Каждый день читаю о десятках тысяч новых заболевших ковидом в России. Что значат эти новости? Как правильно их понимать?

Путеводитель «Медузы» по самой тревожной теме осени

В России уже несколько недель чиновники постоянно говорят об (анти)рекордах по числу заболевших коронавирусом. Речь идет об официально зарегистрированных заражениях, которые отображаются в открытой для общества базе «Стопкоронавирус.рф». Там действительно ежедневно фиксируется на треть больше больных, чем это было даже на пике «второй волны» прошлой осенью. Однако в реальности эти данные слабо отражают развитие эпидемии. Разбираемся, как на самом деле надо читать новости о коронавирусе, на какие данные обращать внимание, а какие использовать с осторожностью.

Когда официальные лица говорят о числе заражений, относитесь к этому с максимальным скепсисом

С ними буквально все не так. Начнем с того, что нигде в мире не могут зарегистрировать всех заразившихся коронавирусом (и даже всех людей с симптомами COVID-19 и всех, у кого заболевание протекает относительно тяжело; регистрируются даже не все смерти от коронавируса).

Американские CDC (Центры по контролю и профилактике заболеваний, аналогом которых в России во время эпидемии должны были стать Роспотребнадзор и правительственный оперштаб) дает такие оценки по доле выявленных заражений в Америке:

• Выявляется одно из 4,2 реального заражения.
• Одно из 3,8 заражения с симптомами заболевания.
• Один из 1,8 случая болезни, требующего госпитализации.
• Фиксируется одна из 1,3 смерти от коронавируса.

В России с выявлением еще хуже. Это видно из публичной базы «Стопкоронавирус.рф», данные из которой — за неимением других — используются для описания эпидемии во всех международных счетчиках — от базы Университета Джонса Хопкинса до счетчика «Медузы».

Если воспринимать эту базу всерьез, придется поверить, что в России в больницы попадают в среднем 58% выявленных зараженных. В США эта доля равна 6,7%, во Франции — 7,6%, в Германии — 5,3%. Это свидетельствует о том, что либо в России не умеют тестировать граждан и случаи заболевания просто не выявляются, либо их количество в официальной статистике (то есть в базе «Стопкоронавирус.рф») многократно — примерно на порядок — занижено. Хуже того, схожее — то есть заниженное — число зараженных, похоже, записано и в закрытом регистре больных коронавирусом, которым пользуются высшие государственные чиновники при принятии решений о борьбе с эпидемией.

Если коротко, вывод таков: в федеральный регистр сначала вносят все случаи с подозрением на заражение коронавирусом, а затем исключают из него большую часть с диагнозом «ковид не подтвержден».

Так не только в России

Занижением данных о заболевших и смертях от ковида грешат многие страны на востоке Европы, в Азии и Латинской Америке. Так, данные о смертях в России за время эпидемии, вероятно, занижены в 3–4 раза, а не в 1,3, как в США. Но есть Никарагуа, где они занижены в 51 раз, или Таджикистан, где смертей в сто с лишним раз больше, чем в официальных сообщениях.

Да-да, официальная статистика заражений — совсем плохой показатель. Искажения невозможно скорректировать

Базы — публичная и закрытая — не годятся даже для того, чтобы на их основе составить реалистичную модель развития эпидемии, подсчитав и применив «поправочные коэффициенты» к официальным данным. Увы, степень занижения данных о заражениях и смертях меняется от региона к региону и от месяца к месяцу.

Статистические казусы, в принципе, имеют два объяснения: «неизбежное» влияние внешних факторов и сознательные манипуляции властей в регионах и в центре.

К «честным» искажениям можно отнести динамику сделанных тестов на коронавирус. Если посмотреть на график ежедневной динамики тестирования в России, то будет видно, что в конце октября 2021 года каждый день фиксировался не только рекорд по числу выявленных зараженных, но и рекорд сделанных тестов. Кроме того, доля положительных тестов от всех сделанных в последние месяцы сильно выросла, хотя и не достигла тех значений, что были зимой 2020 года.

Как это объяснить?

Этому может быть два объяснения:

1) в обществе особенно высока доля зараженных, поэтому их выявляют чаще, чем раньше;

2) зараженных чаще выявляют, потому что больше тестируют группы риска: работников сферы услуг и транспорта, школьников, тех, кто чувствует недомогание и т. д.).

Этими факторами отчасти можно объяснить октябрьские рекорды по выявленным зараженным.

Другое объяснение состоит в том, что год назад власти сознательно занижали число выявленных заражений в большей степени, чем этой осенью.

А есть доказательства манипуляций?

