Оригинал материала
Путин ушел. Пока что на карантин
Зачем привитый Владимир Путин в самый канун выборов говорит, что ему, возможно, снова придется отправиться на карантин (он же бункер)? Почему в Санкт-Петербурге не додумались продавать маски с изображением Бориса Вишневского? Чем отличилась эта избирательная кампания, которая, казалось бы, имела ту же цель, что и все предыдущие?
Обо всех ее эксцессах и аномалиях – гости эфира – политик Борис Вишневский и политолог Станислав Белковский. Ведет программу "Лицом к событию" Елена Рыковцева.
Видеоверсия программы
Елена Рыковцева: Все заканчивается потихоньку, уже кое-чего нельзя. Уже нельзя говорить про опросы, кто может победить, кто не может победить, нельзя никаких прогнозов, анализ еще можно. Всегда можно обсуждать то, о чем думает Владимир Путин, а он думает о карантине, он надумал уходить на карантин. Похоже, что это как-то связано – его карантин, выборы и то, что нам обещают большие цифры заболевших после этих выборов.
Если Вишневского подделывают, значит, он настоящий
С нами Станислав Белковский, аналитик, на связи из Санкт-Петербурга Борис Вишневский. Я вас теперь представляю как самого знаменитого политика Санкт-Петербурга, потому что вы идете на выборы не один, вас, как известно, трое, Борис Лазаревич Вишневский – главный кандидат, и два запасных игрока, про которых тоже все знают, что это люди, сменившие фамилии на Вишневских так, чтобы запутать избирателя. Но этого избирателя не запутаешь. Борис, я вам хочу пожаловаться на ваш родной город. Я была там в выходные, зашла в переход, увидела маски по порядку – Путин, Навальный, Лукашенко, Милонов. Я не обнаружила вашей маски, высказала претензии продавцу, сказала: где же Вишневский? Он был растерян, что не смог мне продать ваше изображение. Что с этим делать, как поправить ситуацию?
Борис Вишневский: Есть еще в работе отдельные недостатки, не все успеваем, очень много других дел. Не уверен, что нужно мои маски. Хотя совсем недавно мои коллеги из молодежного "Яблока" проводили замечательную акцию: человек 15–20 вместе со мной сфотографировались, у них у всех были маски Вишневского. Такая славная компания встала у городской избирательной комиссии.
Елена Рыковцева: Очень жаль, что они не стали их продавать.
Станислав Белковский: Во-первых, все маски, наверное, скупили для этой акции. А во-вторых, Борис Лазаревич вел кампанию под лозунгом "срывание всех и всяческих масок", поэтому зачем ему маска?
Елена Рыковцева: Он не один знаменитый человек, изображение которого нельзя купить. Я была в Киеве недавно, несколько раз ходила на Андреевский спуск в попытке купить матрешку Зеленского, и у меня ничего не получилось. Кого угодно можно купить, а самого главного человека в стране купить нельзя. Так же и в Санкт-Петербурге главного политика купить нельзя. Я вам дарю предвыборный лозунг, кстати говоря.
Это чтобы недовольство смягчить: видите, президент тоже вынужден в карантине посидеть
Борис Вишневский: Мне мои друзья придумали замечательный предвыборный лозунг, он у меня на листовке, которая уже практически распространена: "Если Вишневского подделывают, значит, он настоящий".
Елена Рыковцева: Переходим к обсуждению текущего политического момента, который нам преподнес Владимир Владимирович, встречаясь с параолимпийцами, неожиданные 50 секунд, которые следует обсудить.
Текст скопирван
width px height px
The URL has been copied to your clipboard
No media source currently available
0:00 0:00:27Елена Рыковцева: Что такое на карантин? Это обратно в бункер.
Станислав Белковский: Бункер – понятие достаточно условное. Мы понимаем, что это система резиденций. Владимир Владимирович Путин вообще не очень любит встречаться с людьми, которые ему не нужны, поэтому он стремится на карантин всегда, всю свою жизнь. Он публичный политик по назначению, а не по призванию. Но в данном случае, я думаю, эта история имеет отношение к парламентским выборам, которые на носу. Потому что сегодняшние цифры по избирателям, не определившимся со своим выбором, Кремль в целом устраивают. Поэтому это сигнал не определившимся не ходить, тем самым не менять ту картину, которая за несколько дней до выборов сложилась по данным кремлевской и околокремлевской социологии. Поскольку если человек не определился, если он колеблется, не знает, за кого голосовать и голосовать ли вообще, то аргумент, что даже президент уходит на карантин, поэтому лучше не приходить в места массового скопления людей, он для любого волнующегося вполне релевантен.
Елена Рыковцева: Это такая пугалочка.
