Неправомерный антиэкстремизм в мае 2021 года

Мы публикуем обзор основных и наиболее показательных событий в сфере неправомерного применения антиэкстремистского законодательства в России в мае 2021 года.

Законотворчество

В мае Госдума в трех чтениях приняла закон, запрещающий быть кандидатами на выборах "причастным" к деятельности экстремистской или террористической организации. Ограничение права быть избранным, согласно принятому закону, будет распространяться на всех, кто в период, начинающийся за три года до вступления в силу решения о запрете или ликвидации соответствующей организации, занимал пост ее учредителя, члена коллегиального руководящего органа, руководителя, заместителя руководителя, руководителя структурного подразделения или его заместителя, а также на тех, кто в течение года до вступления запрета в силу являлся участником, членом, работником или "иным лицом, причастным к деятельности" организации. В первом случае – для учредителей и т. д. – ограничение пассивного избирательного права должно сохраняться в течение пяти лет со дня вступления в силу решения о запрете . Во втором – для участников и т.д. – ограничение должно действовать в течение трех лет после этой даты. Под причастностью к деятельности экстремистской или террористической организации предлагается понимать "непосредственную реализацию целей и/или форм деятельности (в том числе отдельных мероприятий), в связи с которыми соответствующая организация была признана экстремистской или террористической", выражение "поддержки высказываниями" (в том числе в интернете) таким целям и формам деятельности, а также самой организации, оказание ей финансовой, имущественной, организационно-методической, консультативной и иной помощи. "Причастность" к запрещенной организации должна быть установлена "вступившим в силу решением суда".

Специального порядка установления судом такой "причастности" законодательство не предусматривает. При этом, если под "решением суда", устанавливающим "причастность", будет пониматься решение по любому делу, можно ожидать, во-первых, что ограничения распространятся на всех людей, которые будут упомянуты в фабуле судебного решения о запрете организации или каких-то еще относящихся к ней решений. При этом в таких случаях стандарты доказывания фактов, касающихся именно этих людей, невысоки. Во-вторых, вполне вероятно, что "причастность" к запрещенной организации будет подтверждаться судебными решениями, принятыми по "экстремистским" статьям, в которых в качестве обстоятельства совершения преступления или правонарушения будет упомянуто, что подсудимый поддерживал запрещенную организацию, например, путем устного или письменного упоминания в положительном ключе ее политических акций, либо принимал участие в ее мероприятиях.

В целом, широта и неопределенность понятия "причастное лицо" может приводить к злоупотреблениям в правоприменении. Наконец, конституционность введения столь широких ограничений пассивного избирательного права, тем более за действия, совершенные в период, предшествующий запрету организации и даже выдвижению обвинений против нее, вызывает сомнения. Лишение права быть избранным в данном случае можно рассматривать как форму наказания, которое не должно, согласно ст. 54 Конституции, накладываться за действия, не бывшие в момент их совершения противоправными.

В первом чтении был принят законопроект, по которому в закон "Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне" вносится запрет на "публичное отождествление целей, решений и действий руководства СССР, командования и военнослужащих СССР с целями, решениями и действиями руководства нацистской Германии, командования и военнослужащих нацистской Германии и стран оси в ходе Второй мировой войны, отрицание решающей роли советского народа в разгроме нацистской Германии и гуманитарной миссии Союза ССР при освобождении стран Европы". Какие именно высказывания будут считаться подобным "отождествлением" на практике, неясно. Мы расцениваем предложенную новацию как необоснованное ограничение свободы выражения мнения в области исторической дискуссии. Соответствующие поправки в КоАП или УК еще не внесены в Госдуму.

В середине месяца Дума также приняла в первом чтении законопроект, который устанавливает ответственности СМИ за упоминание террористических организаций без указания на то, что их деятельность запрещена.

Кроме того, в конце месяца в Госдуму был внесен законопроект об обязании зарубежных интернет-компаний, суточная аудитория сайтов которых составляет более чем 500 тысяч российских пользователей, открывать представительства в России. В числе прочего он предусматривает, что эти компании должны ограничивать доступ к запрещенным в России материалам. За уклонение от этого требования предусмотрены различные меры понуждения: информирование пользователей поисковых систем о нарушении сайтом законодательства России, запрет на распространение его рекламы в России, запрет на рекламу на самом этом сайте, ограничение приема переводов и платежей от российских физлиц и юрлиц, запрет на поисковую выдачу, запрет на сбор и трансграничную передачу персональных данных. Кроме того, за отказ от взаимодействия с Роскомнадзором и открытия представительства, за уклонение от хранения персональных данных россиян на территории России, а также в рамках санкций за "цензурирование" российских СМИ и граждан могут применяться и такие меры, как частичное или полное ограничение доступа к ресурсу с использованием механизмов "суверенного интернета". Все эти требования будут распространяться также на работающих с россиянами зарубежных хостеров, рекламные сети и иностранных организаторов распространения информации. 1 июня законопроект был принят в первом чтении.

