«Перед вылетом из Афин Роме приснился сон, что мы приземляемся в Минске». София Сапега написала первое письмо из СИЗО

Семья россиянки Софии Сапеги, задержанной в Минске вместе с бывшим главредом NEXTA Романом Протасевичем, получила первое письмо от нее из СИЗО КГБ. Фрагменты письма с разрешения родных девушки опубликовала Русская служба Би-Би-Си.

Судя по тексту письма, оно было написано 3 июня, в этот день, по словам Софии, она должна была защитить диссертацию. «Единственный страх, терзающий меня, - это страх отстать. Отстать от жизни, она ведь такая нестатичная. Боюсь выйти никем и абсолютно ненужной обществу. Страшно, что так и не защитила диссертацию. Сегодня третье число, день, когда я должна была утром защитить магистерскую диссертацию, а вечером отправиться с Ромой в ресторан, пить шампанское, кушать пасту, встречать лето, целоваться и любить, - пишет Софья. - Однако вышло все несколько иначе. Вместо этого утром я позавтракала кашей, потренировалась, а вечером выпила чай с печеньем. Одна. Не было защиты, не было Ромы, ресторана и холодного шампанского. Не было праздника и любви. Но зато был чай. Об этом очень горько думать, но кажется, в жизни еще много всего случится, а я это пропущу. Мне не хотелось об этом писать, но поделиться мне не с кем и я не удержалась. Простите», - говорится в письме.

«Я никогда не верила в вещие сны и прочее. Но… в ночь перед вылетом из Афин Роме приснился сон, что мы приземляемся в Минске. Он раньше говорил, что ему снятся вещие сны. Жаль только, что это был один из них. Прошу, не стоит винить Рому в том, что все так вышло. Он оберегал и заботился обо мне как умел. Это можно назвать любовью. Дальше все будет развиваться нелегко, но надеюсь, пройдет этот путь достойно», - пишет София.

«Сегодня вечером я получила два ваших письма, - рассказывает София. - Признаться честно, это был первый раз за все время, когда я заплакала. Я не плачу здесь. В первые сутки я познакомилась с девушкой, она тогда в прямом смысле не дала мне замерзнуть. Также она мне сказала, что я на всю жизнь запомню первое письмо. И была права - я запомню каждую строчку, каждое предложение. Я запомню это чувство».

«Что касается меня, то я держусь, очень много читаю, постоянно читаю. Только что дочитала «Тревожное счастье» Ивана Шамякина. 600 стр. за три дня. Приседаю сто раз утром, сначала пресс и прочее. Пишу дневник. Теперь наконец на такие вещи времени у меня достаточно. Я справляюсь», - пишет Сапега.

«Я начала ориентироваться по колоколам! Поскольку живу я пока вне точного времени, часов у меня здесь нет, зато есть колокола! За окном каждый час они пробивают определенное и равное точному времени количество раз. Так я ориентируюсь, - пишет Сапега. - В зеркало себя не видела с 25-го числа, поэтому состояние кожи определяю руками, это даже забавно. Кстати, зеркало не принимали, потому что оно было не таких параметров. Нужно маленькое карманное и в пластмассовой рамке».

По словам Сапеги, ее регулярно посещает врач и «колет глюкозу для аппетита».

«Я кушаю, хорошо кушаю, честно! Ваши сладости и прочее улетают достаточно быстро :) Да, здесь есть врач и он регулярно меня посещает. Приятный человек. Выписал мне успокоительное и колет глюкозу для аппетита. Он просит называть это сывороткой правды :) Не передать, как приятно, что тебе звонят и пишут друзья из университета. Правда - очень. Передайте им, пожалуйста, большой привет, скажите, что я очень это ценю. Я горжусь, что у меня есть такие люди, как они! Передайте им это!»

«По слухам и вашим письмам (новостей здесь у меня нет), я понимаю, что стала немного известной. Никогда бы не подумала, что такое произойдет. Тем более со мной. Это тоже льстит. Как и говорила, пусть мне пишут письма».

Сапегу и Протасевича задержали 23 мая. Их самолет, следовавший из Афин в Вильнюс, совершил экстренную посадку в Минске из-за ложного сообщения о бомбе.

Сапега стала фигуранткой трех уголовных дел: об организации массовых беспорядков, групповых действиях, грубо нарушающих общественный порядок, и разжигании социальной вражды. Ее также обвинили в том, что она была редактором Telegram-канала «Черная книга Беларуси», который публиковал личные данные силовиков.