"Путин ударил". "Голос" признали иноагентом, но он все равно продолжит наблюдать за выборами

Накануне вечером Министерство юстиции внесло движение "Голос" в новый реестр незарегистрированных организаций – "иностранных агентов". Основное направление деятельности "Голоса" – "содействие гражданам в реализации их избирательных прав", проще говоря – наблюдение за выборами и мониторинг всевозможных нарушений на них. За месяц до выборов в Госдуму "Голос" поставлен перед необходимостью маркировать все свои публикации громоздким дисклеймером с указанием своего иноагентского статуса и приступить к формированию финансовых отчетов. Однако этим неприятности могут не ограничиться.

Опрошенные редакцией Сибирь.Реалии координаторы "Голоса" в сибирских и дальневосточных городах заявили, что, несмотря на всевозможные риски, продолжат работу на ближайших выборах. По их словам, они могут стать "последними выборами, на которых будут хотя бы пытаться сымитировать легитимность", а следующие, возможно, окончательно переведут в электронный формат.

Политологи считают это включение в реестр "ответочкой Путина", поскольку "Голос" наиболее полно демонстрирует избирателям масштабы выборных и предвыборных фальсификаций.

"Не было даже в эпоху Чурова"

Поводом для включения в реестр Минюст обозначил получение денег (на чей именно счет, не уточняется) от некой гражданки Армении. Без подробностей. Политологи и сами участники движения называют этот повод "явно липовым".

Сегодня руководитель "Голоса" Григорий Мельконьянц пообещал, что новый статус не станет причиной для прекращения работы движения.

– Происходящее означает: власти понимают, что не смогут получить желаемый результат на выборах честно, и боятся массового независимого наблюдения десятков тысяч подготовленных граждан в статусе наблюдателей и членов комиссий на избирательных участках. По этой причине 18 августа под покровом ночи Министерство юстиции России внесло "Голос" в реестр незарегистрированных общественных объединений, выполняющих функции иноагента. Под №1. В качестве источника иностранного финансирования деятельности движения указано: "гражданка Республики Армения", – говорит Мельконьянц. – Нет сомнений – эта атака на крупнейшее сообщество независимых наблюдателей за выборами всего за месяц до голосования призвана помешать россиянам воспользоваться тем самым правом на наблюдение, которое Конституционный суд еще 8 лет назад назвал гарантией для признания общественностью итогов голосования. Сейчас происходит прямо противоположное: по сути, общедоступное видеонаблюдение за голосованием ликвидировано, кандидатам отказывают в регистрации на выборах всех уровней без реальных обоснований, задним числом им отказывают в регистрации, а ОБСЕ (Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе) впервые с 2008 года пришлось отказаться от международного наблюдения за российскими выборами, так как соблюсти установленные российскими властями абсурдно жесткие требования к численному составу международной миссии невозможно!

По словам руководителя "Голоса", подобного прессинга на наблюдателей, кандидатов, партии, журналистов и избирателей вообще "не было даже в эпоху Чурова".

– Идет постоянное давление на самые независимые СМИ, самых ярких журналистов, против оппозиции власти применяют все новые репрессивные законы. Ощущение, что организаторов выборов в принципе не волнует, признают итоги выборов сами россияне и вообще в мире или нет, – считает Мельконьянц. – Что касается "Голоса", то за 21 год работы мы уже сталкивались с попытками помешать независимому наблюдению за выборами – нас включали в "иноагенты", в офисах и домах участников движения вели обыски, нам угрожали, арестовывали, были даже нападения. В отличие от 2013 года этот статус присвоен движению без прав юридического лица (в 2013 году "Голос" первым в России включили в реестр "иностранных агентов"; Минюст на полгода приостановил работу движения; позже ведомство ликвидировало организацию, но наблюдатели продолжили работу; в феврале 2021 года Минюст объявил о создании нового реестра незарегистрированных организаций-"иноагентов", присоединив его к реестрам "иностранных агентов" – зарегистрированных НКО и СМИ. – Прим. С.Р.). Тем не менее, "Голос" работал тогда, будет работать и сейчас. Надеюсь, что следствием этого давления станет еще более деятельное участие граждан в выборах депутатов Госдумы. Они запишутся в наблюдатели, позовут туда своих родных и знакомых.