Практика ЕСПЧ

В мае Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) принял решения по двум жалобам, касавшимся ограничения свободы выражения мнения в России. Первая была подана "Новой газетой” в связи с полученным в 2010 году от Роскомнадзора предупреждением за цитирование программы ультраправой организации "Русский образ" и демонстрирование символики, схожей с нацистской. Представитель России в ЕСПЧ утверждал, что предупреждение было пропорциональной мерой реагирования, так как не требовало от газеты принимать какие-либо меры. Страсбургский суд, однако, заметил, что оно поставило редакцию перед выбором: либо отказаться от детального освещения общественно значимой темы, либо подвергнуться еще большему государственному давлению; согласно действовавшему законодательству, если бы Роскомнадзор направил издателю еще одно предупреждение в течение года, издание газеты могло быть приостановлено. При этом вмешательство в свободу выражения мнения, с точки зрения ЕСПЧ, в данном случае не было необходимым в демократическом обществе. Цитаты из манифеста "Русского образа" лишь иллюстрировали недвусмысленно выраженную мысль автора статьи и редакции о противозаконном характере деятельности этой организации, отметил ЕСПЧ. Опубликованная символика явно относилась к статье и использовалась в рамках общественной дискуссии, однако российские судебные инстанции, в которых "Новая газета" пыталась оспорить предупреждение, вообще не исследовали обстоятельства демонстрирования этой символики. ЕСПЧ обязал Россию выплатить "Новой газете" две тысячи евро в качестве компенсации морального вреда и более двух тысяч евро в счет судебных издержек.

Вторую жалобу, рассмотренную ЕСПЧ, подавал Роман Килин, которого в 2011 году кемеровский суд приговорил к условному сроку по ч. 1 ст. 280 УК (публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности) за публикацию во "ВКонтакте" отрывка из фильма Павла Бардина "Россия 88" и песни "Слава Руси" группы "Коловрат". ЕСПЧ не усмотрел в приговоре нарушения права Килина на свободу выражения мнения, однако присудил ему полторы тысячи евро за нарушение права на справедливое судебное разбирательство в связи с тем, что рассмотрение его апелляционной жалобы проходило в закрытом режиме.

Преследования за оппозиционную деятельность, критику власти и призывы к сепаратизму

В мае в Хабаровске в отношении художника Максима Смольникова, известного под псевдонимом Xadad, было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 205.2 УК (публичное оправдание терроризма в интернете). Суд заключил его под стражу. Поводом для преследования художника стал пост, опубликованный 31 октября 2018 года в его паблике во "ВКонтакте", с рассуждениями о взрыве, устроенном анархо-коммунистом Михаилом Жлобицким в здании УФСБ в Архангельске. По мнению Смольникова, на столь радикальный шаг Жлобицкий пошел из-за репрессивной политики государства и, в частности, из-за пыток, практикуемых сотрудниками ФСИН и ФСБ. Художник отметил, что этот взрыв похож "скорее на акт самосожжения", а не на "партизанскую атаку или теракт". В конце рассуждения Смольников назвал случившееся "слишком высокой ценой [политической борьбы]" и выразил соболезнования родственникам и знакомым погибшего анархиста.

Мы расцениваем преследование Смольникова как неправомерное, так как не можем усмотреть в его высказываниях признаков ни публичного оправдания терроризма, ни пропаганды терроризма, как они определены в примечаниях к ст. 205.2 УК: в тексте художника не содержалось утверждений о правильности или допустимости терроризма.

В конце мая суд признал активистку "Левого сопротивления" Дарью Полюдову виновной по ч. 2 ст. 205.2 УК и ч. 1 ст. 280 УК (публичные призывы к экстремистской деятельности) и приговорил ее к шести годам лишения свободы. Эпизод, в связи с которым Полюдова признана виновной по ст. 280 УК, изначально был квалифицирован следствием по ч. 1 ст. 205.2 УК (публичные призывы к террористической деятельности), он касался видеозаписи с телефона активистки, на которой она в разговоре с соратником комментировала вооруженное нападение на здание ФСБ на Лубянке, устроенное 19 декабря 2019 года. Следствие утверждало, что высказывания Полюдовой с одобрением действий стрелка Евгения Манюрова услышали находившиеся вокруг нее люди.

