Долговая кабала и насилие. "Рабов" в России становится больше

Подавая в подземном переходе милостыню старику или женщине с младенцем, вы поддерживаете индустрию современного рабства, утверждают волонтеры общественных организаций. По оценке экспертов, в мире около 40 миллионов человек подвергаются эксплуатации. В России их число может достигать миллиона. Корреспонденты Север.Реалии выяснили, как устроено современное рабство и почему пандемия увеличила число рабов.

Мокрый дворик в индустриальном районе Санкт-Петербурга. Несколько небольших зданий, среди которых ночлежка для бездомных. 25 марта волонтеры организации "Альтернатива", которая занимается освобождением людей из рабства, привезли сюда 79-летнего Геннадия Степанова. Он просил милостыню в подземном переходе на Среднем проспекте Васильевского острова. Раз в несколько дней пенсионера на точку привозили "надсмотрщики", на него обратила внимание проходившая мимо девушка, которая связалась с "Альтернативой".

Выехав на место, волонтеры попытались начать разговор со стариком, но, кажется, он плохо понимал, где находится. Сначала с ним пришлось переписываться – в блокноте он подтвердил, что его удерживают насильно, и согласился поехать с волонтерами в безопасное место, в ночлежку. Позже ему сделали флюорографию и отправили в Москву, в убежище. Сейчас волонтеры восстанавливают его документы.

Она шлялась по помойкам и искала вещи, я их потом на рынке продавал

Первые часы после спасения Степанов не разговаривал. Заговорил он только в ночлежке, почувствовав себя в безопасности. Рассказал, что зовут его Геннадий Александрович, он остался без жилья и не знает, где его близкие. Корреспонденту Север.Реалии пенсионер много говорил о своем детстве, но ничего не мог о настоящем.

– Мать моя была алкоголичкой, оставила в роддоме и ушла. Позже я нашел ее и узнал, что моих новорожденных брата и сестру она продала семье врачей из Москвы за бутылку водки. Тогда я нашел ее и стал жить с ней. Она шлялась по помойкам и искала вещи, я их потом на рынке продавал. Отец мой в Осетии, не знаю, жив ли еще. Бандит. Осетин два метра ростом. Вор, грабитель. Два побега из колонии, получил две пули. А я его сын...

Степанов вспоминал о молодости на "комсомольских стройках" в Сибири. И о том, что когда-то уже работал на некую женщину, которая отбирала у него деньги. Но когда и где это было, так и осталось загадкой.

– Я не считал себя рабом. Она у меня отбирала все, и деньги, и вещи. Эта женщина, моя хозяйка, была белорусской. Работал у нее на даче. Дача была большая, роскошная, все не своим трудом нажито. Я ей забор делал, подрабатывал на стройках. Восемь лет я провел в неволе, – рассказал Геннадий Александрович. – Потом она меня выгнала.

Наша практика показывает, что таких людей не хотят отпускать. Их разыскивают и даже крадут

Степанов говорит, что "хозяйка" продала его квартиру, а потом заставляла просить милостыню и морила голодом. Никаких подробностей о том, как потерял жилье и на кого работал, он рассказать не смог. Как попал в Петербург и кто заставил его попрошайничать в переходе, тоже не вспомнил. Волонтеры "Альтернативы" надеются выяснить подробности.

– Пока следствие по этому делу не ведется. Главное заняться документами Степанова, потом будем разбираться с квартирой. Сейчас вопрос – обезопасить его от возможного возвращения в переход. Наша практика показывает, что таких людей не хотят отпускать. Их разыскивают и даже крадут. Но для этого у нас есть безопасные места, – объясняет волонтер Савва Федосеев.

В планах Геннадия Александровича – отправиться в монастырь.

– Там могут дать какой-нибудь сан? Я хотел бы там работать. Начинаешь псаломщиком, свечи ставишь, всякую хозяйственную работу делаешь, – рассуждает он.

Идеальные рабы

Немощные пожилые люди, часто с ментальными проблемами – идеальные кандидаты в "нищенское рабство". Каждый день жители крупных городов проходят мимо попрошаек, жалеют их или раздражаются, не догадываясь, что эти люди могут подвергаться эксплуатации. Один такой "раб", стоящий на оживленной улице, приносит своему "хозяину" до 20 тысяч рублей в день, говорят сотрудники "Альтернативы".