Путин не очень любит встречаться с людьми, которые ему не нужны, поэтому он всегда стремится на карантин
Станислав Белковский: Называется – Кремль сушит явку. Для определившихся это все равно, неважно, за кого они определились голосовать и по собственной ли воле определились, а для не определившихся, ковидобесы, которые сильно боятся ковида, они часто бывают неопределившимися, поскольку это соответствует их психотипу – бояться, колебаться, прятаться при первой же возможности, именно им послан этот важный психологический сигнал Владимира Путина, на мой взгляд.
Елена Рыковцева: Эти заявления официальных медицинских лиц о том, что мы на пороге большой волны – это туда же? Почему-то за месяц до выборов все было тихо, а после выборов оно все и случится.
Станислав Белковский: За месяц до выборов надо было показать, что власть достаточно успешно справилась с предыдущими волнами ковида, а сейчас, когда предвыборная картина кристаллизовалась, когда ясно, на какие проценты голосов рассчитывает "Единая Россия", на какие – другие системные игроки, можно уже отпустить вожжи и намекнуть на то, что кто не собирался идти на выборы, можно это не делать совершенно смело, потому что обвинять потом в заражении очередным штаммом коронавируса вам придется только себя.
Елена Рыковцева: Случится этот бум или не случится, который анонсируют?
Станислав Белковский: Это вещь статистическая во многом, психосоматическая. Вы знаете, что в Москве два человека отравились химическими реагентами, за компанию с ними психосоматически отравились еще несколько жителей этого дома, которым никакого диагноза не поставили. Ковид – это отдельная большая песня, которую мы не сможем вместить в обсуждение думских выборов. Очень часто статистика нарастает по мере нагнетания паники, и количество заболевших и тяжелых случаев уменьшается, когда уменьшается волна паники, когда пропаганда объясняет, что все неплохо – это взаимосвязанные факторы.
Елена Рыковцева: Борис Вишневский, как вы это трактуете, что это за пробросы насчет карантина для Владимира Путина? Много заболело в окружении. Я не знаю, включать ли в окружение Дмитрия Киселева, может быть, это не окружение, но он о нем знает, может быть, он и его подсчитал, который заболел тоже этим вирусом, несмотря на все прививки.
Борис Вишневский: Я крайне мало интересуюсь высказываниями президента, если это только не угроза с кем-нибудь повоевать или не заявления о якобы исторических правах на сопредельные территории, поскольку это вещи серьезные. К сожалению, вполне реальна угроза войны, особенно если итог выборов окажется для Путина таким, какой он хочет. Это заявление, на мой взгляд, вообще малозначимо. Владимир Владимирович большую часть прошлого года уже просидел на карантине, при этом автоматически на карантин были посажены все те, кто желал с ним встречаться. Он же несколько месяцев из бункера не выходил, как вы помните, со всеми общался по видеосвязи. Только какие-то отдельные, видимо, специально продезинфицированные люди из ближнего круга к нему время от времени допускались. И ничего не случилось. Поэтому то, что сейчас он говорит, что, может быть, тоже уйду на карантин, мне кажется, что единственное, что он хочет этим подчеркнуть, что он такой же, как и граждане.
У них задача – сделать так, чтобы на выборы не пришли те, кто может поддержать оппозицию
Граждан посадили на принудительный карантин в прошлом году, после чего многие лишились доходов, работы, были поломаны их жизненные планы, естественно, люди были этим недовольны. Я думаю, это такой маленький шажок, чтобы недовольство смягчить: видите, президент тоже вынужден будет в карантине посидеть. Но большого значения, на мой взгляд, это не имеет, ни на каких неопределившихся это не подействует. Более того, любые заявления президента действуют только на тех, кто является его сторонником, ему симпатизирует. Как мне кажется, как раз он должен быть заинтересован, чтобы эти люди пришли на избирательные участки. У них задача сейчас диаметрально противоположная – это сделать так, чтобы не пришли те, кто может поддержать оппозицию, создать у них ощущение выученной беспомощности, все предрешено, ничего не сделаешь, за три дня все подтасуют, все бессмысленно. Абсолютно на руку им играют, на мой взгляд, совершенно непродуманные и не очень умные призывы: а давайте вообще будем бойкотировать эти выборы, мы от них гордо отвернемся, останемся в белых перчатках, будем стоять в стороне и ждать, когда будут честные выборы. Это все камешки в тот же самый огород.
Елена Рыковцева: Вам не кажется, что это такой антирекламный ход в отношении вакцины?
Елена Рыковцева: Ведь это человек, который получил две дозы прививки. Он до получения этой вакцины держал на карантине все живое, все, что движется. Каждый школьник, который с ним общался, 14 дней сидел в пионерском лагере, каждый рабочий 14 дней проводил в санатории. Он прививается, казалось бы, такие меры уже не нужны, мы все равно продолжаем слышать, что эти люди сидят и сидят в заточении для того, чтобы он с ними повидался. Теперь он сам после этой прививки уходит снова в заточение.
