Историческое наследие и огурцы с солью: как прошел третий день суда над Навальным по делу о клевете
Во вторник в Бабушкинском суде Москвы прошли прения сторон. Проход в здание, как и на предыдущих заседаниях, был ограничен. У железной калитки на входе в суд дежурили судебные приставы, которые пропускали посетителей по спискам. А рядом со зданием кругами ходили двое полицейских.
В начале заседания слово предоставили прокурору Екатерине Фроловой. Свою речь она начала с того, что прочла преамбулу к российской Конституции. Именно эти слова были взяты продюсерами Russia Today для создания агитационного ролика в поддержку голосования о принятии поправок к Конституции, которые позволили совершиться «обнулению» — считать сроки действующего президента Владимира Путина с начала, а ему избираться еще два раза подряд.
В агитационном ролике снялись актер Иван Охлобыстин, народный артист Василий Лановой и дизайнер Артемий Лебедев. Одну из реплик произносил до этого не известный широкой публике ветеран Великой Отечественной войны 95-летний Игнат Артеменко. Прокурор напомнила суть дела: 2 июня, выступавший против обнуления, Алексей Навальный в своих социальных сетях опубликовал этот ролик с комментарием: «О, вот они, голубчики. Надо признать, что пока команда продажных холуев выглядит слабовато. Посмотрите на них: это позор страны. Люди без совести. Предатели».
В прениях прокурор Екатерина Фролова заявила суду: «Среди этих людей оказался Артеменко, человек ковавший нашу победу и даровавший нам жизнь, даровавший жизнь мне, — отдельно подчеркнула гособвинитель. — На что же надеялся подсудимый? На то, что никто не решится с ним связываться? На то, что мы забыли о своих предках? Но мы не забыли. Мы, народ Российской Федерации, чтим память предков, как и гласит Конституция».
По мнению прокурора, Навальный не только не раскаялся за свои слова, которые нанесли «вред здоровью потерпевшего», и не принес ему извинения, но и продолжал оскорблять его во время судебного процесса.
«Подсудимый знал, что размещает ролик с участием ветерана Великой Отечественной Войны и не имел права называть его «предателем» и «позором страны». Эти высказывания Навального — его большая компания по дискредитации исторического наследования страны и подрыву национальных ценностей. Всего того, что как раз олицетворяет Артеменко», — выступала прокурор. Она просила суд не принимать во внимание лингвистическое заключение профессора Института русского языка им. Виноградова Александра Баранова, который пришел к выводу, что в словах Навального были только его личные оценочные суждения, а не распространение фактов.
«Эксперт не был предупрежден об ответственности за дачу ложных показаний. При этом само заключение носит однобокий характер. Этот специалист не смог ответить на вопрос гособвинения о том, что такое «честь», — подвела итог Фролова.
«С учетом тяжело преступления и состояния здоровья подсудимого гособвинение просит…»
«Расстрелять?», — не удержался Навальный.
Впрочем, по закону обвинитель смогла только попросить штраф в 950 тысяч рублей. Но она также попросила вынести приговор с учетом сложения его с еще не вступившим в силу наказанием по делу «Ив Роше», по которому Навальный приговорен к 3,5 годам колонии. Жалоба на замену наказания как раз должна быть рассмотрена 20 февраля в Мосгорсуде. Отдельно прокурор просила выделить материалы из уголовного дела и направить в Следственный комитет для проверки высказываний Навального на суде в отношении Артеменко, судьи и ее самой — гособвинителя.
После этого слово взял сам Навальный. «Это не первое сфабрикованное дело против меня. Но постоянная тяжелая работа этих людей по фабрикации этих дел могла бы привести к тому, что они стали бы лучше справляться. Но нет», — развел руками подсудимый. Навальный отметил, что оба эксперта, и Баранов, и Альбина Глотова, которая проводила лингвистическую экспертизу записи в Twitter по назначению Следственного комитета, пришли к выводам, что в словах оппозиционера нет сведений или фактов, а есть только оценочные суждения.
