Оригинал материала
«Пососамбус», «духовка» и «бастурмация»
«Пососамбус», «духовка» и «бастурмация»
Секс-исследовательница размышляет, помогают ли эвфемизмы говорить о сексе
Авторка: Настя Подорожная
Иллюстраторка: Саша Рогова
Последние несколько дней пользователи соцсетей шутят про фразы из сториз украинской секс-просветительницы Саши Петрайчук. Интерпретациям великой фразы «финишировал в духовку» уже посвящен не один десяток мемов. Почему секс-блогеры вообще прибегают к таким забавным эвфемизмам? Помогают ли эвфемизмы говорить о сексе или только смешат и сбивают с толку? Секс-исследовательница Настя Подорожная попробовала ответить на эти вопросы в своей колонке для DOXA.
Если заранее не познакомиться со «Словарем» из закрепленных инстаграм-сторис украинской секс-просветительницы Саши Петрайчук, можно подумать, что ее тексты составляют продавцы с Aliexpress. «У нас на кухне появился новый силиконовый кум. Такая бомба! Здесь особый механизм, который привозит в Сквидвард», — рассказывает томным полушепотом Саша в одной из своих сторис. В переводе с «кухонного» это означает: у Саши появился вибратор, который массирует зону Джи и может привести к сквирту.
Вибратор-кум? То есть крестный отец ребенка?.. Не могу похвастаться, что понимаю логику всех Сашиных эвфемизмов. Возможно, поэтому я больше слежу за российской блогеркой Алисой Мустанг — еще одной изобретательницей секс-лексикона. Она раскрывает подписчикам секреты «пососамбуса» и хорошего «сатисфекшена», а рекламируя вакуумный стимулятор Satisfyer Pro Penguin, спросила у игрушки: «Официант, как вам моя устрица?» Но мои любимые закрепленные сторис у Алисы — это «Утиные истории». «Я решила завести рубрику „Утиные истории", потому что я — бывшая простит-утка », — объясняет в одной из сторис Алиса.
Left Right У обеих блогерок — очень большая аудитория: у Алисы — более 300 000 подписчиков в Инстаграме, у Саши — более 1 миллиона. Когда они пишут про «придушивание удава» и «полизамбус», то делают это без иронии. Почему эти фразы кажутся уморительными мне, но всерьез используются Алисой, Сашей и их аудиторией?
Этот язык действительно смешной. Он напоминает пошлые анекдоты из детства — не только мне, но и многим другим пользователям. Когда в детстве я слышала анекдоты и стишки с эротическим подтекстом, юмор в том числе заключался в использовании эвфемизмов. Например, анекдот про Вовочку, который, застав родителей за сексом, кричал: «Поезд едет в туннель!» — так раньше родители научили его говорить «пенис» и «вагина». Возможно, дети смеются с таких анекдотов не только из-за намеков на секс, но и из-за самой нелепости метафор.
Секс-просветительница Маша Чеснокова написала у себя в канале, что у нее от Сашиных сторис «кровоточит из глаз», и я могу ее понять. Мое лицо, когда я увидела Сашины скриншоты, было похоже на Ким Кардашьян в образе судьи из SNL. Такой лексикон прямо-таки хочется осудить. Почему?
Многие секс-просветительницы считают, что взрослому человеку эвфемизмы мешают описывать свою сексуальную жизнь. По их мнению, важно использовать «корректные медицинские термины»: пенис, вагина, вульва. Они также выступают за то, чтобы проблемы в сексе проговаривались «словами через рот», а детей с детства учили названиям, как из словаря.
Я часто встречала у других секс-блогер_ок «притчу про печенье»: мол, маленькая девочка из Торонто попыталась объяснить учительнице, что ее насилует родственник, но родители не научили ее говорить слово «вульва». Ребенок называл свои гениталии «печенье». Поэтому, когда девочка сказала учительнице, что кто-то «берет ее печенье», та ответила ей, что надо уметь делиться. Насилие продолжалось.
«Будь у [девочки] достаточные знания, не было бы всего этого кошмара», — предостерегает секс-педагог и блогерка Юлия Ярмоленко. Возможно, этого кошмара не было в принципе: об истории с печеньем не писали в СМИ, и она распространяется в интернете без ссылки на первоисточник — обычно в виде «рассказа, прозвучавшего на конференции».
Left Right Глава британской ассоциации по предотвращению насилия над детьми Хелен Вестерман заявила, что в организации «не советуют конкретные слова, которые нужно использовать родителям. Главное — чтобы дети знали, что зона под нижним бельем — их личная и принадлежит только им, и что нужно смело говорить, когда что-то идет не так». Вестерман добавила, что ассоциация призывает родителей самостоятельно оценивать готовность и зрелость ребенка к тому, чтобы обсуждать эти вопросы наиболее комфортными для них словами.
Для широкой аудитории понятие «секс-просвещение» звучит солидно. Оно повышает престижность того, чем занимаются просветители: мол, мы не про глупости и не про разврат; вообще-то мы помогаем людям следить за своим здоровьем. Квир-секс-просветительница Саша Казанцева в интервью для моего исследования секс-просвещения в Рунете обращала внимание, что медицина добавляет секс-просвету «серьезности» и вообще права на существование в глазах многих людей.
У этой репутации есть и обратная сторона: серьезная миссия будто бы накладывает ответственность на форму изложения. Кажется, люди проводят параллели между секс-просветителем и преподавателем. Учитель всегда пишет красивым почерком, он подбирает самые литературные выражения. Просветитель якобы должен быть примером для подражания. Поэтому слово «пососамбус», услышанное со стороны «просветителя», кажется не просто смешным, но чуть ли не издевательским.
