Оригинал материала
«Борис Джонсон, вечеринка закончена!»
К чему ведет сенсационное поражение консервативного кандидата в сельском округе Англии
Английские избиратели прислали черную метку премьер-министру Борису Джонсону на довыборах депутата британского парламента от округа Северный Шропшир на западе Срединных земель Англии.
В этом сельском округе консерваторы чувствовали себя уверенно почти 200 лет. В 2016 году большинство там поддержало Брексит, а в 2019 году их кандидат победил с преимуществом в 23 тысячи голосов (в округе около 80 тысяч избирателей). Но вчера на довыборах в парламент страны кандидат от правящей партии потерял свое преимущество и отстал от либерал-демократа почти на 6 тысяч голосов.
Поражение в Шропшире не меняет расклад сил в Палате общин, где у консерваторов сохраняется большинство с перевесом около 80 голосов, и вообще правящая партия часто проигрывает промежуточные выборы. Но наблюдатели подчеркивают, что теперь уж точно лидерство Бориса Джонсона будет поставлено под сомнение в его собственной партии. С ноября идут разговоры о том, что депутаты-тори направляют письма о недоверии премьеру во внутрипартийный комитет. Для проведения голосования о недоверии нужно, чтобы такие письма написали 15 процентов депутатов-тори, всего 54 письма. Пока эта цифра не достигнута, количество и авторство писем остаются строго конфиденциальной информацией.
Голосование в Шропшире — «сокрушительное поражение», «политическое землетрясение», говорят одни («Файнэншл Таймс», «Таймс»), это «предупредительный выстрел», говорят другие. Влиятельный телеканал «Скай-ньюс» осторожно подчеркивает, что настроение среди однопартийцев «скорее мятежное, чем революционное». Парламент ушел на рождественские каникулы, а у премьера есть по крайней мере три недели, чтобы перегруппировать свои силы.
Политологи и пресса любят подчеркивать, что главное достоинство премьера — в его особых отношениях с избирателями. Всю жизнь Бориса Джонсона сопровождали скандалы, но ему удавалось быть «звездой», от которой не ждут нравственного поведения.
Однако в последнее время пресса все чаще рассуждает, не стал ли обузой партии тот, кто был ее «паровозом».
Выборы в Шропшире ставят вопрос, не закончилась ли его «магия»? Может, уже переполнилась чаша терпения? Не раз за два года после последних выборов, задавая разным людям вопрос, почему люди терпят несовместимые с поведением обычного британца обман, двойные стандарты, семейственность, терпимость к коррупции, я получала один и тот же ответ: «Дайте срок, однажды соломинка сломает спину верблюду».
В начале этой недели премьер столкнулся с «бунтом» депутатов-консерваторов своей партии против внесенного им плана борьбы со вспышкой варианта «омикрон» в стране: против голосовала почти треть консерваторов, около 100 депутатов. Бунту предшествовала непрерывная череда скандалов, которые непрерывно сопровождали партию и лично премьера последние два месяца.
Кстати, и довыборы стали следствием одного из них. Прежний депутат от Северного Шропшира (Оуэн Патерсон) был пойман на том, что совмещал функции парламентария и лоббиста. Неизвестно, как закончилась бы история, если бы правительство во главе с Джонсоном (в свойственной ему вызывающей и агрессивной манере) не защищало провинившегося вплоть до попытки постфактум изменить дисциплинарные парламентские правила.
Неизвестно опять-таки, чем закончилось бы дело, если бы скандал не развивался на глазах у всего мира: как раз в это время в Глазго проходил двухнедельный международный саммит, на котором побывали главы сотен государств и правительств («Новая газета» писала об этом). Неотвязное внимание прессы, включая мировую, привело к отставке депутата и отступлению правительства с неоднократными публичными извинениями.
С этого момента данные опросов показывают, что поддержка консерваторов снижается, лейбористы лидируют уже несколько недель.
И хотя рейтинги середины парламентского периода непоказательны для национальных выборов, которые будут еще только через два года, — политики, пресса, избиратели всерьез воспринимают и анализируют результаты опросов.
За «делом Патерсона» последовали обвинения в адрес других депутатов, всплыли старые эпизоды с плохо объяснимыми заказами на миллионы фунтов стерлингов, которые получили фирмы из близкого круга членов правительства в ходе пандемии, скандальные истории финансирования партии в обмен на места в палате лордов. Припомнили скользкий эпизод оплаты дорогостоящего ремонта квартиры Бориса Джонсона на Даунинг-стрит, за что Избирательная комиссия «впаяла», наконец, консервативной партии штраф, пусть и небольшой (около 18 тысяч фунтов), но символически важный.
Дальше — больше. Больнее, чем коррупционный след, поразили британцев свидетельства о нескольких подпольных рождественских вечеринках на Даунинг-стрит в прошлом году, когда вся страна сидела в строжайшем карантине и люди не могли не то что праздновать, но проститься со своими близкими. Правительство стало отнекиваться, пресса — давить и приводить свидетельства. А то, что полиция отказалась расследовать «прошлогодний снег», только добавило возмущения.
Кстати, низкая явка в Шропшире (заметно ниже, чем два года назад) показывает, что именно консервативный избиратель, разочаровавшись, не пришел голосовать и тем решил дело.
Выборы в Северном Шропшире подтвердили возможность и эффективность заключения неформальных пактов о ненападении в округах между лейбористами и либеральными демократами, когда одни направляют ресурсы на места, где имеют наилучшие возможности сместить члена парламента от тори, а другие ведут тихую «тренировочную» кампанию. Британцы, похоже, не охотники до публичных пактов об откровенном «разделе» избирателей и считают, что могут сами разобраться, когда голосовать «тактически».
В победной речи новый член парламента от Северного Шропшира Хелен Морган заявила, намекая на провальные вечеринки на Даунинг-стрит: «Борис Джонсон, вечеринка окончена» («the party is over»). Очень может быть.