Пять главных трендов российской экономики в 2021 году

Уходящий год был богатым на экономические события. Россияне стали еще чуть-чуть беднее из-за растущей инфляции, цены на недвижимость взлетели до небес, больше ста тысяч человек официально обанкротились, а российский бюджет получил очередные сверхдоходы от подорожавших нефти и газа. Мы вспомнили пять основных экономических трендов, эффект от которых мы будем чувствовать и в следующем году.

1. Инфляция обогнала прогнозы

На 2021 год пришелся многолетний пик роста потребительских цен. Глава Центробанка Эльвира Набиуллина сообщила, что инфляция по итогам года превысила ожидания вдвое — к концу года она составила 8,4% против ожидаемых 4%. Продукты питания в среднем подорожали на 10%, овощи и фрукты — практически на 20%. Рост инфляции назвал проблемой даже президент России Владимир Путин и поручил в следующем году вернуть показатель к 4%.

По данным ЦБ, половина россиян оценила инфляцию более чем в 16% — в два раза выше официальной оценки. Наиболее высокой ее назвали респонденты, не имеющие сбережений. Такая оценка связана с тем, что за год резко подорожали популярные продукты: куриное мясо — на 30%, картофель — на 74%, а капуста — практически вдвое, на 87%. Также значительно прибавили в цене сигареты, телевизоры и отечественные автомобили. Дороже придется заплатить и за традиционные атрибуты праздника — новогодние елки, красную икру и ингредиенты для салата «Оливье».

Власти связывают резкий рост инфляции с мировым повышением цен. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил, что повышение цен в России зависит от ситуации, складывающейся на внешних рынках, и от «посткризисной волатильности». Теперь власти ужесточают кредитно-денежную политику, пытаясь сдержать цены. В середине декабря Центробанк повысил ключевую ставку в седьмой раз за год — до 8,5% годовых. Кроме того, для ряда товаров правительство вводит регулирование цен и квоты на экспорт.

Других методов, кроме жестких, российские власти не предлагают.

Сергей Хестанов

советник по макроэкономике гендиректора «Открытие брокер»

— Основным трендом 2021 года было увеличение инфляции. Это связано с совпадением во времени двух процессов — с одной стороны, рост цен на мировых рынках, прежде всего на продовольственные товары. Тенденция на повышение идет с 2017 года и ускорилась в последние годы. С другой стороны, на это наложилось ослабление рубля. Такая комбинация является весьма проинфляционной.

ЦБ задействует стандартные методы, которые описаны во всех учебниках с конца 70-х годов. А именно ужесточает денежно-кредитную политику, в частности увеличивает ставку. Классическая идея, хорошо изученная за более чем полвека, с разной степенью эффективности результата. Задача очень простая: снизить предложение денег. Деньги дорожают, соответственно, их предложение снижается, и рано или поздно это может притормозить инфляцию. При условии отсутствия внешних шоков для России — сильных движений сырьевых цен или заметных санкционных ограничений.

Безусловно, инфляция выше целевого уровня. Но если сравнивать с сопоставимыми по важности событиями в прошлом, то рост цен достаточно умеренный. Показательно сравнение с концом 2014–2015 годов — тогда масштаб проблем, с которыми столкнулась российская экономика, был сопоставим, но инфляция была гораздо выше. Большую часть своей истории постсоветская Россия живет в условиях высокой инфляции.

2. Ипотека больше не льготная

За год значительно выросли цены на недвижимость — в среднем на 20%, однако в разных регионах ситуация различается. Так, стоимость квадратного метра в новостройке эконом-класса в Москве увеличилась на 30%, в элитном сегменте — на 43%. В Новой Москве квадратный метр жилья стал стоить больше на 18%, в Петербурге на 24,5%, а на Урале — на 12%.

Кроме того, осенью в Москве резко выросли цены и на съемное жилье. По данным сайтов, размещающих объявления о сдаче недвижимости, средняя стоимость однокомнатных квартир повысилась на 20–30%, в премиум-сегменте — на 50%.

Аналитики связывают рост цен с тем, что льготное кредитование прекратило действовать на прежних условиях, повысилась стоимость рабочей силы и подорожали стройматериалы. По данным Минстроя, в строительной отрасли не хватает около трех миллионов работников из-за оттока иностранных рабочих в связи с пандемией.

