Оригинал материала
В Украине власти тоже блокируют популярные СМИ. И (часто) тоже без суда, просто решением Совбеза. Свобода слова и там под угрозой?
Президент Украины Владимир Зеленский с начала 2021 года регулярно прибегает к санкциям против своих оппонентов внутри страны. Закон дает такое право ему и Совету национальной безопасности и обороны (СНБО) — и они используют его в том числе против оппозиционных СМИ. В феврале под санкции попали телеканалы 112, NewsOne, ZIK, а в августе санкции ввели против учредителя популярного онлайн-издания «Страна» Игоря Гужвы. Все эти СМИ имеют репутацию «пророссийских», критикуют Зеленского за отказ от примирения с Донбассом, ущемление прав русскоязычных граждан и поддержку националистов. Власть в свою очередь утверждает, что защищает национальную безопасность, и обвиняет эти медиа в продвижении «кремлевской повестки». Но непрозрачность принимаемых решений позволяет оппозиции говорить о наступлении на свободу слова. По просьбе «Медузы» в конфликте разбирался журналистКонстантин Скоркин.
Санкции против «своих»
Самый сильный удар президентские санкции нанесли по медиаимперии «кума Путина» Виктора Медведчука. При предшественнике Владимира Зеленского Петре Порошенко, несмотря на то, что тот считался антироссийским политиком, медийные и политические позиции олигарха только укреплялись. Он играл роль кремлевского посредника на различных переговорах с официальным Киевом и, как утверждают украинские журналисты-расследователи, был даже непубличным деловым партнером экс-президента Украины.
В конце правления Порошенко Медведчуку и его соратнику Тарасу Козаку удалось создать свой медиахолдинг. В декабре 2018 года Козак приобрел новостные телеканалы 112 (в прошлом по сложной цепочке владения принадлежал людям из окружения Виктора Януковича) и NewsOne (ранее контролировался семьей народного депутата Евгения Мураева). В июне 2019 года к ним прибавился западноукраинский телеканал ZIK, приобретенный у львовского олигарха Петра Дыминского.
На базе трех каналов был создан медиахолдинг «Новости/Новини», который вскоре занял пятую позицию в рейтинге украинского телевещания. Это уравнивало информационное влияние Виктора Медведчука с другими олигархическими группами Украины — телевизионными империями Рината Ахметова, Игоря Коломойского, Виктора Пинчука и Дмитрия Фирташа. Наибольшей популярностью каналы холдинга пользовались на юго-востоке Украины.
После прихода к власти Зеленского между ним и Медведчуком началась острая борьба, в которой большую роль играли информационные ресурсы пророссийского политика. Сам Зеленский не располагал сопоставимой медийной поддержкой и зависел от благосклонности олигархов, контролирующих основные общенациональные каналы. В начале 2021 года, когда президентский рейтинг Зеленского начал стремительно падать, тот решился нанести удар по медиаимперии оппонента.
2 февраля 2021 года Совет национальной безопасности и обороны (СНБО) ввел трехлетние санкции против Тараса Козака и его компаний, активы которых были заморожены. Основанием для введения санкций стали данные Службы безопасности Украины (СБУ), доказывавшие финансирование телеканалов из средств, полученных от торговли углем в не контролируемом Киевом Донбассе. Провайдеры отключили телеканалы от вещания, а по запросу министерства культуры Украины были заблокированы их аккаунты в ютьюбе.
Закон «О санкциях», на основании которого принимает решения СНБО, был принят 14 августа 2014 года на фоне проводившейся антитеррористической операции (АТО) в Донбассе и был задуман как мера противодействия агрессивным действиям России и донбасских сепаратистов. Согласно ему, санкции могут быть введены не только против иностранных государств, но и граждан, а также юрлиц, находящихся под иностранным «контролем» и контролем тех, кто занимается терроризмом. Решение принимает СНБО, в котором под руководством президента заседает высшее руководство страны.
Санкции, введенные в феврале 2021 против Козака, как минимум формально соответствовали требованиям закона, так как СБУ установила связи Козака с Россией («страной-агрессором») и ДНР/ЛНР (признанными в стране террористическими организациями). А телеканалы были заблокированы, поскольку закон предусматривает ограничение на предоставление телекоммуникационных услуг и использование телекоммуникационных сетей. Но против другого олигарха — Дмитрия Фирташа — санкции тоже введены, а его канал «Интер» до сих пор работает.
Зеленский назвал свои действия «борьбой в информационной войне за правду и европейские ценности». Сами телеканалы обвиняли президента в подавлении свободы слова, а партия Медведчука «Оппозиционная платформа — За жизнь» (ОПЗЖ, располагает второй по численности фракцией в Верховной раде) пригрозила президенту импичментом, но дальше деклараций дело не пошло.
