Дата
Автор
Александр Артамонов
Источник
Сохранённая копия
Оригинал материала
Пролетарии-минотавры и детские гробики. Как британские антиваксеры XVIII-XIX веков боролись с прививками
Антиваксерское движение появилось в Европе еще в XVIII веке — почти сразу после самих прививок. Именно в ту эпоху были сформулированы и этические аргументы современных противников вакцин, и их главные теории заговора. Прививок XVIII-XIX веков было из-за чего бояться, однако это не мешало антиваксерам сочинять небылицы, не менее абсурдные, чем современные рассказы о чипировании землян Биллом Гейтсом и вышках 5G, распространяющих ковид.
Английская диета и «невежественные женщины Востока»
Оспа — это страшная болезнь, которая была бичом человечества с древних времен и побеждена окончательно вакцинацией лишь в 1970-е. До появления современной медицины смертность от оспы достигала 15–60%. Те, кто выздоравливал, часто слепли или получали уродливые оспины на коже. Однако у них всегда вырабатывался пожизненный иммунитет.
Это наблюдение и натолкнуло людей на идею прививки. Если заразить человека легкой формой оспы и дать ему переболеть, он получит пожизненную защиту. Так появилась вариоляция, или инокуляция — первая в истории человечества форма прививки.
Вариоляция предполагала, что человек вступит в контакт с содержимым пустулы (гнойничка) больного оспой. Самая древняя известная вариоляция была проведена в Китае в X в. н.э. Изощренные китайские врачи собирали жидкость, высушивали, толкли в порошок и давали вдыхать людям. В других странах гной чаще просто помещали в разрез на руке.
В большинстве случаев болезнь протекала со слабой симптоматикой, привитый выздоравливал и точно так же, как и любой переболевший, получал пожизненный иммунитет. В среднем в 2–3 случаях из 100 люди тяжело болели и умирали.
Иногда вариоляция вызывала вспышки оспы — окружение привитого заражалось от него. В других случаях вариоляция оказывалась бесполезной, потому что не происходило заражения. В целом это был эффективный, но довольно опасный способ защититься от оспы.
Первые свидетельства о вариоляции оказались в руках европейских ученых в конце XVII века. Однако интерес к методу возник лишь в 1714 году, когда среди британских врачей стало распространяться письмо итальянского врача Эмманюэля Тимони, работавшего в Константинополе. Он рассказал о вариоляции среди народов Кавказа и Закавказья — черкесов, грузин и других «азиатов». Он утверждал, что метод абсолютно безопасен для любого, а все пациенты болеют легко и получают эффективный иммунитет.
Текст письма Тимони был опубликован в «Философских трудах королевского общества». Вскоре на него ответил священник из Массачусетса по имени Коттон Мазерс (за 30 лет до этого он участвовал в процессах над салемскими ведьмами). Он рассказал о традиции вариоляции в Африке, о которой узнал от своего раба Онисима — выходца из довольно развитого берберского народа гарамантов, из южной Ливии.
После того как Европа стала обсуждать вариоляцию, выяснилось, что в некоторых районах Уэльса ее практиковали как минимум с 1600 года, однако за пределы региона она так и не вышла. Вероятно, несколько народов изобрели прививку самостоятельно.
В XVIII веке в Европе началось движение в поддержку вариоляции. Его пионером стала аристократка Мэри Ворзи Монтегю. В 1715–1716 годах она переболела оспой, в результате которой покрылась многочисленными уродливыми оспинами. Через несколько месяцев супруга Мэри назначили британским послом в Турцию, где Мэри и узнала о вариоляции. В 1718 году она успешно привила своего пятилетнего сына. Вскоре семья вернулась в Лондон, где Мэри начала пропагандировать прививки.
В 1721 году по Лондону в очередной раз ударила эпидемия оспы, которая укрепила аргументы леди Ворзи. Она быстро собрала вокруг себя множество влиятельных сторонников, среди которых оказалась принцесса Уэльская и врач Ганс Слоан, через несколько лет сменивший Исаака Ньютона на посту президента Лондонского королевского общества. Они провели успешные клинические испытания вакцины на заключенных и доказали безопасность вариоляции.
Некоторое время среди знати Западной Европы и американских колоний прививка была даже модной. Шрам на плече стал символом готовности человека рискнуть во имя защиты общества от эпидемии.
Среди медиков возникли мнения как за, так и против вариоляции. Одним из первых антиваксеров стал влиятельный лондонский врач Уильям Вагстафф. В своем открытом письме 1722 года он критиковал вариоляцию с позиции «что черкесу хорошо, то британцу — смерть»: «Те, у кого мы позаимствовали это, имеют преимущество в виде теплого климата; они живут на скромной диете и в целом очень простой жизнью, а порой почти лишены средств для исполнения базовых нужд человека <…> Наша национальная кровь является продуктом богатейшей диеты <…> Поэтому нет оснований полагать, что если прививка работала в Грузии и Черкесии, то ее можно использовать и у нас, с успехом адаптированной к нашим особенностям».
При этом Вагстафф писал, что даже на Востоке вариоляцией занимаются лишь «немногие невежественные женщины», к которым обращаются «неграмотные и недалекие люди». Это письмо превратилось в небольшую книжку-брошюру, которую переиздавали семь раз и перевели на французский язык.
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]