Он должен просить прощения, но не будет

Максим Покровский — о том, как срывают концерты из-за Навального и что делать, чтобы не передавили поодиночке

Концерты по политическим причинам отменяли и раньше, но так, чтобы сорвать целый тур? Именно это произошло с группой «Ногу Свело!» после того, как Максим Покровский стал высказываться в поддержку Навального. Давление оказывают не только на них. Под ударом Нойз МС и другие артисты. Отдаленно это похоже на серию отмен и срывов 2018-го, но сейчас все жестче, откровеннее и масштабнее. С запугиванием, с атаками в интернете, с вызовами промоутеров куда следует. Цель — зачистить поле, сделать так, чтобы музыканты молчали. А они не хотят.

— В январе вы одним из первых записали видео в поддержку Навального. Какая реакция на это была?

— Странная. Мы получили звонок от старого знакомого, который начал нести какую-то околесицу, а в конце дал мне совет: «Ругай кого хочешь, но ни за кого не вписывайся». Интересно, что к моим как бы резким песням претензий не было, наоборот, было полное одобрение. Главный тезис: нельзя поддерживать Навального. Был ли этот человек подослан спецслужбами, мы не знаем, но я проконсультировался, и мне объяснили, что он говорил фразами из методички. Наводит на мысли, да? А потом на наш инстаграм случилась атака ботов. Комментарии шли стандартные, как под копирку, это дало нам возможность поставить фильтры на ключевые слова. Потом к ботам добавилось еще две категории: дети, которые говорили взрослыми фразами. Писали с детских аккаунтов, мы проверили. И молодчики из МГЕР, «Молодой гвардии «Единой России». Комментарии примерно такие: «Навальный хочет дестабилизировать обстановку в стране», «Вас ждет суровое наказание за нарушение законов, которые мы для вас приняли», «Стыдно призывать детей на митинги, они могут пострадать».

— Но ведь никакого призыва не было.

— Так в этом и весь паноптикум. Где-то на первых секундах моего видео звучат слова: «У меня не повернется язык призывать…» И так далее. Я не изучал детально обращения других артистов, но почти уверен, что призыва нет и у них.

— Что еще писали?

— Как всегда: «Сиди у себя в Америке». Кому-то очень не хочется, чтобы я приезжал. Но надо отдать должное: февраль-март все было относительно тихо. Говно началось в апреле, когда я еще был в США. Как только мы стали анонсировать наш сибирский тур, почти сразу пошли отказы. Сначала два города из восьми, потом еще три. Зашла речь о переносе тура, но я все равно полетел в Москву, потому что мы не можем сливать ни один концерт, а он ровно один и оставался — концерт в Мытищах.

— А что говорили организаторы на местах?

— Прямого контакта у меня с ними не было, нам передавали их точку зрения. Типа «чего он выпендривается, я бы на его месте заткнулся». Но это не цитата, это передача. И еще: «Макс должен лично порешать этот вопрос, надо урегулировать конфликт и попросить прощения».

— У кого?

— «Макс должен знать людей, должен идти и просить прощения». Я тоже не знаю у кого, но они уверены, что я знаю. Там вообще что-то странное происходит.

В одном из городов организаторов вызывали то ли в департамент культуры, то ли еще куда-то. Могу сказать только, что это не силовики, это администрация. И сказали: «Концерт «Ногу Свело!» состояться не должен».

«А как мы объясним причину?» «Вы чего, офигели, какая причина? Ковид у вас, вот и действуйте». Такая примерно формулировка.

— Но вы же заложили ковидные ограничения в логистику тура?

— Естественно. Еще зимой в специальном допсоглашении мы взяли на себя обязательства соблюдать все ковидные меры, а также не браниться со сцены и не произносить политических лозунгов. Это бумага, с которой промоутеры должны были пойти в присутственные места и обосновать неопасность концертов «Ногу Свело!»

— Екатеринбург тоже был в списке из восьми городов?

— Нет, это отдельная история. Уже после отмены тура отменились еще два города, один из них ЕКБ. Месяц назад к нашему удивлению нас наняли играть там на мероприятии, посвященном Дню Победы, на городской площади.

— А почему к удивлению?

— Мое сознание четко зафиксировало дату, когда нам отрезали такие варианты — 3 августа 2019 года. Власти делали тогда фестиваль «Шашлык Live» в Парке культуры, он был призван отвлечь народ от очередного митинга. Были заявлены «Чайф», Кормухина, еще кто-то. Позвали и нас, и мы на голубом глазу согласились, потому что деньги были очень нужны. Но уже через несколько часов выяснили подоплеку и отказались. И буквально в тот же день наш концертный представитель передала мне слова промоутеров: «Теперь для вас, ребята, дни города и другие подобные мероприятия закрыты». Речь шла не о Москве, а о стране в принципе.

