Оригинал материала
«Этот город в огне…»
От редакции:
О событиях, происходящих в лесу новомосковского Троицка, написано, сказано и снято много и оперативно. Поэтому дополнительно вести репортаж о текущих подробностях на наших страницах нет смысла. История эта, увы, характерна для современной России и высвечивает ее проблемы как нельзя более ярко.
Троицк, в принципе, всегда был вещью в себе, причем этот термин не несет никакого негатива. Примерно таким, немного обособленным, немного не от мира сего, и должен быть любой научный городок (в официальном российском статусе — наукоград) в любой точке планеты. Троицк, наверно, таковым и остался, если бы не близость к Москве. Когда-то это рассматривалось как несомненное благо, сейчас, после присоединения к столице — это просто лютый трэш какой-то, выражаясь современным молодежным слэнгом.
Московские порядки отразились на Троицке самыми неприглядными своими чертами. Зачастую для этого вроде даже нет повода. Тем не менее, складывается ощущение, что «приручение» присоединенных территорий проводится наиболее болезненными методами. Буквально с целью показать, кто в доме хозяин. Не будем в сотый раз напоминать о том, что в целом по Новой Москве делается практически всё ровно наоборот по сравнению с тем, что было обещано. Несчастные новые округа отданы на растерзание гидре строительного комплекса, который осваивает захваченные земли стремительно и беспощадно. И БЕЗУМНО.
По Новой Москве расползаются язвы многоэтажных, максимально некомфортных для их обитателей трущоб. Зато именно такой тип строительства приносит их инициаторам и бенефициарам максимальные доходы. Тесно наляпанные на скорую руку человейники, с минимальной социальной инфраструктурой наиболее дешевы в пересчете на квадратный метр жилья при строительстве, зато весьма сложны и дороги в обслуживании во время их последующей эксплуатации.
Наблюдать за всем этим процессом крайне обидно. В какой-то мере с ним можно примириться, но только в случае отсутствия двух главных негативных условий. Во-первых, этот процесс хотя бы не должен тебя касаться напрямую. А во-вторых, минимум в половине случаев — и с каким-то маниакальным упорством — для строительства выбираются наиболее экологически ценные участки. К таким участкам относятся лесные зоны Новой Москвы, которые являются вообще-то одним из главных поставщиков чистого воздуха для столицы, особенно учитывая локальную розу ветров.
Тем не менее, лесной массив, тянущийся от Москвы на юго-запад, после присоединения новых территорий пострадал чудовищно. Вдоль Калужского шоссе, в результате его реконструкции, леса просто не осталось! Защитить его оказалось некому. А вот лесной зоне в Троицке повезло чуть больше. Но не потому, что на нее никто не покушается. Покушаются, и еще как — в течение всей современной истории освоения этих мест. Но с каждым очередным заходом на уничтожение леса находится всё больше активных противников экоцида, как говорят борцы против вырубки леса.
Еще как-то можно было понять (хотя, на наш взгляд, и не оправдать) стройку на месте леса в Троицке во времена его областного подчинения. Но сейчас, когда «всё вокруг московское, всё вокруг «ничье», маниакальное уничтожение комфортной среды обитания сродни преступлению. Под каким бы благородным предлогом оно ни происходило.
Именно на эту тему наша очередная публикация. Автор — фоторепортер, житель Троицка с 1975 года, снимал три олимпиады, работал в зоне конфликтов на Украине и в Карабахе, участвовал в кругосветной экспедиции вокруг Антарктиды, разрабатывал системы для дистанционной фотосъемки.
* * *
В Троицке с начала нового года началась настоящая гражданская война. Часть горожан празднует победу над «загаженным кустарником», другая пребывает в состоянии шока от лесного геноцида, воспринимая это так, будто сосед и городская власть отняли у него часть семьи. К тому моменту, когда этот текст выйдет на бумаге, деревья на участках под вырубку для школы в Троицком лесу, скорее всего, будут прикончены.
К нынешней ситуации город шел 14 лет с момента принятия Генплана-2008, последовательно вычеркивая из списка места под образовательные учреждения, заложенные в нем, и пришел по простой формуле: «Проанализировали потребность в местах в школьных и дошкольных учреждениях. Изучили на кадастровой карте земельные участки».
И бахнули мегашколу в лесу.
Это уравнение из двух слагаемых: «Потребность в школьных местах + участок = Школа, данная Москвой», к которому часто сводится вопрос супершколы, в контексте городской среды вызывает массу вопросов.
Для начала рассмотрим слагаемые.
Первое: нет информации, какова реальная потребность в школьных местах. Данные Отдела образования Троицка расходятся с данными Росстата, а те с независимыми подсчетами и сведениями с сайтов школ.
Невозможно понять, сколько мест в школах занято жителями города, а сколько выделено для окрестностей. Нет также исследования о том, в каких районах города недостаточно школьных мест. Интуитивно понятно, что на севере и юге Троицка, но отсутствуют количественные показатели. Нет информации о планируемых школах в округе, которые могли бы снять нагрузку с Троицка. Нет информации о прогнозируемой численности населения города и ближайших окрестностей. Что брать за основу? То ли уменьшение численности населения в России, то ли увеличение числа жителей в Новой Москве. А за счет чего и кого? Мигрантов из зарубежья? Тогда вообще надо ориентироваться на запросы этих стран, вплоть до преподавания на их языке…
Второе слагаемое.
По словам главы Троицка Владимира Дудочкина, «на территории бывшей 4-й школы (1,86 га) возможно размещение школы на 760 мест (как 6-я школа) без стадиона. Но тогда лишаемся колледжа, именно поэтому Москва данный участок не рассматривала»1. Встречный вопрос: а почему не настояли на переезде колледжа в «здание ФСИН»?