– В России много таких стариков. Среди них много и иностранных бабушек и дедушек, – говорит сотрудник "Альтернативы" Максим Ваганов. – Нищенская мафия – это в основном цыгане, особенно молдавские. Там рядом Одесса, и они оттуда выкупают из домов престарелых бабушек и перевозят их в Россию, где уже в Москве и Санкт-Петербурге принуждают попрошайничать. Могут имущество отобрать – становятся их опекунами и потом, используя различные коррупционные схемы, на себя переписывают квартиры.

Младенцы на руках цыганок – тоже жертвы современного рабства. Такие дети, накачанные наркотиками, долго не живут.

Это, конечно, страшно, потому что там дети живут по полтора-два месяца

– Чаще всего детей покупают в целях дальнейшей эксплуатации, нищенской. Обычно это цыганки, так называемые "мадонны", которые ходят потом с младенцем. Это, конечно, страшно, потому что там дети живут по полтора-два месяца, их пичкают наркотиками, чтобы они не плакали, – отмечает Ваганов.

Сейчас в Московской области судят мать, которая в прошлом году пыталась продать младенца за 500 тысяч рублей. Волонтеры вышли на нее в качестве подставных покупателей и при "сделке" предупредили, что ребенок покупается "для коммерческих целей". Но ее это не остановило. Лидер "Альтернативы" Олег Мельников говорит, что в Москве почти удалось победить это явление, и нищенок с детьми теперь почти не видно, "но за все регионы отвечать нельзя".

Работа как рабство

Жертвами "рабовладельцев" могут стать трудоспособные люди в поисках работы. Это мигранты, выпускники детских домов, просто жители глубинки, которые ищут заработок в больших городах.

Их истории похожи. Выпускник детдома из Казани Андрей Шмелёв поехал в столицу на заработки. На Казанском вокзале у него украли паспорт и деньги, но двое неизвестных предложили работу. Так Андрей оказался в работном доме, где его с десятками товарищей по несчастью возили на стройки, не платили денег и избивали. Борис Чемпоиждзе просто выпил с незнакомцами на площади "трёх вокзалов", а потом проснулся уже в автобусе по пути в Дагестан, без документов. В Каспийске он должен был работать на кирпичном заводе.

Работные дома – классическая трудовая эксплуатация, где люди работают без денег и документов. Относительно новая форма эксплуатации – так называемые "реабилитационные центры". В крупных городах можно встретить объявления, где предлагают избавиться от зависимостей при помощи трудотерапии, рассказывает координатор программ и соосновательница фонда "Безопасный дом" Вероника Антимоник:

– Туда попадают люди под предлогом обычной работы, бывает, даже без опыта зависимости. Был случай, когда человек искал работу, его привезли в какой-то домашний офис, заставили подписать договор, что он находится на реабилитации, а потом стали эксплуатировать на стройках.

Такую "помощь" предлагают и беженцам. В работные дома массово попадают жители Украины, бегущие от войны в Донбассе.

– Люди ищут работу. Обычно это бедные люди. Зачастую из ближайшего зарубежья – Украина, Белоруссия, Средняя Азия либо какие-то российские регионы. Обычно все происходит через Москву. Они приезжают, им предлагают работу, потом отбирают паспорта и принуждают работать. Обещают, что заплатят зарплату через месяц-два, в итоге ничего не платят, документов к тому моменту нет уже. Часто применяется физическое насилие, запугивают некими связями – все равно никуда не уйдешь, все равно найдем. И так люди могут проработать долго, – объясняет Ваганов.

Фактор коронавируса

Сегодня в рабстве находятся несовершеннолетние и целые семьи. В сексуальное рабство попадают тысячи женщин по всему миру. По оценке правозащитников, в мире свыше 40 млн рабов. Россия по их числу находится на 64-м месте, между Египтом и Молдавией. Как оценили эксперты, в современном рабстве в России живут 794 тысячи человек.

– А если учесть, что в России около 20 млн человек находится за чертой бедности, то все они находятся в группе риска, – констатирует Ваганов.

