"Тупым языком холодной войны". Чем опасен указ про традиционные ценности?

На сайте regulation.gov.ru закончилось обсуждение проекта указа президента по "основам госполитики в деле сохранения и укрепления традиционных российских ценностей". Гонка голосов за и против продолжалась до последнего момента, собрав невиданные ранее десятки тысяч голосов с обеих сторон. С публичным неодобрением указа выступил председатель Союза театральных деятелей Александр Калягин, в открытом письме его поддержали руководители крупных театров Москвы и Санкт-Петербурга. Что им не понравилось в планируемой защите традиционных ценностей, разбирались корреспонденты Север.Реалии.

Основы утверждаемой указом "государственной политики по сохранению ‎и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей", как говорится в тексте проекта, "являются межотраслевым документом стратегического планирования в сфере национальной безопасности". В нем дается определение "традиционных ценностей" (это формирующие мировоззрение граждан России нравственные ориентиры, передающиеся от поколения к поколению), а также их подробный перечень.

По мысли разработчиков документа, в их число входит "жизнь, достоинство, права и свободы человека, патриотизм, гражданственность, служение Отечеству ‎и ответственность за его судьбу, высокие нравственные идеалы, крепкая семья, созидательный труд, приоритет духовного над материальным, гуманизм, милосердие, справедливость, коллективизм, взаимопомощь ‎и взаимоуважение, историческая память и преемственность поколений, единство народов России". Противостоит же им "деструктивная идеология", то есть чуждые идеи и ценности, такие как культ эгоизма, безнравственности и вседозволенности, а также отрицание идеалов патриотизма и так далее.

Перечисляются в проекте указа и источники угроз традиционным российским ценностям. Помимо террористических и экстремистских организаций сюда причислены "действия США и их союзников, транснациональных корпораций, иностранных некоммерческих организаций".

Распространение деструктивной идеологии рано или поздно приведет к разрушению России, считают авторы проекта Основ, поэтому необходимо этому противостоять. Организационными инструментами госполитики называется ответственность органов власти за финансирование "мероприятий, противоречащих целям и задачам государственной политики" и общественный контроль. Предлагается также проводить исследования и заниматься мониторингом.

Общественное обсуждение указа на госпортале официально закончилось 4 февраля, но в течение всех выходных число голосов и за, и против продолжало расти. Сейчас поддержали проект более 100 тысяч человек, не поддержали – более 78 тысяч. В последний день голосования пользователи заметили, что голоса "за" прибавляются "по сто штук в минуту". Об этом сообщила в фейсбуке главный редактор журнала "Театр" Марина Давыдова. "Государство, которое само себя на всех уровнях превращает в лохотрон – это нечто новое в политологии. У меня нет больше ни слов, ни сил писать об этом. Отчаяние. Черное беспросветное отчаяние", – написала театральный критик.

Глава Союза театральных деятелей, худрук театра Et Cetera Александр Калягин заявил: установление дополнительного контроля над культурой – это не что иное, как цензура.

"А как же тогда будет развиваться культура? – задается вопросом Калягин. – А как же тогда эффективно доносить свои традиционные ценности и повышать роль России в мире без постоянного развития художественного языка? А как же тогда при готовящемся контроле, а попросту говоря, цензуре (запрещенная, напомню, нашей Конституцией), будет осуществляться творческий эксперимент?"

Его выступление поддержали руководители крупнейших российских театров (в том числе худрук петербургского БДТ имени Г.А. Товстоногова Андрей Могучий). Принятие указа "никоим образом не будет способствовать сохранению и приумножению духовно-нравственных ценностей, воспитанию патриотизма и любви к нашей Родине", говорится в их письме. Директора и худруки театров уверены, что для защиты российских традиций достаточно и действующей нормативной базы. Новый указ, считают они, дублирует предыдущие – о стратегии национальной безопасности и основах государственной культурной политики.

"Перед нами общее зло"

Театральный критик, главный редактор "Петербургского театрального журнала" Марина Дмитревская не помнит, чтобы театральные люди когда-либо объединялись в таком едином порыве. По ее мнению, это связано с тем, что положения указа абсолютно неконституционны и уводят нас во времена глубокого советского застоя с цензурой и практикой приемки спектаклей и литовкой текстов.

