«Застряли здесь по самое никуда»

На пике пандемии Владимир Путин приехал в Севастополь и собрал вокруг себя сотню человек

Приезд Владимира Путина в любой город — заметное событие. Перекрытие дорог, наплыв сотрудников силовых структур и, конечно, желающие задать вопросы или просто поглазеть на президента горожане. Исключений нет даже в период локдауна. Новость о визите Путина в Севастополь 4 ноября всколыхнула местных жителей.

Официально президент должен был появиться на людях в 15.30, но уже к 10 утра перед въездом в парк у памятника Примирения собираются первые зеваки. К 12 численность толпы достигает ста человек.

С самого утра дорога к мемориальному комплексу, посвященному окончанию Гражданской войны, перекрыта сотрудниками федеральных служб. Они досматривают каждый автомобиль и пускают только тех, кто есть в особом списке, — коммунальщиков, жителей близлежащих домов и тех, кто аккредитован на визит президента.

Пенсионерка Людмила Сивина, пришедшая в 9 утра, объясняет постовым, что ей нужно пройти на набережную, чтобы искупаться. Купается она каждый день — «моржует» — и не хочет нарушать традицию из-за приезда президента.

«Конечно, они не разрешат, но я бы с удовольствием задала вопрос. Я бы спросила об отношении президента к тому, что весь город-герой должен остановиться и не дышать <из-за его визита>. Такого не должно быть. Там же и охрана есть. Все бухты перекрыли. Празднично-неприятный день», — говорит женщина и тут же добавляет, что вообще-то она патриот и, кроме этого, — всем довольна.

Каждый час приезжают автомобили с силовиками. Их пропускают к месту выступления президента без досмотра. Из парка выходит десять человек с оружием и собаками. «Рассредоточьтесь», — командует старший.

Через пропускной пункт пытается пройти 84-летний участник «третьей обороны» Севастополя («крымская весна». — А. С.), старший мичман в отставке. Несмотря на все предъявленные документы, его не пропускают из-за отсутствия в списке. Пенсионер говорит, что хотел поприсутствовать на возложении цветов к мемориалу и увидеть президента. Ковидные ограничения, по его мнению, в данном случае применяться не должны: «Возраст они могли учитывать? Сюда всех должны пускать. Что тут такого? Разве криминал? Люди не идут с оружием». Женщина, видевшая попытки старика пройти к памятнику, удивляется, что даже его не пускают. В ответ раздается: «Идиоты! Я считаю, что это больные люди. Я здесь живу, работаю, пятнадцать лет на флоте служил. Надо это учитывать. Сегодня День народного единства. Минин и Пожарский нам запретили собираться, что ли?»

Затем мужчина начинает сетовать на все действующие ограничения: «Одно государство применило бактериологическое оружие, и они <правительство РФ> не могли стереть его с лица Земли!

Поджилки, что ли, трясутся? — старик почему-то винит в пандемии США. — Президент, блин… Отношение пока к нему фифти-фифти».

К 13 часам людей становится больше. Приходят с детьми. Некоторые достают фотоаппараты. Подростки шутят: «А прикинь, если мы заорем: Путин, отпусти Навального?» — раздается хохот, оборачивается сотрудник военной полиции, дети резко замолкают. Неподалеку сидит молодой отец с дочерью лет пяти и объясняет, кого ждут собравшиеся: «Будешь потом детям рассказывать, что встречала Путина».

Сотрудники ДПС просят всех пройти на тротуар и прекратить ходить по дороге. Проезжают два автобуса. В первом едут юнармейцы, во втором — воспитанники военно-патриотического центра «Вымпел». Люди из толпы начинают недоумевать, почему кому-то все-таки разрешают попасть к президенту, а им — нет.

В стороне стоит пенсионер Станислав Царенко и пишет на листочке А4: «В.В. Путину — спасибо за Севастополь! Но пенсия…».

