Оригинал материала
«Российские власти не будут предпринимать никаких действий против Рамзана Кадырова»
ЕСПЧ признал неэффективным расследование убийства чеченской правозащитницы Натальи Эстемировой
Европейский суд по правам человека принял решение по жалобе Светланы Эстемировой, сестры чеченской правозащитницы и журналистки Натальи Эстемировой.
Наташа была похищена утром 15 июля 2009 года в Грозном недалеко от своего дома, вывезена в соседнюю с Чечней Ингушетию и расстреляна на обочине дороги. ЕСПЧ не признал нарушения статьи 2 Европейской конвенции (право на жизнь) в плане ответственности российских властей за убийство Натальи Эстемировой, но признал нарушения по этой же статье в плане отсутствия эффективного расследования преступления, а также нарушение статьи 38 ЕКПЧ (намеренное непредоставление суду всех материалов дела). Суд присудил заявителю 20 000 евро компенсации.
В 2010 году следствие выдвинуло версию, что Наташу Эстемирову похитили чеченские боевики, входившие в так называемый шалажинский джамаат, назвали имя одного из боевиков — Алхазур Башаев — и объявили его в федеральный и международный розыск.
Мотивом убийства, по версии следствия, стала анонимная публикация «Мемориала»* весной 2009 года о спецоперации в селе Шалажи. Каким именно образом боевики шалажинского джамаата установили, что автором информационного сообщения является Наташа Эстемирова, а не какой-либо другой сотрудник чеченского филиала «Мемориала» (а тогда в Чечне работало два отдела и сотрудников было не так чтобы мало), следствие не пояснило.
Коллеги Наташи Эстемировой из правозащитного центра «Мемориал» (признан государством иностранным агентом за свою исключительно важную для российского общества работу) и журналисты «Новой газеты» выяснили, что
на самом деле Алхазур Башаев был убит в ходе спецоперации в Чечне в ноябре 2009 года. И скорее всего, уже после его смерти в дом Башаева подкинули улики
(в том числе орудие убийства, по версии следствия, а также поддельное удостоверение сотрудника чеченской полиции, для изготовления которого могли использовать фотографию Башаева с паспортной формы № 1, хранящейся в архивах чеченского МВД).
Главное же, что установили правозащитники и журналисты, ДНК Алхазура Башаева и ДНК убийц, полученные при исследовании тела Наташи Эстемировой, категорически не совпадают. Генетические исследования по нашему обращению проводил Игорь Корниенко, один из лучших в России экспертов-генетиков, доктор биологических наук, зав. отделением молекулярно-генетической идентификации филиала 111 Главного государственного центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиза Минобороны России. Он выполнил заключение на таком высоком доказательном уровне, что российское правительство даже не поставило его выводы под сомнение во время коммуникации по жалобе Светланы Эстемировой в Страсбургском суде. Вообще у следствия с самого начала были ДНК минимум трех похитителей, одной из которых была женщина. И вот с такими уликами (далеко не в каждом заказном убийстве киллеры оставляют свои генетические данные) следствие умудрилось полностью провалить расследование.
На то, конечно же, была причина, и вот этой причине, собственно говоря, и посвящена жалоба Светланы Эстемировой.
С того самого момента, как правоохранительным органам стало известно о похищении Наташи Эстемировой, ими игнорировались все факты, свидетельствующие о возможной причастности к этому убийству государственных агентов в лице сотрудников чеченской полиции и высокопоставленных чеченских чиновников.
В жалобе описано несколько ситуаций, когда Наташе Эстемировой за ее деятельность угрожали лично Рамзан Кадыров и его подчиненные.
