"Страха нет". Почему старики выходят на акции протеста

11 мая 75-летний Петр Зуев должен был освободиться из калининградского ИВС, где отбыл 15 суток за участие в митинге в поддержку Навального. Но в заключении Зуев заразился коронавирусом и теперь попал в больницу. Впрочем, прекращать протесты он не собирается, несмотря на арест и многотысячные штрафы до этого. Как и 85-летняя псковичка Анна Ершова, не пропускающая ни одной акции против действующей власти. Почему пенсионеры выходят на протесты, выяснял корреспондент Север.Реалии.

Петр Иванович Зуев – человек в Калининграде известный. Одиночные пикеты, митинги, "кормления голубей" – без 75-летнего активиста не обходится ни одна значимая протестная акция. 21 апреля вместе с женой и сыном он вышел на митинг в поддержку Алексея Навального. Через пару часов Зуева забрали прямо из колонны митингующих – вместе с еще почти тремя десятками активистов.

– Мы же ходили туда-сюда, было шествие. Молодые-то идут быстро, а я слабее. И вот к площади почти подошли. Тут подходит один дядька, в гражданке, говорит: "Петр Иванович, есть вопрос, давайте отойдем". Я говорю: давайте. И тут с двух сторон еще люди в гражданке. Я говорю: так вы эшники, что ли? А тут и воронок стоит. Сопротивляться, спорить было бессмысленно. Они уже и список заранее написали, кого забирать. Еще девчонку забрали одну. Когда нас везли, эта девочка песню пела, какую-то свою протестную. Меня это обрадовало очень, – рассказывает Зуев.

В день митинга все отделения были переполнены. Петра Ивановича повозили по отделениям и только в ОВД Московского района составили протокол. Он же хорошо подготовился, изучил законы и нашел нарушения в действиях полиции.

В общем, получается, что вор Путин, а за решеткой сидит Зуев

– Что ни шаг, то нарушение закона. Ну на то она и полиция, чтобы нарушать закон, – говорит пенсионер. – Протокол должен составляться по месту нарушения. А на меня протокол составляла сотрудница, которой вообще не было на месте. За основу она взяла рапорт полицейского, где написано: "Зуев кричал: "Путин – вор!" И что? Я не нарушал общественного порядка, кричал не матом. И если было 250 участников, по версии полиции, почему именно меня задержали? В общем, получается, что вор Путин, а за решеткой сидит Зуев.

До решения суда пожилому активисту разрешили находиться дома. 26 апреля Петр Иванович за участие в несанкционированной акции был арестован на 15 суток. Вместе с ним аресты получили еще четверо активистов. 30 мая Зуев подал апелляцию, но не смог оспорить свой арест.

"Задача – убить морально"

Наказание он отбывал в спецприемнике в Калининграде. Здесь же находились еще двое политзаключенных, задержанных за участие в митинге 21 апреля. Но все были в разных камерах, охрана следила, чтобы они не пересекались и на прогулках.

– Какой в этом смысл? Они не понимают: если бы мы все трое политических сидели в одной камере, то как бы мы разлагали друг друга? А я сидел с товарищем, который по пьянке попал на рыбалке, по глупости. И я его полностью перевербовал, – смеется Зуев. – Теперь будем дружить семьями. Он мне уже звонил, сказал, что будет со мной ходить на митинги. И дал слово, что за "Единую Россию" голосовать не будет.

Дверь открыли – на выход. Куда, зачем? То ли палкой стукнут, то ли в затылок стрельнут

Петр Иванович – инвалид, у него сахарный диабет. Говорит, что тюремная атмосфера подействовала так, что через несколько дней поднялись давление и сахар.

– У этих уфсиновцев задача – убить человека морально. Сама атмосфера: семь загородок каждые три метра, камера, железная дверь, кормушка эта, звон ключей. Психологически очень тяжело. Дверь открыли – на выход. Куда, зачем? То ли палкой стукнут, то ли в затылок стрельнут. В итоге заболел, закашлял, температура, давление, сахар поднялся, – рассказывает Зуев.

Два дня подряд пенсионера возили по больницам в сопровождении охраны. Первый раз врачи калининградской областной клинической больницы дали Зуеву таблетки и отправили обратно в ИВС. На второй день, 6 мая, ему стало хуже.

Привезли в больницу, и везде со мной охранник, а у него наручники с собой

– Приехала скорая. Сахар оказался 20 – в четыре раза выше нормы. Врач сказал, надо меня госпитализировать, – говорит пенсионер. – Эти вертухаи еще и сказали: смотри, мол, не убеги. Привезли в больницу, и везде со мной охранник, а у него наручники с собой, на всякий случай. Я старик, еле иду, а он все время рядом. Меня везут на коляске, он рядом. Так позорно выглядит – невыносимо! И врач скорой, старый, серьезный человек, мне кажется, решил меня просто спрятать от этих гадов. И меня на этой же скорой отвезли в Черняховск, в инфекционное отделение.

