Александр Сабадаш вышел из колонии и снова оказался за решеткой: 25 января его арестовали по новому обвинению

В 1990-х годах в России трудно было найти мужчину, который не слышал бы об Александре Сабадаше. Его фото с подписью красовалось на каждой третьей бутылке водки в стране. Как бы гарантировало качество.

«Водочный король», Большой Саша, козырный барыга, главный решала. Это всё прозвища, которыми награждали неординарного бизнесмена.

Он ставил на карту всё — и выигрывал. Чтобы через день проиграть. Назначал и снимал губернаторов. Летал завтракать в Монте-Карло на собственном самолете, спускал миллионы в казино. Жизнь научила Сабадаша никогда не сдаваться. Он и сейчас, ожидая новый тюремный срок, говорит, что выбьет всё до последнего доллара у тех, кто позарился на его каравай.

От судьбы не уйдешь

Александр Витальевич Сабадаш родился в 1965 году в Ленинграде. Родители будущего «водочного короля» работали в торговле. Казалось бы, сыну уготована карьера торгового работника. Но после школы Саша поступает в Высшее военно-морское училище подводного плавания имени Ленинского комсомола. С началом перестройки, в 1985 году, курсант Сабадаш бросает военную карьеру и уходит в бизнес.

Одновременно с кооперативным движением в СССР началась антиалкогольная кампания — торговля спиртным была сильно ограничена. Водка, стоившая в рознице 9 рублей 10 копеек за пол-литра, попадала к спекулянтам — те сбывали ее по 20–25 рублей. Тогда-то Сабадаш и занялся алкогольным бизнесом.

Наибольшую выгоду на водке можно было получить от «чейнджа» с иностранцами. На черном рынке доллар стоил в два-три раза дороже, чем по официальному курсу, и даже десятикратно увеличенная цена водки была покупателям выгодна. Но спекулянты предпочитали обмен. Во-первых, чтобы не попасть под «валютную» уголовную статью («бабочка», 88-я ст. УК РСФСР, наказание вплоть до смертной казни). Во-вторых, обменивая водку на дефицит, фарцовщики зарабатывали еще и на перепродаже импортного ширпотреба.

В Ленинградской области «окном в Европу» был Выборг, через него скандинавские туристы ехали в Ленинград. Именно тогда Сабадаш познакомился с будущим «королем Выборга» Александром Петровым. Тот в конце 1980-х руководил бригадами фарцовщиков. Сабадаш привозил водку Петрову, тот сбывал ее через свою сеть и обеспечивал безопасность бизнеса.

Козырные связи

В 1989 году Сабадаш становится представителем шведской фирмы V&S, производителя водки Absolut (импортный напиток в России распространяет совместное предприятие AFB), и одновременно расширяет сферу деятельности.

В Москве он организовал пошив популярных курток «Аляска», их сбывали на Рижском рынке. А в Колпино под Петербургом наладил выпуск поддельных джинсов Levi`S. Фурнитуру закупали в Польше, где еще с 70-х был налажен выпуск подделок под знаменитые бренды. Так что джинсы и куртки выглядели как настоящие и раскупались моментально.

В 1993 году Сабадаш сделал первую рискованную ставку: на выборах президента Калмыкии поддержал Кирсана Илюмжинова, которого не очень жаловали в Кремле. Благодаря щедрой финансовой помощи Сабадаша Илюмжинов стал президентом и одним из первых указов учредил в республике свободную экономическую зону (СЭЗ). Главным резидентом СЭЗ стала компания AFB-2. В отличие от первой AFB, эта ставила задачей не торговлю, а производство алкоголя. С тех пор первый российский офшор был полностью подконтролен Сабадашу.

Но самую крупную ставку «водочный король» сделал в 1994-м. Тогда в Петербурге проходили третьи Игры доброй воли. Благодаря знакомству отца с Шамилем Тарпищевым Сабадаш-младший сумел стать их генеральным спонсором. И поставки водки Absolut в Россию шли уже под эгидой Национального фонда спорта. Льготы, предоставленные фондом, позволили снизить себестоимость продукта почти вдвое. Реклама водки украсила не только спортивные объекты, но и форму атлетов.

В 1996 году фирма V&S обнаружила, что в России «Абсолюта» продается в несколько раз больше, чем способен выпускать завод в Швеции.

