«Вечные» — самый необычный блокбастер Marvel от создательницы «Земли кочевников» Хлои Чжао

Ура, кинотеатры снова открыты!

В России закончился (недо)локдаун. Снова открылись и кинотеатры! А значит, вернулись и рецензии «Медузы» на главные премьеры недели. Сегодня Антон Долин рассказывает про «Вечных» — очень необычный блокбастер Marvel, который сняла автор «Земли кочевников» Хлоя Чжао.

На родине комикса, в Штатах, «Вечных» приняли как минимум неодобрительно — агрегаторы критических рецензий выставили им самую низкую оценку из всех картин Marvel.

Можно представить, что Хлоя Чжао — радикальная постановщица фестивального кино, решившаяся на эксперимент, — не ожидала такого результата, но глава Marvel Кевин Файги, визионер и стратег, наверняка был готов к негативной реакции. При всех его мичуринских амбициях, иногда доходящих до лысенковских пределов, он не просто продюсер, а успешный бизнесмен, осознающий рискованность сделанной им ставки. Конечно, и раньше кинокомиксы доставались людям из авторского кинематографа — Райану Куглеру («Черная Пантера») или Тайке Вайтити («Тор: Рагнарек»), но в них Файги безошибочно находил именно ту жилку, которая позволит снять кино безбашенное, веселое, местами по-хорошему глупое. «Вечные» — нечто совсем иное.

Создательница обожаемого критиками «Наездника» и увенчанной «Золотым львом» «Земли кочевников» Хлоя Чжао осталась несгибаемой. Она отказалась подстраиваться под любимый всем миром формат: много экшена, некоторое количество юмора, обязательная сентиментальность и, главное, неослабевающая динамика. А ведь такой «Marvel-стиль» взяли на вооружение даже давние противники и конкуренты из DC — в этом духе выдержаны «Аквамен» и «Шазам».

Чжао пошла наперекор стандартам, сделав картину выспреннюю, величественную, тягучую, раздражающе многофигурную и в этом родственную дисишной «Лиге справедливости» Зака Снайдера — причем авторскому удлиненному варианту.

Куда смотрел многомудрый Файги? Или смотрел он в будущее, чертя на песке новый разворот Marvel (а значит, и всей развлекательной индустрии) и предопределяя вкусы широкой публики на десятилетие вперед?

Так или иначе, «Вечные» — фильм именно о долгосрочном планировании. Напрашивается сравнение Файги с появляющимся в «Вечных» Судьей Аришемом, чьи пути неисповедимы. А Чжао — с Серси (актриса Джемма Чан — тоже этническая китаянка, выросшая в англосаксонской культуре), самой чувствительной и нежной из Вечных, чья суперсила, кажется, сводится к бесконечной эмпатии.

Уже это резко отделяет картину Чжао от предшественников и предшественниц — ведь прежние любимицы Marvel, Черная вдова или Капитан Марвел, были непробиваемыми машинами для побед. Серси дерется так себе, ей важнее любить, чем побеждать, и от упавшего на нее лидерства она откажется в любой миг ради мимолетной симпатии, например, к мужчине. Пусть даже этот милый бородач — сам Кит Харингтон; все равно бессмертным богам не положено вести себя настолько безответственно.

Да, Вечные, изобретенные автором комиксов Джеком Кирби в 1970-х и никогда не бывшие фаворитами Marvel, — это боги. Они существуют на Земле испокон веков и, возможно, породили самих людей. Но уж точно воспитали, деликатно и лишь изредка направляя по верному пути. Кто-то из Вечных побывал в иные эпохи Осирисом или Гермесом. Некоторые до сих пор носят древние имена — например, летающий в поднебесье и сжигающий взглядом Икарис (Ричард Мэдден), добродушный и бесстрашный увалень Гильгамеш (Дон Ли) или Фина, где-то потерявшая начальную А богиня войны (Анджелина Джоли, кто же еще), заодно расставшаяся с мудростью — за тысячелетия жизни на нашей планете у нее развились раздвоение личности и потеря контроля.

Если большинство знакомых нам Мстителей все же больше напоминают античных полубогов или героев — за исключением Тора, но тот постоянно теряет то молот, то божественную силу, — то Вечные, блюдущие пакт невмешательства в судьбы человечества, держат дистанцию и не торопятся спасать людей. Они слишком много видели и испытали, слишком во многом разочаровались и разуверились. И зачем они вообще тогда тут торчат, если даже зловредных врагов Девиантов победили много столетий назад? Сие ведомо только всесильному Аришему — богу богов, верховному демиургу, больше похожему на застывшего в эмпиреях сломанного робота-трансформера с гулким голосом. Странным образом оказывается несложно поверить, что судьбы галактик и миров зависят от такого существа.

Так что же Вечные делают на Земле — и что же «Вечные» с их неземной статью делают в каталоге Marvel, сделавшего имя на прививке «человеческого, слишком человеческого» мультяшным супергероям? Ответ (картина дает даже несколько версий) был бы непростительным спойлером, но достаточно и самого вопроса: ведь он и составляет существо фильма Чжао.

Вместе с «Дюной», сезонное совпадение с которой не кажется случайным, «Вечные» представляют редкий жанр «экзистенциального блокбастера». Не случайно Хлоя Чжао восторженно отзывалась о сай-фае Дени Вильнева, а тот говорил, что «Вечные» — чуть ли не единственный фильм Marvel, заслуживающий серьезного внимания.