Первые угрозы от Кадырова Эстемирова получила во время их совместной поездки с Анной Политковской в родовое село Кадырова Центорой в 2004 году:
«В то утро Наталья позвонила председателю Госсовета Чечни Таусу Джабраилову. Джабраилов сообщил, что в Гудермесе боевик сдастся добровольно, и пригласил Анну для освещения этого события. Он связался с ней через Наталью. Наталья решила присоединиться к Анне, так как ей было бы слишком опасно идти одной. Однако вместо Гудермеса, где ожидалась сдача боевиков, их привезли в Центорой, родное село Рамзана Кадырова.
По словам обеих, он очень агрессивно вел себя по отношению к Анне. Он очень вульгарно оскорбил Анну, как позже рассказывала Анна в «Мемориале». Он настаивал на том, что Анна была врагом и что ее нужно было застрелить в Москве на улице. В какой-то момент он буквально начал набрасываться на Анну, поднял на нее руку, и именно тогда Наталья встала между ними — Кадыровым и Анной Политковской, — пытаясь предотвратить агрессию против журналистки…
[Когда они вернулись] …Анна Политковская долго плакала в офисе. Она чувствовала себя напуганной, униженной и бессильной. Мы все очень боялись и за Анну, и за Наталью. Мы понимали, что Кадыров запомнил Наталью, и знали, что это значительно увеличивало риски ее безопасности…»
Еще одна личная встреча Кадырова и Наташи состоялась 21 февраля 2008 года, когда она дала интервью телеканалу «РЕН ТВ», в котором критиковала политику властей, навязывающих женщинам чуждый и Чечне, и России исламский дресс-код:
«Кадыров вызвал ее в свой кабинет, где кричал на нее, и намекнул, что с ее дочерью [Ланой] может случиться что-то плохое, если она продолжит выступать против его политики… Он также сказал, что у него были руки в крови, он убивал людей, но ему не было стыдно, потому что он боролся с врагами республики».
На этой встрече присутствовала известная во всем мире российская правозащитница Светлана Ганнушкина. На суде по уголовному делу о клевете, которое было возбуждено по заявлению Рамзана Кадырова против правозащитника Олега Орлова, Светлана Ганнушкина дала официальные показания и подтвердила угрозы Кадырова в адрес Наташи: «Кадыров вел себя агрессивно и угрожал Эстемировой, он сказал Эстемировой не предавать огласке свое мнение и информацию о том, что происходит в Чечне, и приказал уволить [Наташу] из своего совета по правам человека».
После этого разговора Наталья Эстемирова была вынуждена эвакуироваться вместе с 14-летней дочкой на несколько месяцев за пределы России.
Буквально за неделю до убийства Натальи Эстемировой депутат Госдумы от Чечни и ближайший к Рамзану Кадырову чиновник Адам Делимханов
приравнял правозащитников «к врагам [чеченского] народа и [российского] государства и заявил, что они подлежат аннигиляции».
За несколько дней до убийства Наталья Эстемирова опубликовала на сайте «Кавказский узел» информацию о внесудебной казни жителя Чечни Ризвана Альбекова, к которой могли быть причастны, по показаниям опрошенных местных жителей, сотрудники Курчалоевского РОВД (тогда его возглавлял один из самых опасных чеченских силовиков, родственник и бывший охранник Ахмата Кадырова Хамзат Эдельгериев, его побаивался даже Рамзан, сегодня Эдельгериев — главный егерь Чечни). Ризвана Альбекова незаконно задержали по подозрению в снабжении боевиков хлебом и расстреляли на глазах жителей села. Сын Альбекова Азиз бесследно исчез. По крайней мере, следователь по особо важным делам ГСУ по СКФО Игорь Соболь в разговоре с «Новой газетой» признал, что правоохранительные органы не могут установить его местонахождение, чтобы получить показания по обстоятельствам убийства отца.
За два дня до убийства Наташи уполномоченный по правам человека при главе ЧР Нурди Нухажиев вызвал к себе руководителя грозненского офиса «Мемориала» Шахмана Акбулатова. Сказал ему, что
«интервью [Наташи] по делу Альбекова очень разозлило некоторых высокопоставленных чиновников «наверху»,
и посоветовал, чтобы Наташа была «более осторожной в своей работе». Нухажиев также добавил, что «если бы Анна Политковская была более осторожной, она была бы жива сегодня и выполняла бы свою важную работу».