"Не удивил, но напугал"

О включении "Голоса" в третий по счету реестр "иноагентов" стало известно в среду, поздно вечером по Москве. Ранним утром в Приморье волонтеры движения об этом еще не знали.

– Вот от вас и узнал: Москва как всегда – в ночи сделает, Дальний Восток – с утра удивляется, – говорит координатор движения во Владивостоке Андрей Гусев. – С учетом того, что в 2013 году "Голос" как юрлицо уже вносили в похожий список, это меня, конечно, сильно не поражает. Но неприятно, что уж скрывать. Я думаю, это демонстрация общего тренда на подавление независимых кандидатов, наблюдателей. Кандидатов оппозиционных по возможности поснимали с выборов, дошло дело до общественных организаций, движений. Хотят зацепить по возможности всех, кто может помешать фальсификации. Пока я по нашим наблюдателям, партиям не вижу изменений, принципиально в нашей работе ничего не изменилось. Но пока рано говорить о количестве волонтеров, еще месяц до голосования – пока народ в отпусках, поток наблюдателей впереди.

Координатор движения "Голос" в Томске Анна Юдина, напротив, говорит, что в ее регионе количество волонтеров, захотевших стать в этом году наблюдателями на выборах, рекордно повысилось. Она связывает это с успехом независимых кандидатов на региональных и муниципальных выборах прошлого года.

– После выборов в городскую думу в Томске в прошлом году здесь сильно повысился интерес к наблюдению, но он в принципе от года к году рос. И партии, и кандидаты это отмечают. Плюс федеральная кампания этот интерес усилила. С "Яблоком" мы традиционно работали. А в прошлом году с нашими наблюдателями начали работать из КПРФ, Партии Роста. Мы им помогали готовить наблюдателей, направляли своих волонтеров на участки. В 2017 году ситуация же была совсем другая.

– Может это включение в реестр иноагентов изменить список партий, отправляющих ваших наблюдателей на участки?

– В теории – может. Но, бывает, что помимо партий где-то Общественные палаты идут на сотрудничество. Годом ранее, когда по голосованию за поправки к Конституции было голосование, мы только от Общественной палаты и могли направлять наблюдателей. Предварительно созвонились, просто чтобы обозначиться, что наблюдатели будут приходить от нас, – никаких проблем у нас не возникло.

Но помню, что в других регионах бывало и такое – одна партия неожиданно накануне голосования отзывает направления. У нас на президентских выборах случилось подобное: один из кандидатов отозвал свое доверенное лицо, от которого у нас были направления, но у нас было достаточно времени, чтобы это исправить и найти альтернативу.

– Если все так беспроблемно, почему давление на "Голос" происходит?

– Я думаю, наш регион – скорее исключение. И работа с нарушениями строится в другом формате, нежели в соседних регионах. Мы не наблюдали жестких нарушений, фальсификаций, на наблюдателей нормально реагируют в комиссиях. Но в других регионах, я знаю, по-другому. Например, в Кемерове, куда я сама ездила наблюдателем, – такой коммуникации с комиссией, как привычно в нашей области, не сложилось. Там очень остро реагируют на наблюдателей. Разговоры о включении в этот реестр ходили. Но даже если чего-то ждешь, это все равно застает врасплох.

Будем работать с тем, что есть. На текущий момент статус, который приобрело движение, не предполагает никаких изменений в деятельности, кроме требуемой маркировки об иноагентах: мы по-прежнему можем готовить наблюдателей и, безусловно, будем это делать. Хотя бы уголовная ответственность нам не грозит.

