"Мы на пути к тотальной несвободе". Как россиян судят за репосты

Десятки тысяч протоколов после протестов в поддержку Навального выписали сотрудники полиции с начала 2021 года за организацию несанкционированных акций. Под административную ответственность попали даже те, кто не ходил на акции, а делал репост видео. На сайте Генеральной прокуратуры России призывы к участию в несанкционированных митингах уже приравняли к экстремизму. Корреспондент Север.Реалии поговорил с теми, кого осудили по этой статье.

Утром 8 мая Алексей Трунов взял топор и вышел с ним из дома. Алексей – известный петрозаводский блогер, в свободное время делает декоративные топоры. Один из них в тот день он как раз нес покупателю: утром в социальной сети "ВКонтакте" ему написал молодой человек, который захотел купить топор в подарок.

– У него был написан город Москва, я предложил ему топор прислать. Он пишет: "Я в Петрозаводске, работаю в магазине DNS, можете сейчас позвонить, я хочу его купить в подарок?" На пять часов мы договорились, в четыре с копейками я выхожу, и тут меня берут. Забегая вперед, скажу, что я проверил, работает ли такой человек в DNS, – но с таким именем и фамилией там человека нет. Это липа была, просто чтобы меня выманить из дома, чтобы я вышел. Зачем было проводить такую спецоперацию, если я законопослушный гражданин? Я бы пришел сам по повестке, – говорит Трунов.

Топор полицейские у Трунова забрали, а протокол составили по ч. 2 ст. 20.2 КоАП (нарушение порядка организации публичного мероприятия. – СР) за то, что он у себя на странице в социальных сетях предложил в День Победы жителям Петрозаводска поддержать и поздравить ветеранов Великой Отечественной войны, которые 11-й год борются за снос незаконной торговой пристройки "Невский пассаж". Семь лет назад суд вынес решение о сносе "Невского пассажа", которое до сих пор не исполнено. Трунов – один из немногих год за годом пишет о борьбе жителей дома с пристройкой, приходит к ветеранам на чай – просто, чтобы те выговорились. Он считает, что полицейские задержали его специально и сделали все, чтобы он не попал на акцию 9 мая, – после составления протокола Трунова доставили в спецприемник МВД, где он провел ночь.

– Я сутки не спал, там невозможно спать. Ты лежишь на фанерных ящиках, журчит вода, ярчайший свет, ходят, громыхают – уснуть невозможно. Воды не дают. Я сразу объявил голодовку, думал, что меня надолго посадят. Больше суток я не ел. Мне сын в суд привез воду, и голод я просто заливал водой, – вспоминает Трунов.

Утром его отвезли в Петрозаводский городской суд и назначили сутки ареста за организацию несанкционированной акции. На саму акцию к ветеранам он так и не попал. Топор Трунову также не вернули.

"К тотальной несвободе"

По данным проекта "ОВД-Инфо", с начала 2004 года по конец 2020-го суды в России рассмотрели 58 034 протокола по статье 20.2 КоАП и признали виновными в нарушении правил проведения публичных мероприятий 36 658 человек. Казна за эти годы получила 252 354 338 рублей в виде штрафов.

"За это время текст статьи разросся вчетверо (было 1 068 символов, стало – 4 360), количество частей увеличилось с трех до десяти. Появились отдельные наказания за проведение мероприятий без согласования, участие в них и за "вовлечение несовершеннолетнего" в участие в таких акциях. Минимальный штраф для участника акции вырос с одной до десяти тысяч рублей. Арест, который раньше был возможен только за несогласованные акции рядом с ядерными объектами, теперь предусматривают почти все части статьи – восемь из десяти", – говорится на сайте проекта.

С начала 2021 года количество протоколов на россиян по разным частям статьи 20.2 КоАП стало массовым: в качестве меры наказания задержанных штрафуют либо отправляют под арест. Бывший мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман 12 мая получил девять суток ареста за организацию несогласованной акции – он опубликовал на своей странице в соцсети сообщение с призывом выходить на мероприятие, которое набрало 200 репостов. И уже 21 мая в отношении Ройзмана собираются рассмотреть еще два протокола об организации несогласованной акции и участии в ней, причем за участие в той же акции политика уже штрафовали на 20 тысяч рублей и еще на 20 тысяч за участие в другой январской несогласованной акции.

В этот же день, 12 мая, в телеграм-канале "Апология протеста" сообщили, что в Петербурге суд оштрафовал на 20 тысяч рублей художницу Лёлю Нордик за анонс акции "Феминистская цепь солидарности с пострадавшими от политического преследования и полицейского насилия". Акция прошла 14 февраля. Более 70 человек вышли на Воскресенскую набережную к памятнику жертвам политических репрессий и выстроились в "цепь солидарности".

В этот же день, 12 мая, Петрозаводский суд оштрафовал на 10 тысяч рублей многодетную мать Елену Мощицкую. Её также признали виновной в организации несогласованной акции протеста. Мощицкая тоже сделала репост видео – о мирном шествии 31 января. По ее словам, в ролике не было призыва, но через несколько дней после репоста к ней на работу под видом покупателей пришли сотрудники Центра "Э" и вменили ей организацию несогласованного публичного мероприятия (часть 2 статьи 20.2 КоАП). Суд снизил минимальную сумму штрафа в два раза, так как у нее четверо детей и она ждет пятого.

