«Спасибо, что верите в мое криминальное будущее!»

14-летние благодарят Следственный комитет за поздравления с днем наступления уголовной ответственности

Правоохранительные органы до сих пор не могут оправиться от испуга, вызванного волной роликов в TikTok, призывавших на митинги 23 февраля. Они всерьез решили внушить детям основы своих представлений о правопорядке, но делают это нелепо. Настолько, что иногда это заканчивается увольнениями для них самих.

Всего за несколько дней прошлой недели, с 15 по 18 февраля, взрослые в разных регионах страны немало начудили в рамках борьбы за правосознание школьников. В Нижневартовске полицейские дали в местной школе «урок мужества»: часть школьников получили щиты, шлемы и дубинки, другие кидали в них мячами. Одного из школьников «задержали» и вынесли. Детям, как сказала директор школы, урок очень понравился, но общественность почему-то возмутилась. По итогам проверок, прошедших в школе и в УМВД, наказали нескольких педагогов, уволили временно исполняющего обязанности начальника УМВД России по г. Нижневартовску Олега Сураева, еще нескольких сотрудников полиции предупредили о неполном служебном соответствии, а нескольким вынесли строгие выговоры.

А в Пензе исполняющая обязанности директора школы сама написала заявление в полицию с просьбой проверить на экстремизм посты восьмиклассницы, активистки местного комсомола, о митинге КПРФ, когда та отказалась стереть их в соцсетях.

Но всех переплюнул московский Следственный комитет, решив поздравить четырнадцатилетних сограждан с днем наступления уголовной ответственности. В ролике, размещенном на сайте московского СК, его сотрудники, размахивая тортиком со свечками, рассказали детям, что теперь им придется лично отвечать за убийства, изнасилования, терроризм и вандализм. Общий восторг зрителей оказался так велик, что ролик исчез с сайта СК уже через несколько часов. Однако учителя и школьники продолжают его обсуждать.

Учителя сердиты и серьезны. «Так материться ж запретили! Ничего не скажу». «Вот как раз кто-то на днях спрашивал, что из антиутопий с девятым классом почитать». «Неэтичная и унизительная подача. Ролик аморален по сути, хотя и формально информативен». «Убрали? Жаль! Я сегодня 11-му классу показывала как способ запомнить ответственность несовершеннолетних, ну и хохотали, конечно». «Несколько раз посмотрела. Очень смешные люди в нем сняты: наивные, серьезные, немного ограниченные, но искренние. И вот это, искренность и простоватая ограниченность, делает ролик смешным и страшным одновременно». «Я не хочу его смотреть. Мне хватает выпученных глаз коллег и атмосферы на работе: «Напомните детям о недопустимости...» Дочка 14 лет посмотрела, с глубоким сарказмом сказала: «Отлично!»

Некоторые, правда, хохочут. По-гоголевски, сквозь слезы. «Мы с дочерью смеялись до слез с первой фразы и до последней. И потом еще минут пять. Точнее, если честно, ржали, что уж там. Это невозможно серьезно воспринимать. А если попытаться — такая в этом ролике сквозит... не знаю, отчаянная беспомощность...

Будто своих детей у них никогда не было, и они, знаете, как с инопланетянами... не зная ни языка, ни традиций».

«Вообще это, конечно, похоже на хороший стендап-номер. Я вполне такое могла представить в какой-нибудь комедийной программе. И хороший, наверное, пародийный ролик был бы. Если бы он был смехом над СК. Но как-то слабо верится, что эти ребята умеют над собой смеяться. Не получилось у них с единством формы и содержания: интонации бабушки из «В гостях у сказки», а содержание таким быдляцким голосом вопрошает: «Ты что думал, в сказку попал?» — и бьет привычным движением сапога под дых. Мидасы какие-то. К чему бы ни прикасались, везде находят, за что посадить, а что бы ни строили, получаются только тюрьмы и лагеря. Вообще ведь удивительно: ни одного не нашлось среди них человека, который бы сказал, что тут что-то не то, и остановил бы создание этого шедевра. Они ведь такие там и есть. Ведь презумпция виновности — их жизнеобеспечивающая мифология. А чувства связи с реальностью уже, видимо, не осталось совсем. Они в такой системе отсчета живут же. И пошлости не замечают. И ведь не перешутишь их и пародию на них не придумаешь точнее, чем они сами себя покажут».

Девятиклассница Юля недоумевает: «Мне странно, что Следственный комитет вспоминает о школьниках. Мы у них на прицеле? Они думают, что мы будем ходить на митинги и вступать в запрещенные организации? Следственный комитет нам, наверное, столько всего полезного мог бы рассказать — а не пугать, что мы сядем за убийства и грабежи. Рассказали бы лучше что-нибудь, что нам понадобится, когда вырастем. Даже если они боятся, что мы будем ходить на митинги, так лучше позвать каких-то приятных экспертов и рассказывать, как составить свое политическое мнение, как оценивать информацию, как развивать критическое мышление и смотреть на две стороны конфликта».

Восьмиклассник Матвей тоже удивлен: «Спасибо, конечно, СК за поздравление, но мне было немного страшно. Посыл-то в целом правильный, но так ли его надо подавать? Кринж* среднего уровня»

Однако большинство опрошенных четырнадцатилетних решили выразить Следственному комитету свою горячую благодарность за поздравления. Вот что они говорят.

Миша: «Да, Следственный комитет, я обязательно сделаю домашку к завтрашнему дню в виде убийства, кражи, вандализма и насилия. Сдавать в письменной или в устной форме?»

Артем: «Спасибо Следственному комитету за то, что они рады моим будущим преступлениям! Я так рад их уверенности!»

Катя: «Спасибо, дорогой Следственный комитет, за то, что ты в нас так веришь! Мы обязательно оправдаем твои ожидания!»

Ульяна: «Уважаемый Следственный комитет, спасибо за поздравление и тортик, но я бы предпочла презумпцию невиновности».

Андрей: «Огромное спасибо Следственному комитету за то, что показал нам такие блестящие жизненные перспективы».

Костя: «Какое счастье, что СК мной наконец-то заинтересовался! Ни разу государство меня не поздравляло с днем рождения. В меню все такое вкусное... Даже не знаю, какую статью выбрать, советуюсь вот, размышляю».

Вова, 13 лет: «Это они чё, серьезно? Тринадцатилетние, ну вы поняли намек! Не теряйте время. А то четырнадцать — и привет».

*Кринж — чувство стыда, испытываемого за других.