"Институт наблюдения вымирает"

Координатор движения на Алтае Катерина Кильтау признается, что новый статус движения ее совсем не удивил, но напугал.

– Еще в феврале, когда были приняты поправки в законодательство и возник такой реестр незарегистрированных общественных объединений, мы понимали, к чему дело идет. Как в 2013 году "Голос" первый в список "иноагентов" попал, так и сейчас. Можно сказать, полгода уже говорили, ждали, "Голос" в принципе осознавал, что такой вариант возможен. Поэтому в таком уязвимом положении мы оказались вовсе не внезапно.

Думаю, будет лукавством, если вам кто-то из координаторов скажет: "Мне не страшно". Но нужно действовать по обстоятельствам. Посмотрим, как дальше будут развиваться события. Пока я продолжаю работу, как и прежде. Надеюсь, что если сыграть по правилам, которые они устанавливают, ставить маркировки, то эти выборы отработаем.

Единственная проблема возникает, конечно же, с тем, что многие партии, кандидаты после включения "Голоса" в новый реестр "иноагентов", возможно, начнут бояться сотрудничать. Есть надежда, что даже самые опасливые поймут, что "Голос" – не только некая институция, а в первую очередь сообщество людей, которые объединены идеей справедливых, честных, свободных, открытых выборов. И у этих людей есть знания о том, как эффективно вести наблюдение, как процедура голосования должна быть выстроена и т.д.

Поэтому я надеюсь, что партии и кандидаты продолжат сотрудничать с людьми, которые разбираются во всех электоральных, избирательных процедурах для обеспечения честности ближайших выборов. У самих участников движения в принципе нет никаких полномочий для того, чтобы направлять наблюдателей. Направления могут давать кандидаты, партии, Общественные палаты. А "Голос" занимается информационной и методической поддержкой, проводит обучение и тренинги.

– Пока никто из ваших партнеров не отказался от сотрудничества?

– Пока в моем регионе такого нет. Но мы с коллегами сейчас переписываемся, и я вижу, что в одном из регионов с самого утра координатору звонили представители КПРФ и ЛДПР – сказали, мол, скорее всего, откажемся от сотрудничества с вами. Это, может быть, сделано поспешно, и люди передумают, поэтому не раскрываю, какой регион.

Мне пока еще никто не звонил, не писал. Посмотрим, потому что ситуация развивается слишком стремительно. Как вы видите, под покровом ночи, ровно за месяц до выборов.

– Вы лично как оцениваете произошедшее?

– Считаю, это атака на общественный гражданский контроль. Люди, которые приняли это решение, должны понимать, что стреляют в ногу не "Голосу", а себе. Все последние тенденции таковы – отказы в регистрации оппозиционным кандидатам, отмена массового видеонаблюдения, драконовские нововведения для аккредитации журналистов, теперь еще вот это.

Ощущение, что власти сами не хотят, чтобы люди поверили в результаты сентябрьских выборов. Чтобы у них вообще сохранилось какое-то доверие. Иначе как абсурдной эту ситуацию просто не могу назвать. Мы видим, что рейтинг доверия к "партии власти" падает, доверие к самому институту выборов падает много лет. По идее, нужно предпринимать шаги, которые бы это доверие повышали, но в последние месяцы власти делают абсолютно обратное. Для меня это абсолютный парадокс.

– Я правильно поняла – в вашем регионе число волонтеров, идущих в наблюдатели, снижается?

– Я координатор только последний год, но в наблюдательском сообществе уже несколько лет и кухню вижу изнутри. Очень противоречивая ситуация: как уже упомянула, доверие к институту выборов падает, с другой стороны, активисты становятся еще сознательнее. Вспомним, например, выборы в 2011 и 2012 годах – явно история с наблюдательским корпусом цветистее, чем, например, сейчас. На таких примерах люди видят, что выборы минимально конкурентны: "Смысл участвовать в этом фарсе?" – думают многие. Но есть и те, кто занимает кардинально иную позицию и считает, что на фоне нарушений, репрессий на выборы нужно ходить с еще большим упорством. Такие записываются в волонтеры, по ним я вижу, что многим искренне надоели фальсификации, – они говорят: "Мы хотим следить". Не могу сказать, что идет большой поток в наблюдатели. Лет 10 лет назад он явно был больше, но люди идут.