— Так и вышло?

— Почти. С того момента мы играли на городских мероприятиях максимум раза два. Но как ни странно, екатеринбуржцы нас наняли. ЕКБ держался долго. Они подтвердили нам концерт даже после того, как было объявлено о переносе сибирского тура. Но в конце концов все-таки отменили. Мы не знаем, кто стоит за всеми этими отменами, было ли указание из центра или это инициатива с мест.

Сибирская сторона настаивает на том, что команда дана из Москвы. В случае с Екатеринбургом просочилась информация, что нас забанила мэрия.

Один журналист, бравший у меня интервью, говорит, что на наш счет есть какое-то указание из администрации президента. Расписаться за эту информацию я не могу, как слышал, так и передаю.

— А второй город?

— Сургут. В самом начале осени мы должны были играть там на городской площади. Тут вообще вышло забавно. Моя жена Таня позвонила им и сказала: «Чуваки, посмотрите, что с нами происходит, и скажите честно, вы в деле или нет». Они подумали и честно все отменили. Это уже паника, я считаю. Цепная реакция.

— В итоге гастроли сорваны…

— Да, десять городов коту под хвост. Отыграли только Мытищи.

— Как думаете, что послужило причиной всей этой атаки на вас? Песни, видео?

— Не песни точно. Видео — может быть, но в первую очередь мои посты в инстаграме. Январский пост собрал миллион с лишним.

— То есть, не интервью, не песни, не видео, а посты в поддержку Навального?

— Положа руку на сердце, да.

— Можете хотя бы примерно оценить финансовые потери?

— Штук сто баксов.

— Сто тысяч?

— Да, может быть, меньше, но ненамного. Это упущенная прибыль плюс то, что мы вложили в эту историю.

— С этих условных ста тысяч, сколько вы заплатили бы в казну?

— Как полагается, девять процентов, порядка девяти тысяч долларов. Боюсь называть точные цифры, потому что схема была такая: если мы превышаем какое-то число зрителей, прибыль увеличивается. Мы могли собрать много, продажи шли хорошо. В каком-то из городов нас даже назвали лидером продаж. В целом 5–9 штук пошло бы в бюджет. И это только один тур, один месяц. А спокойно можно было и больше.

— Какие сейчас перспективы?

— Пока никаких. У нас забит корпоратив, два выступления на фестивале Roof Fest и все. Дай бог, чтоб устояло то немногое, что осталось. Что будет дальше, я плохо себе представляю. Вы еще учтите, что история с сибирским туром случилась до митинга 21 апреля, на котором я был. Так что это не конец, видимо, что-то еще придумают.

— Вы так спокойно об этом говорите. На сотни людей за участие в митинге уже завели дела.

— Ко мне пока никто с этим не приходил, но да, я свое участие не скрываю. Глупо скрывать, и так все знают, я снял видео о том, как там был, и выложил его на ютуб. Накануне митинга мне еще раз позвонил человек, который звонил в январе. Пытался остановить. Но у меня в любом случае выхода не было. Когда приходит информация о том, что Навальный может в любой момент кони двинуть… А если бы это случилось? Как бы я себя чувствовал? И потом. Я был на митинге в поддержку Навального в Нью-Йорке, и не пойти теперь в Москве — странно. Грош тогда цена всем моим словам. Надо как минимум быть последовательным.

— Навального, безусловно, жалко, но зачем все это Максу Покровскому? Вы же не Шевчук, не Борзыкин, имиджа борца за справедливость у вас никогда не было.

— Чистая правда. Мы всегда были развлекательной группой. С той только поправкой, что очень ценим свободу и независимость. Я всегда хотел иметь возможность зарабатывать, не идя при этом на компромиссы с совестью. Оставаясь свободным, и не просто свободным, а человеком, живущим в свободном обществе. Иначе, извините, мне некомфортно.

Я не очень понимаю сверхбогатых людей в России, которые отгородились высоченными заборами от своего народа. В чем кайф, если за забором нищета, тьма, перекати-поле?

Сидишь там и наружу выйти боишься. Для кого-то важен дворец, стильные костюмы, серьезные «котлы». А для нас важна свобода, это наш капитал.

— Ну так уезжайте в Америку, скажут вам. А то ездит туда-сюда, и еще говорит, что Россия ему не нравится.