Мы сомневаемся в обоснованности преследования Полюдовой по этому эпизоду. Во-первых, если кто-то и услышал высказывания активистки, то таких людей было совсем немного. Во-вторых, если эти высказывания прозвучали в частном разговоре, не предназначенном для чужих ушей, это значит, что и преступного умысла делать публичные призывы у Полюдовой в данном случае не было.

Что касается обвинения по ч. 2 ст. 205.2 УК, то изначально оно было предъявлено Полюдовой вместе с обвинением по ч. 1 ст. 280.1 УК (публичные призывы к сепаратизму), позже обвинение по ст. 280.1 УК было снято. Поводом стали одиночный пикет, в ходе которого активистка призвала жителей Курильских островов провести референдум по вопросу выхода из состава Российской Федерации, и две публикации во "ВКонтакте". В первом посте, сопровожденном картой гипотетического распада России, Полюдова обосновывала свою точку зрения по этому вопросу, ссылаясь на ленинское понимание права наций на самоопределение. Второй представлял собой репост записи другого активиста, содержавший одобрение насильственного сепаратизма со ссылкой на пример вооруженной борьбы чеченских сепаратистов, был проиллюстрирован мемом с Шамилем Басаевым. Первый пост, с нашей точки зрения, сам по себе не давал оснований для преследования. Однако вторая публикация действительно содержала призывы к вооруженной сепаратистской борьбе, при этом Полюдова не дистанцировалась от высказываний, сделанных автором поста.

В конце месяца Забайкальский краевой суд отменил приговор, вынесенный читинскому блогеру Алексею Закружному (Лехе Кочегару), и вернул его дело прокурору. Закружный ранее был признан виновным по ч. 2 ст. 280 УК (публичные призывы к экстремистской деятельности в интернете) и ч. 3 ст. 212 УК (призывы к массовым беспорядкам) и приговорен к условному сроку. Основанием послужил стрим блогера, в котором он критиковал введенный из-за пандемии запрет на посещение кладбищ перед "родительским днем", призывал "снести кордоны" при входе на кладбищенскую территорию и таким образом устроить "революцию без крови". Мы расценивали приговор, вынесенный Закружному, как неправомерный, поскольку он не призывал к насильственным действиям.

В Евпатории суд приговорил к году колонии гражданина Украины Александра Долженкова, который участвовал в деятельности группы "Украинское сопротивление в Крыму" в соцсети "ВКонтакте". Он был признан виновным по ч. 1 ст. 282.1 УК (создание экстремистского сообщества). Сообщество "Украинское сопротивление в Крыму" публиковало различные материалы с критикой присоединения Крыма к России и призывами содействовать его возвращению в состав Украины. Призывов к насильственным действиям с этой целью мы в сообществе не обнаружили, и у нас нет оснований считать, что осужденный и его соратники планировали подобные действия.

В начале мая в Перми было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 214 УК (вандализм, совершенный по мотиву политической вражды) в отношении Павла Лисина. По версии следствия, он написал на двух жилых домах "Путин вор". Ущерб управляющих компаний составил 285 рублей и 263 рубля.

А в середине месяца суд в Москве вынес приговор по той же статье активистам Ольге Мисик, Ивану Воробьевскому и Игорю Башаримову. Мисик приговорена к двум годам ограничения свободы, а Воробьевский и Башаримов – к одному году девяти месяцам ограничения свободы. Поводом для возбуждения дела стала акция протеста против приговора по делу "Нового величия", получившая в СМИ название "будка федерального значения". Суд установил, что в августе 2020 года активисты облили стену будки проходной Генеральной прокуратуры краской, а также приклеили на нее прокладки и плакат с грубой надписью. Материальный ущерб, который понесла Генпрокуратура, составил 3464 рублей 50 копеек. Той же ночью они повесили на забор Люблинского районного суда прокладки и несколько плакатов.

У нас вызывает сомнение правомерность самого наличия мотива политической и идеологической ненависти или вражды в статье о вандализме. Вандализм по мотиву ненависти по сути близок другому противоправному действию – возбуждению ненависти, однако возбуждение политической или идеологической ненависти, в отличие, скажем, от расовой или религиозной, не образует состава правонарушения или преступления по ст. 20.3.1 КоАП или 282 УК. Такие действия, если они не связаны с насилием, неотличимы от легальной политической борьбы, подразумевающей соперничество политических платформ и лидеров.

