есть не террористы все-таки?

Дмитрий Песков: Те, кто провоцирует детей и собирается прикрываться детьми, это террористы. Они похожи на террористов.

«Коммерсант FM»: А в принципе как в Кремле могли бы назвать протестующих, которые выходили 23-го? Путин, с другой стороны, говорил, что им просто промывали мозги. Одновременно вы говорите о провокаторах, речь даже о террористах. Кто в итоге эти люди? И по мнению Кремля, за что и против чего они в итоге выходили?

Дмитрий Песков: Люди, которые вышли на незаконную акцию, они являются нарушителями закона. Это первое. Люди, которые имеют определенные вопросы, они, конечно, заслуживают того, чтобы на эти вопросы последовал ответ. Но, конечно, вопросы эти лучше задавать в рамках закона, для этого существуют и средства массовой информации и так далее, где можно выступать и озвучивать свою позицию и тому подобное.

Те, кто вышел на незаконную акцию протеста и участвовал в беспорядках, и нападал на представителей органов охраны правопорядка, это уже серьезные правонарушения, которые должны преследоваться по закону. С ними диалога быть не может и, я убежден, не будет.

Bloomberg: Президент периодически говорит нам, что протестовать можно, выражать свое мнение можно, но только в рамках закона. Вы то же самое сейчас говорите. Вопрос такой. Дело в том, что законы-то все время меняются и ужесточаются. И партия «Единая Россия», и администрация президента очень активно участвуют в том, чтобы как можно больше было запретов, и, соответственно, людям все сложнее оказывается выражать свое мнение в рамках существующего законодательства. Есть ли какое-то понимание, что, может быть, эти протесты связаны в том числе с таким зауживанием, скажем так, легального пространства для выражения собственного мнения?

Дмитрий Песков: Ну это скорее философский такой вопрос. Лучше разбираться с этим социологам. Что касается зауживания пространства для высказывания мнения, я здесь с вами не соглашусь. Действительно, способы выражения своего мнения посредством различных акций серьезно регламентируются законом во многих странах мира. Это преследуется одна-единственная цель — обеспечение правопорядка и общественной безопасности. Это основная функция государства. Это не значит, что как-то сужают или отсутствуют площадки для выражения своего мнения. Но здесь приоритет — это обеспечение безопасности и общественного порядка. А все остальное — это уже больше носит социологический или философский характер. Наверное, это нужно социологам уже изучать.

Bloomberg: Но, Дмитрий Сергеевич, вот тут именно с этой точки зрения позволю не согласиться, потому что, если бы это был философский и социологический вопрос, не было бы реальных последствий у действий как у властей, так и протестующих, которые выражаются в столкновениях и уголовных делах, и новых заключенных по итогам этих дел, и новых пострадавших по итогам этих протестов. Поэтому, может быть, вопрос философский, но он имеет практическое выражение.

Дмитрий Песков: Ну давайте его все-таки, наверное, оставим за скобками нашего конференс-колла, если позволите.

Bloomberg: Патрушев сегодня дал интервью, в котором, в частности, говорит, что, с его точки зрения, Навальный должен быть наказан по закону за крупное мошенничество. Как в Кремле относятся к этой оценке от Патрушева, что именно это является причиной, по которой Навальный должен быть заключен в тюрьму?

Дмитрий Песков: Объявить любого гражданина России виновным может только суд. Мы знаем, что Навальный уже неоднократно объявлялся виновным в преступлениях по российским законам. И дальнейшие любые решения может принимать только суд. Это не прерогатива Кремля.

«Эхо Москвы»: Вы сказали, что ФСО и ФСБ должны комментировать то, что связано с охраной и бесполетной зоной. А это почему? Потому что в Кремле не в курсе или потому, что это просто ведомства, которые имеют право разглашать такую информацию?

Дмитрий Песков: Это потому что это ведомства, в чьей прерогативе, в чьем ведении находятся эти вопросы. И было бы не совсем корректно это говорить из Кремля.

«Эхо Москвы»: То есть в Кремле знают почему, но…

Дмитрий Песков: Одно дело, если бы мы говорили о резиденции президента, да, тогда я бы мог вам предоставить информацию. А поскольку это не имеет никакого отношения ни к президенту, ни к государственным резиденциям, то здесь мы просто не можем этого сделать.

«Эхо Москвы»: Просто эти ведомства не всегда так открыты, как, может быть, хотелось бы. Вот как-то в администрации президента подскажут коллегам, чтобы они максимально подробно осветили этот вопрос?

Дмитрий Песков: Ну мы дождемся, я знаю, что туда переправили некоторые обращения СМИ, поэтому, я думаю, в течение какого-то времени ответы последуют.