Российский народ предпочитает не верить ничему, что говорит начальство, особенно если это касается его жизни и здоровья
Борис Вишневский: Во-первых, никто из нас не знает, чем он прививался. Еще когда только началась история с вакцинацией, был популярен такой анекдот, что, видимо, сейчас мучительно решают проблему, как бы на ампулу с "Пфайзером" наклеить этикетку "Спутника", чтобы президент укололся. Во-вторых, и это уже серьезно, да, люди болеют и после вакцинации тоже, довольно много их заболевает даже после вакцинации. Хотя от общего числа тех, кто находится в больницах Петербурга, например, я специально запрашивал эту статистику, около 2% только тех, кто до этого были вакцинированы. Но что очень важно: те, кто сделал прививку, если заболевают, то болеют в гораздо более легкой форме, чем те, кто эту прививку не делали. Поэтому вакцина – это не гарантия абсолютно от заболевания.
Что касается рекламы, антирекламы "Спутника", конечно, в определенной степени это разрушение той сказки, что мы первые создали вакцину, первые зарегистрировали, почему же в мире не хотят ее принимать, мы готовы с ними всеми поделиться. Наш российский народ так устроен, что ничему, что говорит начальство, особенно если это касается его жизни и здоровья, предпочитает не верить или относиться к этому с недоверием. Люди, конечно, вакцинируются "Спутником", я и сам это делал, хотя с врачом посоветовался, но при этом не очень сильно доверяют заявлениям начальства о чудодейственных ее свойствах. Поэтому какой-то удар по репутации отечественной вакцины, наверное, этим нанесен, но, думаю, сейчас это не то, что беспокоит Владимира Владимировича на момент середины сентября. У него сейчас совсем другие, как мне кажется, заботы.
Елена Рыковцева: Например?
Борис Вишневский: Он думает о том, что будет на выборах и после них. У него в кабинете огненными буквами на стене начертаны цифры 2024, и это, собственно, самое главное, о чем думает как он, так и его окружение. Ведь именно для того, чтобы обеспечить для них полный порядок в 2024 году, нужна полная зачистка политического пространства в 2021-м.
Елена Рыковцева: То есть мы будем исходить из того, что Дума, которую выберут, она будет такой, какая и нужна. Мы переходим к главной теме нашего разговора – это итоги, как все это было, в этой избирательной кампании.
Станислав Белковский: Я бы хотел добавить, что все-таки, в отличие от Бориса Лазаревича, я считаю, что слова Владимира Путина влияют не только на его сторонников. Совершенно необязательно иметь те или иные политические приоритеты, чтобы бояться ковида. И аргумент, что сам президент боится, и ты должен, он носит совершенно внеполитический и надполитический характер, в этом смысле работает на снижение явки, что сейчас Кремлю и нужно.
Елена Рыковцева: Перед тем, как показать, что думают люди, заметили ли они кампанию вообще-то, я спрошу вас: что вы заметили, что вы отметили для себя, что зацепило, заинтересовало, что необычного по сравнению со всеми остальными кампаниями?
Станислав Белковский:
Совершенно необязательно иметь те или иные политические приоритеты, чтобы бояться ковида
Конечно, самым ярким событием был погром Алексея Навального и его структур. В меньшей степени погром Михаила Ходорковского, но тоже весьма последовательный. Вы знаете, что сейчас Роскомнадзор по требованию Генпрокуратуры закрыл сайт, на котором Михаил Ходорковский объяснял, за кого голосовать, за кого нет. Вот это и было главным событием, все остальное достаточно расчищено. Причем партии системной оппозиции, то есть КПРФ, "Справедливая Россия – За правду", ЛДПР, вели кампанию так, чтобы, не дай бог, не набрать больше нужного. Потому что кремлевский гнев им, безусловно, страшнее равнодушия собственных избирателей. Поэтому все играли в согласованную игру, ничем в этом смысле не удивили. Кроме того, это же будет далеко не первая Дума, созданная Кремлем под себя и подконтрольная ему, а уже как минимум четвертая. Поэтому здесь мы ничего не увидели, мы увидели только эту жесточайшую расправу над лидером внесистемной оппозиции.
Елена Рыковцева: Получается так, что с учетом того, что закрыт сайт, на котором Михаил Борисович свои предпочтения демонстрировал, тем более заблокирован сайт "умного голосования", избиратели даже не могут сверить их предпочтения, Ходорковского и Навального.
Станислав Белковский: Моя логика "правильного голосования", которое я предлагаю, позволяет эту проблему решить. Сайт у вас в голове: выбирайте кандидата, который вам нравится по своей системе ценностей, целей и личным качествам, если вы его знаете лично, голосуйте за него, независимо, пройдет или нет. Мы фактически голосуем сегодня за политику будущего скорее, чем за политику настоящего. Вот здесь никакие внешние источники информации о кандидатах вам не нужны, кроме собственных глаз и собственного головного мозга.