Разницу в производстве и продажах покрывали заводы в Польше и Калмыкии — без ведома держателя бренда. Шведы расторгли контракт с Сабадашем, но ему уже и не нужна была их водка. В 1997 году он покупает ликероводочный завод «Ливиз» и становится монопольным поставщиком алкоголя на всем Северо-Западе России. При этом Сабадаш обходился без «крыши», хотя в те времена считалось, что получать миллионные прибыли и не делиться с бандитами было невозможно.

«В нашей среде Сабадаша называли козырным барыгой, — рассказал «Новой» бывший представитель тамбовского ОПС. — И это было уважительное погоняло. Фуры, которые Саша гонял из Польши, охранял «Балтик Эскорт» Ромы Цепова (Роман Цепов — российский предприниматель, учредитель охранного предприятия, обеспечивавшего в 1990-е годы безопасность высших должностных лиц Санкт-Петербурга, в том числе Анатолия Собчака и Владимира Путина. — Ред. ). С Антикваром (бизнесмен Илья Трабер) Выборг дербанили. Да что там, он в конце 90-х против Клебанова пошел — и тот вынужден был стерпеть».

На самом деле конфликт, о котором упоминает источник «Новой», у Сабадаша произошел не с самим вице-губернатором Санкт-Петербурга Ильей Клебановым, а с его помощником Вениамином Грабаром.

Обширные связи, волчьи аппетиты

Грабар начинал карьеру бизнесмена на ликероводочном заводе «Алкон» в Новгороде в 1996 году. В 1997 году он уволился и вынырнул в Петербурге, где возглавил оптовую алкогольную базу «Росалко», потом взял под контроль ликероводочный завод «Ладога». Тогда же стал помощником первого вице-губернатора города Ильи Клебанова.

Благодаря протекции последнего «Ладога» получила солидные льготы, и к 1999 году ее продукция стала конкурировать с водкой Сабадаша.

Более того, Грабар, как считают следственные органы, стал требовать с игроков на алкогольном рынке ежемесячную мзду за получение лицензий. Во всяком случае, именно так напишет в своем заявлении о вымогательстве взятки директор ликероводочного завода «Нива» Антон Хохлов, партнер Сабадаша. Заявлению Хохлова предшествовало заявление о вымогательстве. Его в конце апреля 1999 г. принес в питерский РУБОП Вениамин Грабар, заявивший, что у него вымогают 30 тысяч долларов США. Через некоторое время самого Грабара арестовали как подозреваемого. Потом его дело развалилось в суде.

Но Сабадашу он стал безразличен: «водочный король» вышел из водочных берегов.&

Сабадаш атаковал предприятия, далекие от алкогольной сферы. Пытался влезть в топливный и банковский бизнес, запустить производство алюминия, попробовал выкупить гостиницу «Астория». Большинство этих проектов закончились пшиком. А самым выгодным вложением Сабадаша стал Выборгский целлюлозно-бумажный комбинат.

Акции ЦБК он приобрел в мае 1999 г. у британской фирмы Nimonor Investments Ltd. Прежние владельцы, за два года до этого выкупившие пакет у правительства Ленобласти, планировали реорганизацию предприятия. В программу оздоровления входило увольнение 40% персонала (около тысячи человек) и закрытие непрофильных производств. Британцы выяснили, что на территории комбината разливали паленую водку в промышленных масштабах.

Возмущенные рабочие объявили бессрочную забастовку, заблокировали административный корпус и потребовали у правительства Ленобласти отменить сделку по продаже акций. Англичане плюнули и продали акции Сабадашу.

Первую попытку зайти на комбинат Сабадаш предпринял 9 июля 1999 года в сопровождении судебных приставов и милиции. Но был блокирован толпой рабочих и следующий шаг предпринял 13 октября.

Судебные приставы и спецназ ФСИН «Тайфун» натолкнулись на толпу рабочих и десятки телекамер. «Тайфун» на глазах у журналистов действовать отказался. После чего Сабадаш понял, что нужно договариваться с местной братвой, и вспомнил о давнем партнере по фарцовке Александре Петрове. Тот свел его с неформальным владельцем ЦБК. Рабочим пообещали никого не сокращать и дали по тысяче рублей. Революция на отдельно взятом комбинате улеглась.