Опрос социологов из группы «Рейтинг» показал, что украинское общество раскололось: 49% поддержало санкции, 41% выступает против. Киевские собеседники «Медузы», однако, обращают внимание на то, что закрытие телеканалов не вызвало никаких серьезных протестов в регионах, где сосредоточены их зрители.
«Я бы предположил, что тут дело, во-первых, в отсутствии привычки выражать недовольство через протесты у той аудитории, которой были интересны каналы Медведчука. Ничего хорошего у этой аудитории с уличным протестом не ассоциируется, — говорит аналитик, автор издания „Европейский диалог“, Денис Юдин. — Во-вторых, нет организационной структуры под такой протест — ОПЗЖ как-то совсем не про улицу, да и понятно, что далеко не все в ОПЗЖ искренне опечалены судьбой Медведчука».
Той же точки зрения придерживается и главный редактор издания «Вести.ua» Антон Савичев: «Дело в аудитории. Это люди, которые не приемлют протесты как форму политической активности. Эти люди, наверное, не так идеализируют Майдан [как его сторонники]. У нас в стране улицу контролируют националисты, поэтому любые протесты в защиту альтернативной повестки чреваты проблемами».
Все это, похоже, убедило команду Зеленского в правильности выбранной тактики.
Как украинцы остались без «Страны»
Новыми объектами санкций стали контрабандисты, «воры в законе», ряд предпринимателей и собственники СМИ. Фактически речь пошла о чрезвычайных президентских декретах, которые издаются произвольно и не имеют четкого правового обоснования.
Особый резонанс в украинском обществе вызвали санкции против учредителя интернет-издания «Страна.ua» Игоря Гужвы, в результате которых сайт был заблокирован. Это известный украинский медиаменеджер, который в 2003–2012 годах возглавлял ежедневную газету «Сегодня», входившую в холдинг олигарха Рината Ахметова, а в 2013–2015 был главой медиахолдинга «Вести». Бывшие коллеги Гужвы в разговоре с «Медузой» характеризуют его как трудоголика, профессионала высокого класса и при этом «стопроцентно промосковского» по убеждениям.
Сейчас Игорь Гужва находится за пределами Украины: в 2018 году он получил политическое убежище в Австрии, так как при Порошенко против него возбудили уголовные дела по обвинению в уклонении от налогов и вымогательстве. Сам Гужва считает, что стал жертвой политических преследований.
«Страна» была создана командой Гужвы в 2016 году и быстро завоевала популярность как оппозиционное издание — вначале по отношению к Порошенко, а затем и к Зеленскому. «Страна» входила в первую десятку онлайн-СМИ Украины по итогам совместного исследования Интернет-ассоциации Украины и Similarweb: в первые месяцы 2021 года она заняла девятое место по среднемесячному количеству уникальных посещений (2,7 миллиона) и пятое — по суммарному количеству просмотров (158 миллионов).
В украинском журналистском сообществе отношение к изданию неоднозначно.
«„Страна“ может показывать ту неприглядную часть картины, на которую остальные, возможно, в силу своей зашоренности не обращают внимания. В этом плане сайт полезен для восприятия ситуации внутри Украины, — полагает редактор „Реальной газеты“ Андрей Дихтяренко. — Другое дело, что воспринимать информацию, которую они подают, нужно, настраивая определенные фильтры из-за [их] политической ангажированности».
В частности, «Страна» очень подробно освещала региональные события, подробности жизни местных элит, бизнес-конфликты. И в целом давала взгляд на страну, который разительно отличался от условно «промайданного» мейнстрима.
В свою очередь, заместитель главного редактора издания «Заборона» Юлиана Скибицкая описывает методы работы «Страны» не слишком лестно: «Анонимные источники, в существовании которых есть сомнения, желтые заголовки, лояльное отношение к кремлевской повестке и агрессивное лоббирование интересов ОПЗЖ».
К примеру, в период создания Православной церкви Украины (ПЦУ) издание фактически солидаризировалось с позицией Московской патриархии, считающей ее «раскольнической».
Вводя санкции против учредителя «Страны», СНБО исходил из непрозрачности финансирования издания, которое якобы получает поддержку из источников, связанных с Россией. «Мы против „Страна.ua“ никаких санкций не вводили. Мы ввели санкции в отношении ее владельца, господина Гужвы. Который является апологетом Российской Федерации. Который сотрудничает с Российской Федерацией. Который оттуда получает помощь», — комментировал решение СНБО его секретарь Алексей Данилов.