Кто-то потерял работу, кто-то – жилье. Повысилась уязвимость, насилия стало больше

В пандемию, из-за падения доходов, ситуация только ухудшается, появляются новые формы торговли людьми.

– Кто-то потерял работу, кто-то – жилье. Повысилась уязвимость, насилия стало больше, – говорит Вероника Антимоник. – Люди активно ищут работу в основном в интернете. А преступники всегда адаптируются быстрее к меняющимся условиям. И они тоже вышли в интернет. И мы видим очень много случаев вовлечения в секс-индустрию, в том числе подростков. Преступники активизировались на сайтах знакомств.

Во время пандемии в целом вырос спрос на секс-услуги. Стал популярным вебкам, процветают латентные формы секс-индустрии, например, массажные салоны, причем в пандемию работают они "с доставкой на дом". В связи с закрытием границ снизился ввоз и вывоз людей за рубеж, но выросло число случаев эксплуатации внутри страны и онлайн.

– В нищенском рабстве в пандемию сложилась интересная ситуация. Полгода назад очень многие "рабовладельцы", молдавские цыгане, побросали квартиры, которые снимали, вместе с бабушками. И нам активно звонили граждане и рассказывали, что где-то на лестничной площадке у них живут бабушки, которым некуда идти и некуда обратиться. Но сейчас "хозяева" уже возвращаются – нищенская мафия никуда не исчезла, – говорит Мельников.

И эти фермеры не будут знать, что нанимают рабов, – они просто ищут самых дешевых работников

По его мнению, сейчас число людей в трудовом рабстве уменьшилось. Но в перспективе из-за коронавируса число рабов в России может вырасти на 350–500 тысяч человек.

– Сейчас, кажется, рабов стало меньше, но это никак не связано с добротой "рабовладельцев". Просто условные кирпичи с кирпичного завода не особо востребованы стали, потребители не могут строить себе большой дом, спрос уменьшился. Но мы ждем всплеска. Сейчас многие потеряли рабочие места, они поедут в крупные города за длинным рублем, и для удешевления работ, сельхозтоваров многие фермеры будут привлекать на аутосорсинг организации. И эти фермеры не будут знать, что нанимают рабов, – они просто ищут самых дешевых работников, – рассказывает Мельников.

Можно ли наказать рабовладельца?

Сегодня волонтерские организации существуют только на частные пожертвования, без помощи от государства. За годы работы активисты смогли помочь тысячам россиян, оказавшимся в рабстве, но число уголовных дел, возбужденных на "рабовладельцев", не превысило полутора сотен за десять лет во всей стране, отмечает Мельников. Доказать факт эксплуатации очень трудно.

– Сегодня у нас есть только одна статья УК – 127.2 ("Использование рабского труда"), где нет комментария, кого считать рабами, – говорит он. – Хотя могли бы взять мировую практику – Международная организация труда уже давно определила, кто считается рабом. Это как с законом о домашнем насилии, который пока так и не приняли, – непонятно, как доказывать.

Преступники влиятельней государства. У нас были случаи, когда преступники коррумпировали следователей, нанимали хороших адвокатов

– Сегодня нет закона, который мог бы помочь людям, подвергающимся эксплуатации, – считает Вероника Антимоник. – Статья Уголовного кодекса – лишь один из механизмов, который может использоваться. Но само преступление сложное, и часто правоохранители не видят состава и отказывают даже на этапе возбуждения дела. Основная трудность – определить, что такое торговля людьми. Доказать элемент "купли-продажи" очень сложно, как и "владение человеком на правах собственности". Ведь людей часто удерживают не кандалами и клетками, а за счет угроз, долговой кабалы и насилия. Преступники влиятельней государства. У нас были случаи, когда преступники коррумпировали следователей, нанимали хороших адвокатов. Да, бывало, что они получали большие сроки, но потом угрожали жертвам из тюрьмы. У жертв нет никакой защиты. Это большая проблема, и важно, чтобы общество понимало, что участвовать в ее решении должны все. Мы пока не имеем никакой поддержки от государства.