Больше проблем в Выборге у Сабадаша не было. Его друг Петров стал неформальным хозяином города, где в 2011 году запустили крупнейшую в мире линию по производству топливных пеллет (топливные гранулы, биоуголь). Выборгская лесопромышленная корпорация, частью которой стал Выборгский ЦБК, стабильно приносила прибыль до 2014 года, когда Сабадаш был вдруг арестован.

Вернулся, чтобы сесть

Этот арест мало кого удивил. Его ожидали еще в 2006 году, когда Сабадаш добровольно сложил полномочия в Совете Федерации и лишился неприкосновенности.

Назначить «водочного короля» представителем в СФ от администрации Ненецкого автономного округа предложил в 2003 г. губернатор НАО. Тогда это кресло занимал неоднократно судимый Владимир Бутов, с которым Сабадаша связывали бизнес-интересы. С 1998 г. Сабадаш числился в числе соучредителей Ненецкой топливной компании, а леспромхозы региона поставляли древесину на Выборгский ЦБК. В 2005-м администрацию НАО возглавил другой его добрый друг Алексей Баринов, и «водочный король» снова был избран представителем округа в верхней палате парламента РФ.

В 2006 году спикер СФ Сергей Миронов потребовал от парламента НАО отозвать Сабадаша, потому что тот «занимается коммерческой деятельностью, несовместимой со статусом сенатора… и вообще имеет зеленую карту (вид на жительство) США».

Сабадаш не стал испытывать судьбу: 26 мая 2006 г. он написал заявление «по собственному» и уехал в Америку.

В 2012 году «король» решил вернуться в Россию и в алкогольный бизнес, купив пакет акций Росспиртпрома у бизнесмена Василия Анисимова (бывший партнер Алишера Усманова по холдингу «Металлинвест», президент Федерации дзюдо России, 30-е место в списке российских миллиардеров по версии журнала «Форбс»). Анисимову пакет достался от ВТБ, который получил акции в качестве возмещения долговых обязательств Росспиртпрома на сумму 5 млрд руб.

В декабре 2012 г. в Заксобрание Ленобласти был внесен законопроект о государственной поддержке производства алкоголя. На нужды этого бизнеса предполагалось направлять около 3 млрд рублей ежегодно.

Деньги, нарастив громадные проценты, должны были возвращаться в казну по факту реализации алкогольной продукции. Провести законопроект не удалось, против него, вопреки прозрачным намекам губернатора, представлявшего документ, храбро проголосовали даже несколько депутатов от «Единой России».

Но сам процесс привлек к Сабадашу внимание многочисленных недругов, и неприятности посыпались как из рога изобилия.&

Штрафов на 90 млн рублей налоговики насчитали на Всеволожскую промышленную корпорацию и инициировали уголовное дело. Заводам «Нива» и «Ливиз» было предъявлено обвинение в махинациях с акцизами и в производстве некачественного продукта. В начале 2013-го у «Ливиза» отняли лицензию на производство и хранение спиртного.

Обострилась ситуация вокруг Выборгского ЦБК, на который опять стали претендовать бывшие партнеры Сабадаша. Апофеозом стал его арест в мае 2014-го и обвинение в попытке незаконно получить 1,8 млрд рублей в качестве возмещения НДС еще в 2010-м.

Кому понадобилось погасить «водочную звезду»? Большинство наблюдателей сходилось во мнении, что всему виной претензии Сабадаша на земельный участок в Ново-Огареве, в непосредственной близости от резиденции президента России. Этот участок общей площадью 1100 га принадлежал колхозу «Ленинский луч». В начале 2000-х 374 га отошли управлению делами президента. Остальное выкупили частные компании и физические лица. По мнению правоохранительных органов, незаконно.

Рыночная стоимость этой земли колеблется в районе полумиллиарда долларов. На право владения вместе с Сабадашем претендовали Леонид Лебедев (экс-сенатор от Чувашии, бизнесмен и кинопродюсер, чьи активы журнал «Финанс» в 2011 г. оценил в $2,2 млрд), Искандер Махмудов (Уральская горно-металлургическая компания, его состояние на 2018 год, по данным «Форбс», — $7,3 млрд) и Андрей Бокарев (партнер Махмудова по УГМК, президент Федерации фристайла России, председатель правления Федерации русского бильярда, состояние на 2014 год — $6,1 млрд).