Советник главы офиса президента Украины Михаил Подоляк в комментарии «Медузе» заявил, что в случае со «Страной.ua» речь идет не о журналистике, а об «агрессивной пропаганде, которая продуцируется иной страной и которая в полном объеме ретранслируется формально украинским носителем. Тем более что финансирование ретранслятора имеет абсолютно непрозрачное происхождение».
В свою очередь, Гужва утверждает, что является единственным владельцем и инвестором своего СМИ. «Все доходы, которые я планирую вкладывать в свой проект, который я рассматриваю в первую очередь как бизнес-проект, — все они указаны мной в декларации» — говорил Гужва в интервью профильному изданию о СМИ «Детектор».
Однако люди, знакомые с украинским медиарынком, ставят слова Гужвы под сомнение. Медиаменеджер Леонид Цодиков, работавший с Гужвой в холдинге Ахметова, отмечает в разговоре с «Медузой»: «Любому человеку, сведущему в медиа, очевидно, что „Страна“ не генерирует денежный поток, достаточный для существования. Это, пожалуй, единственное медиа в Украине, источники покрытия убытков которого неизвестны. Если Совбез имел информацию о том, что эти источники аффилированы с агрессором, то он обязан был сделать то, что сделал. Если нет, то это преступление. Гужве достаточно раскрыть бенефициара — и все встанет на свои места».
В качестве примера Цодиков приводит прошлый медиапроект Гужвы — холдинг «Вести». Тогда Гужва также заявлял себя владельцем проекта, но после его ухода из холдинга его заместитель Светлана Крюкова признала, что финансированием «Вестей» занимаются структуры Александра Клименко, бывшего министра доходов при Януковиче (с 2014-го находится в России).
Светлана Крюкова и сейчас занимает пост первого заместителя Гужвы. На вопрос «Медузы» об источниках финансирования она отвечает так: «Мы уже несколько лет занимаем лидирующие позиции на рынке украинских интернет-СМИ, поэтому объемы рекламы покрывают наши затраты».
В редакции издания все обвинения в теневом российском финансировании считают бездоказательными фантазиями: по данным их источников, во время заседания СНБО не было представлено никаких документов, обосновывающих необходимость введения санкций. «Санкции являются абсолютно незаконными, так как закон о санкциях позволяет вводить их против украинских граждан только в одном случае — если речь идет о терроризме. Но это явно не наш случай, и даже сами власти никаких подобных обвинений нам не предъявляют», — говорит Крюкова.
Действительно, в отличие от ситуации с холдингом Медведчука, украинские власти не публиковали никаких конкретных данных, послуживших основанием для наложения санкций. Тем не менее советник главы офиса президента Подоляк отвергает обвинения в непрозрачности решений СНБО:
Решение о том, какие «доказательные» материалы публиковать, а какие оставить непубличными, принимается СБУ или другим уполномоченным органом в зависимости от значения этих материалов для национальной безопасности. Не можем согласиться с тем, что решения, принятые в отношении указанных вами физических и юридических лиц, являются непрозрачными. Финансирование и координация дезинформационной активности этих лиц осуществлялись в том же фарватере, в каком и финансирование и координация российской гибридной агрессии в целом против Украины. Например, скоординированная кампания дискредитации западных вакцин (от COVID-19), начатая Россией, отображалась и в этих украинских медиа, которые управлялись попавшими под санкции физическими и юридическими лицами. Это касается в равной степени и структур Медведчука, и структур Гужвы.
Тем не менее комитет по вопросам свободы слова Верховной рады по предложению депутата от пропрезидентской партии «Слуга народа» Сергея Швеца 8 августа обратился к СНБО с просьбой предоставить информацию об основаниях для введения санкций против Игоря Гужвы.
Из-за блокировки сайта на территории Украины редакция «Страны» оперативно сменила доменное имя (со strana.ua на strana.news), однако провайдеры под давлением СНБО блокируют и его. Сотрудники «Страны» сообщают, что сейчас сайт и его зеркала доступны в основном через VPN, хотя и не все провайдеры подчиняются требованию властей.
«Данные действия СНБО незаконны, так как новых доменных имен нет в постановлениях о санкциях», — считает журналист «Страны» Денис Рафальский. «Блокировка юридических лиц, через которые действует базовый сайт, означает, что эти юридические лица, проходящее через них финансирование и принадлежащие им ресурсы не должны использоваться и для создания неких копий тех площадок, которые использовались в гибридном противостоянии против Украины», — парирует представитель президентской команды Михаил Подоляк.
Не «Наш» канал
В своей войне против медиа, которые власть считает инструментом информационной агрессии, она использует не только санкции СНБО. Телеканал «Наш», также считающийся пророссийским, регулярно получает судебные иски от Национальной рады по делам телерадиовещания (следит за соблюдением законодательства о СМИ). Этот телеканал принадлежит семье бывшего депутата от Партии регионов Евгения Мураева. По мнению экспертов, после запрета на работу медиахолдинга Козака — Медведчука его аудитория перешла именно на этот канал.