Еще весной 2020 года Путин принял решение о реализации программы льготной ипотеки под 6,5% годовых для покупателей жилья в новостройках. Несмотря на локдаун, процесс пошел — уже летом увеличили максимальные суммы кредита и сдвинули дедлайн для обращения за ним.

С июля 2021 года выгодные условия закончились: базовую ставку повысили до 7%, а максимальную сумму займа ограничили.

Вместе с ростом цен, сопровождающим инфляцию, сократилось число ипотечных сделок. К концу года темпы роста цен на жилье в Москве и Петербурге снизились, как и общий интерес населения к недвижимости.

По данным агентства «Национальные кредитные рейтинги», за 2021 год длительность ипотечных кредитов выросла на два года. В сентябре в России не осталось регионов, где средний срок взятой ипотеки составлял бы менее 18 лет, хотя еще год назад таких регионов было 38. Вырос и средний чек ипотеки: средняя сумма кредита в январе составляла 2,65 млн рублей, а после ноября превысила 3 млн рублей. С 2019 года рост средней суммы ипотечной сделки составил более 40%, а срока — более 20%. Кредиты на жилье стали дороже, долгосрочнее и менее популярны.

Игорь Николаев

директор Института стратегического анализа компании ФБК Grant Thornton

— Цены на жилье выросли очень сильно. Но это нужно было ожидать, с учетом того, что рынок разогрели. Здесь и льготная ипотека очень серьезно разогрела рынок, и, как ни парадоксально, сама пандемия тоже. На фоне того, что в 2020 году люди не поехали путешествовать за рубеж, многие средства не были ими потрачены, и значительная часть этих денег вылилась на жилищный ипотечный рынок. Сейчас, как и следовало ожидать, наступило некоторое охлаждение.

В какой-то форме льготная ипотека продолжает существовать. Можно с натяжкой сказать, что ее сворачивание привело к тому, что объем и количество предоставляемых кредитов снизились от максимума. Сказать, что рынок схлопнулся — категорически нельзя. Новые условия по льготному кредитованию со ставкой 7% все еще выгодные на фоне текущей инфляции.

3. Бюджет купается в сверхдоходах

Цены на нефть и газ после обвала в пандемию 2020 года обновили максимумы. В конце декабря стоимость тысячи кубометров газа в Европе впервые превысила 2000 долларов, а осенью цена нефти марки Brent превысила 80 долларов. Федеральный бюджет с января по сентябрь получил профицит 1,4 триллиона рублей, однако это не укрепило рубль и не улучшило благополучие граждан.

Нефтегазовые сверхдоходы традиционно идут в Фонд национального благосостояния (ФНБ). В октябре его объем достиг рекордных 13,9 триллиона рублей, или $197 миллиардов. Правительство рассчитывает, что энергетические доходы продолжат расти, и в 2024 году объем ФНБ увеличится почти вдвое.

На этом фоне власти решили выделить из фонда около $35 миллиардов на инфраструктурные проекты — в том числе на строительство завода по переработке газа. Однако, по информации агентства Bloomberg, дальнейшие расходы президент поручил ограничить. Издание утверждает, что на социальное обеспечение средства планируют выделять «умеренно».

Марсель Салихов,

директор Центра экономической экспертизы НИУ ВШЭ

— Такого экстраординарного роста цен на сырье никто не ожидал.

Прогнозы в начале года были гораздо более консервативны. В этом году рынок был дефицитным и спрос превышал предложение, и это приводило к тому, что запасы нефти в мире глобально снижались. В следующем году так не будет, потому что соглашение ОПЕК+ в первом полугодии истечет, и вся добыча, которая была сокращена в его рамках, будет возвращена на рынок.

Для России [высокие цены на нефть и газ] означают приток валюты и дополнительную прибыль для сырьевых компаний. Но если мы посмотрим, что происходило с точки зрения курса рубля, то рубль не укреплялся так, как должен был бы укрепляться при таких ценах. Почему это происходит? Здесь есть два фактора.

Первый связан с «геополитической премией» — ситуация с Украиной и так далее. Иностранные инвесторы пересмотрели риски и в последние месяцы уходили из российских активов. Второй связан с тем, что российские крупные компании-экспортеры придерживали валюту и пытались сохранить ее у себя, а не продавать на рынке. То есть они получают дополнительную прибыль, но при этом не конвертируют эту выручку в валюту. И это тоже противодействует укреплению рубля.

