Оригинал материала
Стивен Пинкер: «Даже понятие "несвобода" значит теперь не то, что раньше». Правда ли это?
Оцепление в Минске, август 2020
Фото: Homoatrox / Wiki
Мы в журнале «Книги» некоторое время колебались — стóит ли публиковать оптимистический отрывок из новой книги Стивена Пинкера «Просвещение продолжается: в защиту разума, науки, гуманизма и прогресса» (русский перевод выходит в августе в издательстве Альпина нон-фикшн) именно сегодня, 9 августа — в годовщину президентских выборов в Беларуси и начала массовых мирных протестов, жестоко подавленных диктатором Лукашенко.
В эти дни рассуждения об общем сокращении уровня насилия в мире и уверенном (пусть и не всегда линейном) глобальном прогрессе свободы и демократии кажутся особенно неуместными, почти циничными — и наглядно опровергаются действительностью. Но потом мы решили, что это как раз будет очень хорошая демонстрация того, как академическая наука, оперирующая «большими числами», противоречит нашей интуиции и нашему политическому опыту.
Новая книга известного канадско-американского эволюционного психолога и психолингвиста (в последние годы Пинкер, кажется, уделяет больше внимания сравнительно-историческим исследованиям и исторической статистике) продолжает развивать идеи, изложенные в его бестселлере «Лучшее в нас»: уровень глобального насилия в наше время неуклонно снижается, а мир становится все более гуманным.
То, что у нас часто складывается прямо противоположное впечатление, Пинкер объясняет исторической близорукостью — психологической предвзятостью, из-за которой мы гораздо ближе к сердцу принимаем события, наиболее близкие к нам по времени. Иными словами, сотни тысяч погибших в Сирии вызывают у нас более болезненную рефлексию, чем десятки миллионов павших в Первой мировой войне.
В книге «Лучшее в нас» (вышла по-английски в 2011-м) автор добирался в своем анализе до 2008 года. Новая книга «Просвещение продолжается» захватывает уже середину 2010-х, то есть практически описывает наши дни — и есть отчетливое ощущение, что реальность, мягко говоря, несколько сложнее, чем ее показывает Пинкер. Возможно, дело тут именно в исторической близорукости, но так или иначе: мы просто-напросто не готовы анализировать близкие к нам (а тем более затрагивающие нас) трагедии с точки зрения «большой статистики».
Глядя на то, что творится хотя бы только в Белоруссии и в России, лишь непоколебимый оптимист услышит в происходящем отголоски неуклонной поступи прогресса. Мы можем с удовлетворением осознавать, что число жертв нынешней пандемии в процентах к численности населения относительно невелико, однако вряд ли полезно оценивать реальность ковидного госпиталя с точки зрения «средней температуры по больнице».
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]