— Во-первых, нравится, я бы иначе не приезжал, нашел бы, как заработать. Я слышал это сто раз, все эти дурные претензии. Диванные говорилки, которые советуют мне уехать, не понимают, что это нормально, это такой мир. Люди легко перемещаются из страны в страну, в этом нет ничего плохого или незаконного. Я вообще-то гражданин России. Если захочу, буду скакать на жопе по асфальту и брать за это деньги, имею право, надо только декларировать доходы, платить по упрощенной схеме 9% и все. Мы приезжаем, создаем рабочие места, пополняем государственную казну. Плохо?

— Теоретически хорошо. А на практике — вы же видите, как легко перекрыть кислород, если человек высказывает свое мнение. Есть мысли, что теперь делать?

— Бороться за финансовую независимость, разрабатывать альтернативные источники дохода, так или иначе связанные с нашей профессией, с именем «Ногу Свело!». Помимо России существуют Украина, Армения, Грузия, никто нам пока не запрещал там играть. Работать на корпоративах в конце концов. Развивать ютуб-каналы, у нас их два. Помимо основного, мы открыли тревел-канал «Максим Покровский», будем снимать сюжеты о путешествиях. Есть студия, которую мы запустили в эксплуатацию в прошлом году в Нью-Йорке. Ее тоже можно использовать в коммерческих целях. В общем, возможности есть. Скажу честно: если нам перекроют концерты в России, будет трудно, реально трудно, но уже сейчас понятно, что вытянем, с голоду не умрем. Пугать нас отсутствием работы после пандемического 2020-го, как минимум, наивно.

Я не боюсь, просто мне очень обидно. Я люблю Россию, люблю своих слушателей. И искренне не понимаю, почему надо нас разлучать.

— Да, самое простое — уехать. Вариант второй — остаться, но вести себя лояльно или, по крайней мере, тихо. Третий — уйти в подполье. И последний вариант — попытаться сопротивляться.

— В подполье мы в каком-то смысле уже ушли. Наш концерт в Мытищах — это по сути и есть подполье. Маленький город, маленькое заведение. Нам поступает огромное количество предложений от маленьких заведений, которые относительно независимы. Пока воздерживаемся, но это тоже вариант. А насчет вести себя тихо — это, ребята у власти, к вам. Мы не из тех, кому важно всегда кричать против. Последний год «Ногу Свело!» открывали рот только тогда, когда иначе было уже никак. Если ситуация будет развиваться так, как она развивается, мы рано или поздно опять что-то скажем, потому что — ну просто нельзя молчать.

— А что говорят коллеги? Ведь запреты коснулись не только вас. У Нойза такие же проблемы, у «Порнофильмов». Отмены концертов по политическим мотивам стали обычным делом. Передавят же всех поодиночке, если спускать все с рук.

— Поэтому первое, что мы сейчас сделаем — опубликуем коллективную петицию с требованием прекратить давление на музыкантов. Я верю, что если все музыканты, хорошо, пусть не все, пусть пятьдесят процентов, встанут и спокойно, мирно, но твердо скажут свое нет, это должно подействовать. Всем сразу кислород не перекроют, иначе концертная жизнь в стране остановится. От этого беспредела страдают все: артисты, промоутеры, концертные площадки, а главное — публика. Она-то в чем виновата? Ситуация тяжелая, неприятная, отбиться сейчас можно только всем вместе. Иначе действительно передавят.

ЧТО ГОВОРЯТ АРТИСТЫ

Нойз МС, музыкант:

— Мы с группой начинали карьеру уличными музыкантами на Арбате, и по большому счету с тех пор основной экономический принцип нашей деятельности не изменился: мы живем на деньги, отданные нам нашими слушателями за нашу работу. Только теперь денег много, и мы платим с них налоги в госбюджет. А кто-то из этого бюджета потом получает зарплату и за эту зарплату выполняет свою «работу». Например, пригоняет 25 полицейских машин к месту проведения нашего концерта в Оренбурге, срывает выступление и нагло врет потом в СМИ, что концерты в городе запрещены, хотя на той же самой площадке и ровно через два дня, и весь месяц до этого, включая день накануне, беспрепятственно проходят аналогичные мероприятия.

Мы уже сталкивались с таким в 2014-м, когда нам подобными методами сорвали больше половины осеннего тура. Правда, тогда коронавирус еще не появился, поэтому приходилось все-таки напрягать фантазию: позавчера у нас в городе вдруг было решено провести учения спецназа в этом районе; вчера в полицию позвонили и сказали, что в клубе заложена бомба; сегодня поступила информация, что на площадке ведется торговля запрещенными веществами; завтра обнаружится, что заведение опечатано в ходе проведения внеплановой проверки — ну а послезавтра отмазки кончатся, поэтому мы запугаем арендатора, пообещав, что в случае проведения «найдем, до чего докопаться», и пришлем в гостиницу наряд полиции, чтоб трое на ресепшене сидели и еще по одному сотруднику на каждом этаже.