Left Right Похоже, дело в том, что некоторым блогерам страшнее потерять свой аккаунт, чем выглядеть непрофессионально. По моим наблюдениям, Инстаграм и Телеграм — самые популярные соцсети среди русскоязычных секс-блогеров. В этих же соцсетях регулярно блокируют секс-просветителей за якобы распространение порнографии или нарушение других правил.
Политика блокировок контента про секс в обеих соцсетях абсурдная и непонятная. Блокировка аккаунта зачастую происходит мгновенно. До этого можно ни разу не получить предупреждение о нарушении Правил сообщества. Безопасность не гарантирует даже популярность аккаунта. Так, за 2021 год удалили аккаунт российского врача акушера гинеколога Ангелины Романовской на 4 000 подписчиков, польского магазина одежды Girls Watch Porn на 10 000 подписчиков и американского эротического бутика Bellesa на 400 000 подписчиков. Похоже, у популярных аккаунтов больше шансов на скорое восстановление — аккаунт Bellesa разблокировали за сутки, аккаунт врача — за несколько месяцев. Но никаких гарантий нет, аккаунта можно лишиться и насовсем.
В связи с этим блогеры пытаются придумать, как избежать блокировки или теневого бана (ситуация, когда соцсеть специально показывает контент небольшому количеству читателей, снижая охваты). Сами Инстаграм и Телеграм оставляют за собой право наложить санкции за любое поведение, не обосновывая свое решение и не опираясь на Правила сообщества. Поэтому секс-просветители часто обсуждают, как «надо» или «не надо» вести свой контент, чтобы не обратить на себя внимание модераторов.
Самая популярная теория — Инстаграм «не любит» сексуальный лексикон. Поэтому большинство аккаунтов про секс-просвет во всем мире его цензурируют. Например, блогер_ки вставляют посреди слова неправильные буквы, цифры или эмодзи. Вот, как это делают квир-секс-блогер Дядя Терин и блогерка Полина Роттердам:
Left Right С эмодзи приходится быть осторожнее: согласно обновленным год назад правилам, контент в Инстаграме может быть удален из-за одного использования «эмодзи, известных как сексуальные». Заблокировать также могут за «региональный сексуальный сленг», так что некоторые не решаются написать даже что-то вроде слова «чресла». Один из самых известных эвфемизмов, который используют секс-блогеры — легендарный «кекс». Это и самостоятельное слово, и «спрятанный» с помощью одной неправильной буквы общепринятый термин.
Контент Саши Петричук уникален тем, что она практически не использует настоящие, медицинские слова. Еще до того, как ее контент стал вирусным, она делала подписи под некоторыми постами и сторис: «Словарь в вечных сторис. Не стыдно, такие правила». Вчера она отдельно прокомментировала, почему использует такие эвфемизмы: «Есть правила площадки Инстаграм и <...> либо мы [обсуждаем секс] так, либо вообще не ведем эту тему. Все эти годы мне удавалось вести свой блог вопреки, обходя подводные камни <...>»
Саша также сделала упрек в сторону секс-блогеров, которые подшучивали над формой изложения ее контента, игнорируя содержание: «В моей теме есть много моментов, по которым у экспертов разные мнения. Например: существование Сквидварда [сквирта], сколько на самом деле бывает финалов [видов оргазма], причины ананасного финала [анального оргазма? не уверена, этого нет в словаре!] и тд. (...) Но [другие секс-блогеры] не нашли ничего более конструктивного и полезного, нежели в который раз обратить внимание на терминологию».
Саша искренне пытается рассказывать своей аудитории вещи, которые кажутся ей важными, хотя к ее контенту могут быть вопросы. Забавно, что секс-просветители смеялись с самого вирусного скриншота — про «финиш в духовку» — но при этом не обращали внимание на суть опроса. В нем просветительница с аудиторией более миллиона подписчиков предлагает на вопрос «Нравится ли вам, когда в вас кончают?», выбирать варианты ответа между «Да» и «Да». Как будто персоне с вульвой обязательно должна нравится эякуляция в вагине, и вопрос только в том, какого рода это удовольствие.
Но эвфемизмы не делают Сашу плохой секс-просветительницей. Я вижу в ней женщину, которая, как и все остальные секс-блогеры, боится потерять свою работу. А еще — блогерку, которая умеет формировать вокруг себя сообщество. Она создает у своей аудитории привязанность, придумывая в блоге шифр «для своих». Это инструмент, который объединяет читателей и выделяет блог на фоне других.
Left Right А эвфемизмы в обсуждении секса — не только кринжовый прием в анекдотах, но и реальный инструмент, при помощи которого люди изобретают язык для обсуждения секса в условиях, когда другие средства оказываются недоступными или неадекватными. Например, когда в польских и американских школах обтекаемо называют предмет «подготовка к семейной жизни» вместо «секс-образования» — это тоже эвфемизм. Но благодаря нему меньше родителей противится участию детей в важных уроках.
Еще эвфемизмы часто используют романтические партнеры. Собственные словечки в паре, особенно на тему секса, — признак того, что между романтическими партнерами укрепляется связь, пишут в исследовании 2009 года. Когда мы не уверены, нормальны ли наши сексуальные предпочтения, здоровы ли фантазии — иногда легче спросить об этом через «удава» и «духовку». Так, как будто разговор был не всерьез.
Так что эвфемизмы вполне могут быть отправной точкой для разговора о сексе. Если хочется, то со временем от них можно отказаться. В любом случае, лучше сказать партнеру «духовка болит», чем молча сцепить зубы.