Американец Чак Макгинли десятки лет изучает самые неприятные запахи — и даже изобрел «Носовой рейнджер», чтобы лучше их распознавать

Зачем ему это, рассказала The New York Times

Наука давно знает, как с точностью, во много раз превышающей возможности человеческих органов чувств, измерять мощность света и звука. Для описания разных оттенков цвета в человеческих языках существуют сотни наименований. А вот с запахами дело обстоит гораздо сложнее. Для большинства из них даже нет самостоятельных терминов, поэтому неспециалист сможет описать их разве что через сравнение типа «пахнет мокрой псиной». Запахи способны вызывать у человека сложнейшие эмоции, а зловоние не просто раздражает, но и способно отрицательно влиять на здоровье. При этом «искусственного носа» до сих пор не существует, и интенсивность запаха измеряют приборами, принцип действия которых не менялся уже больше столетия. Самый эффективный из них изобрел Чарльз Макгинли из Миннесоты — почитайте статью о нем в The New York Times в пересказе «Медузы».

Типичный рабочий день Чарльза — или Чака для краткости — Макгинли выглядит примерно так. Вместе с помощником они высаживаются из машины в месте, где за кронами деревьев виднеется дымовая труба мясокомбината. Макгинли принюхивается; поначалу он не чувствует ничего, кроме легкого аромата рощи неподалеку. Неожиданно ветер меняется и начинает дуть в их сторону. Чак оживляется: «О, а вот и „боже мой, ну и запах!“» Его коллега берет прибор длиной около 35 сантиметров, похожий на гибрид полицейского радара для измерения скорости и мегафона, и прижимает его узким концом к своим ноздрям. Это полевой ольфактометр «Носовой рейнджер» (Nasal Ranger) — одно из важнейших изобретений Макгинли. С помощью этого прибора и разработанной самим Чаком диаграммы запахов, похожей на хроматический круг, его сотрудники описывают зловоние, исходящее от мясокомбината: «Кислый, гнилостный запах, с примесью нефти».

Вообще-то инстинкт подсказывает человеку избегать дурных запахов. Но Чак Макгинли объезжает самые вонючие уголки страны — ведь работа всей его жизни состоит в том, чтобы описать все известные человечеству ароматы и приподнять завесу тайны над чувством обоняния. Ученые по всему миру пользуются устройствами, которые Чак со своим сыном Майком изобретают в своей лаборатории в Миннесоте. Властям Макгинли помогают разрабатывать законы, регулирующие источники запахов, а жителям населенным пунктов, расположенных рядом с остро пахнущими производствами — более точно описывать свои ощущения. Благодаря усилиям отца и сына Макгинли неприятный запах из просто раздражающего фактора постепенно переходит в разряд источников опасного для здоровья загрязнения, способного ухудшать качество жизни и отрицательно влиять на здоровье.

Из всех человеческих чувств обоняние — наиболее мощное, но и самое загадочное. Запахи способны воскрешать давно забытые воспоминания и вызывать ощущения, которые невозможно точно описать. У запаха есть важная защитная функция: достаточно лишь слегка принюхаться к молоку, чтобы понять, можно ли его еще пить или уже нет; утрата обоняния может свидетельствовать о возможном заражении коронавирусом.

При этом, в отличие от слуха, осязания и зрения, человеку гораздо сложнее описать то, что он нюхает. Обычно люди пользуются сравнениями с другими запахами и ощущениями. Большинство его собеседников, говорит Чак Макгинли, говорят, что от запаха завода по соседству их тошнит — но затрудняются описать точно, чем он пахнет. Он сам — ходячая энциклопедия знаний о запахах. Вы в курсе, например, что вдыхаемый нами воздух попадает в нос через правую ноздрю или через левую, но никогда не через обе? Но больше его беспокоят куда более абстрактные вопросы. Например, чувство отвращения к неприятным запахам — это природный инстинкт, результат воспитания или и то, и другое? И как научить человека разбираться в запахах так же детально, как в цветах или звуках?

На самом деле человеческий нос гораздо более чувствителен, чем принято думать. Например, запах сероводорода (похожий на запах тухлых яиц) он способен различать в концентрации один к миллиарду. Если провести прямую линию между Нью-Йорком и Лос-Анджелесом, то ее одна миллиардная — это всего несколько сантиметров. Но именно эта чувствительность человеческого обоняния и затрудняет законное регулирование допустимых запахов. В такой концентрации сероводород вряд ли способен нанести ущерб здоровью — тем не менее, его запах может быть серьезно портить людям жизнь, говорит психолог Сьюзан Шиффман, которая уже полвека изучает особенности человеческих чувств вкуса и обоняния.

