Перешел дорогу государству

Первокурсника приговорили к 10 месяцам колонии. Суд считает, что он один сумел перекрыть магистрали Москвы на январских протестах

Мировой суд в Москве приговорил 21-летнего студента Глеба Марьясова к 10 месяцам лишения свободы по делу о «перекрытии дорог» на акции 23 января. Помимо этого, московский метрополитен и «Мосгортранс» подали к нему иск на сумму 2,7 млн рублей. Марьясов стал единственным человеком, которого приговорили к реальному сроку за «перекрытие дорог» по итогам многотысячных акций, состоявшихся в январе 2021 года.

В январе прошли протестные акции в поддержку задержанного Алексея Навального. Его задержали в Шереметьево 17 января, сразу по прилете из Берлина, где политик проходил лечение после отравления.

По данным «Белого счетчика», митинг 23 января в Москве, оказался самым массовым за долгое время. На него вышли около 15–20 тысяч человек.

Студент первого курса факультета архивного дела РГГУ Глеб Марьясов, член либертарианской партии, был в тот день среди протестующих. После акции его задержали.

В тот день в столице задержали более полутора тысяч человек, из-за чего мест в спецприемниках не хватало. Именно поэтому, как говорит адвокат Марьясова Дмитрий Захватов, он сидел более 20 часов в полицейской машине.

На Марьясова составили протокол за «повторное нарушение на митингах» (ч. 8 ст. 20.2 КоАП) и за «неповиновение требованию сотрудника полиции» (по статье 19.3 КоАП).

По словам Глеба, задержание произошло с применением силы: сотрудники полиции ударили его в живот.

В итоге, Марьясову назначили 30 суток ареста, часть из которых он отбывал в Центре временного содержания иностранных граждан (ЦВСИГ) в Сахарове, а часть в ИВС Мневники.

После 30-ти суток, на выходе из ИВС его задержали снова. Уже — по уголовному делу — о «перекрытии дорог» (ч. 1 ст. 267 УК РФ).

И теперь, ему, как подозреваемому, избрали меру пресечения в виде запрета определенных действий: нельзя покидать квартиру с восьми вечера до восьми утра, пользоваться средствами связи, общаться с другими фигурантами дела (подозреваемыми в деле о «перекрытии дорог» стали еще несколько активистов, но обвинение в итоге выдвинули только против Марьясова) и посещать массовые мероприятия.

Доводы стороны обвинения строились на основе видеоролика: молодой человек, похожий на Марьясова, размахивал руками и говорил, что сейчас «нужно всем пойти туда».

Видео выложил телеграм-канал «Товарищ майор», подписав его словами: «Когда вам будут говорить, что координатора на митинге не было, показывайте всем это видео. Профессионально нагнетает и подстрекает, не скрывая лица. Найти его получится без проблем. А там и по 20.1 привлечь».

По словам адвоката Захватова, сначала Марьясову тоже было предъявлено обвинение, в котором фигурировал ущерб «Мосгортрансу» и московскому метрополитену, но в новой редакции документа этот ущерб пропал.

Но в сентябре Мосгортранс и Московский метрополитен уже в рамках уголовного дела предъявили гражданские иски к Марьясову.

Мосгортранс заявил, что получил убытки из-за простоя и задержек в движении транспорта. А у московского метро вдруг увеличился пассажиропоток, из-за чего к работе пришлось привлекать дополнительных сотрудников, что тоже привело к убыткам. В сумме эти гражданские иски вышли в 2,7 млн рублей. И суд их удовлетворил.

«Я не нашел в их объяснениях никакой причинно-следственной связи между поведением Глеба и тем, что они понесли убытки, — говорит Дмитрий Захватов. — Все это выглядело безумно, особенно касательно метро. Глеб в тот день в метро не спускался. Как они говорят, увеличение пассажиропотока привело к тому, что они были вынуждены вызвать дополнительное количество работников, и таким образом понесли ущерб. Но при увеличении пассажиропотока у вас же должна быть больше выручка?»

Но иски нужно оплачивать.

Жена Глеба Марьясова Мария Исаева говорит, что сбора денежных средств для выплаты штрафа не будет.

«У Глеба нет ничего, кроме мебели, которая у нас в съемной квартире. Таким образом, мы хотим сказать власти, что нужно перестать использовать непосильные штрафы как метод давления на активистов», — говорит супруга Марьясова.

Глеб и Мария поженились этим летом. Как объясняет девушка, решение о женитьбе частично связано с уголовным делом против студента: если его посадят, ходить к нему на свидания смогла бы только законная супруга:

«Да, мы поженились частично из-за этих побуждений, но мы еще и венчались за две недели до приговора, потому что это не фейковый брак ради колонии, мы правда друг друга любим. Для очень религиозного Глеба венчание — это доказательство, что все не ради колонии», — говорит девушка.

При этом

приговор для нее и для самого Глеба стал неожиданным. Они рассчитывали, что с учетом проведенного под запретом определенных действий времени Марьясов должен провести в колонии четыре месяца.

Девушка же думала, что его отпустят прямо из зала заседания. Сторона запросила 10 месяцев лишения свободы, судья Казакова в итоге назначила именно такой срок.

«Для нас все было неожиданно еще тогда, когда в четверг на судебных прениях прокурор запросила реальный срок, потому что при таком гигантском штрафе, который и так уже непосильное для Глеба наказание, еще сажать его в тюрьму казалось вообще диким. Это, по-моему, единственное из последних дел, за которыми я следила, где судья полностью согласился на предложенные прокурором ограничения. К тому же мы думали, что восемь месяцев, которые Глеб сидел под ограничениями, посчитают как четыре месяца тюрьмы, а их засчитали как полтора», — говорит Исаева.

Максимальное наказание по статье Марьясова составляет один год лишения свободы — в практике чрезвычайно редки случаи, когда подсудимые с первой судимостью получает реальные сроки по таким легким статьям.

Марьясова задержали сразу в зале суда. Он не успел попрощаться с женой. По словам Исаевой, сотрудники полиции ждали два часа после приговора, чтобы вывести студента тогда, когда группа поддержки разойдется. Такой срок стал неожиданным и для адвоката Захватова.

«Я это связываю с тем, что прошли выборы. Любое назначение в виде лишения свободы рушат рейтинги власти. Если до выборов это играет какую-то существенную роль, то после выборов никакой серьезной роли это не играет, после выборов они спокойно могут вести себя абсолютно безобразно», — заключает адвокат. Сейчас сторона защиты планирует подавать апелляцию.

«Планы в таких ситуациях всегда одни и те же. У нас, как известно, правосудие осуществляется за рубежом. Мы планируем исчерпать национальные инстанции и обращаться в ЕСПЧ», — говорит Дмитрий Захватов.