Власти хотят признать организации Навального «экстремистскими». Вот что угрожает активистам и сторонникам политика — в 11 пунктах

Прокуратура Москвы потребовала признать ФБК, «Фонд защиты прав граждан» и штабы Алексея Навального «экстремистскими организациями». По просьбе «Медузы» адвокат «Команды 29» Валерия Ветошкина объясняет, чем это грозит работникам этих организаций — и всем, кто помогал им или участвовал в их акциях.

Если суд признает ФБК, «Фонд защиты прав граждан» и штабы Навального экстремистскими организациями:

1. В момент, когда решение вступит в силу, те из руководителей, которые будут там формально числиться, могут быть привлечены к уголовной ответственности «за организацию деятельности экстремистской организации». Максимальное наказание — до 10 лет лишения свободы.
2. До шести лет лишения свободы будет грозить рядовым сотрудникам организации, а также тем, кто совершает «умышленные действия, относящиеся к продолжению или возобновлению деятельности данной организации (проведение бесед в целях пропаганды деятельности запрещенной организации, непосредственное участие в проводимых мероприятиях и т. п.)».
3. Всем, кто после этого будет финансировать эти организации — например, с помощью донатов — или помогать им как волонтер, будет грозить до восьми лет лишения свободы.
4. Все эти люди рискуют попасть в перечень террористов и экстремистов, который ведет Росфинмониторинг. У них блокируют счета, их законные расходы ограничивают 10 тысячами рублей в месяц (за исключением выплат штрафов, налогов и т. д.) на себя и на каждого члена семьи.
5. ФБК и штабы Навального больше не будут иметь права проводить публичные мероприятия.
6. Любая демонстрация символики организации, признанной экстремистской, запрещена, — за это грозит штраф или административный арест на срок до 15 суток. Те, кто привлекается к ответственности по этой статье, в течение года не смогут реализовать пассивное избирательное право, то есть избираться в органы государственной власти.
7. Хорошая новость: решение суда о признании организации экстремистской не может иметь обратной силы, поэтому для тех, кто донатил до признания организации экстремистской, последствий наступить не должно. Плохая новость: с демонстрацией символики все гораздо хуже. Практика показывает, что к административной ответственности за распространение таких материалов привлекают, даже если они были запрещены уже после их публикации. Иными словами, если вы несколько лет назад размещали символику организации в соцсетях, есть риск, что вас привлекут к ответственности.
8. Непонятно, что будет со старыми материалами ФБК и штабов, в том числе, например, с расследованием о «дворце Путина». С логической точки зрения, ни соцсети, ни СМИ, которые их выложили у себя, не должны быть привлечены к ответственности, поскольку сделали это до вступления решения суда в законную силу. А вот как сложится правоприменение, очень сложно предсказать, потому что распространение (по мнению правоприменителей) — это не разовая публикация материала, а его длительное нахождение в открытом доступе. То есть деяние не оканчивается в момент размещения материала, а продолжается вплоть до момента его удаления.
9. При этом формально по закону признание организации экстремистской не означает, что ее материалы автоматически признаются экстремистскими. То есть просто пересказывать антикоррупционные расследования ФБК не запрещено. Но это, опять же, вопрос правоприменения. Вполне вероятно, что суд в итоге будет считать экстремистскими все материалы организации.
10. В любом случае, СМИ будут обязаны при любом упоминании указывать, что обе организации признаны в России «экстремистскими» (подобно тому, как сейчас журналистам приходится указывать, что они «иностранные агенты»).
11. Решение суда будет касаться конкретных организаций, поэтому теоретически команда Навального может создать новые структуры. Но важно помнить об опыте «Открытой России» политика Михаила Ходорковского. Зарегистрированная в Великобритании организация с таким названием еще в 2017 году была признана в РФ «нежелательной», после чего началось преследование членов одноименного движения «Открытая Россия» внутри России. В 2019-м оно объявило о ликвидации, и активисты этой организации учредили другую структуру с аналогичным названием, но не смогли получить регистрацию в Минюсте. Теперь власти регулярно срывают мероприятия, проводимые под эгидой новой структуры, и преследуют ее участников (самый свежий пример — разгон съезда независимых муниципальных депутатов в марте 2021 года в Москве). При этом связь с «экстремистской» организацией грозит более тяжкими последствиями, чем с «нежелательной».

Валерия Ветошкина, адвокат «Команды 29»