Еще недавно Telegram воспринимали в Германии как символ борьбы с российским и белорусским авторитаризмом. А теперь немецкие чиновники объявили мессенджер угрозой для страны

Новый министр внутренних дел Германии Нэнси Фезер назвала одну из главных угроз для страны в условиях пандемии и роста ковид-скептицизма. Ею оказался мессенджер Telegram, который еще недавно воспринимался как символ борьбы против российского и белорусского авторитаризма. Всего этим мессенджером пользуются до 15% немцев, а в различных конспирологических группах, по оценкам независимых экспертов, состоят до 2% граждан Германии. Немецкие власти всерьез обеспокоены, потому что работающего механизма контроля над Telegram у них просто нет — даже с мониторингом радикалов спецслужбы, похоже, справляются хуже, чем журналисты и независимые эксперты. Аналогичная проблема есть и в других европейских странах, но масштабы ее не так велики. Тем не менее именно выход на международный уровень дает властям Германии надежду на то, что они все-таки смогут поставить мессенджер под контроль.

Ранним утром в среду, 15 декабря, 140 полицейских в сопровождении спецназа взяли штурмом несколько квартир, расположенных в Дрездене и окрестностях города — столицы федеральной земли Саксония. Целью операции было задержание шести участников телеграм-группы с парадоксальным названием «Дрезденское офлайн-объединение», в которой вынашивались планы убийства премьер-министра этого восточногерманского региона Михаэля Кречмера. Операция была проведена успешно, пресса сообщает, что в квартирах подозреваемых было обнаружено и оружие, в том числе несколько арбалетов.

МВД Германии объявило «усмирение» Telegram своей ключевой задачей

По сравнению с другими регионами Германии в Саксонии особенно тяжелая ситуация с распространением коронавируса, здесь самая высокая в стране доля непривитых (больше 40%) и введены самые строгие ограничения — по сути, действует локдаун с комендантским часом и закрытием ресторанов и баров. И на этом фоне здесь (а также в соседней Тюрингии) уже несколько месяцев почти ежедневно проходят акции противников коронавирусной политики властей и лично Кречмера, которые в отдельные дни собирают тысячи участников.

Ковид-отрицателей в регионе так много, что их уже нельзя назвать маргиналами. Кроме того, к ним примкнули готовые к применению насилия правые радикалы, позиции которых на востоке Германии тоже очень сильны. И немецкие власти уверены, что знают, где они находят друг друга, — в Telegram.

Именно на Telegram сам Кречмер фактически возложил ответственность за то, что подготовка покушения на него стала возможной. «Мы видим, что Facebook и Twitter пытаются держаться общих правил. В Telegram мы это не наблюдаем. Там никто не берет на себя ответственность. Так дальше не пойдет», — заявил он в интервью Spiegel, добавив, что немецкие власти «вынуждены» добиваться того, чтобы Telegram действовал в рамках закона

«Политика Германии в сфере медиа после Второй мировой войны основана на том, чтобы предотвращать распространение пропаганды и дезинформации в СМИ», — говорит Кречмер, ссылаясь на мрачный опыт нацизма, чтобы подчеркнуть всю серьезность ситуации.

Кречмер не единственный немецкий политик, который выступил против Telegram. Скорее, трудно найти того, кто бы занимался внутренней безопасностью страны и в последние месяцы не высказался бы в том же духе. Например, новый министр внутренних дел Германии Нэнси Фезер, по сути, называет «усмирение» Telegram своей ключевой задачей.

При этом, когда в 2018 году Telegram пытались заблокировать российские власти, а в 2021-м Александр Лукашенко объявил экстремистами оппозиционные телеграм-каналы, симпатии немецкой прессы (да и властей) однозначно были на стороне мессенджера. Поэтому масштабное наступление на Telegram наверняка навлечет на правительство обвинения в двойных стандартах

В немецкоязычных телеграм-каналах QAnon (и другие конспирологические теории) даже популярнее, чем в англоязычном

Причина, по которой Telegram стал в Германии местом, где можно (всерьез или нет, как раз выясняет полиция) обсуждать убийство главы региона из арбалета, состоит в том, что мессенджер живет по принципиально другим правилам, чем остальное немецкое интернет-пространство. Как только доступ к интернету стал массовым, сетевая активность в Германии подверглась правовому регулированию. В частности, уже несколько лет социальные сети в этой стране несут ответственность за модерацию противоправного контента.