Кроме того, ст. 214 УК нередко применяется в случаях, когда нанесен не слишком серьезный ущерб имуществу. Мы полагаем, что дело Лисина можно прекратить за малозначительностью. Для случаев, когда прекращение за малозначительностью невозможно, но ущерб невелик, уместно было бы ввести соответствующую норму в КоАП.

В середине мая суд в Кемерове арестовал на 18 суток по ст. 20.3.1 КоАП (возбуждение ненависти) и ч. 1 ст. 19.3 КоАП (неповиновение законному требованию сотрудника полиции) местного оппозиционного блогера Алексея Федорова. Поводом для его привлечения к ответственности по ст. 20.3.1 КоАП стало видео "Упыри уничтожают Кузбасс. Время перемен настало", которое он опубликовал на своем канале в YouTube в ноябре 2020 года. Мы считаем, что оснований для преследования блогера за это видео не было: в нем содержались критические высказывания в адрес кемеровских властей, однако не было призывов к насилию и каким бы то ни было противоправным действиям. Мы также полагаем, что представители власти вообще не должны считаться уязвимой социальной группой, защищаемой антиэкстремистским законодательством. Более того, "Сова" выступает за исключение из антиэкстремистского законодательства неопределенного понятия "социальная группа", которое способствует чрезмерному ограничению свободы выражения мнения.

В конце месяца суд в Новосибирске оштрафовал на 18 тысяч рублей по ст. 20.3.1 КоАП активиста Виктора Сорокина. Он опубликовал видеообращение к генпрокурору России, в котором обвинял прокурора Новосибирской области Якова Хорошева и других сотрудников правоохранительных органов в коррупции и в частности в том, что они защищают интересы производителей цемента, связанных с экс-губернатором Виктором Толоконским. При этом Сорокин употреблял слова "бандиты в погонах" и "менты". Мы полагаем, что Сорокин привлечен к ответственности неправомерно. Сотрудники правоохранительных органов и прокуратуры не составляют уязвимой социальной группы, требующей особой защиты от ненависти. Напротив, они должны быть исключительно терпимы к критике, если речь не идет о реальной угрозе применения насилия. Сорокин же не только не призывал к насилию, а, напротив, требовал соблюдения закона и критиковал только сотрудников правоохранительных органов, которые действуют незаконно.

В Нарьян-Маре в конце мая по ч. 2 ст. 20.3.2 КоАП (публичные призывы к сепаратизму в интернете) на 35 тысяч рублей был оштрафован житель поселка Красное Константин Ледков. По его словам, поводом стали две публикации во "ВКонтакте", в которых утверждалось, что Крым принадлежит Украине и что поездки в Крым в текущих условиях позорны. С нашей точки зрения, призывы к изменению границ должны считаться незаконными только в случае, если они совмещены с призывами к насильственным действиям. В публикациях Ледкова, судя по всему, никаких призывов не было вовсе, поэтому не было и повода для преследования.

В мае пользователей соцсетей продолжали наказывать по ст. 20.29 КоАП (публичное распространение экстремистских материалов) за публикацию видео сторонников Алексея Навального "Припомним Жуликам и Ворам их Манифест-2002". Ардатовский районный суд Мордовии в мае оштрафовал на тысячу рублей Андрея Коваленко. Нам также стало известно еще о семи наказанных за это видео в Йошкар-Оле в течение последних месяцев: на суммы от одной до полутора тысяч рублей были оштрафованы Сергей Бирюков, Ольга Долганова, Ангелина Ильина, Андрей Ханов, Иван Исанов, Денис Бабочкин и Алексей Яндлечев. Запрет этого видео мы считаем безосновательным: в нем содержится лишь перечисление ряда нереализованных предвыборных обещаний "Единой России" из манифеста партии 2002 года и призыв голосовать за любую партию, кроме "Единой России".

В Чебоксарах на тысячу рублей по ст. 20.29 КоАП оштрафовали юриста Романа Раймова, который оставил в соцсети комментарий "Еще один человек пострадал из-за Милонова с его лозунгом «Православие или смерть» и уехал за границу". С нашей точки зрения, многочисленные случаи преследований оппозиционных активистов в Чувашии за упоминания запрещенного лозунга "Православие или смерть" необоснованны, да и сам запрет этого лозунга неправомерен. Пусть этот лозунг и популярен среди агрессивной части православных активистов, исторически он трактуется не как пожелание смерти неправославным, а как противопоставление православия и духовной смерти, и подавляющее большинство тех, кто так или иначе пользуется этим лозунгом, понимают его именно так. К тому же, преследовать за любое упоминание какого-либо запрещенного материала, в том числе лозунга, абсурдно.