В больнице Черняховска у Петра Ивановича взяли тест на ковид, через два дня коронавирус подтвердился. Пенсионер оказался уже в третьей больнице, в Краснознаменске, в "красной зоне". Здесь же 9 мая он отпраздновал свое 75-летие.

– Юбилей встретить в таком месте – символично для меня, – смеется Зуев. – Районная больница снаружи чудесно выглядит. А внутри убого, очень убого. Мне разрешают немножко гулять. Лежу в палате с больным мужчиной. И он путинист смертельный, говорит, во всем виноваты американцы, а Путин поднял Россию с колен. Пока шибко мы не спорили, я его на 16 лет постарше. И тут он говорит, что вот, мол, у меня родственник есть, Володя Макаров. Оказывается, его родственник – наш активист, который тоже был арестован на митинге. Думаю, я этого человека точно перевербую.

11 мая у Петра Ивановича заканчивается срок ареста. Но домой он сможет попасть еще нескоро – ему должны сделать второй тест на ковид, и результат должен быть отрицательным. Сейчас активист чувствует себя хорошо и признаков ковида не наблюдает. Пенсионер уверен, что его тест – ложноположительный.

После митинга меня посадили как политзаключенного на десять суток. Я объявил голодовку, и мне дали пять суток, хотя я семь уже отсидел

Для активиста это второй арест в жизни. Первый случился в 1992 году в Казахстане.

– Тогда после "беловежских соглашений" мы, русскоязычные, вышли на площадь показать, что мы с Россией вместе. Нам было больно – в Казахстане 40% русских, 40% казахов и 20% – другие национальности. И вот, мы все 40% оказались вдруг на чужбине, было обидно. После митинга меня посадили как политзаключенного на десять суток. Я объявил голодовку, и мне дали пять суток, хотя я семь уже отсидел.

В Казахстане Петр Иванович окончил Институт культуры и после этого двадцать лет руководил хором. В 1997 году с семьей приехал в Калининград, но не смог найти работу по специальности – семье нужно было жилье, а работникам культуры квартиры тогда не давали.

– В Казахстане я 20 лет профессионально пел песни. А в Калининграде даже в деревне мне не смогли найти жилье. Сначала баранов пас, потом кочегаром устроился, потом сторожем. В поселке Прегольский устроился на завод – нам дали разрушенный немецкий дом. Мы его восстановили. И сейчас, конечно, ни на какую квартиру в городе его уже не поменяем, – рассказывает он.

За одиночные пикеты и участие в митингах Зуев неоднократно оказывался в суде. 6 июня 2019 года он участвовал в несогласованном пикете в поддержку калининградского врача-неонатолога Элины Сушкевич. На акцию он пришел с плакатом "Всю систему надо менять. Сантехник Навальный". Тогда пенсионера наказали сорока часами обязательных работ, но позже Калининградский областной суд изменил наказание на штраф в 150 тысяч рублей.

После этого приставы начали списывать у пенсионера половину его 15-тысячной пенсии.

В феврале Зуев был вновь оштрафован – уже на 180 тысяч, за участие в митинге в поддержку Навального 31 января. Во время шествия пенсионер нес баннер вместе с другими активистами.

– Я уже несколько раз судим по этой статье (ч. 8 ст. 20.2 КоАП), видно, она будет со мной до смерти, – рассказывает Петр Иванович.

После этого Зуев объявил сбор средств на оплату штрафов, за два дня активисты со всего мира собрали для него более 550 тысяч рублей.

Пройдет несколько лет – и все увидят, как государство штрафует 80-летнего старика

Зуев отложил 330 тысяч рублей на оплату своих штрафов, а 223 тысячи пойдут на штрафы других активистов.

– Мои штрафы – 330 тысяч, деньги будут снимать, пока не умру. Мы с женой решили не платить сразу всю сумму, а отложить и платить каждый месяц. Если я сразу отдам всю сумму, а потом выйду на акцию, меня опять оштрафуют и опять будут штрафы. И опять – помогите, и это будет бесконечно. А так пройдет несколько лет – и все увидят, как государство штрафует 80-летнего старика, – рассуждает Зуев. – За себя страха нет. Я живу по принципу: делай что должно и будь что будет. Моя семья меня поддерживает. Жена живет со мной уже 40 лет. Говорит: "Подумай о детях, их будут терзать на работе". Пока проблем не было. Хотя она декабристка у меня. Уже год смотрит в интернете только "протестную" информацию – "Дождь", Навальный LIVE. Старший сын у меня аполитичен, а младший, ему 34 года, совершенно со мной согласен. И 21 апреля он ходил со мной на митинг.

– Почему пожилые люди не часто выходят на протестные акции?