– Те, кто жили в эти времена, вздрогнули от возвращения к кошмару, а те, кто не жили, вздрогнули от воплощения страшных легенд о советской власти, – говорит Дмитревская. – Страшно еще то, что много лет театральное сообщество боролось за принятие Закона о культуре, чего-то добилось, и теперь одним росчерком пера одного лица все откатывается на полвека назад. В результате сейчас объединились даже те, кто никогда не объединялись, потому что перед нами общее зло. Этот закон дает право пещерным людям вести себя так, как принято в их пещере, а не в цивилизованном мире. Вытащив из этого документа тот или иной тезис, любой темный гражданин, любой чиновник сможет влиять на культурный процесс и руководствоваться этим документом, а не Конституцией.

Дмитревская считает, что именно театральные люди так остро отреагировали на проект этого указа, потому что театр – это живое искусство, оно дышит сегодня в зале, а уже и так в Следственный комитет поступают доносы на спектакли.

– Восемь следственных дел пережил сейчас театр "Современник" в связи с пьесой Рената Ташимова. Эта пьеса шла и раньше, но времена меняются, и вот как тролли переливали Пер Гюнта в другого человека, так переливается и наше население, принимая форму, в которую его погружают, и чиновники тут в первых рядах. Указ опасен тем, что позволяет себя трактовать, а значит, трактовать искусство. Совершенно очевидно, что им будут пользоваться, если захотят кого-то прижать. Поэтому все так и обеспокоены – Калягин ведь очень осторожный человек, и недаром СТД выступил дружными рядами. Насчет этого указа ни с кем не посоветовались, что в его составлении творческие союзы не принимали никакого участия.

По мнению театрального критика, шеф-редактора сайта журнала "Театр" Жанны Зарецкой, на проект указа президента РФ об "Основах..." должно было отреагировать все культурное сообщество, поскольку указ касается абсолютно всех. Она считает, что сейчас логично было бы инициировать широкое общественное обсуждение этого указа, при участии представителей всех творческих союзов. Зарецкую возмущает также нечестное голосование за и против этого указа.

– Понятно, что там идут накрутки, и мы там совершенно не при делах. Самое странное, что голосование должно было закончиться 4 февраля в 23.59 – так стоит в паспорте документа, и в это время расклад был не в пользу указа – голосов против было значительно больше. Но голосование почему-то продолжается – боты воюют друг с другом, все превратилось в пошлый балаган.

По ее мнению, сейчас главное – объединиться против самой сути указа, которая заключается в неприкрытом восстановлении цензуры.

– Указ написал тупым языком холодной войны – Россия в кольце врагов, причем через запятую перечислены США и их сторонники, террористы, организации с иностранным финансированием – это абсурд, – считает Зарецкая. – Культура должна объединять, а не разъединять людей, и мне бы хотелось, чтобы все эти разъединяющие практики и теория врага остались в ХХ веке – ни к чему хорошему это привести не может. Там постоянно встречается слово "контроль", а это и есть цензура – появление госприемок. Традиционные ценности не должны спускаться сверху, они передаются из поколения в поколение, они записаны в религиозных книгах, а вообще – каждый сам определяет свои духовные ценности. Свобода любого человека, в том числе творческого, может быть ограничена только Уголовным кодексом.

Народный артист СССР Олег Басилашвили считает, что нужно сохранять традиционные ценности, под которыми он понимает лучшие традиции театрального искусства – театра Станиславского, Товстоногова, Римаса Туминаса и других выдающихся режиссеров. Но, по мнению артиста, участие государства может выражаться только в поддержке лучших театральных коллективов, но никак не в создании контролирующих органов советского образца.

– Неужели они не понимают, что это будет возврат к худсоветам, комиссиям по приемке – это совершенно не нужно, – говорит Басилашвили. – Да, руководители министерств должны иметь хорошее образование, разбираться в искусстве, но наделять их такими правами неправильно. То, что написано в этом документе, мне кажется ошибкой, нелепостью – это возврат к старым формам наблюдения, к комиссиям и запретам. Вспомним судьбу Эфроса, Товстоногова, Любимова. И ведь это будет касаться не только театра. Такого указа не было даже при советской власти. Были всякие внутренние распоряжения, а опубликованного и утвержденного документа не было. Так что присоединяюсь к мнению Калягина и тех, кто выступил вместе с ним, того же Могучего я хорошо понимаю. На мой взгляд, такие указы приведут только к торможению развития искусства.

По мнению Басилашвили, с одной стороны, государство должно придавать искусству большее значение, чем это делается сегодня, и поддерживать его, поскольку искусство воспитывает народ. С другой стороны, он решительно против государственного контроля за искусством.