Неудивительно, что, когда Telegram, который на Западе (почти) ничего не удаляет, вышел на немецкий рынок, ультраправые, сторонники различных теорий заговора, а потом и ковид-скептики, уставшие от локдаунов, нашли там удобное прибежище.

Конспирологические телеграм-группы разной степени агрессивности с десятками тысяч участников годами существовали автономно и никого особенно не интересовали. Даже группу, в которой обсуждалось убийство Кречмера, обнаружили не немецкие силовики, а журналисты.

Лишь в начале 2021 года правительство распространило на Telegram действие национального законодательства, которое требует от мессенджера удалять запрещенный контент. Если коротко, то немцы тем самым признали Telegram социальной сетью, тогда как в понимании основателя Павла Дурова это исключительно мессенджер.

Оценить масштабы проблемы помогают компании, которые исследуют дезинформацию в сети, — их сотрудники внедряются в конспирологические группы и пытаются анализировать их изнутри. Иногда их данными пользуются правительства и госструктуры разных стран. Так, по подсчетам берлинской фирмы Logically.ai, только в немецкоязычных Германии, Австрии и Швейцарии (общее население — около ста миллионов) около 1,3% населения (то есть больше 1,3 миллиона человек) активно читают конспирологические телеграм-каналы, связанные с теорией заговора QAnon. В группах ковид-отрицателей состоит еще больше людей — около 2% населения Германии.

По доле участников подобные каналы в немецкоязычных странах значительно популярнее, чем в англоязычных: в самой большой немецкоязычной QAnon-группе в Telegram более 150 тысяч участников, а в самой популярной англоязычной — 334 тысячи (притом что количество людей, говорящих по-английски, в разы больше тех, кто говорит по-немецки).

Оскорбления политиков и призывы к расправе в таких группах — обычное дело. «Это происходит постоянно. Однако ты должен понимать, на каком уровне это происходит. Я не видела никогда конкретных планов, типа, „давайте организуемся и грохнем Меркель“. Это сидят фрустрированные люди, которые эмоционально вымещают свою злость. Некоторые делают это под своими именами и с открытыми лицами, чаще же — под псевдонимами», — объясняет «Медузе» сотрудница Logically.ai Кристина Гильдеева.

Со временем каналы превращаются из способа просто «выпустить пар», найти единомышленников или эффективно организовать несанкционированный протест (как в Саксонии, где митинги запрещены из-за пандемии) в способ заработка.

«Некоторые делают мерч. Другие говорят: „А поддержите независимые СМИ“, — они ведь себя СМИ считают. Третий источник дохода — сбор на судебные расходы, например на адвокатов. Иногда это странные кейсы, как чувак, который хотел строить антивакцинное комьюнити в Танзании. Он собирал донаты, чтобы все они наконец переехали», — говорит Кристина Гильдеева. Речь идет о краудфандинговых кампаниях общей выручкой в сотни тысяч евро.

Эффективный способ поставить ситуацию под контроль власти Германии пока не нашли.

Немецкие власти шлют основателю Telegram письма. Бумажные письма

В апреле 2021 года немецкие власти отправили Павлу Дурову в Дубай два официальных запроса с требованием, во-первых, вступить в контакт с немецкими правоохранительными органами и, во-вторых, выстроить систему модерации запрещенного контента, которая, очевидно, не работает. В случае невыполнения Берлин угрожает Telegram штрафами в размере до 55 миллионов евро.

Письма отправили, как до сих пор принято в Германии, — бумажной почтой.

Попытки вручить их продолжаются до сих пор — немецкие власти пытаются включить в этот процесс МИД Объединенных Арабских Эмиратов и действовать совместно с Нидерландами, где радикализация ковид-отрицателей тоже идет через Telegram. Письма были отправлены на адрес регистрации компании в Дубай — в том самый офис, который, как еще в июне установили специально приехавшие в ОАЭ журналисты Spiegel, стоит закрытым и заброшенным.