19 августа 2021-го Национальная рада подала в суд (далеко не в первый раз) с требованием лишить телеканал лицензии. Глава Нацрады Ольга Герасимюк, которая прежде была известной телеведущей, назвала информационную политику канала «скабеевщиной».
Поводом для иска стало выступление на ток-шоу лидера фактически запрещенной в Украине Компартии Петра Симоненко, в котором он, по мнению регулятора, разжигал национальную и религиозную вражду: назвал автокефальную ПЦУ «раскольниками», войну в Донбассе — «гражданским противостоянием», государственную политику в сфере языка и культуры — «государственной фашизацией». Заявления были сделаны в прямом эфире, руководство телеканала получило указания от Нацрады вырезать эти высказывания, но повтор эфира в записи прошел без купюр. Тогда регулятор подал в суд.
Сотрудники телеканала «Наш» считают действия Нацрады давлением на свободу слова. Ведущий канала Макс Назаров в разговоре со «Страной» возмущался: «Нас штрафовали, а теперь просят лишить лицензии из-за высказывания гостей. Каждый штраф и проверка [их причина] — только гости».
В прошлом СМИ уже лишали лицензии на основании исков Нацрады — так, в 2017 была отозвана лицензия у радио «Вести». Впоследствии холдинг выиграл суд у регулятора, но возродить радиостанцию это не помогло.
Опасная дорожка
В украинском медиасообществе нет единого мнения о санкциях против СМИ. Профильные общественные организации неохотно берут их под защиту. Возможно, причина в качестве работы этих редакций. Например, мониторинг Института массовой информации за 2020 год отмечал, что нарушение профессиональных стандартов было зафиксировано в 32% материалов «Страны» — чаще всего нарушался принцип баланса мнений.
В то же время журналисты условно «пророссийско-оппозиционного» спектра невысоко оценивают объективность самих «контролеров демократии», которые выводят их издания за скобки профессионального сообщества.
«Закрытию каналов Медведчука радовались даже те организации, которые должны защищать журналистское сообщество (поддерживаемые USAID „Детектор Медиа“ и Институт массовой информации)», — говорит главный редактор «Вестей» Антон Савичев. «Вести.ua», идеология которого близка «Стране», даже выпустило к украинскому Дню журналистики материал о том, как медийщики из национально-демократического лагеря «радовались уничтожению коллег».
Часть журналистов действительно поддерживают действия Зеленского против изданий и каналов, имеющих репутацию «пророссийских». Шеф-редактор телеканала «Дом» Алексей Мацука уверен, что санкции — это попытка украинских властей защититься «от пропаганды ненависти и политического насилия».
«Российским медиа и пророссийским медиа в Украине нужно научиться соблюдать элементарные правила журналистской работы, отказаться от злорадства и цинизма», — сказал он в разговоре с «Медузой». В частности, журналисты и гости каналов Медведчука отрицали участие России в боях на востоке Украины и называли ее гражданской войной, которая ведется Киевом в интересах олигархов.
С другой стороны, не всем нравятся непрозрачные методы Зеленского. Юлиана Скибицкая, заместитель главного редактора издания «Заборона», полагает:
Санкции СНБО — это очень опасная дорожка. Когда их ввели против «Страны», я ожидала объяснения от СНБО. Потому что все-таки нельзя закрыть один из самых популярных сайтов страны (хоть и ужасный), совершенно ничего не объяснив. Но оказалось, что можно… Думаю, что власть после закрытия NewsOne и остальных каналов Медведчука поняла, что у таких решений больше профита, чем недостатков. Рейтинг ОПЗЖ стал падать, осуждения не было — СМИ ведь «вражеские», а протестов и не будет. Аудитория этих медиа хоть и большая, но она не будет выходить на протесты и что-то там требовать. В «Стране» это прекрасно понимают, поэтому и бьют во все колокола.
Собеседники «Медузы» говорят, что украинская власть сейчас действует в логике чрезвычайного положения и предлагает обществу сосредоточиться на проблеме безопасности: Россия присоединила Крым, идет война в Донбассе, так что не время церемониться с медиа, которые продвигают повестку, повторяющую тезисы Кремля. Но те мнения, которые озвучивают подвергшиеся санкциям СМИ, созвучны не только кремлевским идеологемам, но и взглядам слишком значимой части украинского общества, чтобы их можно было просто игнорировать. И хотя аудитория заблокированных СМИ принадлежит к молчаливому сегменту общества, она может припомнить Зеленскому обиды — например, на следующих выборах.
Константин Скоркин