– О какой нравственности и традиционных ценностях можно говорить, когда бабушка, сидящая в музейном зале, получает 5 тысяч? Поди-ка сядь своим толстым задом на эту скамейку, посиди там полгода и проживи на эти деньги – лучше бы чиновники об этом подумали, чем такие указы сочинять. А то опять в цепи всех заковываем, опять Мейерхольда в результате будут бить резиновыми дубинками по животу, – говорит Басилашвили.

"Это не безвредный проект"

Антрополог, профессор Европейского университета в Петербурге Илья Утехин считает, что этот указ является по сути продолжением законодательства об иноагентах.

– Неудобно авторитаризму править без идеологии – это давно высказывалось, консервативно-охранительская линия просматривается тут совершенно явно, а какие будут последствия, включая цензуру, можно только гадать, – размышляет Утехин. – Этот текст – фактически продолжение закона об иностранных агентах. Тут что самое главное: некоторое время после крушения совдепа государство делало вид, что оно ценностями не занималось, а сегодня мы видим нос государства везде – от постели граждан до того, какому богу они молятся. Этот указ предполагает создание некой государственной инфраструктуры по продвижению ценностей, а самое ужасное – по контролю за творческим контентом. Вспомним, как в начале 1980-х выглядела рок-музыка. Это было чисто стилистическое явление, которое привлекало молодежь, но КГБ видело в ней угрозу, протаскивавшую чуждую идеологию и чуждое поведение на сцене. Как только государство начинает параноидально приписывать стилистическим вещам идеологический смысл в духе совдепа, это уже опасно. В тексте указа есть глава 21: "для осуществления полномочий органа межведомственной координации требуется дополнительное финансирование из федерального бюджета". Тут есть простор для коррупции, кто-то будет сохранять ценности, а кто-то проверять их сохранение, на это можно потратить долю ВВП. Это настолько увеличивает сложность бюрократической системы, что, я надеюсь, чем больше будет этого бреда, тем скорее она обрушится.

Проект президентского указа ссылается на Стратегию национальной безопасности, разработанную Советом безопасности и утвержденную указом президента в июле 2021 года, поясняет политолог Екатерина Шульман.

– Он разработан не потому, что Минкульту пришла такая мысль в голову, а потому что он обязан это делать: каждое ведомство разрабатывает свой отдел, – отмечает Шульман. – Большая часть того, что написано в этих Основах, – копипаст из того раздела совбезовской Стратегии, который называется "Защита традиционных российских духовно-нравственных ценностей, культуры и исторической памяти". Таков закон производства нормативных актов: каждый нижестоящий документ ссылается на вышестоящий. Вопрос – каковы будут практические последствия этого документа? В принципе, никаких прикладных организационных мероприятий в нем не предусмотрено. Единственное, что мне показалось там более-менее практическим, – туманное предложение создать некий координационный орган, который будет отслеживать, насколько соблюдаются ценности, в том числе при принятии кадровых решений. То есть насколько назначенцы на государственные посты соответствуют вот этому набору довольно смутно обозначенных ценностей.

Такого рода документы формулируют набор государственных целей и приоритетов, на который затем ориентируются люди, "которые хотят быть в русле, струе и мейнстриме", замечает политолог. В развитие положений Основ затем могут быть созданы программы школьной внеклассной работы или региональные планы по сохранению традиций и противодействию деструктивной идеологии.

– Это проект невнятный, но не безвредный, – резюмирует Шульман. – Одна бессмысленная бумага производит другую бессмысленную бумагу, но также производит общественную дискуссию, которая показывает многим людям, конформистам по своей природе, какие нынче времена и чему надо соответствовать, если хочешь социального успеха. Основная функция таких документов ровно в этом. Одновременно это вызывает и протест, что мы видим, во-первых, на примере Калягина и других театральных деятелей, которые тоже лоялисты и не могут быть другими. Театр – никак не протестное искусство. Он, с одной стороны, зависит от зрителя, с другой – от государственного финансирования. Тем не менее, даже эти кротчайшие люди все-таки возмутились. Во-вторых, мы видим совершенно эпическую, невиданную битву на regulation.gov.ru с десятками тысяч голосов и за, и против. Сами фальсификации и накрутки на таком голосовании – знак общественно-политического интереса. Никому не нужные выборы нечего и фальсифицировать. Очевидно, вопрос ценностей людей волнует: может, не так, как QR-коды, но в значительной степени. Это характерный признак.