Время от времени в регионах и в целом по России случаются необъяснимые статистические явления:

• в Санкт-Петербурге во время матчей чемпионата Европы по футболу в июне 2021 года счетчик выявленных больных застыл на отметке чуть меньше двух тысяч в день;
• в целом по России число ежедневных смертей летом 2021 года никак не могло преодолеть отметку 800, но и не снижалось ниже 750.

Эти — и многие другие — статистические странности крайне сложно объяснить какими-либо реальными трендами распространения вируса.

Об этом говорит изменение соотношения между избыточной смертностью и официальным числом умерших (и заболевших). По данным из регионов мы видим явные следы «ручного управления» данными: так, степень занижения числа смертей (по сравнению с избыточной смертностью) отличается от одного с небольшим раза в нескольких регионах до более чем ста раз в Башкортостане.

• Так, в сентябре 2020 года «избыточно умерших» было в 7,12 раза больше, чем официально умерших от коронавируса.
• В сентябре 2021 года это соотношение составило «всего» 2,53 раза.

Аналогично снизилась и степень занижения выявленных заражений:

• В сентябре 2020 года одна «избыточная смерть» приходилась на 7,35 «официального» заражения.
• В сентябре 2021-го — одна «избыточная смерть» на 10,54 выявленного заражения.

Из всего вышеизложенного следует, что из официальных данных о заражениях вообще нельзя сделать надежных выводов о том, что происходит с эпидемией коронавируса.

Лучше всего ориентироваться на данные об избыточной смертности (но они приходят с задержкой)

Вероятно, нынешняя ситуация с ковидом в России может быть немного хуже, чем год назад. Точно мы будем знать это в декабре, когда опубликуют данные избыточной смертности за октябрь. Увы, другого надежного способа сравнить ситуацию на разных этапах эпидемии у нас нет.

Смерть от COVID-19 происходит в среднем через 20–25 дней после заражения, а данные попадают в базу Росстата с задержкой минимум в несколько дней. Данные об избыточной смертности Росстат публикует с большой задержкой — обычно через 40 дней после конца каждого месяца. В итоге по данным об избыточной смертности мы можем судить о числе заражений коронавирусом, которые случились два и более месяца назад.

Пока мы знаем о ситуации в сентябре и можем сравнить ее с тем, что было год назад.

• Год назад вспышка заражений (названная тогда «второй волной») началась в середине сентября и почти не отразилась на смертности за этот месяц. Пик вспышки был достигнут в конце ноября — начале декабря. Пик избыточной смертности (пока что абсолютный за всю эпидемию — 96 015 по сравнению с трендом) был достигнут в декабре 2020 года.
• В 2021 году очередная волна началась раньше — в июне в Москве, Санкт-Петербурге и соседних регионах, в августе — почти по всей стране. В сентябре 2021 года «избыточно умерших» было более чем в два раза больше, чем в сентябре 2020 года (почти 63 тысячи против 26,7 тысячи). По прогнозам демографов, уже в октябре количество «избыточно умерших» подобралось к пику декабря 2020 года. Но судить, какая из двух волн хуже, можно будет только тогда, когда закончится нынешняя вспышка.

Если хотите понять, что происходит прямо сейчас, посмотрите на динамику госпитализаций (но она известна не по всем регионам)

Есть более оперативные данные, по которым можно судить о происходящем. Но только по некоторым регионам. Это сведения о госпитализации с диагнозами «коронавирус» и «внебольничная пневмония». К сожалению, их регулярно публикуют только Москва, Санкт-Петербург и еще несколько регионов. По московским данным, например, видно, что число госпитализаций в последнюю неделю перестало расти. Это может означать, что 10–14 дней назад перестало расти число заражений вирусом — то есть задолго до введения «режима выходных дней» и связанных с ними ограничений. Однако не ясно, насколько это долговременная тенденция. И тем более по данным из Москвы нельзя судить о развитии эпидемии в других регионах.

Еще вариант — изучите поисковые запросы

Другой вариант, как следить за развитием эпидемии, — это изучить данные о поисковых запросах в интернете, которые могут быть связаны с заражением коронавирусом. Например, здесь. У них есть важные достоинства: их нельзя сфальсифицировать, они доступны для всех регионов и достаточно оперативны (например, можно предположить, что люди ищут информацию об одном из первых симптомов заражения — проблемах с обонянием — сразу, как эти проблемы возникают, то есть через 5–10 дней после заражения).

Однако есть и проблемы: за полтора года доля людей, которые заразились, а потом ищут в интернете информацию о симптомах, могла существенно сократиться. Просто многие и без интернета теперь хорошо знают все симптомы. Впрочем, есть и менее подверженные искажению поисковые запросы, например «пульсоксиметр» и «лечение коронавируса».