Елена Рыковцева: "Умное голосование" Навального и "умное голосование" Ходорковского – это две разных истории.
Станислав Белковский: У Ходорковского не "умное голосование", он взял один-единственный критерий: поддерживает ли кандидат очередной срок Владимира Путина в 2024 году или нет, призвал голосовать против всех, кто поддерживает этот срок. Это довольно наивный подход, во-первых, это не основной критерий. Ясно, что многие избегают вообще рассуждать на эту тему, иначе их снимут с выборов. Во-вторых, совершенно неочевидно, что человек честен при ответе на этот вопрос. Сейчас можно сказать, что он против очередного путинского срока, будучи абсолютно кремлевским кандидатом, поскольку вопрос об очередном сроке будет решаться в 2023 году вне зависимости от персонального состава Государственной думы. Поэтому к выбору кандидата, на мой взгляд, это отношения иметь не может, это личный вопрос Михаила Борисовича.
Это будет далеко не первая Дума, созданная Кремлем под себя и подконтрольная ему
Я считаю, что успех относительный системной оппозиции будет означать только консервацию политической системы. Лучше бы они получили меньше, на мой взгляд, потому что чистить рыбу надо с какого-то определенного места, если не с головы, то с хвоста. КПРФ, ЛДПР, тем более эсеры, которые доказывают свою полную лояльность Кремлю и работают на нейтрализацию любых протестов уже много лет, должны в первую очередь уйти со сцены, а "партия власти" в любом случае останется.
Елена Рыковцева: Борис, как бы вы обозначили специфику этой избирательной кампании?
Борис Вишневский: Я бы обозначил специфику очень просто, картина этих выборов проста, как никогда, никогда не было такой ясной, прозрачной картинки такого четкого совершенно водораздела. Это просто факт медицинский. Я согласен вполне со Станиславом Белковским, что все четыре думские партии друг от друга почти ничем не отличаются. Более того, все это подтверждается фактами – все они голосовали за обнуление сроков президента, за пожизненную неприкосновенность бывших президентов, за репрессивные законы, за СМИ-иноагенты, за физических лиц – иноагентов, они все против враждебного Запада, они все за бандитские республики ДНР и ЛНР и прочее. Они все поддерживают Путина. Разница только в том, что поддерживают на 95%, 97%, 99% или 100%.
Но и все остальные участники выборов, кроме "Яблока", тоже находятся ровно в этом же политическом поле, они все лояльны президенту. Поэтому картинка для выборов с точки зрения граждан, мне кажется, очень проста: если вы считаете, что надо жить так, как сейчас, с политическими репрессиями, политзаключенными, враждебностью ко всему окружающему миру, жить в осажденной крепости, ждать, что силовики в любую минуту могут прийти к вам домой, при нечестном правосудии, при войнах, которые мы ведем за границей, непонятно зачем, тогда вам, что называется, все блюда из этого меню, кроме "Яблока", можете выбирать любое из них. Если хотите, чтобы был мир вместо войны, чтобы была свобода вместо несвободы, достойная жизнь и уважение к гражданам вместо произвола и страха, тогда "Яблоко". Это не агитация – это выбор, который перед гражданами сейчас поставлен. Если вы за это, то здесь ваши интересы, если вы за то же самое, что сейчас, тогда ваши интересы среди всех других партий, отличий практически нет. Именно поэтому идет ожесточенная зачистка политического пространства, чтобы не было почти несогласных.
Я приведу очень простые примеры, я думаю, они известны нашим слушателям тоже. Может быть самый известный из них – это отстранение Льва Шлосберга от выборов, причем отстранение даже с нарушением тех чудовищных законов, которые были приняты, которые позволяют задним числом человека лишить избирательных прав, обвинив его в том, что он когда-то участвовал в протестной акции, при этом на момент этой акции этого закона еще не было, человек не мог предполагать, что участие в ней для него повлечет потом отстранение от выборов. Тем не менее, закон прекрасно с обратной силой применен, даже нет отдельного судебного решения о том, что Шлосберг признан причастным к экстремистской деятельности, его просто сняли и все.
Были приняты законы, которые просто заранее лишили часть людей возможности участвовать в выборах
Но это еще не все, есть и более яркие примеры, которые касаются моих коллег из "Яблока". Посмотрите на Татарстан, местная прокуратура обвинила в экстремизме двух наших кандидатов в Государственную думу, при этом в представлении прокуратуры экстремистской деятельностью названо заявление регионального отделения партии о том, что в стране есть политические заключенные, политические репрессии. Это заявление теперь экстремизм. Потому что в прокурорской бумажке написано, что политическими репрессиями объявлена законная деятельность правоохранительных органов. Я сразу сказал: знаете, когда были сталинские репрессии, тогда тоже, видимо, считали, что это законная деятельность правоохранительных органов, потом почему-то выяснилось, что это были репрессии. То есть я понимаю, когда такого рода оценки себе позволяют какие-нибудь персонажи типа или Зюганова, или Захара Прилепина, или прочих, но когда это пишет прокуратура – это просто чудовищно. Целый ряд наших кандидатов, тем не менее, снят с выборов за экстремистскую деятельность.