«Да тут каждый второй документ в деле подделан», — продолжал Навальный. На прошлом заседании он просил провести почерковедческую экспертизу подписей Артеменко. Оппозиционер утверждал, что на всех документах они выглядят по-разному. «Да любой человек, который посмотрит на эти бумажки, поймет, что Артеменко ничего не подписывал. Ну, может, подписывал один раз. А все остальные документы подписаны другими людьми».
Он напомнил, что часть документов, якобы переданных от Артеменко, были набраны на компьютере и написаны профессиональным юридическим языком. Ветеран же во время первого заседания с трудом смог прочесть несколько строк по бумажке. На протяжении всего процесса Навальный и его адвокаты утверждали, что в этом уголовном деле не обошлось без внука ветерана — предпринимателя Игоря Колесникова.
«Я же здесь внука и торговца дедом не зря спрашивал про его доход и все остальное. Не для того, что я его хочу уличить, что он не платит налоги. Я вам доказывал, что это семейство постоянно торгует своим дедом. У человека доход — 3 тысячи рублей в месяц, а он покупает себе кабриолет», — продолжил выступление Навальный.
Во время допроса Колесникова на прошлом заседании выяснилось, что еще почти 10 лет назад внук оформил на своего 86-летнего деда-ветерана фирму по ремонту сотовых телефонов, а годовой доход этой компании, по официальным данным, составляет не более 30 тысяч рублей в месяц.
«И этот человек, который уклоняется от уплаты налога, оформляет фирму на деда для того, чтобы уголовной ответственности подлежал дедушка. И они торгуют дедом постоянно. Внук ветерана — это же отдельное звание. Смотреть на это просто отвратительно. Но все это дело выстроено так, что это все юридическая бессмыслица». В конце своего выступления Навальный заметил, что суд по делу о клевете на ветерана не похож на юридическую процедуру, и даже предложил судье вместо этого обсудить засолку огурцов в камере, где он почти месяц не мог получить соль, заказанную в тюремном ларьке.
«Я ее заказываю, а ее не везут. Огурцы везут, а соль не везут. Но вот позавчера открывается окошко — и мне передают 3 кг соли. И теперь у меня в камере куча огурцов и 3 кг соли. И поскольку о юридических моментах здесь говорить бессмысленно, может быть, вы, ваша честь, знаете какой-нибудь рецепт? Есть идеи?».
В конце заседания выступили адвокаты Навального Ольга Михайлова и Вадим Кобзев. «Принимая во внимание, что пренебрежение и презрение к правам человека привели к варварским актам, которые возмущают совесть человечества, и что создание такого мира, в котором люди будут иметь свободу слова и убеждений и будут свободны от страха и нужды, провозглашено как высокое стремление людей...», — свое выступление адвокат Михайлова также начала с оглашения преамбулы, но, в отличие от прокурора, она зачитала Всеобщую декларацию прав человека, принятую Генеральной Ассамблеей ООН сразу после Второй мировой войны в 1948 году.
«Каждая страница уголовного дела просто кричит — ветеран, ветеран Великой Отечественной Войны. Однако, для квалификации никого значения не имеет, является ли потерпевший ветераном или учителем», — выступал Кобзев. Адвокаты еще раз отметили, что в деле нет состава преступления, а в словах Навального есть только оценочные суждения. Ветеран же и все остальные участники политических агитационных роликов должны спокойнее относиться к критике в первую очередь своих позиций. Они просили оправдать Навального.
После того, как судья отложила процесс на 20 февраля, они лишь пожимали плечами и сказали, что не знают, как разорваться между судами и как будет конвоироваться Навальный между Мосгорсудом, где состоится апелляция решения о помещении Навального в СИЗО по итогам дела «Ив Роше», и Бабушкинским судом, где должно завершиться заседание по делу о клевете. Вопросы логистики, вероятно, не обойдут и прокурора Фролову, именно она участвовала в суде о замене срока Навальному 2 февраля.