До сих пор, отстаивая справедливость и своё честное имя, мы видели напротив себя лишь следователей и прокуроров. После первого заседания в военном суде в Ростове к ним присоединилась тяжёлая артиллерия – российское телевидение.

Весовые категории моего инстаграм-канала (@ibndakik) и телеканала НТВ с его многомиллионной аудиторией, конечно, немного различаются, но к неравным боям мы уже изрядно привыкли. Вот мать мою с супругой, пусть и повидавших за полтора года следствия всякое, энтэвэшники, говорят, напугали: даже в самых страшных снах не могли они представить меня по телеку в таком криминальном ракурсе.

Когда судья Роман Сапрунов очень по-доброму сообщил мне с «подельниками», что миловидная девушка в другой стороне зала будет иногда фотографировать нас и «аккуратно, не смущая», снимать на видео для отчётности работы суда, мы тоже не предполагали, что станем героями триллера на НТВ.

Тем более прокурор выражал крайнюю озабоченность тем, что «СМИ могут оказать негативное влияние на объективность судебного процесса». Именно этот аргумент прокурор выдвинул в качестве основного против того, чтобы корреспондент «Нового дела» Идрис Юсупов стал моим общественным защитником. Сначала, конечно, был дежурный вопрос о том, чем он, собственно, может быть мне полезен. Но ответ Идриса оказался для таких случаев нестандартным: он не только окончил факультет права, но и проходил специальную школу общественных защитников, имея в этом деле практический опыт.

Короче говоря, по мнению прокуратуры, кем бы ни был потенциальный общественный защитник, если он представитель СМИ, то его к процессу подпускать нельзя. Вот НТВ – совсем другое дело. Сама объективность! И никакого воздействия на суд и общественное мнение. Так, просто назвали меня на всю страну террористом, которому светит пожизненное заключение за то, что «…переправил в ИГИЛ (запрещена в РФ) десятки миллионов рублей».

А как обыграли видео с моим задержанием – это вообще классика жанра. Понимая, говорит, что вляпался, я якобы стал интересоваться, как далеко зашёл. Вообще-то я пытался тянуть время и шутить, хоть у меня это и плохо получалось. Потому что заявились ко мне силовики в пять утра, (Александр Солженицын в своё время хорошо объяснял, почему силовики так делают.)

Я не спал полторы сутки, был разбужен через полчаса после того, как уснул, и долго не мог понять: сон это продолжается, или я реально слышу, что мне уже никто, ничто и никогда не поможет. Сначала мои самые удачные шутки были вырезаны из оперативной съёмки, а теперь над оставшимся потрудились энтэвэшники. Просьба к последним: в следующей серии хотя бы фотки мои посимпатичнее выберите.

И да... по поводу «вот этот молодой человек ещё в недавнем прошлом журналист общественно-политического еженедельника “Черновик’’»... Этот молодой человек никогда в прошлом не был журналистом в такой степени, в какой является им сейчас. А вот вы, авторы репортажа, никогда журналистами не были и вряд ли ими когда-нибудь станете. ]§[

Просьба к энтэвэшникам