Жалобы на неприятный запах составляют четверть от всех обращений в федеральное Агентство по регистрации токсичных веществ и заболеваний. В медицинской литературе появляется все больше исследований о том, что люди, постоянно живущие рядом с источником неприятного запаха, могут испытывать не только физиологические симптомы типа головной боли, жжения в глазах и тошноты, но и психологические — в том числе депрессию и беспокойство.

Однако в США до сих пор нет федеральных законов, регулирующих остроту запаха — такие есть лишь в отдельных штатах, а там, где их нет, жертвам вони приходится для защиты своих интересов полагаться на суды. Иногда им это удается — например, суд присяжных в Северной Каролине в 2018 году присудил соседям мясокомбината более 473 миллионов долларов компенсации за «постоянную, невыносимую вонь», исходящую от свинофермы. Но далеко не у всех есть время и деньги на судебные тяжбы. А поскольку дурно пахнущие производства обычно располагаются рядом с бедными районами, говорит Чак Макгинли, от вони чаще страдают меньшинства и малоимущие.

Сама технология измерения интенсивности запахов была открыта не Макгинли и не в наши дни. Первые приборы — ольфактометры — появились более столетия назад и были устроены по тому же принципу, что и Nasal Ranger: человек вдыхает запах носом через устройство с небольшой дырочкой и впускает все больше воздуха до тех пор, пока запах не перестанет ощущаться совсем. Чтобы узнать концентрацию запаха, достаточно замерить объем воздуха, которым его нужно разбавить, пока органы обоняния не перестанут засекать искомый аромат.

Прибор Nasal Ranger оказался гораздо эффективнее и удобнее, чем все предыдущие модели, но принципиально устроен схожим образом: для определения остроты запаха нужно сделать вдох через устройство конической формы и крутить ручку регулятора до тех пор, пока запах не перестанет ощущаться. Разработка электронных ольфактометров тоже ведется, но пока ни один из прототипов не способен улавливать запахи так же эффективно, как человеческий нос.

Работать с запахами Чак Макгинли начал еще в 1970-х годах, когда устроился в управление по борьбе с загрязнением окружающей среды штата Миннесота. Однажды на пороге его дома появилась семейная чета фермеров, которые приехали с другого конца штата, чтобы пожаловаться на зловоние от мясоперерабатывающего завода неподалеку от их фермы. От невыносимой вони у них болела голова и першило в горле, но власти им не верили: ведь запах было нечем измерить. Тогда Макгинли впервые посетила мысль, что влияние запахов на жизнь человека гораздо больше, чем было принято думать до этого.

В 1980-х Чак с женой основали собственный бизнес по определению качества воздуха прямо на кухне собственного дома. Поначалу его клиентами были сами «производители» неприятного запаха — заводы по очистке отходов и тому подобные предприятия. Постепенно бизнес расширялся, пока не превратился в сегодняшнюю лабораторию St. Croix Sensory. В последние годы руководство лабораторией взял на себя старший сын Чака Майк. При нем Макгинли начали сотрудничать не только с производителями пищевых и других потребительских продуктов, но и заниматься более творческой работой. Последний проект Майка — разработка 22 ароматов для постановки местного театра, среди которых была, например, «бабушкина квартира».

А вот как выглядит типичный коммерческий заказ для лаборатории St. Croix Sensory. В нескольких ящиках из нержавеющей стали находится смесь разных прототипов наполнителя для кошачьего туалета, смешанных с мочой и калом, которые Майк раздобыл у знакомых владельцев кошек. В еще одной камере находится контрольная среда — песок. От камер отходит еще одно изобретение Макгинли — «носовая маска». Специалисты лаборатории полдня нюхают разные комбинации наполнителя, фекалий и контрольной среды, а потом записывают свои наблюдения. После обеда они переходят к антибактериальным гелям для рук с разными ароматами.

Специалисты лаборатории St. Croix Sensory рассказывают, что эта работа научила их различать самые разные запахи вокруг них, которые они раньше не замечали. Эрика Шульц, одна из сотрудниц лаборатории, говорит, что каждый раз, когда она идет по супермаркету или открывает посылку, в ее голове возникает диаграмма запахов с ее работы.

Это именно то, чего добивался Чак Макгинли на протяжении последних 50 лет. «Мы живем с прищепкой на носу, — говорит он, — Снимите эту прищепку и слушайте своим носом».