Россия догнала Африку по ВИЧ, и дело не в наркотиках. «Тихая эпидемия» — в пяти графиках

В России в 10 раз чаще заболевают ВИЧ, чем в Евросоюзе, заявили в Роспотребнадзоре в конце сентября. «Новая» изучила данные и готова дополнить: в некоторых регионах Урала и Сибири риск инфицироваться ВИЧ — выше и в 20, и в 35 раз, чем в Европе, и уже сравним со странами Африки. Объясняем в пяти графиках, как ситуация в нашей стране оказалась настолько запущенной.

С вирусом иммунодефицита в России живет уже более 1,1 миллиона человек — это равно населению крупного города, Перми или Омска. И это только официально учтенные. На самом деле ВИЧ-положительных может быть 1,5 миллиона. Ущерб для экономики от распространения вируса оценивается в 225,5 млрд рублей в год. Это прямые расходы государства на лечение, выплату пенсий по инвалидности, а также косвенные потери из-за преждевременной смертности, говорят в Роспотребнадзоре. Однако стратегия правительства по борьбе с ВИЧ не предусматривает кардинального улучшения ситуации и кажется экспертам неэффективной.

1. Еще одна пандемия

В России идет тихая эпидемия ВИЧ. Вирус иммунодефицита распространяется в разы быстрее, чем в европейских странах и даже на постсоветском пространстве. Такого числа новых случаев нет ни в Украине, ни в Турции, ни даже в Таджикистане, граничащем с главным производителем опиума в регионе — Афганистаном. Более того, в 2019 году Россия вошла в топ-25 стран мира, где ВИЧ распространяется быстрее всего, свидетельствуют данные ЮНЭЙДС. И в этом топе ― только Россия и страны Африки.

Сравните, сколько человек с иммунодефицитом выявляют в Австрии (из топ-5 лучших стран по ситуации с ВИЧ в Западной Европе) и Португалии (из топ-5 худших) ― стране, которая, как и Россия, пережила эпидемию потребления героина. Также мы взяли для сравнения Польшу, Турцию (из топ-5 худших в Центральной Европе) и Казахстан ― антилидер в Средней Азии. Наконец, Зимбабве и Конго (из топ-20 стран), наиболее пораженных ВИЧ в мире.

Внутри России есть свой антирекордсмен ― Кемеровская область. В этом регионе выявляют в три раза больше новых случаев, чем в среднем в стране. В прошлом году в Кузбассе было зарегистрировано 125 человек с ВИЧ-инфекцией на 100 тысяч населения. В допандемийном 2019-м ― 206 новых случаев. При этом по населению Кузбасс сопоставим с небольшой европейской страной: скажем, Словенией или Литвой. В Словении в 2019 году выявили 1,6 человека с ВИЧ на 100 тысяч населения. Это в сто раз меньше, чем в Кемеровской области.

Вадим Покровский, глава Федерального центра по борьбе со СПИДом, академик:

— У нас идет счет на десятки тысяч новых случаев. А, скажем, в Соединенном Королевстве в год выявляют 4,1–4,5 тысячи новых случаев. Еще меньше в Германии. А в сумме население этих стран сопоставимо с населением России. Но что там в Великобритании? Там пропаганда использования презервативов, программы по снижению вреда — профилактические программы среди мужчин, имеющих секс с мужчинами, сексуальных работников, наркопотребителей… Плюс с этого года у них введено обязательное сексуальное просвещение в школах. Страны Западной Европы много средств тратят на профилактические программы. А в нашей стране никаких подобных программ нет. Отсюда и возникает такая разница в цифрах.

2. 100 тысяч случаев в год

Первая волна распространения ВИЧ прокатилась по России во времена «героинового шика» — в конце девяностых. Тогда во всем мире, и в частности в России, выросло употребление инъекционных наркотиков, а тема наркозависимости проникла в массовую культуру. «Большинство заражений происходило через грязный наркошприц», — говорила об этом периоде главный санитарный врач Анна Попова.

Кроме того, с 1995 года государство начало массовое тестирование граждан: призывников, всех, кто попадает в тюрьмы, колонии и изоляторы временного содержания. Также на ВИЧ с тех пор обязательно тестируют доноров крови, беременных, хирургов и иностранцев, получающих разрешение на работу или на жительство. Возможно, резкий всплеск заболевания в конце девяностых был связан и с тем, что инфицированных просто начали массово выявлять.

В начале нулевых распространение вируса немного притормозило. Возможно, это связано с началом борьбы с наркотиками и с тем, что государству удалось выявить большинство инфицированных в 1990-е годы. Тем не менее уже с 2005 года заболеваемость снова начала расти. Оказалось, что сексуального просвещения не хватает не только подросткам, но и взрослым.

«Вторая волна была связана с тем, что ВИЧ вышел за пределы группы наркопотребителей и начал распространяться половым путем (через незащищенные гетеросексуальные контакты. — Ред.). Понимаете, те люди, кому сегодня 40–50, были молодыми в 1990-е, когда использование презервативов не было в ходу. И до сих пор молодежь более склонна, на мой взгляд, использовать презерватив, чем старшее поколение», — объясняет Андрей Злобин, генеральный директор H-Clinic, которая специализируется на лечении людей с ВИЧ.

