Данное сообщение и наказание

Почему статус иноагента — не просто маркировка, а трехступенчатый запрет на профессию

«Деньги, которые получают из-за кордона, из-за бугра, должны быть окрашены», — сказал президент Путин на Валдайском форуме, отвечая на вопрос нашего главреда Дмитрия Муратова о пересмотре законодательства про «иностранных агентов». Президент считает, что законы направлены на маркировку «внутриполитической деятельности», которая ведется на иностранные деньги, в этом состоит «право российского общества», но дискриминации в результате применения таких законов не наступает — «как работали, так и работайте дальше». Путин согласился с тем, что законодательство об иноагентах вызывает беспокойство в обществе и на него «нужно еще раз внимательно посмотреть».

Модератор дискуссии, главный редактор журнала «Россия в мировой политике» Федор Лукьянов задал президенту вопрос, не нужно ли опасаться «эксцесса исполнителя», ведь известно, что спецслужбы живут по принципу «лучше перебдеть». «Может быть, ковровым образом у нас не будут агентов назначать?» — спросил Лукьянов. «Массово у нас в иноагенты и не записывают», — завершил Путин обсуждение темы.

По поводу «перебдеть»… Накануне Минцифры предложило разрешить государственным СМИ не отчитываться перед Роскомнадзором об иностранных деньгах. В том случае, если учредителем СМИ являются органы федеральной власти или СМИ получают субсидии из федерального бюджета, они должны быть освобождены от риска стать иностранным агентом, считают чиновники. Предложение Минцифры демонстрирует, что в нынешнем виде законы написаны таким образом, что их буквальное прочтение превращает в иноагентов всех — в отсутствии минимальной суммы «иностранных денег», ясной процедуры признания шансов на выход из реестра, в иноагентов однажды должны будут превратиться все СМИ, включая, условно говоря, газеты «Вечерняя Москва» и «Красная звезда». Рано или поздно «окрашено» будет все — так звучит закон российской иноагентской энтропии.

Хуже того, вместо того чтобы предлагать прояснить формулировки закона, Минцифра предлагает защитить от его действия «своих», фактически легализовать нынешнее избирательное применение права. Если твой учредитель — уважаемый государственный человек, значит, что ты в домике и по пятницам можешь спать спокойно: среди иноагентов себя не обнаружишь. Такое разделение медиа на тех, кто обладает государственным иммунитетом, и прочих — противоречит закону «О СМИ», Конституции и здравому смыслу. Дмитрий Песков, к слову, заявил, что «в Кремле нет позиции по предложению Минцифры» — вероятно, речь идет о попытке бежать впереди катка.

Уже сложилась трагикомическая ситуация с ИА «Росбалт» (признан Минюстом иноагентам в предыдущей пятничной порции), который стал первым в мире «двойным агентом».

Twitter маркирует его сообщение отметкой «Государственное СМИ — Россия», а российское государство предлагает те же записи снабжать уведомлением про статус иноагента.

Надо сказать, что американская корпорация действует немного гуманнее: она своей подписью не отнимает у «государственного иноагента» драгоценные символы, отведенные на само сообщение (в Twitter сейчас можно постить материалы до 280 символов). И, само собой, не заставляет СМИ вести дополнительную отчетность.

Разобраться, в каком именно месте и за что вас «окрасили», непросто, но движение «Голос» (признанное Минюстом иноагентом) выяснило, что их статус достался им буквально из-за перевода на сумму в 200 рублей, поступившего от гражданки Армении, подписанной как «Норайр Львовна Манукян». Это оказалось веской причиной для того, чтобы наблюдение за выборами превратилось в шпионскую акцию, осуществляемую в интересах иностранных держав. Уклониться от «Норайр Львовны» практически невозможно, единственный способ сделать это связан с полным отказом от пожертвований. И это тоже доказывает непрозрачность и абсурдность законов об иноагентах.

Хотя закон формально и не декларирует дискриминации в отношении «иноагентов», а всего лишь создает им значительные неудобства, государственные органы и даже общественные структуры сами собой понимают намек и стараются держаться от «маркированных» подальше. Отвратительная история случилась с организацией «Информационная культура», которая отказала журналистке Алесе Мараховской, признанной Минюстом иноганетом, в участии в профессиональной конференции-хакатоне — притом, что ее участие было согласовано за несколько месяцев до очередной пятничной акции Минюста. Поэту и журналисту Татьяне Вольтской, признанной Минюстом иноагентом, несколько дней назад отказал в выступлении кемеровской театр. В обоих случаях кто-то решил, что хотя формально иноагентам у нас ничего не запрещено, на практике лучше не связываться.

Неделю назад российский телеканал «Дождь», созданный на российские деньги российскими учредителями и вещающий на Россию, но все же признанный Минюстом иноагентом, вел свой марафон «Агенты людей», в ходе которого в эфире появилось множество замечательных правозащитников и журналистов, уже попавших в «списки». Параллельно стало известно, что выписаны первые штрафы за «нарушение иноагентской отчетности» для якутского журналиста Петрова, признанного чиновниками иноагентом, и правозащитника Льва Пономарева, признанного иноагентом ими же (иногда кажется, что скоро в языке не останется ничего, кроме «данного сообщения»). Правонарушение Пономарева при этом состояло в том,

что он поздравил Дмитрия Муратова с Нобелевской премией мира, не снабдив эту фразу упоминанием своего статуса.

Что если законы в нынешнем виде вообще писались не для того, чтобы раздать всем «знаки отличия», но для того, чтобы выдавить людей из профессии в три несложных хода? За попаданием в реестр следует административная ответственность за ненадлежащую отчетность, а затем и угроза уголовных дел. Другой прагматики в законах, которые сами написаны явно «ненадлежащим образом», усмотреть трудно.