Через год-два мы будем кушать траву, как Северная Корея

– Когда меня в больницу привезли, меня принимал пожилой врач, дедок. Спрашивает: "За что тебя?" А я говорю: "Кричал, что Путин – вор". А врач говорит: молодец, одобряю. Есть те, кто против Путина. Но у многих нет здоровья и бесшабашности. Телевизор прочно вошел в жизнь стариков, а интернет пришел не ко всем. Вот и вся разница. Оболванили народ. Телевизор – это ложь, до самого последнего слова. Если я и смотрю Соловьева, то по интернету и чтобы поплеваться. Я читал итальянского философа Умберто Эко, его "Четырнадцать признаков фашизма". И могу сказать – тоталитаризм у нас победил. Через год-два мы будем кушать траву, как Северная Корея. Жизнь ухудшилась, экономика и общее состояние в стране. Продукты будут дорожать со страшной силой, а по телевизору нам будут рассказывать, как американцы нас хотят завоевать. А нашу страну оккупировали Путин и его банда.

"Я – персона нон-грата"

85-летняя жительница Пскова, Анна Владимировна Ершова, тоже не пропускает ни одной акции протеста. По ее словам, она готова говорить открыто о своих убеждениях, потому что "уже бояться нечего".

– Мы с семьей, дочкой и зятем единомышленники. В последний раз выходили 21 апреля, чтобы к Навальному пустили врачей, – рассказывает Ершова. – Ссыльным – и тем хлеб бросали, а тут врача не могут в тюрьму пустить. Это какая жестокость, какому богу они молятся! Я еще ходила, когда Навальный раньше приезжал и выступал где-то на задворках Пскова. Но народу была тьма. В этот раз намного меньше, но молодежь водила хороводы. И на местном "Эхе" начали насмехаться, мол, какие они убогие, карнавал устроили. Я взяла позвонила на радио. И сказала: "Вот вы тут историки, вам на заметку: во всем мире карнавал – это протест. Даже на Руси, вспомните, бродяги, юродивые, под видом своего неразумения могли даже царю сказать все что они думают". Теперь на этом радио я персона нон-грата.

Потом уже в возрасте я начала читать "Новую газету", у нас было "Эхо Москвы". И так постепенно стала по-другому мыслить

Пенсионерка перечисляет возможные варианты преемников президента: Навальный, Ходорковский, Ройзман, Шлосберг. Причем, по ее словам, в юности она вовсе не думала о политике. Восемнадцать лет назад Ершова приехала из Омска, где работала в государственной филармонии и музыкальной школе, 20 лет она была хормейстером.

– Мой папа был заслуженным артистом омского театра, потом был депутатом. Конечно, он был встроен в систему. У нас дома ничего на эти темы и в головы не лезло – я и пионерка, и комсомолка была, – вспоминает Анна Владимировна. – Потом уже в возрасте я начала читать "Новую газету", у нас было "Эхо Москвы". И так постепенно стала по-другому мыслить. А когда сюда приехала и нечаянно познакомилась со Львом Шлосбергом. Среди ненависти и лжи это глоток воздуха, он – человек будущего. Псков должен гордиться им, а его даже не все знают. А кто знает – гнобят его. Я сама член партии "Яблоко", более 10 лет.

По ее словам, ее политические взгляды ровесники в основном не разделяют. И виной всему, по ее мнению, во многом телевизор.

Некоторые обиделись, считают, что я уже ку-ку

– У меня обширный круг знакомств. И никто так не думает, как я. Я со всеми не то что рассорилась, но не хочу общаться. А некоторые обиделись, считают, что я уже ку-ку. Они все думают, что самый лучший президент Путин, вот вам ответ, какие у меня единомышленники, – сетует Ершова. – Я смотрю федеральные каналы – Скабееву, Соловьева – хочу знать, чем живет народ. Правда, иногда хочу телевизор разбить. А так, "Дождь" смотрю и "Эхо" слушаю. И в наушниках даже бессонной ночью включаю и знаю всех по голосам.

У страны не будет развития без смены власти, уверена пенсионерка. Она адепт еще одной непопулярной, по ее словами, среди старшего поколения идеи: России нужна миролюбивая внешняя политика.

Самое плохое, что можно сказать – мы идем на дно

– Даже если взять медицину: сейчас аппаратура импортная, но самое главное – отсутствие технологий. Мы не можем без Запада быть. Не нужно изобретать велосипед, а нужно дружить со всеми странами. Это просто азбука, как по-другому? Люди не понимают – контрсанкции, цены вверх лезут, нет конкуренции. Оппозицию задавили, а нужна конкуренция, тогда будет движение вперед. Как можно относиться к Путину? Самое плохое, что можно сказать – мы идем на дно. Уже невозможно. Пока смены власти не будет, ничего не изменится. Я боюсь, что и не увижу другого. Но я надеюсь, что Россия будет счастливой.

По словам Ершовой, проблем с правоохранительными органами из-за ее взглядов у нее не возникало. Она, как и калининградец Петр Зуев, собирается и дальше выходить на акции протеста в надежде на перемены в стране.