Принят во втором чтении законопроект о запрете причастным к деятельности экстремистских организаций участвовать в выборах

Приняты во втором чтении поправки, запрещающие быть кандидатами на выборах "причастным" к деятельности экстремистской организации.

25 мая 2021 года Госдума приняла во втором чтении законопроект, вносящий в законы "Об основных гарантиях избирательных прав" и "О выборах депутатов Государственной Думы" запрет на избрание в органы власти для лиц, "причастных" к деятельности экстремистской или террористической организации.

Этот законопроект был внесен в Думу 4 мая 2021 года членами комиссии по иностранному вмешательству, а 18 мая 2021 года – принят в первом чтении. 21 мая депутат Госдумы Павел Крашенинников и сенатор Андрей Клишас внесли ко второму чтению существенные поправки.

Ограничение права быть избранным, согласно законопроекту, должно распространяться на всех, кто в период, начинающийся за три года до вступления в силу решения о запрете соответствующей организации, занимал пост ее учредителя, члена коллегиального руководящего органа, руководителя, заместителя руководителя, руководителя структурного подразделения или его заместителя; либо в течение года до запрета являлся участником, членом, работником или "иным лицом, причастным к деятельности" организации (например, предоставлял финансовую, имущественную, организационно-методическую, консультативную и другую помощь).

В первом случае – для учредителей и т. д. – ограничение пассивного избирательного права должно сохраняться в течение пяти лет со дня вступления в силу судебного решения о запрете или ликвидации экстремистской или террористической организации. Во втором – для участников и т. д. – ограничение должно действовать в течение трех лет после запрета.

Под причастностью к деятельности экстремистской или террористической организации предлагается понимать такие действия, как:

— "непосредственная реализация целей и/или форм деятельности (в том числе отдельных мероприятий), в связи с которыми соответствующая организация была признана экстремистской или террористической";

— выражение "поддержки высказываниями" (включая высказывания в интернете) таким целям и формам деятельности, а также самим организациям;

— оказание запрещённым организациям финансовой, имущественной, организационно-методической, консультативной и иной помощи.

Эта "причастность" к запрещенной организации должна быть установлена "вступившим в силу решением суда".

На наш взгляд, текст законопроекта даже после поправок Клишаса и Крашенинникова оставляет пространство для трактовок. Так, в нем не указано, должно ли устанавливающее "причастность" человека к деятельности запрещенной организации решение суда быть принято в рамках отдельного процесса над этим человеком. Если да, то такой процесс может вестись только по статьям УК и КоАП. Однако, во-первых, соответствующие обвинения (например, за действия, послужившие основой для запрета организации) можно предъявить и сейчас, и осужденный, согласно ныне действующему законодательству, все равно будет поражен в пассивном избирательном праве. Во-вторых, некоторые действия из перечисленных не имеют подходящих составов ни в УК, ни в КоАП. В-третьих, статьи кодексов определенно не имеют обратной силы, так что, например, осудить за финансирование организации можно только в том случае, если удастся доказать, что еще до начала процесса о запрете организации, обвиняемый осознавал, что финансирует экстремистскую или террористическую деятельность. Если же под "решением суда" понимается решение по любому другому делу, можно ожидать, что ограничения распространятся на всех людей, которые будут упомянуты в фабуле судебного решения о запрете организации или каких-то еще относящихся к ней решений, при том, что в таких случаях стандарты доказывания фактов, касающихся именно этих людей, невысоки.

В целом, предложенные изменения свидетельствует о прогрессирующем наступлении на свободу ассоциаций в России. Широта и неопределенность понятия "причастное лицо" может приводить к злоупотреблениям в правоприменении. Наконец, конституционность введения столь широких ограничений пассивного избирательного права, тем более распространяющихся на период, предшествующий вступлению закона в силу, вызывает у правоведов сомнения. Лишение права быть избранным в данном случае фактически может рассматриваться как форма наказания, которое не может, согласно ст. 54 Конституции, накладываться за действия, не бывшие в момент их совершения противоправными.

Источники