Тот же Spiegel летом 2021 года выяснил, что в основной команде мессенджера работает только несколько десятков человек, а значит, требование немецких властей по модерации контента фактически невыполнимо — этим просто некому заниматься. Telegram, фактически по своему охвату превратившийся в транснациональную корпорацию, по отношению к немецким властям пытается вести себя как молодой анархистский стартап.

В итоге на сегодняшний день никаких официальных контактов у Дурова с Берлином нет, что вызывает у немецких политиков настоящее недоумение: сверхпопулярный мессенджер лежит даже не в серой, а в черной зоне интернета — связаться с его владельцами невозможно.

«Facebook в какой-то момент понял, что ему надо заниматься government relations (отношениями с властью, — прим. „Медузы“), они стали посылать хорошо одетых людей на встречи, заниматься государственными контактами. А здесь немецкие правительственные круги разъярены тем, что с ними реально Telegram тупо не разговаривает, потому что не считает это своей задачей. У Дурова и его конторы другая культура», — объясняет берлинский политолог Алексей Юсупов.

Еще один способ воздействия на Telegram — это заставить Apple и Google удалить приложение из своих магазинов — об этом сценарии говорила и министр внутренних дел Германии Фезер. Но пока Германия не обращалась к интернет-гигантам с этим требованием. Возможно, потому, что это даже в теории не решит проблему: уже скачанные приложения продолжат работу, а Telegram работает и через браузеры на компьютерах. В компании Apple после январского штурма Капитолия в США, по информации Spiegel, уже размышляли об удалении приложения, которое, очевидно, и там помогло организовывать противоправные действия. Но после внутреннего обсуждения руководство компании отказалось от этого шага.

Очевидно, нет у властей и планов испробовать полную блокировку Telegram по российскому образцу — и по техническим, и по правовым, и по политическим причинам. Никто не захочет брать на себя ответственность за несомненную имиджевую катастрофу, которая была бы сопряжена с такой мерой. Тем не менее, согласно опросу на странице Spiegel, 72% пользователей интернета в Германии выступают за более жесткие действия властей в отношении мессенджера.

«Это такая немецкая тема, что государство должно жестко реагировать на все цифровые международные концерны. Это способ заверить себя в собственной дееспособности. Что правовое государство не бессильно перед цифровыми и глобальными платформами», — объясняет Алексей Юсупов.

Павел Дуров может игнорировать требования Германии. Но с новыми правилами Евросоюза ему будет справиться сложнее

В других европейских странах и США ситуация в целом похожа на немецкую (разве что в США с Telegram конкурирует большое количество других ресурсов, а в Германии детище Дурова, похоже, заняло весь рынок). Однако ни в одной другой стране Telegram не был объявлен национальной проблемой — причем в отсутствие эффективного плана ее устранения.

Но если не реагировать на бумажные письма немецких властей Дуров может себе позволить, то выход противостояния на международный уровень несет для него куда более серьезные риски.

Речь идет двух общеевропейских законодательных актах — digital services и digital markets, — которые могут быть приняты в следующем году и, в частности, обяжут интернет-платформы модерировать контент под угрозой отключения от европейского рекламного рынка. По сути, Евросоюз обновляет свою правовую базу, связанную с предоставлением цифровых услуг, и готовится четко определить понятие вредоносного контента.

«Им [Telegram] тоже надо будет зарабатывать, потому что все эти модели своей цифровой валюты в США у Дурова провалились, реклама — единственное, чем можно зарабатывать какие-то деньги. Есть основания предполагать, что в какой-то момент Telegram придется задуматься. Даже если они не реагируют на немецкие писульки сейчас, они будут реагировать, когда им закроют доступ на весь европейский рынок», — говорит Юсупов.

До сих пор все ключевые игроки рынка мессенджеров и соцсетей сдавались под коммерческим давлением. Скорее всего, Дурову придется договариваться. Так, российские власти заявили, что основатель телеграма в итоге согласился «противодействовать терроризму и экстремизму».

Дмитрий Вачедин