Это картины, зритель которых должен набраться терпения, наслаждаться продолжительностью, получать удовольствие не от остроумных реплик и виртуозных трюков, а от атмосферы. Они медитативны в прямом смысле слова: публика погружается в транс, который для многих, привычных к иным зрелищам, неминуемо обернется тривиальной скукой. Но и скука, как утверждают психологи, особое состояние, в котором человек погружается вглубь себя. Почему бы в такой ситуации и не задаться вопросами о смысле жизни вместо того, чтобы гадать, кто и каким оружием кого побьет в постановочном экранном поединке.

Конечно, если переводить «Вечных» на язык слов, они прозвучат набором общих мест: «Кто мы?», «Откуда идем?», «Зачем все это?». Однако это фильм в высшей степени визуальный и именно авторский. Простым доказательством служит узнаваемый стиль Чжао, невзирая на смену оператора (регулярно снимающий для Marvel британец Бен Дэвис вместо привычного партнера постановщицы в творчестве и жизни Джошуа Джеймса Ричардса), — и потому к синопсису или сюжету его свести невозможно.

Кроме того, банальность содержания Чжао нивелирует забавной инверсией: проклятыми нерешаемыми вопросами здесь задаются не люди, обычно переживающие из-за своей изменчивости и бренности, а боги, чьи проблемы противоположны — они всегда равны себе и бессмертны. Иногда это настоящая проблема: например, Спрайт (Лия Макхью) — вечная тинейджер и ее влюбленность во взрослого соратника всегда будет запретной и неосуществимой.

Да, Спрайт в оригинальных комиксах был мальчиком-подростком, напоминающим Питера Пэна, а в фильме стал девочкой — эдакой феей Диньдинь. Это лишь одна из трех перемен пола/гендера в «Вечных»: мудрый лидер богов Аяк тоже стал дамой (немеркнущая красавица Сальма Хайек), как и обладающий неземной скоростью Маккари — эту роль играет Лорен Ридлофф, глухонемая актриса, прославленная «Ходячими мертвецами».

Но зритель не успеет разгневаться на изобилие женских персонажей, уравновешенное разве что верховной властью Аришема. В «Вечных» слишком много других раздражителей для консервативной аудитории.

Здесь есть первый секс вселенной Marvel, хоть и крайне целомудренный. Мало того, что среди исполнителей ролей Вечных два афроамериканца (кроме Ридлофф это известный по сериалу «Атланта» Брайан Тайри Генри в роли изобретателя Фастоса), одна из них еще и изъясняется на языке жестов, а другой — открытый гей, живущий в браке (и у пары есть ребенок). Так что здесь вы еще и увидите первый для Marvel поцелуй двух мужчин.

Дон Ли, играющий Гильгамеша, — кореец, известный по «Поезду в Пусан», и сколько же шпилек нам предстоит услышать в адрес характерного артиста (ведь, как известно, при выборе исполнителя на роль мифического шумерского героя необходимо соблюдать строгий реализм). Даже белые цисгендерные мужчины — воитель Икарис и контролирующий мысли Друиг — подчеркивают локальные акценты: Ричард Мэдден — шотландский, а Барри Кеоган, соответственно, ирландский.

Можно видеть в этом исключительно стремление корпорации Disney угодить всем, начиная с невидимого левацкого голливудского обкома (в существование которого, кажется, в России верят даже просвещенные синефилы), и тогда подобный разномастный интернационал покажется нелепым. Но можно рассмотреть здесь новаторское переосмысление канонов блокбастера Хлоей Чжао, и тогда возникнет иная оптика. Она не предлагает принимать «других» как равных, а позволяет с помощью фантазии и мифологии увидеть в их «ненормальности» сверхчеловеческое начало — иногда необаятельное, но всегда по-своему впечатляющее и интересное.

Как и в большинстве «сборных» кинокомиксов, интрига «Вечных» ведет к апокалипсису — разумеется, зачем бы еще собирать настолько могущественных существ в единую команду? Однако здесь ее развязка не сводится к привычному «поднатужились и сдюжили». Несмотря на несерьезный жанр, Чжао всерьез задается вопросом о способности человека к эволюции и трансформации перед лицом безразличной и всесильной природы, которую она так любит и умеет снимать и показывать (природа и есть единственная подлинная «Вечная»).

Уравновешивает неподъемную фундаментальность темы еще одна, вроде бы второстепенная, но ярчайшая сюжетная линия персонажа по имени Кинго (Кумэйл Нанджиани). Отчаявшись в своих попытках уверовать в людей, он ушел в другой бизнес и заделался болливудским актером (этот поворот позволил Чжао органично ввести в голливудский блокбастер сцену с индийскими танцами) — точнее, целой династией таковых, ведь он бессмертен. Даже сражаясь с Девиантами бок о бок с другими Вечными, он продолжает играть на камеру, которую держит в руках его бессменный Санчо Панса и менеджер Карун (Хариш Патель).

Таким образом Кевин Файги и Хлоя Чжао подмигивают нам: как бы ни надували щеки «Вечные», полезно помнить — перед нами всего лишь впечатляющий аттракцион, и смотреть его надо именно так. А мысли, с которыми вы выйдете из зала, пусть станут заделом на будущее. Ведь, судя по сценам после титров, сиквелы неизбежны.

Антон Долин