Вот так выглядят мелочные козни под увеличительным стеклом неограниченного административного ресурса. Никакие наши песни никогда не признавались экстремистскими, мы не занимаемся политической агитацией на концертах и не нарушаем никаких законов: все происходящее — это в чистом виде подлая подковерная борьба с инакомыслием. Правда на нашей стороне — поэтому они и действуют исподтишка, нехотя и на ходу придумывая причины запретов.

Мы требуем оставить нас, наших коллег и наших слушателей в покое и прекратить все эти нелепые гонения. Боритесь с преступностью, а не с музыкантами. Мы призываем организаторов, хозяев и арендаторов концертных площадок игнорировать антизаконные угрозы силовиков, выполняющих негласные постановления сверху.

Александр Русаков, гитарист, директор группы «Порнофильмы»:

— Мы уже много лет ведем концертную деятельность в атмосфере давления и как минимум повышенного внимания со стороны властей. Это уже не удивляет, привыкли.

В этом году был пока только один инцидент: в Вологде нам не дали сыграть в городском Дворце спорта. Но и концертов пока было мало. А в 2020-м, еще до ковидных ограничений, проблемы были в каждом городе весеннего тура. Буквально в каждом. Звонили в клубы и на концертные площадки, настаивали, чтобы концерта не было. Каждый концерт давался нам с боем, каждое выступление превращалось в борьбу. И каждый раз в зале — представители силовых ведомств.

Конечно, это ненормально. Но чему удивляться? Преследования музыкантов вполне вписываются в общую картину того, что происходит сейчас в стране.

***

ПОДПИШИТЕ ПЕТИЦИЮ

Требуем прекратить давление на музыкантов!

Прессинг музыкантов и отмены концертов к 2021 году стали в России обычной практикой. Каждую неделю мы читаем эти новости: отменили концерт Нойзу МС, «Ногу Свело!», «Порнофильмам»… Таких примеров десятки, а по всей стране сотни. Причины придумывают разные: пропаганда наркотиков, насилия, однополых отношений, употребление мата, неуважение к чувствам верующих. Последнее время к этому списку добавились ковидные ограничения, которыми можно оправдать что угодно. Но никто не решается произнести вслух истинную причину: несогласие артистов с политической ситуацией в стране и их активную гражданскую позицию. На нас, посмевших высказать свое мнение, давят со всех сторон.

Нас запугивают силовики, наши концерты превращают в полицейские рейды, чиновники на местах звонят в клубы и настоятельно рекомендуют с нами не связываться.

Таким образом были сорваны целые туры у музыкантов, известных на всю страну, а с менее известными вообще делают что хотят.

Все это лишает концертную индустрию возможности выжить после пандемического 2020 года, а зрителей — увидеть и услышать любимых артистов. Но и это еще не всё. Любой сорванный концерт — это недополученные бюджетом средства, на которые можно было бы отремонтировать дороги, построить школы и больницы, благоустроить парки. Убытки исчисляются миллионами. Отменяя мероприятия, чиновники обкрадывают граждан своей страны. Лишают всех, кто трудится в концертной индустрии — от музыкантов до уборщиц, от промоутеров до охранников клубов, от арт-директоров до техников, от водителей до барменов — зарплат и средств к существованию.

Мы требуем прекратить преследование музыкантов за их гражданскую позицию, перестать запугивать, угрожать штрафами и реальными сроками.

Многие из нас помнят, что в Советском Союзе независимая музыка была вне закона. Возврат к этой практике — преступление не только перед нами, но и перед миллионами наших слушателей. Мы хотим жить в цивилизованном обществе со свободой слова и самовыражения. Иметь возможность зарабатывать средства к существованию, пополняя бюджет страны, в которой живем и которую любим. Дарить радость людям. Не бояться, не оглядываться и не стыдиться смотреть в глаза нашим детям.

Подписать петицию можно по ссылке.

Нойз МС
Группа «Порнофильмы»
Группа «Ногу Свело!»
Дмитрий Спирин («Тараканы!»)
Алексей Кортнев («Несчастный случай»)
Вася Обломов
Группа «Йорш»
Группа «Рабфак»
Группа «Аркадий Коц»
Мария Любичева («Барто»)