Иные преследования за возбуждение ненависти

В Чебоксарах на 10 тысяч рублей по ст. 20.3.1 КоАП была оштрафована студентка оппозиционных взглядов Марина Пралькова. Еще в 2015 году она репостнула во "ВКонтакте" из паблика "Ламповые беседы" текст, написанный радикальной феминисткой Любовью Калугиной. В тексте говорилось о четырех этапах, которые, с точки зрения Калугиной, проходят женщины в осознании своего угнетенного положения; вышедшие на четвертый этап, по мысли автора, готовят теоретико-идеологическую базу для грядущих поколений женщин, которые смогут "бороться за свое место под солнцем до последней капли крови" и "сметут наконец власть спермомразей с лица этой прекрасной планеты". По мнению специалистов, которые провели исследование публикации в рамках в ходе прокурорской проверки, в тексте содержится совокупность лингвистических и психологических признаков возбуждения ненависти к мужчинам и унижения их достоинства.

Републикованный Пральковой пост посвящен осознанию женщинами своего положения в обществе и стратегии борьбы с патриархатом, активная фаза которой, как следует из текста, развернется в отдаленном будущем. При этом никаких побудительных призывов к насилию в отношении мужчин в этом тексте нет. Характеристику, которую дает Калугина мужчинам в целом, можно назвать оскорбительной, однако подобная риторика вообще присуща части радикальных феминисток и, насколько нам известно, на текущем этапе общественного развития сама по себе не влечет общественно-опасных последствий. К тому же, Пралькова сделала репост еще в 2015 году, и до сих пор никаких заметных последствий это не имело. Поэтому, на наш взгляд, оснований для преследования в данном случае не было.

Преследование за "реабилитацию нацизма"

В конце мая Воронежский областной суд признал 63-летнего Александра Хорошильцева виновным по ч. 1 ст. 354.1 УК (одобрение преступлений, установленных Нюрнбергским трибуналом) и приговорил его к штрафу в 90 тысяч рублей. 4 мая 2020 года Хорошильцев разместил на сайте "Банк памяти" для демонстрации в одном ряду с ветеранами Великой Отечественной войны фотографию Адольфа Гитлера, подписав ее "Шикльгрубер Адольф Алоисович". Следствие сочло, что тем самым он публично одобрил участие руководства Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП), в том числе Гитлера, в совершении военных преступлений и преступлений против человечности в годы Второй мировой войны. Сам Хорошильцев заявил, что не преследовал цели реабилитации нацизма: фото Гитлера на сайт он отправил, чтобы от него "отстали со спамом" с предложениями поучаствовать в "Бессмертный полку".

Мы полагаем, что действия Хорошильцева квалифицированы некорректно. Никакими высказываниями, одобряющими или отрицающими нацистские преступления, фото Гитлера он не сопровождал. А загрузка фотографий нацистских лидеров на сайт, даже накануне 9 мая, сама по себе, на наш взгляд, не является публичным одобрением преступлений нацизма.

Кроме того, стало известно, что еще несколько подобных дел было возбуждено в связи с загрузкой фото нацистских преступников уже в 2021 году. Их фигурантами стали россияне Андрей Акимов из Оренбургской области и Сергей Сахаров из Томской области, а также украинцы Дмитрий Алексеенко и Михаил Пух.

Преследования религиозных организаций и верующих

Свидетели Иеговы

Продолжались преследования Свидетелей Иеговы, которых обвиняют в причастности к деятельности местных религиозных организаций, которые были запрещены как экстремистские. С нашей точки зрения, эти запреты не имели законных оснований. ​

В Перми суд признал Бориса Бурылова и Виктора Кучкова виновными по ч. 1 ст. 282.2 УК (организация деятельности экстремистской организации), а Александра Иноземцева и Юрия Ваага – по ч. 2 ст. 282.2 УК (участие в деятельности экстремистской организации). Все четверо приговорены к двум с половиной годам лишения свободы условно. Игорь Турик признан виновным по ч. 1 ст. 282.2 УК и ч. 1 ст. 282.3 УК (финансирование экстремистской деятельности) и приговорен к семи годам лишения свободы условно.

