Дагестанцы любят напоминать миру, что их родной край уникален. Правда, иногда затрудняются в определении, в чём же состоит уникальность Дагестана. Может, в многообразии, в непохожести народов, его населяющих, в умении хранить и передавать потомкам самые разные традиции и ремёсла, в непреодолимой тяге к знаниям? Может, в способности забывать междоусобные распри и различия перед лицом общей большой беды? А может, в том, что почти в каждом старом селе настолько интересная и древняя история, что не хватит никаких книг, чтобы исчерпывающе изложить её, не забыв при этом ни одного важного события, ни одной значимой фигуры?

Наверное, у каждого свой ответ на этот вопрос, и все они будут правильными. Мы убеждаемся в этом в каждой поездке, в каждой беседе с людьми. Вот и сейчас, проехав по Карабудахкентскому району, с помощью нашего интересного собеседника, директора Мемориального музея Уллубия Буйнакского в с. Уллубийаул Зайнутдина Магомедова, сделали для себя удивительные открытия.

Филолог по образованию, Зайнутдин Магомедович недолго проработал школьным учителем, и с 1978 года до настоящего времени заведует музеем в родном селе. Основная музейная экспозиция посвящена Уллубию Буйнакскому – яркому, образованному, неутомимому герою-революционеру. Но человек не может быть обособлен от эпохи, от общества, от предшествующих событий. Поэтому рассказ хранителя музея о нём – это полное погружение не только в дела столетней давности, но и их предыстория.

Мы тоже начнём с предыстории и расскажем немного о Карабудахкентском районе.

Гунны, хазары и Золотая Орда

Как отдельная административно-территориальная единица Карабудахкентский район был образован декретом ВЦИК от 20 января 1921 года на базе Карабудахкентского участка Темир-Хан-Шуринского округа Дагестанской области. Его состав и название в течение ста лет несколько раз менялись, и только в 1992 году существовавший на тот момент Ленинский район был переименован в Карабудахкентский. В этом статусе и в том же объёме территорий существует и сегодня.

Как и многие районы Дагестана, Карабудахкентский район может похвастаться славными трудовыми, духовными традициями и многовековой историей, насыщенной самыми разными событиями – экономическими, культурными, борьбой за независимость и самоопределение.

Территория, совпадающая с современными очертаниями района, впервые была заселена около 40 тысяч лет назад. Сегодня здесь живёт больше 86 тысяч человек, и это один из самых крупных и многочисленных районов Дагестана. Плодородные земли предгорья и прибрежных равнин, мягкий приморский климат, выгодное геополитическое расположение земель на Великом шёлковом пути способствовали тому, что материальная культура развивалась в этой местности непрерывно – с палеолита и до наших дней.

Тут возникали и исчезали с лица земли города и целые государства, сменялись правители. В период раннего Средневековья, в IV-VII веках, образовалась Кавказская Гунния со столицей Варачан, остатки которой обнаружены неподалёку от села Уллубийаул. Археологи отнесли время возникновения этого поселения к эпохе раннего железа (VII-IV вв. до н. э.), существовавшего и развивавшегося вплоть до первой половины VIII в. н. э. К рубежу н. э. он исторически сложился в один из крупных политических, торговых и ремесленных центров на Прикаспийском шёлковом пути. В XI веке земли перешли в руки хазар, потом образовалось Семендерское царство, а после на долгие века установилась власть тарковских шевкалов (шамхалов).

Губден: человек или древний город?

Интересна история селения Губден, появление которого относят ко второму тысячелетию до нашей эры. И не только его одного, а целой группы древних поселений. Всего в самом Губдене и его окрестностях обнаружили более двух десятков древних городищ: Пилау (Филан), Ачау, Кьаспи, Янгау, Нартау, Чуднау, Хьарау, Чунанау и др. Наиболее значительное из них – Бахру-Када, основанное приблизительно в III веке нашей эры, которое соотносят с нынешним Губденом. Упоминание о нём встречается даже в некоторых спис-ках «Дербенд-наме».