Координатор движения "Голос" в Красноярске Елена Яковенко расстроена, но считает, что сидеть сложа руки – тоже не вариант.

– Признаюсь, меня эта новость сильно расстроила. До последнего была надежда, что хотя бы наблюдателей не тронут. Но нет. Несмотря на это, работу мы все равно продолжим. Ведь это только подтверждает острую необходимость в ней – власти опасаются независимого наблюдения на выборах, делают максимум возможного, чтобы его сорвать. Власть не заинтересована в том, чтобы на участке был обученный грамотный наблюдатель, который разбирается в юридических аспектах, знает о том, что имеет право делать комиссия, что нет. Присутствие такого человека на участке очень затрудняет фальсификации, а если общественных наблюдателей несколько – практически исключает такую возможность. К примеру, в апреле на довыборах в горсовет Красноярска председатель комиссии внезапно стала требовать от наблюдателей подписать некую бумагу о том, что они якобы ознакомлены с ответственностью за совершение неких противоправных действий. Эту информацию мы тут же поместили на карту нарушений "Голоса", а на участок позвонили из территориальной избирательной комиссии – попросили самодеятельностью не заниматься, бумажки убрать. Председатель принесла извинения наблюдателям. Так что механизм работает, хотя согласна – в некоторых случаях противостоять нарушению прав избирателей даже нам не удается. Но не делать ничего – это же тоже не вариант.

– Как изменилось число волонтеров, идущих в наблюдатели?

– Стало больше. Думаю, оттого, что избиратели, следящие за политическими процессами в России, опасаются, что это последние конкурентные выборы – хотя бы есть кандидаты более-менее независимые и надо идти их отстаивать. Люди видят, как в стране постепенно внедряется электронное голосование, а с ним вымирает и институт наблюдения, выборов сам по себе. Идут поучаствовать в последних выборах, на итоги которых хоть как-то можно повлиять, попытаться, по крайней мере.

Политолог Аббас Галямов считает, что присвоение "Голосу" статуса иноагента – свидетельство того, что в Кремле очень нервничают.

– Буквально в июне вы "обещали", что за месяц до выборов российские власти прекратят репрессии.

– Я говорил о том, что не будет таких жестких вещей, как посадки, репрессии в отношении кандидатов. Все же ни Соболь, ни Гудкова, ни фигурантов "санитарного дела" не посадили, ограничились условными приговорами или домашними арестами, Гудкова просто выдавили за границу.

О том, что режим станет полностью травоядным, речи никогда не шло. Говорил, что постараются минимизировать число репрессий, которые способны вызвать бурю эмоций. Действия в отношении "Голоса" – это не то, что вызовет волну эмоций, это все-таки абстрактный в сущности, не конкретный человек – это некая организация. Ее, в конце концов, в тюрьму не посадили, никого палками не избили, просто ярлык приклеили. Тогда я считал, что режим постарается без этого обойтись, но что победит – здравый смысл или эмоции, неясно было.

Понятно, когда рейтинг "Единой России" падает постоянно, риск протестного голосования возрастает, в Кремле сильно нервничают, эмоционально действуют. Как иначе можно оценить такой повод, как денежный перевод "Голосу" от неизвестной гражданки Армении? Очевидно, что ничего более похожего на правду впопыхах "нарыть" не удалось, поэтому использовали этот смехотворный повод. Конечно, это приведет к росту недовольства со стороны политизированной публики. Это выглядит как откровенное злоупотребление правом.

– То есть это включение в иноагенты под влиянием страха было сделано?