«Полный стаж у меня рабочий до 2017 года. Я работал в Краснодарском крае. В 2000 году перешли из Новороссийска в Севастополь на ремонт, и жопа. Застряли здесь по самое никуда. Все с российскими паспортами. Получали сначала рубли, потом гривны. В итоге прописался тут. Застройщик дом не достроил и смылся в Украину, — перескакивает он на другую тему. — Опечатали квартиру. Писать бесполезно. Сказали, что выделят максимум около двух миллионов. На это даже в коммуналке ничего не купишь».

Станислав поддерживает политику президента. В отличие от других собравшихся, работу сотрудников пропускного пункта он одобряет, считая кордоны «отличным способом обеспечения безопасности».

Отстраниться от толпы решила и семья Лебедевых. Они приехали с дочкой на отдых в Севастополь из Краснодара и захотели в последний день отпуска встретить президента. Поспособствовала этому близость снимаемого жилья. Из другого конца города, по словам Александра Лебедева, ради Путина они бы не поехали. Для него и жены Владиславы Лебедевой присутствие здесь — это возможность посмотреть на главу государства хоть раз вживую. При этом не все решения Лебедевы поддерживают: «Ковид — это способ перейти в посткапиталистическое общество. Главы государств говорили, что для перехода в новый формат нужны либо война, либо пандемия. Вот договорились. Это лучше, чем война, конечно же. Один Лукашенко сопротивляется против мирового правительства. Хотя Путин тоже может сопротивляться, но иногда он все равно принимает не свои решения, как марионетка. Вот у нас и ковид вслед за другими странами. Тут прогнулся, да. В остальном молодец, старается не идти на поводу», — ударяется глава семьи в конспирологические теории.

У Александра звонит телефон, он берет трубку: «Да, алло, я потом перезвоню, у меня тут встреча с Путиным». Владислава, улыбаясь, объясняет: «У нас друг — ярый фанат Путина, вот его разрывает от зависти, все хочет узнать, что и как».

Через полчаса Лебедевых все-таки просят переместиться на другую сторону дороги, на тротуар. Мать садится играть с дочерью под дерево, отец караулит кортеж, сливаясь с колонной ожидающих граждан.

Собравшиеся начинают расспрашивать сотрудников ДПС и военной полиции, когда же все-таки приедет Путин. Те разводят руками и грустно отвечают, что президент всегда опаздывает. Люди начинают волноваться и строить домыслы, приедет ли вообще кто-то.

В половине четвертого толпу категорически просят стоять только за забором и отойти подальше от пропускного пункта. Поступила информация, что возложение будет в четыре часа дня.

Почти в половину пятого становится слышен шум приближающихся автомобилей. Зрители тут же достают телефоны, включают камеры и замирают. Меньше чем через минуту появляется долгожданный кортеж. Проносится 6 автомобилей. Колонна одобрительно свистит и улюлюкает. Марина Бардина, которая находится здесь уже три с половиной часа, машет российским и андреевским флажками.

Дети держат файлик с листком, на котором написано: «Крым с Путиным».

«Владимиру Владимировичу самому интересно общаться с людьми. Он кабинетный человек, ему не хватает живого энергичного общения, — говорит Бардина. — Многого, конечно, он не может сказать… — Марина прерывается, увидев едущий обратно кортеж, и скандирует: «Владимир Владимирович! Владимир Владимирович!»

По мнению Марины, локдаун нужно было вводить не с марта 2020 года, а с 2017-го. Она, медсестра, якобы видела у пациентов признаки ковида задолго до объявления пандемии. При этом женщина не считает, что находится на массовом мероприятии, и не осуждает других за отсутствие масок: «Вот это много? Да ладно! Возможностей заразиться на открытом воздухе ноль. Только если прям в лицо чихать. Кроме ковида, если тут покопаться по бордюрам, то и туберкулез, и дизентерию и еще всякой заразы схватить можно». При этом она все же подчеркивает важность ношения масок в закрытых помещениях. Сама она стала таковые носить еще в 2019 году.

Встретив кортеж, люди начинают расходиться. От места, где они стоят, президента не увидишь и не услышишь.

В Севастополе 4 ноября зарегистрировали 348 случаев заражения коронавирусом — на три больше, чем сутками ранее.