По одной версии, город появился для охраны Дербента от неверующих и просуществовал довольно долго. Многие строения современного села стоят на фундаментах древних построек.

По другой, 23 мелких родовых поселения объединились в большое и сильное образование в целях сохранения общей независимости. Угроза была довольно сильной и могущественной: войска Тамерлана стояли совсем близко. Инициатива объединения принадлежала, по легенде, лидеру даргинского народа, человеку из общества Бахру-къада по имени Губден. Среди соплеменников он славился умом и дальновидностью, сумел убедить их вместе противостоять Тамерлану и так спас свой народ от разорения.

Рассказывают и другую историю. Губден спас древний город от уничтожения Тамерланом своей мудростью. Он приехал в лагерь хромого Тимура, который находился примерно на окраине нынешнего Карабудахкента, на быке. Тимур был удивлён, но высказаться ему всё же дал. Губден спросил его так: «Я слепой, приехал спросить тебя, хромого, что тебе от нас нужно? Зачем ты, такой могущественный государь, ведёшь с нами войну, и что у нас есть такого, чтобы идти на нас с войной?» Говорят, мудрость и простота Губдена понравились Тамерлану, и он оставил Бахру-къада незавоёванным.

После своей смерти Губден завещал похоронить себя на кладбище «ХулахIабре» возле дороги. Надмогильный камень имел в высоту 2 аршина и 1 аршин в ширину. На этом камне была высечена карта губденских владений и были такие слова: «Потомки, будьте достойны своих предков во всём. Землю нашу берегите, как честь. Благородство и свобода в ваших руках».

Село Губден, появившееся на месте древнего города, имело важное стратегическое расположение для торговых, военных и экономических связей между народами Дагестана. Мимо села проходила почтовая дорога и перегон скота с зимних на летние пастбища. В Губдене значительное развитие получило ремесленное дело и возникали целые наследственные династии мастеров: каменщиков, кузнецов, плотников. Население этого уникального села в течение веков создало свои неповторимые предметы быта, архитектурный стиль жилых построек и даже форму одежды, по которой до сих пор легко определить жителя села.

Шамхалы из Уллу-Бойнака

Вернёмся в Уллубийаул, или Уллу-Бойнак – Великий Бойнак, как его называли в старину.

– До прихода ислама в этой местности располагалась столица царства гуннов Варачан, − рассказывает Зайнутдин Магомедович. − Потом пришли арабы, уничтожили этот город и обосновались на его месте. Отсюда они управляли близлежащими территориями. Правителей их с 1600-х годов называли шаухалами (шамхалами). Уллу-бойнакцы составили родословную ярым-шаухалов, то есть, наполовину шамхалов, претендентов на шамхальский трон. Им мог стать человек любой народности, проживающий в селе.

В своей резиденции в Уллу-Бойнаке шамхалы только зимовали, а лето проводили высоко в горах – в Кази-Кумухе. Затем они перебрались из Бойнака в Тарки, потом в Казанище, а впоследствии в Кафыр-Кумух, где и сложили свои полномочия в 1867 году. Тогда установилось военно-народное правление, была образована Дагестанская область и сформированы участки: Темир-хан-Шуринский, Карабудахкентский и т.д. На каждом участке был назначен наиб – управляющий.

Природа щедро одарила этот край плодородными землями. Виноградники, сады, посевы пшеницы и ячменя, хлопчатника и кукурузы – всё развивалось здесь успешно и кормило людей в достатке. Рыбные промыслы, принадлежащие шамхалам, простирались от острова Уч (сейчас Чечень) почти до самого Дербента и приносили огромный доход в казну. По распоряжению беков сторожевые посты брали дань с проходящих обозов по Великому шёлковому пути, который проходил через земли сёла, и ставили на них свою именную печать, пропуская их дальше.

– На берегу реки Бойнак (сейчас она называется Количи) стояли несколько мельниц. По берегу реки было пять кутанов бойнакского бека. Как раз на одном из них, между прочим, угощали шашлыком из местного барашка самого Александра Дюма. Путешествуя по Кавказу, писатель по дороге в Тифлис посетил многие дагестанские сёла и города, а в гости к Бойнакскому беку, − говорит Зайнутдин Магомедович, − его привёз сам Багратион. Владелец земель Бойнакских, у которого останавливался Дюма, показал ему очертание головы человека на горе Гьиз бар баш. Увидев это, Дюма воскликнул: «Природа создала нерукотворный памятник Пушкину». С тех пор гору иначе, чем Пушкин-Тау, не называют.

Мечеть в благодарность

– Во время Кавказской войны один из претендентов на пост шамхала Шахвалибек и его пятеро приближённых были по заданию имама Шамиля убиты его наибом Хаджимурадом, − сообщает директор музея.− Его жену и двух сыновей-близнецов забрали из дома и отвезли к Шамилю. Бойнакский джамаат собрался и решил вызволить младенцев любыми путями, потому что на них мог прерваться шамхальский род. Для этого надо было собрать выкуп в размере одного саха золота. Это примерно 3 килограмма. Жители села пожертвовали своими запасами и собрали почти полный объём, но немного всё же не хватало. Тогда джамаат села решил продать свои общественные земли, которые расположены, начиная от балки Ачи. Это были самые плодородные земли, теперь их называют земли Герей-тюз. Их передали карабудахкентцам, а за вырученные деньги наполнили сах золотом и выкупили наследников.

Когда братья выросли, они захотели отблагодарить жителей села за спасённые жизни и построили в селе мечеть. Один из братьев строил само здание мечети, а второй должен был соорудить минарет, причём такой высоты, чтобы с него виден был Губден, который расположен за горой. Но не успели. В 1914 году мечеть построили, а второй брат умер.

Мечеть эта, кстати, работала и все годы советской власти, за исключением четырёх лет. С 1952 по 1956 помещение мечети вынужденно стало зернохранилищем: колхозу негде было хранить зерно, слишком большой тогда был урожай. Минарет в мечети установили позже, его сконструировал и построил один местный умелец, который до сих пор живёт в селе. Он хотел сделать его той высоты, какой планировали сыновья шамхала. Но джамаат решил, что это необязательно. И ещё этот мастер для мечети сделал люстру, которая какое-то время там висела. Потом мечеть реконструировали, сделали два этажа и люстру сняли. Она теперь – экспонат музея.

Путь к свободе

Самый известный выходец из старинного села – это, конечно, Уллубий Буйнакский.

– Отец Уллубия Буйнакского Даниял был наибом, кадровым военным, служил в конвое царя. Уллубий – сын второй жены наиба от узденки из Параула. Родственники Данияла были против этого неравного брака, сословие беков не должно было опускаться до родства с крестьянами-середняками. Но он пошёл наперекор воле богатых родственников, которые не смирились с его решением. Уллубию не было ещё и года, когда случилась трагедия – мать его была убита старшим сыном Данияла от первого брата. Подросток лет 16-17 зарубил её топором в ответ на просьбу наколоть дров. Уллубий остался без матери, и его вскормила и вырастила женщина по имени Суйдух из селения Губден. Кстати, она прожила 100 лет с 1860 по 1960 годы, а после установления советской власти взяла себе фамилию Буйнакская.

По мнению Зайнутдина Магомедовича, трагедия, случившаяся с его матерью, да и всё отношение знатных родичей к бедному полукровке и стала первым толчком, который привёл Уллубия на революционный путь. Уллубий получил хорошее образование, учился на юридическом факультете Московского университета, откуда был отчислен за участие в беспорядках. Он был очень начитанным, стремился к свободе, справедливости и мечтал о равноправии для людей любого происхождения.

Прожив короткую, но яркую жизнь, Уллубий оставил в сердцах потомков неизгладимый след. Только вот отношение обывателя к нему с годами несколько изменилось.

– В годы советской власти жители аула чтили его как революционера, и даже не знали, что он был из шамхальского рода. В 1965 году благодарные земляки Уллубия Буйнакского отвели 2,5 га территории, построили домик под музей, в 70-м, также на свои средства, установили памятник. О том, что его именем названы город, улицы, школы, известно всем дагестанцам. А сегодня пришли другие времена, и теперь к нему стали неоднозначно относиться за его принадлежность к большевизму. Но интерес к его личности не угас – поток посетителей музея не становится меньше.

Особым интересом у посетителей пользуются личные вещи и документы Уллубия Буйнакского, в том числе его письма к своей возлюбленной – первой комсомолке Дагестана Тату Булач. Их всего 17, но они настолько чисты и возвышенны, что не могут не привлечь внимания. Судьба этих молодых людей трагична. Уллубий Буйнакский был расстрелян в неполные 29 лет, а Тату стала учёной и активным общественным деятелем республики, прожила длинную жизнь, но любовь свою так и не смогла забыть до конца жизни.

Труд как основа жизни

Сегодня в Уллубийауле, как и во многих других сёлах Карабудахкентского района, на улицах не встретишь много праздно гуляющих людей. Народ трудолюбив и не может сидеть без дела. И неважно, что уже давно нет прежних колхозов и совхозов, при которых, как говорят старожилы, жилось совсем неплохо, а в сёлах не осталось старых саманных домов с плоскими крышами. Тогда у большинства сельчан была возможность обновить и отстроить заново свои дома.

Теперь у сельчан новое увлечение – тепличные хозяйства. Они быстро вошли во вкус этого занятия и поняли: одна-две теплицы приносят больше расходов, поэтому, чтобы хорошо зарабатывать, надо наращивать объёмы. Работа кипит круглые сутки, появляются новые парники, собирается урожай, и ни на что больше времени не остаётся. Все жители, кроме детей и стариков, при деле.

Но не только трудом прославился район. Во время тяжелейшей из войн, которые видело человечество, – в Великую Отечественную, из района было мобилизовано 4187 жителей, из которых 2309 отдали свои жизни на полях сражений. Бессмертной славой покрыли себя военный врач Абусаид Исаев из с. Доргели, погибший, спасая своих товарищей, и далее представленный к званию Героя Советского Союза; один из семи дагестанцев-кавалеров трёх орденов Славы из Уллубийаула Абдурахман Ширавов; кавалер четырёх орденов Красной звезды Гизбулла Гиравов из Карабудахкента, а также десятки орденоносцев.

В это время не отставали от воевавших мужчин и труженики тыла. Несмотря на острую нехватку продуктов, денег, одежды и полуголодную жизнь, старики, женщины, дети участвовали в уборке зерновых с полей, в сборе пожертвований для фронта, вязали тёплые носки, рукавицы, телогрейки для солдат. Война дорого обошлась жителям района, и память о ней никогда не иссякнет в народе.

И, конечно, в районе неисчерпаемый творческий, спортивный, культурный, научный потенциал – от учёных-богословов Джамалутдина-Хаджи Сирийского, Аскедина-Хаджи, Тагира-кади, Дази-кади из Губдена, поэта XVIII-XIX вв. Абдурахмана Атлыбоюнлу Какашуринского до современных профессоров, олимпийских и мировых чемпионов и народных артистов. Всех перечислить просто невозможно. Карабудахкентцы ежедневно вписывают в историю района новые страницы не только какими-то крупными, выдающимися достижениями и рекордами, это совсем необязательно. Любой вклад, любое посильное полезное дело – это уже новая строка в летописи родного края, и не столь важно, вписано ли твоё имя крупными золотыми буквами или ты вообще не упомянут. Главное – оставить после себя добро.

Материал создан при участии пресс-службы Карабудахкентского района.

Не забывать прошлое и строить будущее