В Ростове-на-Дону 71-летняя Людмила Пономаренко получила два года условно по ч. 2 ст. 282.2 УК.

В Надеждинском районе Приморского края по аналогичному обвинению 73-летняя Людмила Шуть была приговорена к условному сроку лишения свободы в четыре года.

Рустама Сеидкулиева из Саратова суд приговорил по ч. 2 ст. 282.2 УК к двум с половиной годам колонии.

В Новосибирске Виталий Попов получил три года условно по ч. 2 ст. 282.2 УК и ч. 1 ст. 282.3 УК.

В Московской области Юрий Крутяков был приговорен по чч. 1, 2 и 1.1 (вовлечение к деятельность экстремистской организации) ст. 282.2 УК к шести годам лишения свободы условно, а Зинаида Крутякова, Константин Жеребцов и Виталий Никифоров – к двум годам условно по ч. 2 ст. 282.2 УК.

Жительнице Марий Эл Екатерине Пегашевой суд назначил шесть с половиной лет условно по ч. 1 ст. 282.2 УК.

Суд Еврейской автономной области ужесточил приговоры Светлане Монис и Юлии Каганович: по ч. 2 ст. 282.2 УК вместо штрафа им назначено по два с половиной года лишения свободы условно.

Помимо этого, Константин Баженов, освободившийся из колонии, был депортирован на Украину, поскольку его лишили гражданства.

Был возбужден и ряд новых уголовных дел. В Калтане Кемеровской области обвинение по ч. 1 ст. 282.2 УК было предъявлено Александру Цикунову, а по ч. 2 – Виталию Сырых, обоих отправили под домашний арест.

В Майском Кабардино-Балкарской Республики Кирилла Гущина, ранее обвинявшегося по ч. 1 ст. 282.2 УК, теперь преследуют и по ч. 1.1 той же статьи, а подозреваемыми по ч. 2 ст. 282.2 УК стали его жена Светлана Гущина, а также Зарета Ортанова, Светлана Дубовкина, Ольга Шульгина и Аксана Доминова. Кроме того, в отдельное производство были выделены материалы по ст. 308 УК (отказ свидетеля или потерпевшего от дачи показаний).

В Челябинской области было возбуждено новое уголовное дело по ч. 1 ст. 282.2 УК в отношении Павла Попова.

В Алтайском крае дело по ч. 2 ст. 282.2 УК было возбуждено в отношении Павла Казадаева.

Мусульмане

В Саратовской области в мае было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 282.2 УК в отношении 50-летнего жителя региона, которого обвиняют в причастности к деятельности запрещенного религиозного объединения "Таблиги Джамаат". Это движение не было замечено в призывах к насилию и, с нашей точки зрения, было признано экстремистским без должных оснований.

В течение месяца нам стало известно о целом ряде случаев привлечения к административной ответственности в Марий Эл по ст. 20.29 КоАП за публикацию видео "Чудеса Корана". В апреле на тысячу рублей были оштрафованы жители Йошкар-Олы Иззатило Исаков и Валеа Тамазова. Сернурский районный суд в мае оштрафовал на ту же сумму жителя поселка Параньга Рената Салихова. С нашей точки зрения, фильм "Чудеса Корана" был признан экстремистским неправомерно. Мы не обнаружили в этом более чем двухчасовом историко-просветительском видеоматериале ни призывов к насилию, ни возбуждения ненависти, ни дискриминационных высказываний. Фильм выдержан в подчеркнуто уважительном тоне к иным религиям (хотя, разумеется, в нем утверждается превосходство ислама; обратное было бы странно). Тем не менее, российские суды уже неоднократно наказывали граждан за его распространение.

Другое

В середине месяца мировой суд в Тульской области оштрафовал на 30 тысяч рублей жителя Щекина Дмитрия Бухарова, которого признали виновным в умышленном публичном осквернении предметов религиозного почитания (ч. 2 ст. 5.26 КоАП). Поводом послужило то, что он опубликовал во "ВКонтакте" стилизованное под икону изображение с Иосифом Сталиным в образе святого. С нашей точки зрения, размещение в сети подобных изображений само по себе не должно трактоваться как осквернение предметов религиозного почитания. Публикация коллажей не предполагает никаких активных действий с религиозной атрибутикой. А если речь шла о фотографии действительно написанной кем-то "иконы" Сталина, следует заметить, что утверждение о святости Сталина относится к области религиозной полемики и само по себе не противозаконно. Отметим также, что понятие "осквернение" в законодательстве никак не определено.