«Эхо Москвы»: Во время субботних протестов иногда было немотивированное насилие со стороны силовиков, за некоторое даже пришлось извиняться. Но при этом если по поводу протестующих там уже несколько десятков уголовных дел, то по поводу силовиков пока ни одного. Не кажется ли странным такой перекос президенту России или администрации президента?

Дмитрий Песков: Нет, не кажется странным. Согласитесь, что уровень насилия со стороны участников этих акций был достаточно беспрецедентным. Они вели себя чрезвычайно агрессивно, и, конечно, случаев агрессии против представителей органов правопорядка было несравнимо больше, чем нежелательных проявлений в том, как действовали полицейские и омоновцы.

Действительно, были, скажем так, печальные моменты, где действительно была необоснованная грубость со стороны представителей органов правопорядка. На это моментально отреагировали и руководство полиции, и руководство ОМОНа, и сами сотрудники, которые допустили такие действия. Там и разбирательства служебные ведутся. Об этом незамедлительно было сообщено. Поэтому в этом плане с вами не соглашусь. Реакция моментальная. Можно только сказать, что, конечно же, это еще раз доказывает оправданность предупреждений об опасности участия в несанкционированных митингах. Потому что вот эти агрессивные так называемые мирные протестующие, собственно, они и провоцируют насилие, никто иной.

«Эхо Москвы»: Но ни одного дела так и не было заведено на это неоправданное насилие, которое, в общем-то, было признано даже.

Дмитрий Песков: А почему вы считаете, что это требует дела?! Это требует как минимум служебного разбирательства — что происходит. Они же не участвовали в несанкционированной акции. Они выполняли свою работу, пытаясь спасти город от агрессивных молодчиков.

«Эхо Москвы»: Ну то есть женщина, которая выходит и спрашивает, за что его забрали, она в этом смысле представляла настолько серьезную опасность, что…

Дмитрий Песков: Это отдельный случай, по этому случаю была незамедлительная реакция полиции, давайте не забывать.

«Эхо Москвы»: Да, но не было реакции Следственного комитета. Вот на другие действия, в том числе не повлекшие никаких акций насилия, Следственный комитет тут же отреагировал.

Дмитрий Песков: Еще раз повторяю, полицейские не участвовали в несогласованной акции. Это совсем другие параллели. И в отношении этих полицейских ведется служебное расследование.

«Эхо Москвы»: А вот в тех местах, где не было никаких выступлений агрессивных со стороны тех, кто вышел на несогласованную акцию, но тем не менее жесткие задержания и избиения в некоторых городах — насколько эти действия Кремль считает оправданными?

Дмитрий Песков: В каких конкретно городах были необоснованные избиения?

«Эхо Москвы»: В Оренбурге, например, довольно красноречиво видео было.

Дмитрий Песков: Задержания вполне оправданны. Там, где оказывается акция неповиновения представителям органов правопорядка, применяется сила. Если люди оказывают сопротивление представителям органов правопорядка.

«Эхо Москвы»: То есть в Кремле не считают, что какие-то были немотивированные действия со стороны силовиков?

Дмитрий Песков: Нет. Действительно, были такие нежелательные моменты. Но были сделаны выводы, и принимаются меры, чтобы они больше не повторялись.

Но в целом хочу сказать однозначно: крайняя напряженность ситуации в определенных городах была спровоцирована исключительно агрессивными участниками этих самых акций. Здесь не может быть и не должно быть ни сомнений, ни вопросов ни у кого.

«Эхо Москвы»: А на задержания и избиения журналистов обратили ли внимание в Кремле на этот раз? Насколько считают эти действия оправданными?

Дмитрий Песков: Нужно говорить о каждом отдельном случае. Были определенные ситуации, где само положение дел не давало возможности идентифицировать каких-то журналистов. Вот это тоже однозначно нужно признать. Вы видели, что агрессивные молодчики действительно действовали нахально. Еще раз повторяю, агрессивно. И, конечно, в этой ситуации, знаете, методично отличать журналистов от нежурналистов, наверно, очень тяжело. С этим тоже нужно согласиться.

Bloomberg: Хотелось бы уточнить в конце, скажите, а вот этот пресловутый дворец, объект, Путин все-таки посещал? Сколько раз он в нем был, если он в нем бывал? И когда последний раз он там был?

Дмитрий Песков: Нет, я не располагаю какой-то информацией, что он когда-то мог посещать этот дворец.

Товарищи, мир гораздо более многообразен, чем частный дворец!

Bloomberg: И дворцов в нем больше, чем один.

Дмитрий Песков: Конечно. И все они, как правило, частные.

Расшифровал Александр Филимонов