Sputnik, bliny, Navalny. Андрей Остальский – о новом русском слове

У моего соседа Джонатана нет университетского диплома, но человек он начитанный, хоть и мало интересующийся международными делами, если они напрямую не затрагивают британские интересы. Выписывая The Times, он, как правило, лишь по диагонали пробегает страницы мировых новостей. Поэтому я удивился, когда на днях Джонатан обратился ко мне с неожиданной просьбой: научить его правильно произносить имя "пациента-фигуранта". Сначала получалось не очень, но с третьей попытки освоил и теперь при встречах щеголяет четким произношением: Navalny. И даже полагает, что имя это должны знать все, потому что то, что случилось с "этим отважным человеком", не должно считаться сугубо внутренним делом России.

Точка зрения Джонатана и его интерес к фигуре Навального, пожалуй, типичны для британского среднего класса, причем не только столичного, но и провинциального. Рискну даже предположить, что это имя уже вошло в английский язык вслед за другими заимствованными у русского словами – "спутник", "водка", "погром", "матрешка", "блины", "кефир" (а теперь еще и "новичок"). А ведь такие заимствования случаются, мягко говоря, нечасто. Ну и даже ещё категоричнее могу утверждать, что в Великобритании, да и во многих других странах Навальный стал самым узнаваемым, самым известным современным российским политиком – после Путина, естественно. Никакого Мишустина или даже Шойгу и так далее никто из простых британцев знать не знает и, скорее всего, не узнает их никогда.

О Навальном, его отравлении, его телефонном разговоре с одним из отравителей написали на видных местах практически все британские газеты. Режиссер-документалист Дэниел Вульф считает, что, если бы не пандемия коронавируса, освещение этих событий было бы еще более интенсивным. "Из-за вируса мы стали несколько провинциальны, публикуется по десять материалов в день про малейшие изменения в динамике распространения болезни, а иначе Навальный был бы на первых страницах если не каждый день, то уж каждый второй день точно", – считает он. "Но вот этот разговор Навального с отравителем из ФСБ – это нечто феноменальное. И когда я смотрел репортаж о возвращении лидера русской оппозиции в Москву, то хотел себя ущипнуть – не сплю ли, не смотрю ли неправдоподобный голливудский триллер. Не было никогда в истории ничего подобного, и так считают все, с кем я говорил на эту тему", – сказал мне Дэниел.

Норвежский карикатурист Мортен Морланд сумел объединить обе главные темы минувшего года – вакцинацию против коронавируса и покушение на убийство оппозиционера, с последующим смелым возвращением отравленного в логово отравителей. Художник нарисовал пункт вакцинации, Путин изображен в костюме медбрата, со шприцем в руке, лукаво вопрошающим ещё не совсем выздоровевшего Навального: "Вы, наверное, вернулись, чтобы получить вторую дозу?" Так что же в шприце – "Новичок" или "Спутник V"? Увидев карикатуру, сосед Джонатан озабоченно спрашивает меня: "Как ты думаешь, Навальный уцелеет или его убьют?" Я пожимаю плечами: как проникнуть в голову капризного властителя, превращающего Россию в абсолютную монархию? Что может в эту голову прийти, что ему насоветуют любимые им силовики? "Буду молиться за спасение Навального", – говорит сосед, печально качая головой.

Обычно британские газеты резко расходятся в своих оценках и приоритетах, но случай Навального представляет собой редкое исключение

Ещё один беспрецедентный факт: за без малого три десятилетия жизни в Англии я впервые увидел так много читательских комментариев (160) под газетной карикатурой на небританскую тему. Творение Морланда читатели признают лучшей работой этого жанра за многие годы. Более 90 процентов согласились не только с высокой оценкой, но и разделили мнение моего соседа: многих беспокоит судьба Навального. Вот типичная цитата: "Можно только надеяться, что неудавшееся убийство настолько повысило общественный вес Навального, что вторая попытка не будет предпринята. Но приходится задаваться вопросом: на что способен Путин?"