– Конечно, мы идем по пути к тотальной несвободе. Все идет к тому, что нам пытаются пока мягко, а кому-то не мягко, объяснить: "Живите спокойно, молчите, никому ничего не рассказывайте". Идут запугивания со стороны даже не то что правительства, а целый большой штат у нас работает на улице Кондопожской, который занимается экстремизмом. Потому что работник этой "организации" мониторил мою страницу и он выявил правонарушение, – объясняет Елена. – Я уверена, что есть намного серьезнее люди, которые действительно какую-то опасность несут. Даже какие-то радикальные происходят ситуации, взять хоть вчерашнее событие в Казани. Это все не мониторится?

"Если бы я организовывала митинг"

– Меня обвинили в организации митинга, на который пришло всего 200 человек. Если бы я организовывала митинг, туда бы не меньше двух тысяч пришло, – смеётся сыктывкарская общественница Юлия Посевкина.

Полиция пришла домой к ней накануне несогласованной акции 21 апреля. На неё составили протокол по ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ ("Организация либо проведение публичного мероприятия без подачи уведомления"). Причина – репост записи об акции в соцсети "ВКонтакте". На удивление самой Посевкиной, 30 апреля Сыктывкарский городской суд прекратил административное дело. Она стала одной из немногих в России, кого не осудили по этой статье.

– Я думаю, они сами не поняли, что сделали, и сейчас будет апелляция, скорее всего, полиция подаст, и там, я думаю, что проиграю, что-то мне дадут. На тот момент я была в инвалидной коляске, у меня была сломана нога, может, это как-то повлияло? И потом, вся абсурдность протокола, который написали полицейские, в том, что я являюсь организатором несанкционированной акции в Санкт-Петербурге, в Москве и в Сыктывкаре, катаясь на инвалидной коляске. Наверное, это как-то судью остановило, – рассуждает Посевкина.

Юлия Посевкина возглавляет общественную организацию "Особое детство" в Сыктывкаре. Двенадцать лет она защищает права детей с особенностями развития, создала для них реабилитационный центр, открыла четыре мастерских для детей и взрослых, тренировочную квартиру, где приучают подростков к самостоятельной жизни. В 2020 году она баллотировалась в республиканский Госсовет и заняла второе место в Магистральном избирательном округе Сыктывкара.

Неделю назад Посевкина отправила жалобу в приемную президента Российской Федерации. Она считает, что Генпрокуратура России нарушает закон об экстремистской деятельности тем, что включила в признаки экстремизма призывы "к участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка".

Нас уже считают врагами народа

– Я узнала, что нас называют экстремистами, когда в школу пришли памятки для родителей. Там к экстремистской деятельности как раз тоже были причислены призывы к участию в несанкционированных акциях. Я подумала: ничего себе! – говорит Юлия. – Некоторые мои знакомые считают, что это реально экстремизм. Вообще, пропагандистская машина очень серьезно настраивает людей против либерально настроенных граждан, и нас уже считают врагами народа, и это один из способов усилить давление на умы людей – называть нас экстремистами. Незаконно называть! Я подумала, что это и есть экстремизм: пытаться назвать людей экстремистами, тем самым провоцировать ненависть в наш адрес. Я попросила, чтобы провели расследование, не экстремизм ли это?

Непредсказуемое правоприменение

Массово штрафовать и арестовывать за репосты в соцсетях российские суды стали после акций протеста в поддержку Алексея Навального. Поводом, как правило, служит видеозапись, которую люди репостят себе на страницу. Протокол полицейские составляют без разбора: и на многодетных матерей, и на пожилых, и на студентов, и на людей, которые находились во время акции в другом городе или физически не могли выйти на несогласованную акцию. Так на 25 суток из-за ретвита чужой шутки в начале 2021 года арестовали главного редактора "Медиазоны" Сергея Смирнова.

– В целом, это уже довольно распространенная практика, и позиция судов стандартная: если в публикации имеется информация о времени и месте несанкционированного митинга, репостящий ее пользователь добровольно принимает на себя обязанности организатора. Таких дел довольно много уже, и это можно считать сложившейся практикой. Однако правонарушение по ст. 20.2 КоАП не является экстремистским, поэтому формально нет оснований признавать кого-то экстремистом и, соответственно, включать в перечень Росфинмониторинга из-за этого, – комментирует руководитель проекта "Сетевые Свободы" Дамир Гайнутдинов. – Определение экстремизма есть в первой статье федерального закона "О противодействии экстремистской деятельности" и там ничего не сказано о призывах к мероприятиям. Пока не сказано. Но это дает возможность понять ход их мыслей. Эту страницу (на сайте Генпрокуратуры), вероятно, завели под ст. 15.3 ФЗ "Об информации", которая дает генпрокурору право запрещать призывы к экстремизму, массовым беспорядкам и несанкционированным протестам.