Оригинал материала
Фабрика репрессий с замкнутым циклом: настоящие политтехнологи современной России
Мне приходилось пересекаться с Дмитрием Гудковым и тогда, когда он был депутатом в Думе шестого созыва, и после. Если не ошибаюсь, он всегда голосовал против диких законов, которые шестая Дума в изобилии клепала. Да еще и оказался с какого-то момента едва ли не единственным (ну, одним из немногих) депутатов, готовых спокойно поговорить с журналистами, рассказать, что там вообще происходит в этом опасном доме, наполненном опасными людьми, о чем спорят в кулуарах и чего мирным жителям от опасных людей ждать.
При этом законы выходили, опасные люди делали то, что им полагается делать, небо на землю не падало. Никакого вреда Думе Гудков фактом своего там наличия не приносил, никаких угроз для режима не создавал, возможно, напротив, показывал, что режим оставляет даже оппозиционно настроенному человеку возможности для занятий политикой.
Но и после он радикалом не стал, всегда демонстрировал готовность договариваться (говорю без упрека – в нормальном мире это и есть политика), и сильно отличался от непримиримых и несистемных. Пожалуй, я бы так и описал его политическое кредо: быть системным, оставаясь порядочным.
Так вот, это теперь преступная цель: Гудкова буквально вынудили эмигрировать. Уголовное дело, не стоящее выеденного яйца, но обставленное с размахом – 14 обысков, десятки допросов, и задевающее не только самого политика, но еще и его родственников. Прямые угрозы: пойдешь на выборы – сядешь. Никакого стеснения, не те времена, чтобы стесняться.
Говорят, он мог выиграть выборы в намеченном одномандатном округе, по секретным рейтингам, которые составляются для администрации президента и прочего начальства, обходил единоросса, заранее назначенного депутатом, за что и расплачивается.
Гудков уехал, Андрей Пивоваров, тоже собиравшийся на выборы – в СИЗО, десять человек, проходящих по «санитарному делу», ждут суда, который будет не скоро. Там тоже есть люди, собиравшиеся в депутаты (и это не только Любовь Соболь, ну и потом, это все заметные активисты, которые могли бы сыграть роль в думской кампании). Даже если судимостей в итоге у них не будет, на то, чтобы поучаствовать в выборах, просто не хватит времени. В регионах тоже происходит нечто похожее.
Главный вопрос кампании
В общем, понятно, что это вот все – и есть настоящая подготовка государства к выборам, которая началась задолго до официального старта избирательного марафона. Понятен и главный вопрос кампании. Нет, он не в том, кто выиграет (разве мы не знаем, кто выиграет?), и даже не в том, кто возглавит список «Единой России». По слухам, кстати, собираются все-таки Дмитрию Медведеву поручить эту важную роль, но при этом опасаются – не испортит ли такое решение имидж партии?
Кстати, да, появление председателя партии на первом месте в партийном избирательном списке может испортить имидж партии, такова российская реальность.
А главный вопрос кампании, конечно, в том, почему они вообще так носятся с этими выборами. «Власть» уже делала подходы к этому снаряду, прикидывала варианты ответов. Позволю себе сегодня сформулировать еще один вариант.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]