4. Хороший год для банкротства

С начала 2021 года число банкротств граждан возросло до 137,5 тысячи, что практически в два раза больше, чем год назад. За все время существования процедуры потребительского банкротства с 2015 года ей воспользовались более 400 тысяч граждан. С 1 сентября в России также появился внесудебный порядок признания банкротами граждан, долги которых не превышают полмиллиона рублей.

Число корпоративных банкротств с начала года также превысило показатели прошлого года и составило 7409 случаев с января по сентябрь. Однако доля компаний, которые нуждаются в господдержке, выросла до 80%. Бизнес-омбудсмен Борис Титов обратился к премьеру Михаилу Мишустину в связи с тем, что региональные коронавирусные ограничения значительно сокращают выручку в учреждениях общепита, досуга и спорта. По оценке Титова, необходимо предпринять ряд мер, в ином случае около половины компаний будут вынуждены увольнять сотрудников.

Александра Суслина

ксперт Экономической экспертной группы

— Реальные доходы граждан падают, и даже у тех, у кого номинальные доходы немножко растут, во многом они съедаются инфляцией. Коронавирус по всем ударил.

Сам факт увеличения формальных банкротств объясняется двумя причинами. Первая причина связана с объективно плохой ситуацией с доходами. А вторая причина — в том, что в России долгое время не было понятия банкротства физических лиц, хотя потребность в таком инструменте была.

Тот объем банкротств, который мы наблюдаем в последние два года, — это отчасти накопленный эффект за долгое время, который реализуется сейчас. Есть ощущение, что в будущем эта доля будет сокращаться. Условно, сейчас банкротятся те, у кого проблемы с финансовой самостоятельностью были и раньше, просто не было такой возможности.

С другой стороны, действительно ситуация с доходами обстоит так себе, доля закредитованных очень большая.

Народ берет кредиты, не понимая, откуда и как будет их возвращать.

5. Большой финансовый брат

С начала года уровень цифровизации и прозрачности российской экономики для властей вырос. Этому поспособствовали инициативы Центробанка и Федеральной налоговой службы (ФНС) по контролю за платежами обычных граждан. Законодатели утверждают, что мониторинг «не затронет добросовестных граждан», но все понимают, что нетрудно стать «неугодным» для государства.

В марте ФНС получила расширенный доступ к банковской тайне. Теперь ведомство может запрашивать у кредитных учреждений информацию о документах и операциях клиентов, банки обязаны предоставить ответ не более чем за три дня. Осенью правительство предложило еще расширить полномочия ФНС — в том числе узаконить обмен информацией, составляющей налоговую и банковскую тайну, между налоговиками и ЦБ.

Накануне издание РБК сообщило, что с 2022 года ЦБ будет контролировать все денежные переводы между гражданами. Регулятор разослал кредитным организациям новую форму отчетности обо всех переводах между физлицами, включая персональные данные отправителей и получателей средств. Вскоре Центробанк опроверг эту информацию и заявил, что не планирует вводить новую отчетность о транзакциях и контролировать переводы граждан.

Александра Суслина,

​эксперт Экономической экспертной группы

— С одной стороны, я за всяческую прозрачность: за борьбу с теневым сектором, за налоги, белую зарплату без конвертов и так далее. И я приветствую меры, направленные на повышение собираемости налогов и бюджетную прозрачность. Но есть один нюанс — это контроль за финансовыми операциями физлиц.

С одной стороны, безусловно, важно контролировать теневую деятельность, финансирование терроризма и прочее. Это важно и нужно, но здесь происходит подмена понятий. Известно, что в России огромные масштабы коррупционной деятельности, но почему-то это ускользает от внимания лиц, принимающих решения. Возникает ощущение, что

вся борьба с тенью в основном идет на проверку нянечек и репетиторов, которые получают за свои услуги оплату напрямую на карту.

Этот крен мне кажется неким лукавством, потому что вроде как мы боремся за прозрачность, но боремся очень точечно и с очень мелкими объемами нарушений. А вот борьба с крупными объемами нарушений — коррупция в той же системе госзакупок — остается под ковром.

Таким образом, значимого эффекта экономике это не приносит. Даже если мы победим всех репетиторов и парикмахеров, в казне почти не прибавится денег. А вот если начать бороться с крупными мошенническими схемами, то это могло бы дать положительный эффект.