Были приняты эти законы, о которых я говорил, которые часть людей просто лишили возможности заранее участвовать в выборах. Части людей, как Юлии Галяминой, были организованы уголовные статьи, после которых они тоже не смогли участвовать в выборах. Что показывает эта картинка, с моей точки зрения? Она показывает, что, конечно же, при всех этих фанфарах о том, как популярна власть, она сама понимает, что уровень ее популярности не сильно высок. Сколько бы ВЦИОМ и ФОМ ни рисовали ей бы эти рейтинги победные, я подозреваю, что в Кремле очень хорошо понимают, что эти рейтинги на самом деле не стоят ломаного гроша. Ключевая особенность уже не политическая, а организационная этих выборов, на которые надо обязательно обращать внимание, – это то самое трехдневное голосование. Это примерно то же самое, что было год назад во время голосования по Конституции. К сожалению, это создает очень серьезные возможности для фальсификаций. Я бы хотел бы, чтобы те, кто нас смотрит и слушает, те, кто являются российскими избирателями, собираются голосовать, поняли очень простую вещь: независимо от того, какой будет ваш выбор, пожалуйста, приходите только в последний день, только 19 сентября. Потому что с немалой вероятностью ваш голос, который вы подадите днем, будет украден ночью, когда избирательные бюллетени в полном распоряжении тех самых жуликов, которые обычно фальсифицируют результаты выборов.
Елена Рыковцева: Оттяпали у нас сутки на предвыборные шоу, агитация предвыборная заканчивается 17 числа в ноль часов. Теперь пятница "день тишины". Ваша электронная почта, как и моя, ваш телефон, как и мой, наверняка забит эсэмэсками с Госуслуг, которые нам с вами предлагают записаться на это досрочное голосование с тем, чтобы мы с вами выиграли либо машину, либо квартиру, либо 100 тысяч рублей. Как нас только ни заманивают принять участие в голосовании, которое Борис считает вполне грозящим какими-то…
Относительный успех системной оппозиции будет означать только консервацию политической системы
Станислав Белковский: Я согласен, что лучше голосовать в последний день. С точки зрения логики и этики моего "правильного голосования" я поддерживаю Бориса Лазаревича Вишневского и его избрание в Думу, но все-таки с частью его тезисов я, конечно, не согласен. Я не согласен с бинарным подходом, что надо голосовать за "Яблоко", иначе война. Поскольку совершенно очевидно, что это не камень в огород "Яблока", а это анализ, я аналитик, а не представитель политической силы, ясно, что конституционное большинство в этой Думе будет все равно у "Единой России", 100% мандатов в руках вполне лояльных Кремлю партий, вопрос войны и мира будет решаться в Кремле. Кроме того это не значит, что не нужно голосовать за тех кандидатов, которые должны остаться на потом. Тоже не нужно обещать избирателям то, чего не будет. "Яблоко" может прорвать 5% барьер, но на основы основ российской государственной политики это никак не повлияет. Я думаю, что большинство избирателей "Яблока", поскольку это подготовленные образованные люди, я тоже это прекрасно понимаю. Поэтому голосовать надо не исходя из того, что случится завтра на следующий день после выборов, не случится ничего по сравнению с тем, что происходит до выборов, а голосовать надо с прицелом на то, что будет через 6–10 лет, когда режим так или иначе начнет меняться, голосовать за тех людей, которые останутся в политике по каким-то своим внутренним мотивам, в ней оставаться и дальше.
Елена Рыковцева: Я помню ваш принцип, что голосуйте так, что если он сегодня займет второе место, завтра он пригодится в прекрасной России будущего.
Станислав Белковский: Прекрасная Россия будущего начнется потом, после того, как эти люди победят, а не до того.
Елена Рыковцева: Давайте посмотрим, что люди говорили, заметили ли московские прохожие выборы, кампанию.
Елена Рыковцева: Мы провели опрос и в твиттере тоже: вы заметили, что в стране идет избирательная кампания? Да, видел плакаты – 64%, да, слушал дебаты – 7%, да, получил смс про голосование – 3%, нет, никаких следов от агитации – 26%. Обратите внимание, что дебаты слушают по телевизору совсем крошечное число – 7%. Мы уже много раз говорили, что эта избирательная кампания отличилась тем, что дебаты наглухо заблокированы в интернете, в YouTube, компании не выкладывают их на свои сайты, почему-то стали этого стесняться. Что вы скажете о наглядности этих выборов, насколько они заметны? Кого вы видите больше, вы же тоже избиратель?
