В 1920-е гг. Джесси Ливермор (на фото с женой Ниной) был самым известным манипулятором на фондовом рынке. Он плохо кончил Фото: AP photo/CC BY-SA 4.0

Самая простая и наиболее распространенная схема мошенничества с акциями называется «накачать и сбросить». Она состоит из трех этапов. Кто-то дешево покупает акции; распространяет ложные сообщения, убеждая, что они должны вырасти; а когда они вырастают, продает до того, как ложь будет раскрыта и цена упадет. Такие действия незаконны.

Но что если мы уберем из этой схемы среднее звено — ложь? Если вместо того, чтобы разбрасываться ложными заявлениями, наш правонарушитель начнет кричать всем, кто захочет его услышать: «Если мы все купим эти дешевые акции, они подорожают и мы заработаем денег»?

Пишу я об этом сейчас, конечно же, из-за Reddit, GameStop и Robinhood.

И, конечно, еще должен случиться третий этап. Когда все продадут акции GameStop, чтобы зафиксировать прибыль, цена упадет, и некоторые понесут большие потери. Наш нарушитель не отрицает возможность этого. «Это опасная игра. Лучше все сделать в правильный момент», — говорит он.

Кажется, что подобного рода манипулирование акциями вряд ли будет успешным, но в прошлом такая схема уже реализовывалась. Самым известным финансистом, который ею пользовался, был Джесси Ливермор, считавшийся величайшим трейдером первых десятилетий ХХ в. А его художественная биография «Воспоминания биржевого спекулянта», где он выступает под именем Ларри Ливингстон, является, возможно, лучшей из когда-либо написанных книг о фондовом рынке.

В «Воспоминаниях» рассказывается, как Ливермор организовывал «пулы» в 1920-е гг. Они состояли из обеспеченных акционеров, зачастую корпоративных инсайдеров, которые хотели продать на бирже крупные пакеты акций. Они начинали активно торговать акциями друг с другом, создавая впечатление, что эти бумаги пользуются высоким спросом и растут в цене, тем самым привлекая спекулянтов. Когда возникал ажиотаж, участники пула «сливали» свои акции другим участникам торгов.

Ливермор был настолько хорошим трейдером, что пулы зачастую нанимали его для реализации своих планов в обмен на большую долю в прибыли. Как ни удивительно, присутствие в схеме высококлассного манипулятора повышало вероятность того, что спекулянты примут участие в этой игре. Газеты сообщали, что Ливермор руководит таким-то пулом и его акции вырастут, — никакого введения в заблуждение. «После того, как все сказано и сделано, — говорил Ливермор, — величайший рекламный агент во всем мире — это биржевой телеграфный аппарат».

Все это было до принятия закона о торговле ценными бумагами в 1934 г. Кажется, что раздел 9 закона был написан специально для Ливермора. Он запрещает «побуждать к покупке или продаже любой ценной бумаги», утверждая, что ее цена «скорее всего вырастет или упадет в результате рыночных операций, <…> проводящихся с целью повышения или снижения цены этой ценной бумаги». То есть нельзя «накачивать» цены акций только ради «накачивания», как это делал Ливермор (свои действия он как раз называл «рыночными операциями»). Введение в заблуждение — не обязательный элемент манипулирования.

Если участники форума WallStreetBets в соцсети Reddit говорят: «Давайте все вместе накачаем цену акций GameStop», — будь то ради того, чтобы вогнать в убытки крупные фонды, играющие на понижение, и заставить их закрыть позиции, покупая бумаги, или для того, чтобы просто заработать, есть вероятность, что они таким образом нарушают закон. Содержащееся в законе слово «побуждать» несколько каверзное (говорит мне крупный юрист — специалист по законам о ценных бумагах): вопрос в том, можно ли считать, что участники WallStreetBets использовали свои сделки, чтобы проводились другие сделки. Однако дух закона достаточно ясен: подобного рода игры не разрешены.

Вместе с тем многие законы, принятые с благими намерениями, на практике не применяются — и небезосновательно. Стоит ли аналогичным образом поступить и в данном случае? В пользу такого подхода можно привести два аргумента.

Первый: если позволить фондовому рынку превратиться в чистую, автономную спекуляцию, не связанную со стоимостью компаний, чьи акции на нем обращаются, это отвадит от рынка другие компании, которые хотели бы на нем разместиться. В результате рынок не сможет выполнять свою цель — формировать и распределять капитал. Но такой аргумент не представляется убедительным, учитывая длинную историю сосуществования вторичного рынка, на котором время от времени случаются спекулятивные заскоки, и рынка успешных первичных размещений. Если бы дикие спекуляции были губительны для капитализма, капитализм умер бы столетия назад.

Второй аргумент заключается в том, что розничные инвесторы, участвующие в этом безумии, могут сильно пострадать. Обязательно пострадают, вне всякого сомнения. Акции GameStop сильно упадут, потому что компания не настолько ценна, чтобы оправдать такие котировки. Вопрос в том, какой способ отвадить инвесторов от опасного поведения более эффективен — сделать некоторые виды спекуляций незаконными или позволить некоторым спекулянтам разориться на глазах у публики. В целом я бы выступал за второй вариант, если будут действовать правила (такие как повышенные требования к гарантийному обеспечению и т. д.), чтобы защитить рынок в целом от падения.

Ливермор, наверное, согласился бы со мной, будь он жив. Но он умер почти в нищете, покончив с собой в 1940 г.

Перевел Михаил Оверченко

Трейдеры WallStreetBets бросили вызов и регуляторам