В день похищения и убийства Наташи Эстемировой, сказано в жалобе, государство в лице своих правоохранительных органов фактически ничего не сделало для предотвращения похищения (очевидцы рассказали коллегам Наташи о том, что ее похищение происходило, по сути, на глазах чеченских полицейских, но они ничего не предприняли, хотя Наташа кричала, что ее похищают, и отчаянно сопротивлялась). В местной полиции коллегам Наташи предложили прийти с заявлением о ее пропаже через три дня.
А когда стало известно об обнаружении тела Наташи на территории Ингушетии, следствие не изъяло видеозаписи с КПП «Кавказ-1» для оперативной идентификации машины похитителей. До настоящего времени потерпевшим неизвестно, какие первичные (и самые важные) следственные действия были предприняты для установления личностей убийц по горячим следам. Все материалы следствия за 2009 год, с момента убийства до выдвижения следствием несостоятельной версии о причастности к убийству Наташи жителя Шалажей Алхазура Башаева, до сих пор засекречены от потерпевших.
В день похищения и убийства Наташи ее коллеги из Москвы дали показания следователям, приехавшим из Ханкалы, о возможной причастности к этому преступлению (по крайней мере наличии очень веского мотива) главы Чечни и его силовиков (в частности, речь шла о Хамзате Эдельгериеве и сотрудниках Курчалоевского РОВД). Следователи в ответ сказали коллегам Наташи, что им следует вести себя очень осторожно, так как за ними организовано наружное наблюдение. Следователи не сделали попытки установить, кто именно осуществляет незаконные оперативно-розыскные мероприятия (ОРМ).
Сотрудник «Мемориала» Ахмед Гисаев дал показания о том, как 13 августа 2009 года его и его жену остановил белый автомобиль ВАЗ-2107 (на автомобиле такого же цвета и марки была похищена Наташа месяцем ранее), четыре или пять вооруженных людей в военной форме выскочили из машины и наставили на них оружие. Они забрали паспорт [Гисаева] и его удостоверение сотрудника «Мемориала». Они передали паспортные данные по радио, а затем один из них саркастически спросил: «Это была ваша коллега, убитая? Почему она была убита, вы знаете?» Примерно через 15–20 минут они вернули документы, сели в свою машину и уехали. Те же сотрудники прибыли к дому [Гисаева] в сопровождении большого количества других вооруженных лиц и трех БТР и обыскали его [не предъявив постановления на обыск]…
Ахмед Гисаев сообщил об этих инцидентах следователю Игорю Соболю, и г-н Соболь сказал, что оставаться Гисаеву в Чечне очень опасно и что
российские власти не будут предпринимать никаких действий против Рамзана Кадырова или его сил ни при каких обстоятельствах.
В результате прямых и косвенных угроз несколько ключевых сотрудников чеченского офиса «Мемориал» были вынуждены покинуть Россию и просить политического убежища. Российские власти не защитили никого из них, не было попыток предоставить госзащиту и непосредственным свидетелям похищения Наташи Эстемировой, способным опознать похитителей.
Через некоторое время после убийства Наташи в Грозном были похищены и убиты сотрудники организации «Спасем поколение» Алик Джабраилов и Зарема Садулаева (следствие установило, что одним из похитителей был сотрудник Курчалоевского РОВД Акбулатов, который позже погиб при невыясненных обстоятельствах), а 31 октября 2009 года во время спецоперации, которой руководил, по его собственному признанию, лично Рамзан Кадыров, была похищена и бесследно пропала чеченская активистка Зарема Гайсанова.
Все эти преступления, включая внесудебную казнь Ризвана Альбекова, которой занималась Наташа Эстемирова накануне своего убийства, остаются нерасследоваными.