«Эти трансферы не про футбол»

Бывший президент «Локомотива» Николай Наумов — о приобретениях клуба, возможных последствиях и о Ральфе Рангнике

В начале июля этого года московский «Локомотив» выдал сенсационную новость: директором по спорту и развитию клуба стал выдающийся футбольный менеджер современности Ральф Рангник. Немец долгое время работал главным тренером в различных немецких командах («Шальке», «Хоффенхайм», «Лейпциг» и проч.), а затем руководил спортивными отделом сети клубов бренда «Ред Булл». В «Локомотиве» Рангник сразу начал активную работу на трансферном рынке. Этим летом «железнодорожники» потратили более 30 млн евро на новых игроков, что стало второй самой дорогой закупкой в истории клуба (в 2013-м потратили 32 млн). Обращает на себя внимание и то, что часть новичков — перспективные иностранцы из передовых футбольных держав: Англии, Франции, Голландии… Для российского чемпионата подобная бизнес-модель — нечто совершенно новое. «Новая газета» обсудила происходящее в российском топ-клубе с бывшим президентом «Локомотива» Николаем Наумовым.

— Почему Ральф Рангник, один из самых передовых менеджеров в мире, работает сейчас в России?

— У меня есть ответ на этот вопрос. Российский чемпионат — это очень хороший рынок, здесь много денег. Рангник возглавляет агентство, которое хочет эти деньги зарабатывать. То есть просто нашли клуб, который готов платить за их работу.

— При этом других клиентов у агентства Рангника сейчас, судя по всему, нет.

— Пока что начали с «Локомотива», да. Потом появятся и другие клиенты. Понимаете, Рангник давно не занимается футболом, он занимается футбольным бизнесом. Сейчас он заключил выгодный контракт с «Локомотивом» — почему бы не заработать на этом солидную сумму денег? Он ведь трудится не для того, чтобы российский футбол сделал рывок вперед. Он трудится, чтобы заработать, как и любой другой бизнесмен. Осуждать его за это не следует.

Рангник не ворует, работает честно: предложил свои идеи клубу, клуб их принял — и сейчас он их воплощает.

Но он делает трансферы, потому что они выгодны ему, а не потому, что они будут хороши для футбола. Может быть, они в какой-то момент и будут для футбола полезны, но это не самоцель.

— Вы как-то говорили, что вам не нравятся трансферы в духе приобретения «Локомотивом» Бека-Бека и других молодых иностранцев. Почему?

— Потому что эти трансферы не про футбол. Вот Рангник, к примеру, купил Бека-Бека или еще каких-нибудь молодых игроков. Что это означает для российского футбола? Это означает, что одно место для перспективного молодого игрока из России уже закрыто. Может быть, Бека-Бека будет хорошим футболистом. Но кто сейчас может это сказать наверняка? А наш Куликов, который прогрессирует и которым уже многие интересуются, может сесть на лавку. Его карьера может остановиться или вовсе завершиться. Должен сказать, я не против лимита. Нам надо приглашать тех легионеров, которые на голову выше наших. Эти футболисты должны давать результат и одновременно с тем помогать прогрессировать российской молодежи. В пример можно привести Дмитрия Баринова. Сейчас он играет в каждом матче за сборную России по 90 минут. Но ведь он когда-то очень тяжело вливался в основной состав «Локомотива». Благодаря появлению в команде Мануэла Фернандеша (которого я считаю супермастером) он вырос — и вырос довольно быстро. Вот зачем нужно приобретать иностранцев. А не как с Бека-Бека: сейчас засветим, а потом выгодно продадим.

— То есть модель Рангника России и «Локомотиву» совсем ничего хорошего не даст?

— Эта модель приводит только к одному: к росту финансов агентства, которое занимается всеми этими трансферами. Ничего другого за этим не стоит — я уверен. Преклоняюсь перед талантом Рангника — он нашел свою нишу и делает очень приличные деньги. Честь ему и хвала! Но нам никакой пользы от этого не будет. Поверьте: пройдет немного времени — и все эти люди уедут. Тогда-то и очнется руководство «Локомотива», руководство РЖД, поняв, какие деньги затрачены. А деньги затрачены огромные. Агентство Рангника при этом не несет никаких финансовых рисков. Вот отдали за того же Бека-Бека 6,5 млн евро. Кто отдал? Клуб. Рангник ничего не платил. Если этот трансфер неудачный, он просто скажет: «Извините, ничего не получилось». Игрок уедет бесплатно — и средства будут потрачены впустую. А если удастся засветить футболиста, то его продадут миллионов за пятнадцать и Рангник получит хорошие деньги. Он при любых обстоятельствах не может здесь оказаться в убытке.

— А репутационные риски?

— Да, репутацией Рангник рискует. Но для него важна не репутация футбольного функционера, для него важна репутация бизнесмена. Поэтому, конечно, он будет стараться, чтобы его проекты выигрывали. А в случае неудачи просто уйдет, финансово ничего не потеряв.

— На трансферы «Локомотив» этим летом потратил более 30 млн евро. Откуда такие деньги? Не заинтересуется ли всем этим УЕФА?

— На предмет финансового fair play УЕФА проверяет уже после того, как все свершилось. Допустим, сейчас «Локомотив» потратил эти 30–40 млн. Пройдет год или два — и УЕФА посмотрит отчеты клуба о полученной прибыли. Тогда они увидят, что затраты гораздо выше, чем доходы. Вот тогда-то и будут санкции.

Сейчас можно тратить сколько угодно — главное, какая будет отдача. Чтобы получить отдачу с этих трансферов, «Локомотив» должен играть хотя бы два года подряд в Лиге чемпионов.

А я не вижу оснований сегодня полагать, что «Локомотив» непременно в нее попадет.

— Но то, что вопросы у УЕФА возникнут, можно прогнозировать?

— Ни на минуту не сомневаюсь! Отбить такие деньги практически невозможно. Где их взяли — это загадка для многих. Может быть, это кредиты. Может, это частные вливания в «Локомотив». Ни вы, ни я не можем наверняка сказать, откуда эти деньги. Глубоко сомневаюсь, что они от РЖД. Если это кредиты какого-то банка (ходили слухи о ВТБ) и кредит оформлен на клуб, это будет катастрофа. Такого, чтобы «Локомотив» возвращал кредит, никогда не было. Его можно реструктурировать, как-то изменить, простить, в конце концов! Но вернуть — для клуба, работающего с убытками (а у нас такие почти все) — практически невозможно. Дай бог, чтобы это были вливания каких-нибудь меценатов. Это можно только приветствовать. Пусть в клуб приходит больше денег любителей футбола, крупных корпораций. Это должны быть чистые деньги.

Глеб Томашевский — специально для «Новой»