По словам Олега Мельникова, дела не возбуждаются еще и потому, что часто сотрудники полиции не хотят "подставлять своих":

– Если они обнаружат людей в магазине, в сельском хозяйстве, на производстве, виноваты будут участковый и местное УВД, которое никак не реагировало. Поэтому дела не заводят. Как было десять лет, так и будет еще десять лет – зачем вмешиваться. Коррупционная составляющая тоже присутствует. В Петербурге и Москве есть точки – Московский вокзал, Лиговский проспект, Таганка, где заранее сообщают о проверках. Проверяющие приезжают – а нищих нет.

Уже девять лет не возбуждается и не расследуется уголовное дело по нашумевшей истории с "гольяновскими рабами", напоминает руководитель комитета "Гражданское содействие" Светлана Ганнушкнна. В 2012 году в нескольких магазинах, принадлежащих одной семье, в московском районе Гольяново были обнаружены 11 женщин из Казахстана и Узбекистана, которых долгие годы удерживали насильно, заставляли работать без оплаты, лишали пищи и сна, насиловали. Женщины рожали детей. Один ребенок умер, второй выжил, его забрали у матери и с трех лет подвергали эксплуатации.

– Пятки чесал хозяйке на ночь. Он серьезно отставал в развитии, не умел говорить, ходил на четвереньках. Это самое страшное, что мне доводилось видеть, – маугли, выросший в Москве, – рассказывает Ганнушкина.
Ситуацией в магазине были обеспокоены покупатели, но ни полиция, ни прокуратура не нашли в этой истории "состава преступления".

Магазин все так же работает, и в нем трудятся новые сотрудники из Средней Азии.

– Они набрали новых рабов, а тех, кто жаловался вначале, отправили домой, просто купили, заплатив определенные суммы, – говорит Ганнушкина. – Когда делом занялись правозащитники, полиция сначала пыталась выдворить мигрантов из страны, да еще и возбудить в отношении них дело за незаконное пребывание в России. Потом куда мы только ни ходили. Это был потрясающий совершенно круг: мы обращаемся в полицию, проводится дознание, в возбуждении дела отказывают. Мы идем в суд, обжалуем, и в суд полиция приносит решение об отмене решения о приостановлении дела. Рассматривать суду нечего. На следующий день они опять принимают это решение. Мы опять идем в суд.

Приехали в полицию, пытались подать заявление. А в ответ оперативный сотрудник сказал: "Вы ж не знаете ее фамилию, а значит, заявление я у вас принять не могу"

В феврале волонтеры "Альтернативы" самостоятельно, без помощи полиции вызволили из сексуального рабства жительницу Калужской области, в городе Обнинске.

– Нам сообщил мужчина, что на трассе к нему обратилась женщина-проститутка, которая сказала, что ее удерживают. Он попытался ее увезти, его догнали. Мы поехали на место под видом клиентов, убедились, что там стоит машина с девушками. Приехали в полицию, пытались подать заявление. А в ответ оперативный сотрудник сказал: "Вы ж не знаете ее фамилию, а значит, заявление я у вас принять не могу". Мы приехали на место, нашли эту девушку. Забрали ее, она с нашей помощью написала заявление в Следственный комитет, – говорит Мельников.

Но теперь самого Мельникова вызывают в СК по подозрению в насилии и грабеже. Заявление написала сутенерша той спасенной девушки.

– После того как об этой истории стали показывать сюжеты на федеральных каналах, сотрудникам полиции прилетело по голове. Они нашли сутенершу, привезли ночью в отделение и заставили написать заявление. Она написала, что я украл кнопочный телефон и две тысячи рублей, – рассказывает Мельников.

Главное – не давать денег. Этим вы окупаете боль, страдание и смерть людей

Пока по делу проводится доследственная проверка. Волонтеры начали сбор подписей с требованием отменить "неправомерные действия" со стороны полиции. Сам Мельников говорит, что подобное давление встречает чуть ли не ежегодно, как правило, после резонансных историй.

– Единственный способ победить рабство – сделать это невыгодным, – считает он. – Когда люди перестанут давать деньги нищим, тогда их перестанут держать. Хочешь помочь – узнай, какая у него проблема. Звоните нам. Если человеку негде жить, мы найдем ему жилье. Главное – не давать денег. Этим вы окупаете боль, страдание и смерть людей.