Голосовать надо с прицелом на то, что будет через 6–10 лет, когда режим так или иначе начнет меняться
Станислав Белковский: Я вижу больше Владимира Путина и Алексея Навального, которые так или иначе остаются главными героями этих выборов.
Елена Рыковцева: А где же вы Навального видите?
Станислав Белковский: В сострадательном залоге вижу. Потому что значительная часть повестки этих выборов были гонения на него лично и всю его систему поддержки тех или иных политиков или политических сил. С другой стороны крупнейшим игроком в действительном залоге был Владимир Путин, который раздавал деньги избирателям. Если считать предвыборный бюджет "Единой России", я думаю, те триллионы рублей, которые были розданы, надо на него смело записать. Тем не менее Владимир Владимирович сделал все возможное, чтобы "Единая Россия" победила, наиболее популярные его министры во главе с Сергеем Шойгу были бестрепетно отправлены в горнило этой кампании. Третьим участником кампании не в страдательном, но в пассивном залоге был Иосиф Виссарионович Сталин, с именем которого на устах шли как минимум КПРФ и "Справедливая Россия", даже не могли поделить Иосифа Виссарионовича, кто из них больший сталинист, поскольку в их понимании он должен был добавить им некоторое количество голосов избирателей, мобилизовать тех, чьим фаворитом Иосиф Виссарионович остается. Я не могу сказать, что сами по себе партии или их нынешние лидеры играли какую-то существенную роль в кампании.
Елена Рыковцева: Борис, что нового, что эффектного, чувствуете ли вы, что идет какая-то агитация за конкретную партию больше, за конкретного кандидата меньше?
Борис Вишневский: Во-первых, одно личное наблюдение: я участвовал неделю назад в дебатах на канале "Россия". Представьте себе, что каналу "Россия" меня пришлось пустить в эфир, хотя я там вхожу во все "черные списки" лет 15 как минимум, меня запрещено показывать. Кроме того, что эти дебаты проходили между партиями в полдесятого утра, кроме того, что их не было в интернете и в YouTube, нам отказались предоставить запись этих дебатов. Я все, что сумел сделать – это выложить в социальных сетях просто текст того, что я там говорил. А тема была крайне интересная – это внешняя политика, оборона и безопасность. Мне удалось там сказать то, что в принципе никогда не звучит в последние годы по государственному телевидению, что большая ошибка – это война в Сирии, что большая ошибка – это то, что мы делали в отношении Афганистана, что огромные ошибки были совершены в отношении Крыма и Украины, что в Европе нельзя объявлять маленькую Чехию недружественной страной. Статья Владимира Путина об Украине – это фактически негласное объявление будущей войны. Ничего из этого мы не можем даже раскрутить в своих социальных сетях, потому что запись нам не дали, а с экрана телевизора никто в прямом эфире не успел записать, потому что были уверены, что удастся получать потом запись. Так себя ведут государственные телеканалы.
Статья Владимира Путина об Украине – это фактически негласное объявление будущей войны
Тем не менее, я думаю, что какая-то часть аудитории это посмотрела и услышала то, что никогда не говорится на государственном телевидении, что сейчас не говорит никто, кроме "Яблока", на государственных телерадиоканалах. В Петербурге кампания очень даже видна, очень много наружной агитации, при этом очень специфической. Основная масса ее – это "Единая Россия", у которой в деньгах ни малейшего недостатка нет. Дорогущие огромные постеры развешены на набережных, на улицах, на автобусных остановках. Судя по всему, не меньшие ресурсы у "Справедливой России", второй ноги Путина, как они когда-то себя называли. Очень приличные ресурсы у абсолютно лояльной как федеральному, так и городскому начальству Партии Роста, газеты огромными тиражами и рекламные щиты. Когда "Яблоко" попыталось получить какую-то наружную рекламу, стало выясняться, что все там занято, хотя у нас значительно меньше ресурсов. Для моего округа мы в лифтах и то рекламу не сумели разместить, тоже выяснилось, что все занято давно, никак не могут нам ничего предоставить. Но тем не менее кампанию, естественно, мы тоже ведем, распространяем большими тиражами листовки, газеты и буклеты в пределах наших возможностей. В городе последние две недели у каждой станции метро обязательно какие-то партийные агитаторы, очень много раздается агитации. По крайней мере, в городе заметно, что идет избирательная кампания. Сразу же видна разница в ресурсах, кто в средствах не стеснен, кто ограничивается достаточно скромными средствами и скромными возможностями.
Никаких эсэмэсок я не получал, единственное, что мне прислали из Госуслуг, – это предложение зарегистрироваться и сказать, на каком избирательном участке я буду голосовать. Я буду голосовать на избирательном участке около своего дома, мне не нужно отдельно через Госуслуги записываться. Есть еще одна вещь, о которой я хочу сказать, это касается всех, кто работает в бюджетной сфере. О чем я хочу предупредить, что почти наверняка будет происходить, то же самое, что было при голосовании к поправкам к Конституции. Три дня голосования, я уверен, что будет, мы уже получаем такие сигналы, что подавляющая часть тех, кто работает в бюджетной сфере, образования, здравоохранения, культура, жилищно-коммунальное хозяйство, их будут всячески принуждать прийти голосовать в первый же день, чтобы как можно больше у них было проголосовавших – это просто ресурс для фальсификаций. Чем больше людей они приведут в первый день 17-го числа, тем больше можно будет подменить ночью бюллетеней, а потом сказать, что так и было. Я хочу обратиться к тем, кого, возможно, будут принуждать или уже принуждают – это уголовное преступление. Никто не вправе вас заставить голосовать в конкретный день, в первый день обязательно – идите и отчитайтесь. Это уголовщина прямая. Да, я понимаю, что люди боятся за свое место, за свою работу, но любые попытки такого принуждения противозаконны. Они нужны для того, чтобы ночью беспрепятственно ваш бюллетень подменить и украсть ваш голос. Если вы пришли голосовать 17-го или 18-го, с немалой вероятностью ваш голос будет украден. Я прошу этого не делать, не облегчать жизнь фальсификаторам.
Елена Рыковцева: Мы могли бы найти и вытащить из ТВ-архива ваше выступление на дебатах. Но проблема в том, что у нас будет этот эфир заблокирован моментально. Авторские права включаются у копании ВГТРК только на ту продукцию, которую она не выкладывает сама. Я могу сейчас показать фрагмент любой передачи с логотипом канала "Россия-1", Россия-24", никто ничего не заблокирует, потому что она прекрасно висит на их сайте – пользуйся. Дебаты она видеть не хочет ни в каком варианте. Этот эфир будет заблокирован, если он будет вывешен на аккаунте Бориса Вишневского в YouTube, или партии "Яблоко". Это тоже новая история, когда вам не дают, не будете же вы в полдесятого ставить ДВД на запись, не будете искать на сайтах архива, вы обычно вYouTube ходите для этого, вам какие-то яркие куски показывают, теперь уже нет.
Результаты по всем округам уже более-менее ясны
Станислав Белковский: Это началось не сегодня. Я участвовал в президентских дебатах в качестве доверенного лица президента в 2017–18 годах, я был доверенным лицом кандидата в президенты Собчак Ксении Анатольевны, я часто вместо нее ходил на президентские дебаты. Между прочим, я там активно антивоенную пропаганду активно вел. Даже не могу не вспомнить эту историю, когда Владимир Жириновский говорил, что если он не станет президентом, США нанесут ядерный удар по России, я ему сказал на полном серьезе, что я накануне говорил с министром обороны США, он гарантировал мне, что если Собчак станет президентом, ядерного удара не будет. Владимир Вольфович настолько не ожидал такого ответа, что ничего мне не возразил. Из дебатов нельзя ничего вырезать, они должны идти один в один, именно поэтому власть делает уже много лет, чтобы их никто не видел.
Елена Рыковцева: Тем не менее тогда все это было выложено от и до, все эти скандалы, участие Собчак, ваше участие, мы в своих передачах цитировали, с Мариной Литвинович разбирали. А сейчас ничего нельзя, все заблокируют.
Станислав Белковский: Нового качества я не вижу, интересов к дебатам не было и тогда, федеральные каналы уже не имеют такого значения. Вам это было интересно, вы обсуждали, но я не мог сказать, что избиратели были вовлечены в полемику по поводу дебатов.
Елена Рыковцева: Всех, кто говорит, что федеральные каналы не имеют такого значения, как когда-то, я отправляю в YouTube и говорю, что посмотрите, пожалуйста, на цифры их ток-шоу, прямые эфиры, и сравните со своими каналами. Они имеют значение, они не пускают к себе российскую тематику вообще, они не пускают оппозиционную политику. Когда она там вдруг появилась в таком в несчастненьком качестве, они истребляют любое упоминание тотально, чего раньше не было. Кусочек правды, который доносил Борис Вишневский, которому вдруг за 15 лет удалось вдруг впервые туда попасть, он был кем-то услышан в прямом эфире, но потом уже нет. Я предлагаю послушать сюжет о том, кто из знаменитостей участвует в этих выборах.
Елена Рыковцева: Хотела бы спросить у вас, какие участки интересны, какие округа, где какие-то для вас любопытные разворачиваются коллизии?
Станислав Белковский: Я скажу только об одном Центральном округе, где я прописан, где собираюсь голосовать за моего соученика по школе Максима Шевченко. В списке "Яблока" есть люди, которых я бы поддержал, а есть те, которых я бы не поддержал категорически, в то числе, которые баллотируются в Москве.
Елена Рыковцева: Ваш округ, где вы уже сделали выбор, он чем интересен? Чем интересна борьба Максима Шевченко с кем-то еще из его конкурентов? Интрига есть?
Станислав Белковский: Результаты по всем округам уже более-менее ясны. Интрига в моем округе: от "Единой России" выступает Олег Леонов, представитель движения "Лиза Алерт", который ищет людей в лесах. Я считаю, что здесь "Единая Россия" вступает в опасную конкуренцию со своим тотемным животным, медведем, который не хочет, чтобы люди появлялись в лесах.
Елена Рыковцева: Представитель "Единой России" спасает людей от медведей, парадокс.
Станислав Белковский: Для меня важно, говорит ли человек правду. Когда человек не говорит ни слова правды во время кампании, к какой бы замечательной политической силе он ни принадлежал, это наводит на мысль, что поддерживать его не нужно. Когда человек де-факто представляет "Единую Россию", утверждает, что не знает такого слова, должны ли мы верить всему остальному, что он говорит? Это, безусловно, в том числе является критерием "правильного голосования". Допустим, у человека могут быть взгляды не совсем тебе близки, но если он равен себе, то он уже заслуживает места в политике.
Елена Рыковцева: Борис, какие вам интересны предвыборные интриги, группы, люди?
Чем больше людей нас поддержат, тем меньше вероятность новой войны
Борис Вишневский: Я слежу в первую очередь за теми округами, в которых баллотируются наши кандидаты. В Центральном округе никакого Максима Леонадровича быть не должно, уважаемый Станислав. Это человек, чьи взгляды мне глубоко противны. В этом округе баллотируется мой друг и коллега Сергей Митрохин. Максим Шевченко и сотой доли не сделал для жителей Москвы того, что сделал Сергей Митрохин за последние годы, который настоящий защитник граждан везде, где им нужна помощь. Мне кажется, что тут выбор абсолютно очевиден, он не только идеологический, он и прагматический.
Интересная картина в округе, где баллотируется Марина Литвинович и Галина Хованская. Я желаю Марине удачи, там очень непростая картина. Очень интересная картина в округе, где мой коллега Кирилл Гончаров сражается, на мой взгляд, с совершенно отвратительным государственным пропагандистом Евгением Поповым. Это фигура, на мой взгляд, просто нерукоподаваемая. Интересная картина в округе, где от "Яблока" в Москве баллотируется Игорь Николаев, известнейший экономист с мировым именем, очень непросто ему там приходится. Мне очень интересно, что будет происходить в Архангельске, где Олег Мандрыкин, один из лидеров коалиции "Стоп Шиес", баллотируется от "Яблока" в Государственную Думу, он даже собрал подписи в свое время для участия в губернаторских выборах, но его под фальшивым предлогом не допустили, он тоже от "Яблока" выдвигался, я очень надеюсь, что он имеет шансы на победу.
Я очень надеюсь, что в Карелии есть шансы выиграть у Эмилии Слабуновой в своем одномандатном округе. Мне, конечно, интересно, что будет происходить в округе у меня, но это не мне оценивать. Просто по уровню противостояния, которое там организовано с двойниками, поменявшими имя, фамилию и внешность, постоянным продолжающимся атакам, информацией о том, что у студентов государственного университета собираются заявки на "карусели", позавчера фальшивый аккаунт мой, от моего имени создали, запустили гнусную рекламу в Инстаграме, к счастью, смогли заблокировать. Все это наводит меня на мысль, что наши городские власти считают меня достаточно сильным соперником, и делают все, чтобы я никуда не попал.
Крайне важно, чтобы пришли те, кто хочет перемен, кто не хочет жить так, как сейчас
Хочу ответить Станиславу Белковскому, во-первых, у "Яблока" есть шанс перейти 5% барьер. Во-вторых, да, конечно, у нас не будет большинства в этой Думе. Я не так наивен, чтобы это предполагать. Но чем больше людей нас поддержат, тем меньше вероятность новой войны, и тем больше вероятность того, что все-таки власти как-то придется менять политику. Если малое количество людей поддерживает альтернативу, у власти нет никаких стимулов эту политику менять. Вспомните президентские выборы, о чем тогда ожесточенно спорили с Алексеем Навальным, которому желаю, естественно, освобождения, "Яблоко" требует его освобождения, считает его политическим заключенным, который призывал тогда не ходить, призывал к бойкоту. Я объяснял, что призыв к бойкоту подействует только на оппонентов Путина, это приведет только к тому, что Путин получит больший процент голосов, что и произошло. После этого была пенсионная реформа, повышение налогов, продолжение войны в Сирии и принятие новых репрессивных законов. Сейчас, мне кажется, крайне важно, чтобы пришли те, кто хочет перемен, кто не хочет жить так, как сейчас.
