Как началась и закончилась пятидневная война в Лос-Анджелесе: корейские стрелки на крышах, темнокожие мародеры, бездействие полиции
Как и большинство остальных, Чанг Ли никогда не держал в руках огнестрельное оружие. Мужчина попросил пистолет у знакомых и помчался в родительский магазин, когда увидел заполонившие Южный Централ толпы темнокожих мародеров. В тот момент он даже не задумался, что произойдет с его собственным бизнесом – заправкой неподалеку. Уже ночью, когда Чанг караулил за прилавком, в репортаже по телевизору показали горящее место, которое показалось ему смутно знакомым. Несколько секунд спустя он понял, что смотрит на пепелище, оставшееся от его заправки.
В тот же день белый водитель грузовика со стройматериалами Реджинальд Денни пытался преодолеть затор на пересечении Флоренс-авеню и Нормандия-авеню. Бунтовщики вытащили его из машины и жестоко избили – мужчина получил перелом черепа и находился почти при смерти, когда четверо гражданских спасли его от разъяренной толпы. Один из героев – темнокожий Бобби Грин – позже дал в суде показания против нападавших, несмотря на угрозы и оскорбления.
Родившийся в Алжире француз Патрик Беттан работал в местном торговом центре и погиб случайно. Владелец одного из магазинов в корейском квартале случайно выстрелил 30-летнему охраннику в голову, хотя тот, наоборот, помогал бизнесменам обороняться от погромов. По итогам расследования обвинений в убийстве не предъявили – разобраться в творившемся хаосе оказалось невозможно. Точно так же оборвалась жизнь 18-летнего Эдварда Сона Ли, который ехал по улице с друзьями и получил пулю от соотечественника, принявшего его за мародера.
Люди погибали по-разному: сгорали заживо, теряли слишком много крови после ножевых потасовок или перестрелок. Стороны действовали без разбора: темнокожие протестующие врывались в магазины к мирным корейцам, азиатские иммигранты сражались, но иногда наказывали своих же. Полицейские медлили, а когда все-таки подключились, действовали так же беспорядочно, как и обычные жители. Большинство преступлений остались нераскрытыми: сами убийцы зачастую не представляли, куда и в кого стреляли.
На протяжении пяти дней, с 29 апреля по 4 мая 1992 года, Лос-Анджелес погрузился в насилие. Около 2 тысяч человек получили травмы, более 50 погибли, 12 тысяч задержали, а навести порядок в городе удалось только Национальной гвардии. У 730 азиатских иммигрантов диагностировали посттравматическое стрессовое расстройство. Урон оценили примерно в миллиард долларов, половину убытков понесли корейские бизнесмены, оказавшиеся в эпицентре кровавых разборок.
Фото: A&E / youtube.com
Ни историки, ни очевидцы тех событий до сих пор не пришли к однозначному мнению, как оценивать Лос-Анджелесский бунт. Одни считают его важнейшим этапом на пути к формированию идентичности корейских американцев, которые с оружием защищали семьи и работу. Для других затяжные беспорядки доказали предвзятость американской полиции – именно промедление властей вынудило тысячи иммигрантов биться не на жизнь, а на смерть. Третьи уверены, что в трагедии нет правых и виноватых: запутанная социальная структура города сделала конфликт между государством, этническими меньшинствами и вандалами неизбежным.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]