– Это результат понимания властями того, что выборы легкой прогулкой не получаются никак. Это попытка создать проблемы тем, кто создает проблемы им. Кто мешает? Оппозиционные кандидаты – снять, не зарегистрировать. "Голос" – почему до сих пор не "иностранный агент"? Почему СМИ объявили "иностранными агентами", а "Голос" до сих пор не объявили? Давайте ищите и делайте.

Для Путина принципиально важно выглядеть сильным. А сильный, в его понимании, от слабого отличается тем, что на удар всегда отвечает ударом. "Голос" нас бьет, значит, и мы его должны в ответ бить. А иначе получается: они нас бьют, а мы утираемся? Этав реестр-иноагентов потребность нанести ответный удар перевешивает все остальные аргументы. Вот Путин и ударил "Голос".

– Действительно ли "Голос" бьет? Большая часть исков, жалоб движения судами и избиркомами не признается: "нарушений не обнаружено"...

– Сила "Голоса" не в том, что по его жалобам избиркомы, суды вдруг начнут честно работать. Никаких иллюзий ни у кого нет. Сила "Голоса" в том, что он абсолютно профессионально, с детальным знанием предмета (специалисты "Голоса" не хуже избиркома, судов или Кремля разбираются в юридической составляющей российских выборов, как и в сугубо политической) описывает происходящее общественности. На вопрос сомневающихся "Выборы у нас честные или не честные?" – "Голос" профессиональным языком отвечает: "Нет, выборы не честные". Речь идет о борьбе за общественное мнение. А апеллировать к общественному мнению "Голос" может не хуже, а даже лучше, чем Центризбирком.

– Но маркировка или финотчеты – это же не единственное, что несет статус иноагента. Повлияет это на отношения "Голоса" с партиями, которые делегируют его наблюдателей на участки?

– Да, наверное, сейчас ко всем партиям будут обращаться с угрожающим вопросом: "Вы что, с "иностранными агентами" сотрудничаете?"

Конечно, сотрудничество "Голоса" с остальными структурами будет осложнено. Но в этом смысл операции и заключается.

И думаю, многие партии [от "Голоса"] отрекутся. Я в цифрах измерять это не буду, но большинство – противники того, чтобы на свою голову проблемы себе искать. Поэтому те, кто при прочих равных готовы были с "Голосом" сотрудничать, сейчас откажутся от этого. Но и утверждать, что это полностью закроет проблему для режима, – тоже нельзя.

У "Голоса" все равно достаточно источников информации, а партии, если не возьмут наблюдателей от "Голоса", какое-то количество своих наблюдателей все равно выставят – уже их претензии "Голос" соберет, обработает и все равно выдаст общественности в виде какого-то заключения.

– В первую очередь от "Голоса" начнут отрекаться партии из "системной оппозиции", КПРФ, ЛДПР?

– Конечно, все системные партии сейчас будут стараться минимизировать свое взаимодействие с "Голосом". Хотя про КПРФ трудно сказать. С одной стороны, они системная партия: от сотрудничества с "иностранным агентом" им не очень по себе. А с другой стороны, власти злят коммунистов явно несправедливым снятием с выборов их кандидата Павла Грудинина и явно несправедливым информационным освещением деятельности КПРФ в государственных СМИ. Какой импульс победит – тот, что толкает КПРФ в сторону от "Голоса"– "иноагента", или злость на власть, которая ведет себя подобным образом? Сказать невозможно, – считает Аббас Галлямов.

На сайте движения "Голос" появилось заявление, в котором его авторы сообщают, что намерены продолжить свою работу даже в статусе "иноагентов". Они призывают активно записываться в наблюдатели и помочь движению материально: "даже 100 рублей не будут лишними в нынешней ситуации".

"Мы убеждены, что гражданское общество за последние 20 лет многому научилось и окрепло. И те, кто пытается украсть у народа страну, тоже это чувствуют. Поэтому вместе мы обязательно справимся", – говорится в заявлении, размещенном на сайте движения "Голос".