В 2017 году число новых случаев передачи вируса достигло рекордных 107 тысяч человек. И к 2019-му снизилось до 97 тысяч. Однако насколько нынешнее снижение будет устойчивым, пока сказать трудно. С 2020 года из-за пандемии ковида сократились и контакты людей, и объемы тестирования, поясняют эксперты.

В любом случае, согласно официальной стратегии по борьбе с ВИЧ, ждать резкого падения распространения вируса не стоит. К 2030 году, судя по целевым показателям правительства, диагноз ВИЧ будет поставлен еще 580 тысячам человек.

3. Столицы ВИЧ — на Урале и в Сибири

Больше всего новых случаев — вовсе не в двух столицах, а на Урале и в Сибири: в Кемеровской, Иркутской областях, Пермском крае. В Кузбассе и Иркутской области инфицирован вирусом уже почти каждый 50-й житель. То есть люди с иммунодефицитом наверняка есть в каждом многоквартирном доме или даже подъезде.

Такой уровень распространения вируса логичнее сравнивать не с Европой, а с маленькими и бедными странами Африки или Карибского моря. Доля ВИЧ-положительных в Кузбассе сопоставима с распространением вируса в Гамбии, Гаити, Белизе. И это без преувеличения — катастрофа.

Если нанести на карту регионы, где ВИЧ распространяется особенно быстро, можно увидеть отдельно Крым, Севастополь и целостный пояс из 15 регионов Среднего Поволжья, Урала и юга Сибири. В них проживает более полумиллиона ВИЧ-инфицированных.

Все эти регионы включают крупные города — экономические и промышленные центры. И все они сосредоточены вдоль границы с Казахстаном. Именно через границу с этой страной в Россию шел наркотрафик. Из Казахстана в девяностые и нулевые годы в Россию попадало 90% опиатов. С наркотиками (через общий шприц) распространялся и ВИЧ.

4. Обыкновенный контакт

В России принято думать о ВИЧ, как о болезни маргиналов: наркоманов, заключенных, подростков из неблагополучных семей. Но в последние пять лет ВИЧ перестал быть болезнью наркозависимых. Теперь чаще всего вирус передается через обыкновенный, незащищенный сексуальный контакт.

Центр по профилактике и борьбе со СПИДом каждый год публикует данные о способах передачи ВИЧ. Примерно в половине случаев информации о путях передачи вируса нет. Однако из оставшейся половины 65% в 2020 году было связано с гетеросексуальными контактами. И только меньше трети — с употреблением наркотиков.

Вместе с тем наркозависимые люди и гомосексуалы остаются основной группой риска инфицирования ВИЧ. В этих группах случаев передачи в процентном соотношении гораздо больше. При этом профилактика передачи ВИЧ среди наркозависимых в России почти не ведется. Как правило, этим занимались некоммерческие организации: они раздавали одноразовые шприцы и презервативы. Однако за последние годы уже 15 таких НКО признали иноагентами, по данным ОВД-Инфо (также признанного иностранным агентом). Некоторые из них закрылись.

Кроме того, антиретровирусную, то есть подавляющую вирус терапию, в России получают только 55% от всех ВИЧ-положительных пациентов. Это значит, что остальные 45% потенциально продолжают передавать вирус другим людям.

Вадим Покровский

глава Федерального центра по борьбе со СПИДом, академик

— Почему у нас появляются организации, которые получают деньги из-за рубежа? Да потому, что наше правительство и региональные власти очень мало денег дают общественным, да и государственным организациям на проведение профилактических мероприятий. Все средства брошены на закупку лекарств и обслуживание больных. На профилактику, то есть на предупреждение новых случаев, по данным Аналитического центрапри правительстве, идет меньше 1% всех средств.

5. Вирус становится старше

Еще один миф: ВИЧ — болезнь молодых. Так было двадцать лет назад. В 2000 году четверть заразившихся составляли подростки 15–20 лет. Теперь все иначе. В 2019 году (это самые свежие опубликованные данные) 40% новых случаев было зафиксировано в группе возрастом от 30 до 40 лет. И столько же — в группе старше 40.

Подростки из девяностых повзрослели. Например, в группе 35–39 лет 2,6% россиян ВИЧ-положительны. Условно говоря, если собрать пару бывших групп колледжа по 20 человек каждая, то один из выпускников окажется носителем ВИЧ.

Среди мужчин от 40 до 44 лет, по статистике, имеют ВИЧ и вовсе 3,4%. То есть один из 32 мужчин этого возраста иммунодефицитен. И это число будет становиться все больше, потому что вирус как раз и распространяется в этих возрастных группах.

Андрей Злобин

генеральный директор H-Clinic

— Основная значимая проблема программ тестирования, профилактики и лечения ВИЧ-инфекции — это всегда вопросы стигмы. Из-за нее люди не хотят тестироваться. А есть люди, которые так боятся огласки, что не хотят, боятся обращаться за лечением и приходят только тогда, когда их прижмет, когда им плохо. (Это подтверждают и сами ВИЧ-инфицированные. ― Ред.)

В 2016 году мы проводили опрос в рамках казанского марафона, а это как раз люди социально активные, достаточно взрослые, за 30. И эти люди нам отвечали, почему они не сдают регулярно тест на ВИЧ: потому что неудобно прийти в поликлинику и сказать терапевту, что хочешь протестироваться на ВИЧ. Поэтому вопрос жизни с ВИЧ — это всегда вопрос стигмы.

Редактор: Арнольд Хачатуров
При участии: Татьяны Зеленковой