Вот что ещё нельзя не заметить: обычно британские газеты резко расходятся в своих оценках и приоритетах, отражая общественный плюрализм, но случай Навального представляет собой редкое исключение. Даже не угадать, откуда материал читаешь – из пролейбористской оппозиционной The Guardian, из близкой ли к правому флангу правящей партии консерваторов The Daily Telegraph, правоцентристской The Times, а то и бульварной The Daily Mail. "Новое поколение россиян видит в Путине крестного отца всех пиявок, присосавшихся ко всему, из чего можно извлечь деньги… Навальный первым запечатлел в таком насыщенном цвете их запредельную жадность, сладострастную нечистоплотность и полнейшую низкопробность, знакомую всем русским по размашистым манерам местных бандитов из маленького городка" (The Guardian); "Почему же Навальный рискует своей безопасностью и свободой? Объяснение простое: изгнание означает маловажность, незначительность. Он знает, что его присутствие в России, даже в тюремной камере, подчеркивает хрупкость власти Путина. Огромная полицейская операция, развернутая властями по его возвращению, показывает, что он прав" (The Daily Mail); "Запад должен стать на сторону народа России, противостоящего путинскому режиму убийц... В нынешней России уцелеть после организованного государством покушения – означает совершить уголовное преступление… Приговор, вынесенный Навальному, должен послужить сигналом к пробуждению демократических наций" (Daily Telegraph).

Под сверхпопулярной карикатурой Морланда я не нашел ни одного поста с ярко выраженной прокремлевской позицией. Что наводит на мысль: какие-то российские начальники недоработали, недопетрили, не сообразили дать распоряжение подчиненным "работать" и по карикатурам. Зато, читая комментарии под статьей The Daily Mail, можно подумать, что подавляющее большинство читателей презрительно отзываются и о её авторе Эде Лукасе, и о Навальном, и о самой газете, зато Путин внушает им неподдельное уважение и даже восхищение. Крайне трудно представить себе, что эта выборка репрезентативна.

Но настоящее побоище разыгралось в комментариях к редакционной статье в The Financial Times, в которой утверждается: "Необыкновенное мужество Навального отозвалось смелостью простых россиян. Десятки тысяч отважных людей не побоялись избиений, арестов и возможных тюремных сроков, чтобы продемонстрировать свою поддержку оппозиционеру и бросить вызов Кремлю. Но вызов брошен и Западу тоже: как найти эффективные способы поддержать Навального и демократию в России". Понятно почему: ведь это одна из самых влиятельных газет в мире, и статья отражает мнение её редакционной коллегии. Взгляните на посты, и прежде всего заметите ник одного из самых активных и яростных обличителей Навального и защитников Путина, который, как утверждается, ни много ни мало, как "спас Россию от ее бесчисленных русофобских врагов". Выглядит ник вот так: Naoyb (вариация Nayob). Под псевдонимом явно скрывается некто, искренне веселящийся от того, что "тупые британцы" не догадываются о фонетических ассоциациях, которые его ник вызывает у носителей русского языка.

Ему поддакивают и вторят Gongren (тоже симпатичное имя, не так ли?) и Ursus Ursaa (видимо, анаграмма английского обозначения СССР), а также ZmeiGorynych и ещё несколько подобных им, испещривших читательскую секцию десятками злобных выпадов против газеты и её редколлегии и полотнищами пространных рассуждений, в которых отражены дежурные установки кремлевской пропаганды. Читая их, узнаешь: никто Навального не отравлял, он англо-американский агент, подавляющее большинство русских его терпеть не могут, зато обожают спасителя Путина. Для менее легковерных, но более либеральных читателей тут же развивается тезис о том, что Навальный – расист и ксенофоб. Зачем же все эти люди или боты днюют и ночуют на сайте газеты, ценности которой они столь явно ненавидят (там еще постоянные выпады против либерализма в целом)? Вопрос, естественно, риторический, поскольку ответ на него очевиден.

Читатель под ником GBear приходит к выводу: "Количество явно поддерживаемых Россией троллей в этом пространстве показывает, сколь взволнованы Путин и его режим… Браво, господин Навальный, вы демонстрируете, что такое настоящее лидерство и честность в мире, который отчаянно нуждается в этих качествах, заплатив за это огромную личную цену".

Вернусь под конец к слову "спутник", прочно вошедшему и в английский, и в другие языки еще в конце 1950-х годов. К одноимённой российской вакцине отношение также скорее позитивное, после того как вызывающие доверие данные были наконец опубликованы в престижном журнале Lancet. Считается, что вакцина эта не лучше и не хуже шведско-британской AstraZeneca, как-никак обе основаны на одном и том же биологическом механизме. Кое-кто усмехается: русские не случайно взяли на вооружение самое позитивное лингвистическое заимствование для пиара своего продукта, но, в конце концов, маркетологов можно понять. А вот использование положительных ассоциаций для обозначения нацеленного на Запад "новостного" агентства вызывает в Британии куда больше вопросов. Пропагандистские установки этого, совсем не доброго "Спутника" можно увидеть и в соцсетях, и в постах российских троллей в комментах британских газет. Это, конечно, инструмент информационной войны, а не мирного космического и медицинского сотрудничества или цивилизованного соперничества. Одно слово: Naoyb.

Андрей Остальский – лондонский журналист и политический комментатор

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции