Марина Абрамович сделала стену плача в Бабьем Яре — с бразильскими кристаллами

К ним нужно прислониться лбом, сердцем и животом, чтобы «почувствовать энергию». Но эта идея понравилась не всем

В Киеве на территории Мемориального центра Холокоста «Бабий Яр» открылся арт-объект художницы Марины Абрамович «Кристаллическая стена плача». Торжественную церемонию провели 6 октября и приурочили к 80-летию трагедии под Киевом, где во время Второй мировой войны, по разным оценкам, были убиты до 200 тысяч евреев. Стену открывали три президента — Украины, Израиля и Германии — под 13-ю симфонию Дмитрия Шостаковича в исполнении Государственного симфонического оркестра Германии. Арт-объект Абрамович — самый крупный в ее карьере — включает в себя элементы из кристаллов, которые она использует в своем творчестве долгие годы. Рассказываем, что известно о новой части мемориального комплекса, вокруг которого идут споры не первый год.

«Кристаллическая стена плача» построена из украинского антрацита и 93 кристаллов кварца, привезенных из Бразилии. Это самый большой проект художницы-концептуалистки Марины Абрамович: ширина объекта — 40 метров, высота — три. Как объяснила сама Абрамович, стена, посвященная погибшим под Киевом евреям, мысленно продолжает «воображаемую прямую вдоль Стены Плача в Иерусалиме».

По задумке художницы, кристаллы кварца расположены в стене таким образом, чтобы человек, стоящий рядом, мог прикоснуться к ним одновременно головой, сердцем и животом, чтобы «почувствовать энергию».

«Я работаю с кристаллами очень давно. Всегда считала, что кристаллы способны собирать весь свет энергетической памяти земли. Если настроиться на энергию кристалла, вы почувствуете, как память способна отмотать себя обратно. Идея в том, что вы должны столкнуться с этими кристаллами. Вы просто должны быть достаточно сильными, чтобы по-настоящему почувствовать эту энергию и саму стену. Это не только Стена плача над тем, что произошло, но и Стена прощения, потому что нам нужно научиться прощать. Прощение — это освобождение от прошлого и новый взгляд на будущее», — цитирует художницу сайт Мемориального центра.

Стену открыли 6 октября, приурочив это событие к 80-летию трагедии: расстрелы в Бабьем Яре начались 29–30 сентября 1941 года, в первые дни были казнены почти 34 тысячи евреев. Убийства продолжались два года, всего число расстрелянных в Бабьем Яре оценивают, по разным данным, от 150 до 200 тысяч человек.

«80 лет назад тут случилась темная вещь. Мы хотим, чтобы наши дети помнили прошлое, но надо помнить и о надежде, думать о том, чтобы такие страшные вещи не повторились», — сказала Абрамович.

На церемонии присутствовали президент Украины Владимир Зеленский, президент Германии Франк-Вальтер Штайнмайер и президент Израиля Ицхак Герцог. Государственный симфонический оркестр Германии исполнил 13-ю симфонию Шостаковича, написаную на основе поэмы Евгения Евтушенко. В синагоге «Место для размышлений», расположенной на территории мемориала, прочли молитву в память о погибших.

Что на открытии сказал Зеленский

«В первые два дня нацисты казнили в Бабьем Яру 33 771 еврея. Мужчины почти все были на фронте. И казнены здесь в основном старики, женщины, дети. Детей младше трех лет нацисты, нет, не жалели, они убивали их не считая. Над оврагом день и ночь кружил нацистский самолет, заглушал выстрелы. Но не смог заглушить страдания. В последующие два года гитлеровцы казнят здесь почти все еврейское население Киева. Далее будут убивать ромов, украинцев, военнопленных. На Нюрнбергском процессе говорилось про около 100 тысяч человек. Новые исследования говорят об около 200 тысячах. Для нацистов эти цифры не имели значения, в отличие от нас».

В 2020 году проект Мемориального центра, в котором открыли арт-объект Абрамович, подвергся серьезной критике после назначения его художественным руководителем Ильи Хржановского — автора кинопроекта «Дау». С момента его прихода в проект часть прежних участников ушла. А после публикации чернового варианта концепции будущего музея Хржановского обвинили в том, что он собирается сделать из места памяти «Холокост-Диснейленд» с упором на интерактив, а не сохранение исторической памяти. «Медуза» подробно писала об этом конфликте.

Несмотря на споры Илья Хржановский по-прежнему остается художественным руководителем проекта. Мемориальный центр уже опубликовал окончательную концепцию комплекса, в который войдут:

• Музей трагедии Бабьего Яра 1941–1943
• Музей Холокоста в Украине и Восточной Европе
• Музей истории забвения трагедии Бабьего Яра
• Музей истории места и Куреневской трагедии
• Место для молитвы с синагогой, церковью, мечетью и «внеконфессиональным пространством»
• Образовательный центр
• Библиотека
• Игровое пространство
• Центр реабилитации последствий психологической травмы

Также в концепции упоминается «инсталляция, посвященная жертвам трагедии», за которую, судя по всему, и отвечала Абрамович. Это не первый ее совместный проект с Хржановским — она снималась и в «Дау».

Журналист Сакен Аймурзаев, который присутствовал на церемонии памяти в Киеве, в эфире «Дождя» отметил, что для Владимира Зеленского такое мероприятие — «огромный успех», так как до него в Бабьем Яре ни один из президентов не проводил подобных церемоний с участием глав нескольких государств (хотя идея строительства этого комплекса возникла еще при Петре Порошенко). Аймурзаев отмечает, что Абрамович «очень трогательно» подвела президентов к «Кристаллической стене», а все мероприятие, по его словам, было «сделано очень классно».

Однако проект получил и другие оценки. Искусствовед и критик Алиса Ложкина, бабушка которой была свидетелем тех событий и сама чуть не оказалась среди убитых в Бабьем Яре, в своем фейсбуке раскритиковала проект Абрамович:

Я не видела вживую произведение Марины Абрамович в Бабьем Яру, но мне кажется крайне неудачной в этом контексте отсылка к лженаучному «лечению кристаллами», которое в последнее время стремительно набирает популярность среди широких народных масс, в том числе благодаря вирусным видео в тиктоке. Кристаллы, конечно, вещь красивая и, может, даже кому-то помогают, но на месте такой страшной трагедии вся эта ньюэйджевская чепуха как минимум неуместна.

Абрамович начала работать с кристаллами задолго до того, как они стали модными среди пользователей соцсетей. В одной из лекций она рассказывала, как ездила в Бразилию и спускалась в шахты, где добывают кварц. После чего «напитывалась энергией камней». В интервью The Times она говорила, что кристаллы — один из ее ключей к счастью. Многие ее работы связаны с этим материалом — от арт-объектов, украшенных кварцем, и целых кристальных комнат до перформансов.

В 2015 году в одном из них участвовали одновременно 90 человек. Каждому из них надели наушники и предложили лечь на деревянную кушетку, лежать на ней полчаса неподвижно с закрытыми глазами, а также прикоснуться одновременно к трем кристаллам — таким же образом, как в Бабьем Яре. На втором этапе перформанса участники полчаса сидели неподвижно, на третьем — полчаса шли медленным шагом. Участники перформанса по «методу Абрамович» говорили, что после этой практики наблюдали новые реакции своего тела.

После «Кристаллической стены плача» в Мемориальном центре также планируют открыть музейное пространство «Курган», спроектированное берлинской архитектурной компанией SUB. Объект должен воспроизвести историю расстрелов первых дней трагедии — 29–30 сентября — с помощью технологии 3D-моделирования.

Наталья Гредина