«„Медуза“ меняет не просто повестку, но и атмосферу в обществе»

Благотворители рассказывают, за что ценят «Медузу» и почему ее важно сейчас поддержать

Минюст России 23 апреля признал «Медузу» «иностранным агентом». Из-за этого издание потеряло практически все доходы; чтобы выжить, мы обратились за помощью к нашим читателям (и очень благодарны тем, кто нас поддержал). За время своего существования «Медуза» очень много писала о благотворительных и некоммерческих организациях, которые живут на пожертвования. В 2019 году «Медуза» даже запустила обновленную программу поддержки благотворителей MeduzaCare — чтобы рассказывать о тех, кто помогает людям в тяжелых ситуациях, а также популяризировать среди читателей идею регулярных платежей. Теперь главы НКО и благотворительных фондов пришли на помощь нам: они рассказывают, за что ценят «Медузу», как издание влияет на их деятельность и почему важно поддерживать независимые СМИ.

Елена Альшанская

глава фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам»

Любое общество имеет право на свободную прессу, представляющую разные социальные группы, разные группы интересов, разные взгляды на то, как устроен мир. Мы уже проходили в нашей стране, когда свободной прессы не было, и знаем, что это кончилось довольно грустно и печально для всех. И я надеюсь, что мы в эту историю не войдем дважды.

Для меня «Медуза» — издание, которое единственное из всех не побоялось взять историю про девочку, которая лежала в больнице «Мать и дитя» и у которой довольно сложные, из криминального мира родители. Многие СМИ оказались не готовы публиковать эту историю по разным причинам. «Медузе» — в силу опять же определенных обстоятельств — хватает смелости брать те темы, на которые не хватает смелости у многих других СМИ. И мне кажется, нам всем очень важно, чтобы такая площадка оставалась, чтобы мы могли видеть разные позиции и разные взгляды.

Я уверена, что то количество ошибок, которые совершает сегодня руководство нашей страны, пытаясь, видимо, себя защитить от каких-то кажущихся в каждом окне врагов, — это огромный урон обществу. В обществе должны быть плюрализм, свобода, возможность иметь разные источники и самостоятельно делать свои выводы. Поэтому, конечно, «Медуза» должна быть.

История с «иностранными агентами», с моей точки зрения, глубоко позорная. Даже если вспомнить пример, на который кивали авторы этого законопроекта, — американский закон FARA, то он направлен против иностранных граждан, которые приезжают в Америку и лоббируют там в основном свои коммерческие интересы. Наши же выстрелили себе в ногу. Это законодательство, направленное против своих граждан в первую очередь. Это вещь довольно стыдная. Я надеюсь, она будет полностью отменена.

Илья Фоминцев

исполнительный директор Фонда медицинских решений «Не напрасно»

Почему «Медуза» важна — понятно. Очевидно, что нужно независимое издание, хотя бы одно. Я больше работаю с медициной, и мне очень сильно заходит то, как «Медуза» освещает эту тему. Ее ликбез по онкологии абсолютно неоценим. Это раз. Два — я слышал от многих врачей, что они считают «Медузу» местом получения новых знаний. Я совершенно не шучу. Где еще им это делать? Не у [телеведущей Елены] Малышевой же узнавать. В обзорах, которые «Медуза» делает для пациентов, даны абсолютно правильные вещи, там все в пруфах [доказательствах]. Я не знаю, где еще можно найти такие обзоры.

Обычно, когда организация проходит через такое горнило, она очень сильно сплачивается, с одной стороны. С другой — у нее появляется то, чего раньше не было. Например, у «Медузы» раньше не было ресурса краудфандинга, а теперь он есть. Это однозначно улучшит «Медузу»: ее коллектив будет совершенно по-другому себя ощущать, чувствовать свою силу, реальную независимость, в том числе от рекламодателей. Поэтому нужно поддерживать «Медузу». Ей доктор прописал краудфандинговую кампанию.

На мой взгляд, эта история [с признанием «Медузы» СМИ — «иностранным агентом»] даже может сделать «Медузу» более независимой, чем она была. Мне кажется, это будет очень крутая история, если мы все вместе сможем создать такой прецедент как краудфандинговое СМИ. Это будет замечательно для всех: вот у «Медузы» получилось, и многие тоже будут пытаться это делать на своем уровне. Тогда появятся действительно независимые СМИ. Мечта об «общественном телевидении» наконец-то реализуется.

Софья Жукова

исполнительный директор фонда «Нужна помощь»

Независимые медиа очень нужны. Независимые медиа, которые освещают социальные проблемы, нужны еще больше. Независимые медиа, которые при этом рассказывают о проверенных фондах и делают это на такую большую аудиторию, как у «Медузы», — просто необходимы. Я вижу, как «Медуза» пишет про сбор дорогого мне фонда на средства индивидуальной защиты во время пандемии, и знаю, что теперь этот фонд поддержат еще больше людей. Что дорогой мне фонд найдет новых благотворителей.

Конечно, я уже так профдеформирована, что смотрю на существование «Медузы» в первую очередь со стороны благотворительности. И я вижу огромную ценность, когда материал про фонд «Кислород» стоит рядом с тестом про реальные значения эмодзи. Почему? Да потому, что это жизнь, а не только боль людей, страдающих муковисцидозом. Я уверена, что на каждого человека должен быть свой источник информации. И вот такой, в котором ты прочтешь, послушаешь и посмотришь про все, что есть вокруг, да еще и узнаешь кому помогать и зачем, — тем более.

Мы, сотрудники некоммерческих организаций, умеем объединяться, когда кому-то нужна помощь. Сейчас мы не должны проходить мимо. У людей еще явно не сформировалось мнение в отношении статуса «медиа, выполняющего роль иностранного агента». Будут ли материалы с такой пометкой, выходящие в рамках MeduzaCare, формировать отношение к благотворительным фондам, о которых идет речь? Да, возможно, а вот какое — пока непонятно.

Екатерина Шергова

директор фонда «Подари жизнь»

Я по первой профессии журналист и считаю, что нужны абсолютно любые СМИ, которые выполняют свою функцию как СМИ. То есть дают информацию, а не занимаются пропагандой. Это ключевая вещь для меня как для человека, который был в профессии, и как для обычного потребителя.

MeduzaCare отвечает этим принципам, потому что информирует, она нашла тональность и манеру подачи крайне важной информации. Здесь говорят о сложных темах и заболеваниях, вокруг которых много мифов и легенд. У нас, например, был совместный проект, который помогал разобраться в том, что такое донорство крови. Благодаря ему у людей в голове уже есть понимание, что это такое. И хотя у нас в фонде до сих пор есть проблема, связанная с донорством крови, крайне важно рассказывать, почему это безопасно, в какой момент можно, а в какой — нет. И с «Медузой» мы об этом говорим. К сожалению, сегодня редко встречается, когда СМИ пытается дотошно разобраться в тех или иных вопросах и привлекает еще к этому экспертов.

И нам, как благотворительному фонду, очень важно, что «Медуза» — это дополнительный канал коммуникации и с благополучателем, и с теми, кто может оказать помощь.

Григорий Свердлин

директор благотворительной организации «Ночлежка»

Мне кажется важным поддерживать в целом независимую журналистику. И мне кажется важным, чтобы в информационном поле присутствовали разные точки зрения, чтобы все мы — читатели, зрители — могли для себя составить какую-то объемную картину.

Что касается конкретно «Медузы», я просто люблю это издание, давно его читаю. Это один из немногих оставшихся примеров издания с профессиональным подходом к делу. Кроме того, мне очень нравится социальная ориентированность «Медузы», которая в последние пару лет очень заметна. Плюс к этому «Медуза» много писала и делала на тему бездомности, что я очень, конечно, ценю как руководитель организации, которая этой темой занимается. За последние несколько лет эта тема переместилась с периферии общественного сознания не скажу, что в центр, но куда-то чуть поближе к центру — в этом, конечно, и заслуга «Медузы».

У меня есть опасения, что из-за того, что все больше медиа обращаются к фандрайзингу, поддержка благотворительных организаций уменьшится. Отчасти это уже происходит и будет происходить в дальнейшем. С другой стороны, мне кажется, эта тенденция будет способствовать тому, что все больше людей с [активной] гражданской позицией будут готовы поддержать — не только в кухонных разговорах, но и рублем — симпатичное им общественное движение или издание, или благотворительную организацию. И соответственно, количество людей, которые жертвуют на различные фонды, медиа или общественные движения, будет увеличиваться. По крайней мере, мне хочется в это верить.

Это положительная тенденция. Но я не могу приветствовать причины, по которым это происходит. Не могу приветствовать признание медиа «иностранным агентом» и прочие репрессивные меры.

Юлия Годунова

директор ассоциации «Е.В.А.»

«Медуза» — читаемое издание. Публикации в крупных СМИ влияют на узнаваемость фондов среди широкой аудитории, а это влияет на фандрайзинг. С одной стороны, больше доверия со стороны частных жертвователей, с другой — ссылки на материалы «Медузы» станут хорошим подкреплением для заявок с точки зрения эффективности взаимодействия со СМИ. Год назад «Медуза» подготовила материал о наших равных консультантках, мы до сих пор активно на него ссылаемся.

Далеко не все СМИ готовы писать на сложные темы. К нам зачастую обращаются журналисты, которые хотят написать о ВИЧ-инфекции, но просят нас найти «благополучных» героев, которые получили ВИЧ обязательно половым путем, желательно в браке и никогда не употребляли наркотики. Журналисты «Медузы» не пытаются приукрасить героев. Этот подход нам близок.

Честно сказать, я, как читатель, не всегда согласна с тем, как «Медуза» пишет на социальные темы. Однако я понимаю, что «Медуза» стремится рассмотреть проблемную ситуацию с разных сторон. Это позиция независимой журналистики. И сегодня важно поддерживать независимые издания — такие, как «Медуза», рассказывающие о реальных проблемах реальных людей.

Елена Грачева

член правления фонда AdVita

Благотворители — это те, кто дает деньги, жертвователи. Естественно, им нужна внятная и достоверная информация о проблемах в социальной сфере и экспертная помощь в выборе организации, которая эту социальную проблему решает. С этой точки зрения обзорные публикации, посвященные той или иной сфере помощи, и рекомендации в отношении благотворительных фондов и общественных организаций очень нужны.

Мы всегда приветствуем проекты, которые берутся не просто рассказать конкретную историю, но и встраивают эту историю в контекст — так, чтобы было понятно, что это не единичный случай. Для такого подхода требуется качественная журналистика, и хотелось бы особо отметить публикации [медицинского редактора «Медузы»] Дарьи Саркисян, которые отличаются точностью, глубиной понимания проблемы и доступностью изложения.

Что же касается разработки конкретных проектов, фонд AdVita не был партнером MeduzaCare ни по одной из конкретных сфер помощи, наше участие ограничивалось комментариями, запрашиваемыми журналистами. Кроме того, мы благодарны за бесплатное размещение баннеров нашего мероприятия. Конечно, и эти баннеры, и появление сотрудников фонда AdVita в качестве экспертов расширяет нашу аудиторию.

Ресурсы «Медузы» позволяют публиковать большие аналитические материалы, и именно они являются ценностью для человека, интересующегося благотворительностью и социальной сферой в России.

Для благотворительных фондов это одно из немногих неспециализированных СМИ, в которых социальные проблемы не вытеснены в отдельные резервации, куда читатели не ходят, а обсуждаются наравне с политическими и экономическими. Это выводит социальные проблемы в общий информационный поток, делает их видимыми — в том числе и для других СМИ, столичных и региональных. Это правильный подход, и он достоин поддержки.

Анна Саранг

президент Фонда имени Андрея Рылькова (ФАР)

У MeduzaCare — уникальная позиция: она пишет про социальные проблемы и деятельность благотворительных организаций, но при этом читается не только сотрудниками, волонтерками и людьми, занятыми в благотворительной сфере. Мне кажется, что у MeduzaCare роль посредника между людьми, которые заинтересованы в более широких проблемах, например, политических, — чтобы донести до них информацию о том, что происходит с социально уязвимыми слоями общества и как в наших сложных политических условиях НКО стараются своими силами эти проблемы решать. Это очень полезный источник обмена информацией.

Для нас очень большое значение имела поддержка «Медузы» во все критические ситуации, которые у нас были. А они у нас достаточно часто. Наша организация в 2016 году была признана «иностранным агентом», и каждый год на нас накладывали различные штрафы. Самый большой штраф — за материал о том, как снизить вред от употребления определенных веществ. Информационная поддержка «Медузы» была критически важна, потому что деньги на этот штраф нам удалось собрать только благодаря краудфандингу.

Нам очень важно было участие «Медузы» и заинтересованность в теме наркополитики и, в частности, в теме женщин, употребляющих наркотики. Это одна из самых незащищенных групп общества. Эти люди подвержены экономическим и политическим проблемам, насилию, сильно стигматизированы — и не могут получить помощь даже во время туристических ситуаций в связи с насилием или доступом к лечению. К ним относятся с большим предубеждением. Материалы «Медузы» помогли осветить эту тему, и я надеюсь, у нас получится продолжать и дальше.

Я сама поддержала «Медузу», потому что мне кажется, что такие независимые и профессиональные СМИ очень нужны. Мы находимся в таком политическом контексте, когда власть будет пытаться всячески подобные СМИ давить. И нам очень важно разработать системы взаимной поддержки. Я надеюсь, что все поддержат «Медузу» и издание сможет продолжать работать на таком же высоком уровне.

Алексей Лахов

директор по развитию благотворительного фонда «Гуманитарное действие»

Почему «Медуза» важна для всех людей? Ответ, на мой взгляд, очевиден. Это не просто общественно-политическое издание в прямом понимании слова. Это издание, которое старается освещать жизнь в России в разных ее аспектах, включая самые непопулярные.

«Медузе» нужно продолжать жить хотя бы из-за проекта MeduzaCare, освещающего деятельность различных НКО. В течение года выбирается 12 [проблемных] тем, на которые пишутся статьи. Насколько я знаю, были определенные сложности с некоторыми фондами после написания таких текстов. Но мне кажется, это неизбежное следствие тщательной, скрупулезной работы с материалом.

Сама идея проекта MeduzaCare, на мой взгляд, прекрасная. И я надеюсь, что он будет продолжаться. Благодаря нему привлекается столько внимания к непопулярным темам и фондам, которые ими занимаются, что идет опосредованная помощь этим фондам: в текстах могут быть ссылки на страницу пожертвований или сам фонд. Читатели переходят по ссылкам, знакомятся с деятельностью фондов и становятся их жертвователями или сторонниками. Это, конечно, дорогого стоит.

«Медуза» — издание, которое уделяет много внимания качественной, взвешенной журналистике. Мне лично нравится безоценочность в материалах — в большинстве случаев они написаны, может быть, суховатым языком. Но как раз такое изложение позволяет добиться того, что человек сам делает выводы о прочитанном. Это очень важно. Мне очень импонирует в «Медузе» ее не аффилированность с определенными группами влияния. Хотя, конечно, слышал упреки, что «Медуза» пишет о России только чернуху. Есть разные версии, почему так происходит. Не знаю, о положительных сторонах я пойду читать, например, на сайт «Единой России». А о проблемах, которые есть — и именно в безоценочных терминах, — я пойду читать «Медузу».

Буквально сегодня у меня был разговор с одной либерального толка организацией, и мы как раз пошутили, что быть либеральным оппозиционером сейчас очень накладно. Все больше и больше приходится донатить разным организациям, СМИ, а кошелек не резиновый. Но это ровно то же, что происходит в обычном фандрайзинге. Если у тебя есть тысяча рублей, которую ты готов ежемесячно выделять на благотворительность, ты выбираешь, отдать ее одной организации или разбить на пять донатов по 200 рублей разным организациям. Этот выбор обусловлен скорее толщиной твоего кошелька, нежели тем, что все больше и больше организаций вносят в реестр «иноагентов» или в реестр СМИ — «иноагентов». Но я думаю, каждая из этих организаций найдет свою нишу, своего донора.

Оформить регулярный платеж «Медузе» можно тут.

Анастасия Кафланова

директор «Фонда борьбы с лейкемией»

В 2018 году мы сделали карточки, как стать донором костного мозга. Мы работаем в этой теме семь лет, и нам до сих пор поступают вопросы. И «Медуза» стала той площадкой, где мы рассказали об этом. Помимо нашей узкой проблематики мы говорили, что делать, если вам поставили диагноз рак крови, какие действия предпринимать, где брать информацию, куда обращаться. Эта информация не только для потенциальных жертвователей и тех, кто столкнулся с диагнозом, но и для родственников пациентов и обычных людей. Все люди так устроены, что мы все столкнемся со своим раком, если доживем. И эта информация важна и нужна всем. В 2020-м было много публикаций, с какими проблемами фонды столкнулись во время ковида. Это очень важно.

Самый мой любимый кейс — это материал, как во время пандемии работают онкогематологи, там были фото с телефонов медиков. Благодаря этой публикации мы собрали 300 тысяч [рублей], которые пошли на СИЗ. И это реальная помощь.

«Медуза» хорошая площадка, которая поднимает самые разные вопросы, непопулярные в том числе, а аудитория здесь проактивная, смотрит в будущее. Здесь полный спектр публикаций от рака крови и темы насилия до политической повестки. У нас очень мало СМИ осталось, которые могут говорить об этом профессионально.

«Медуза» — это история, которая меняет не просто повестку, но и атмосферу в обществе. Просто иногда обозначить проблему, назвать ее — это уже помогает делать шаги в сторону ее решения. И мы все понимаем, что наш фонд также могут признать «иностранным агентом», кого угодно могут признать. Поэтому важно помогать, нужен круг взаимопомощи. Если со мной случится рак крови, то и вокруг меня образуется круг помощи. Это история про сопричастность, соединение и просто поддержку друга. А как не поддерживать?

Записали Александра Сивцова и Кристина Сафонова