Судебные тяжбы вокруг того участка ведутся с 2005 года. В 2010-м Верховный суд РФ, казалось бы, поставил точку в этом вопросе, отказавшись признать претензии Сабадаша и его друзей. Но в конце 2012 года юристы «водочного короля» нашли лазейку в законодательстве и опять обратились в суд с требованием признать право собственности.

Схема отъема миллионов

Гипотеза, что Сабадаш страдает из-за претензий к землям в Ново-Огареве, едва ли реальна. Более жизнеспособной стоит считать версию, что Сабадаша «закрыли» ради лишения бизнес-активов на $400 млн.

Сразу после ареста Сабадаша акции Выборгской лесопромышленной корпорации (ВЛК) волшебным образом были переписаны на рядовых сотрудников. Его бывшая секретарь Софья Грекова в одночасье стала вице-президентом ВЛК. Генеральным держателем акций корпорации оказался инженер Николай Рыжков. Бывшая топ-менеджер Татьяна Лобанова, работавшая на алкогольной ниве, оказалась президентом фирмы «Выборгская целлюлоза», генерального дистрибьютора продукции ВЛК. За всеми этими назначениями маячит фигура Гарри Иткина.

«Знаю такого, в США с ним познакомились, — рассказал Сабадаш журналисту 47News. — Он у меня там налогообложением заведовал. В гости ко мне захаживал».

Нехитрая схема с отъемом активов у бизнесмена-арестанта в России действует давно и успешно, эта участь ждала и Сабадаша. Но претенденты на его собственность натолкнулись на неожиданное препятствие — в виде судьи высшего суда округа Лос-Анджелес Марка Боренштейна.

В 2016-м поступили материалы о судебном аресте имущества фирмы AFB Trading one в качестве обеспечения долгового обязательства. Компания принадлежит Сабадашу и держит акции двух его фирм — Всеволожской промкомпании и «Русского дизеля». Процедура чисто техническая, но Боренштейна зацепило некоторое несоответствие: в обеспечение долга в $5 тыс. Гарри Иткин требовал арестовать имущество стоимостью в $242 млн. Судья известил представителей AFB Trading one об иске, те его опротестовали. В 2018-м акции, на которые хотел наложить лапу Иткин, окончательно вернулись к прежнему владельцу.

Вышла заминка и с ВЛК, в числе учредителей которой оказались фирмы, зарегистрированные в Швейцарии и странах Британского Содружества. Когда завладеть акциями не получилось, захватчики пошли по плану «Б»: стали банкротить комбинат.

Зарегистрировали несколько посреднических фирм и стали за копейки продавать им все, что ранее поставлялось комбинатом напрямую покупателям и приносило прибыль. ЦБК все больше увязал в долгах, в 2015 г. там была запущена процедура банкротства. В результате активы Сабадаша оказались в подвешенном состоянии.

25 января 2021 г. Александр Сабадаш должен был выйти на свободу, полностью отбыв срок. Но он понимал, что это вряд ли случится.

Неразумно выпускать на свободу того, кто может помешать захвату многомиллионного бизнеса. Предполагаемым захватчикам не хватило шести лет, чтобы переписать на себя все бизнес-активы Сабадаша. Но они уверены, что еще немного — и все сложится, надо только подержать экс-сенатора еще какое-то время за решеткой. И в глубинах СК родилось еще одно уголовное дело в отношении Сабадаша: теперь его обвиняют в умышленном невозврате кредитов на сумму в 458 миллионов рублей банку «Таврический», а также в отмывании 488 миллионов, полученных преступным путем.

Получившего справку об освобождении Сабадаша встретили у ворот СИЗО, заковали в наручники и повезли в Колпинский суд, который отправил его под стражу.

«Таврический» был признан банкротом в январе 2015 г., санацией занимался банк «Международный финансовый клуб» (МФК), получивший на это от Агентства по страхованию вкладов 28 млрд рублей. По версии следствия, менеджмент «Таврического» раздавал заведомо невозвратные кредиты. И одним из заемщиков, не собиравшимся возвращать долг, стал, по версии следствия, Александр Сабадаш.

Летом 2020 г., когда следствие по банковскому делу завершилось и стало понятно, что Сабадашу грозит новый срок, он сделал ответный ход — подал иск о возмещении ущерба к олигарху и экс-кандидату в президенты Михаилу Прохорову, тот владеет 27,74% акций МФК. Причем иск подан не в России, а в США, налоговыми резидентами которых являются оба заинтересованных лица.