В общем, метод плохо подходит для того, чтобы сравнивать разные периоды эпидемии, но позволяет оперативно отслеживать текущую динамику. По состоянию на конец октября, например, можно сделать осторожный вывод, что распространение вируса в большей части регионов замедляется.

И нет, когда власти говорят об «уровне коллективного иммунитета», верить этому тоже не нужно

Точно нельзя. Эти данные, впервые появившиеся на сайте «Стопкоронавирус.рф» в середине октября, — сумма всех нерелевантных данных и квинтэссенция всех неправильных подходов. Судя по «уровню коллективного иммунитета», указанному на сайте (45%), чиновники просто суммировали всех вакцинированных (по официальным данным) и всех переболевших (тоже по официальным данным).

Вот почему это не имеет никакого отношения к реальности.

• Во-первых, долю людей, получивших естественный иммунитет после заражения, считали исходя из официально зарегистрированных заболеваний. Это число занижено в России почти в четыре раза и дает ошибку в десятки миллионов человек (подробнее смотрите тут).
• Во-вторых, для определения «уровня коллективного иммунитета» нельзя просто складывать доли вакцинированных и переболевших. Эти два множества пересекаются, и, судя по всему, значительно.
• В-третьих, такие расчеты, в отличие от настоящих исследований коллективного иммунитета — сероопросов, — не учитывают падение защиты со временем (подробнее смотрите тут).
• В-четвертых, среди вакцинированных, якобы имеющих иммунитет, учитываются те, кто вовсе не делал прививку, а просто купил сертификат. Мы не можем оценить долю таких людей, но она может быть значительной.
• В-пятых, при вычислении «коллективного иммунитета» учитывают и тех, кто привился «ЭпиВакКороной» — вакциной с сомнительной эффективностью. Одно это дает ошибку примерно в 3 миллиона человек.

Наконец, не только сама доля «вакцинированных-плюс-переболевших» в популяции, но и ее интерпретация, предлагаемая властями, не имеет отношения к научному консенсусу. Чиновники уверяют, что после вакцинации заболевают менее 5% людей, а после ранее перенесенного заражения — 0,25%. Это не соответствует ни российским исследованиям «Спутника V», ни надежным исследованиям из других стран, согласно которым иммунитет (и «вакцинный», и «натуральный») имеет эффективность против заражения в случае варианта дельта в районе 80% или даже меньше.

Власти предлагают сравнивать вычисленный ими «уровень коллективного иммунитета» с неким порогом — 80%, — который поставили в качестве цели для кампании вакцинации. Вероятно, предполагается, что после достижения этого порога (в результате вакцинации и новых заражений) эпидемия прекратится сама собой.

Однако это может быть совсем не так. Действительно, 80% имеющих иммунитет — нижняя планка коллективного иммунитета для доминирующего в 2021 году варианта вируса дельта. Но в реальности эпидемия может продолжаться и после достижения порога 80% в целом по популяции, если в отдельных группах доля имеющих иммунитет намного ниже. Вероятно, это как раз случай многих регионов России.

• По данным властей Москвы, в городе наименее вакцинированной возрастной группой остаются пожилые: среди них привита только треть, тогда как в целом среди взрослых (хотя бы одной дозой) привита половина. Еще одна возрастная группа — дети — не получала вакцины вовсе.
• Если даже будут привиты 80–90% взрослых, но среди пожилых доля вакцинированных не изменится, то вспышки эпидемии продолжатся за счет людей старшего возраста и детей, которые в России, как показывают эпидемиологические исследования, очень активно контактируют друг с другом.

Три главных вывода

1. По базе «Стопкоронавирус.рф», на основе которой делают заявления российские чиновники, вообще нельзя судить не только об общем числе заражений, но даже о динамике распространения вируса. Точно так же не дают представления о развитии эпидемии и данные о коронавирусных смертях, которые публикуются в той же базе.
2. Отчасти это связано с самой природой вируса: во всех странах выявляется в разы меньше заражений, чем случается в реальности. Отчасти — с «особенностями» российской системы учета, которая часто подвержена грубым манипуляциям. Тренды, которые отображаются в официальной базе данных, могут совпадать с реальностью, а могут не совпадать совсем.
3. Главное, что нужно помнить: нельзя говорить об «антирекордах» заболеваемости или, наоборот, о «победе над эпидемией», основываясь только на данных «Стопкоронавирус.рф». Скорее всего, для этого не подходят и закрытые базы, которыми пользуются российские чиновники. Хотя на основе именно этих данных, скорее всего, принимаются решения о введении и снятии различных ограничений.

Дмитрий Кузнец