Построить Изумрудный (новый ЖК на севере города — Ред.) можно, а компактную школу запланировать рядом с МФЦ — нельзя?
Ботаковское поле, когда-то зарезервированное под комплекс Высшей школы экономики, пустует полтора десятка лет. Говорят, в ВШЭ слали письма, но они не реагируют. Сложно поверить, что ВШЭ против школы для Троицка, а следовательно, не верится и в то, что велись настоящие переговоры.
По словам Владимира Дудочкина, место для школы троицкая власть ищет 10 лет. «Поиски» привели к тому, что построен микрорайон ЖСК, но запланированная поначалу школа оттуда исчезла. Свободный участок рядом (наполовину в частном владении, наполовину застроен домами для реновации) под школу вновь не рассматривался, несмотря на просьбы жителей микрорайона. Рядом, через улицу Черенкова, общественно-деловая зона — участок не рассматривался. Зато там теперь планируются ФОК и частные гаражи. Район микрорайона К, большого по территории, давно заселенного, но по другую сторону Калужского шоссе — опять не рассматривался! Пристройки к школам № 3 и 5 (это по старой троицкой нумерации, местным вполне понятной и привычной — Ред.) не рассматривались по самой важной причине — «там ценный лес с белочками», как сказал Владимир Дудочкин2. Участок на улице Городской, что на севере Троицка, «выкуплен частным застройщиком под многоэтажную жилищную застройку». Получается, администрация сквозь пальцы всё это время смотрела на очередной «человейниковый» проект, который дополнительно усложнит ситуацию со школами, и ничего не делала.
Разработчики Генплана-2008 предлагали для образовательных учреждений несколько вариантов мест, помимо школы в лесу. Администрация Троицка утверждает, что все они оказались непригодны для нужд образования. Разработчики подсовывали городу туфту? Тут явно кто-то из двух некомпетентен.
Генплан-2008 был утвержден городским Советом депутатов, который не сильно-то изменился за 14 лет. И в нем традиционно велико участие ведущих представителей образования. Получается, Совет и педагоги-консультанты тратят городские деньги на «туфту», а потом не выполняют принятые планы, потому что выполнить их невозможно!
Глава Троицка Владимир Дудочкин на городском сайте собственноручно пишет3, что все предложения по местам для школ были обсуждены на неких внутренних совещаниях, на которых, однако, не велось протоколов. Давайте уже по-взрослому: каждый школьник знает о роли «бумажки» в нашей стране. Поразительный уровень — рассмотреть 4–5 мест для школ, отмести их, «зарубив» тем самым пол-Генплана, — и не оставить письменных следов. Даже тройки НКВД соблюдали больше формальностей!
Что касается вышеупомнутого уравнения, то в нем, если подумать, явно не два слагаемых.
Во-первых, по классике, это уравнение деления. Делится ресурс: территория. В данном случае — лес. И делится определенными группами. Группой «Администрация + Образовательная сфера + Стройкомплекс + заинтересованные в школе родители» против группы тех, кому важен лес (что отнюдь не исключает школу, но в другом месте).
Даже с этой точки зрения решение совершенно неочевидное: почему ресурс вместо общедоступного должен стать тщательно огороженным и недоступным тем, кто не связан со школой?! Ссылки на «центр притяжения» и «всеобщее достояние» — явное лукавство. Монументальный забор вокруг (посмотрите на ЛЮБУЮ городскую школу!) и безопасность детей с наличием круглосуточной охраны не подразумевают легкой доступности, сравнимой с «прозрачностью» леса.
Но для верного уравнения нужно отмотать историю немного назад.
Из чего слагается Троицк? Из научной среды и экологии (леса). Убери это — город не будет ничем отличаться от Коммунарки, Одинцово, Щербинки или массы других подобных мест. Даже проиграет. Школы, спортзалы, магазины, неквалифицированные рабочие места есть везде, да и метро ближе.
То есть «научность» и лес — два ценнейших актива Троицка.
Когда строились институты, один актив менялся на другой. Но сейчас налицо явный и с годами только усиливающийся дисбаланс (мягко говоря) в сторону УМЕНЬШЕНИЯ ОБОИХ активов.
Если Троицк действительно хочет быть сервисным центром всей Новой Москвы с населением в 1–2 миллиона, никакого леса не хватит на все необходимые объекты. И они в конечном счете начнут строиться вокруг, вблизи новых микрорайонов. Так почему не поставить всё с головы на ноги сразу? Если с одной стороны жилье ВШЭ, с другой — «квартал 38» (свежевозведенные трущобы на 38-м км по другую сторону Калужского шоссе — Ред.), с третьей и четвертой — свои неудовлетворенные районы, почему не строить школы к ним ближе, не такие громадные, либо большую, но там, по месту, где они реально нужнее?!
Кстати, в Генплане-2018 предполагается дальнейшая эскалация жилищного строителства в Троицке. А именно «замена жилищного фонда на территории СНТ „Ветеран 1” и „Ветеран 2” на застройку городского типа средней этажности… Размер жилищного фонда может составить 200–300 тыс. кв. м общей площади <…> 6–8-этажных жилых домов».
Но зачем — при столь грандиозных планах жилищной застройки вокруг — разбазаривать ценный (и медленно возобновляемый!) лесной ресурс, который естественным образом станет центром притяжения, когда «строительный шабаш» всё-таки кончится?
На мой взгляд, грубо нарушена официальная оценка ценности леса. «В соответствии с данными натурного обследования открытые участки грунта зарастают злаковым разноцветьем, преимущественно рудеральными видами трав. Также присутствует поросль деревьев…» — говорится в инженерно-экологической экспертизе по троицкому лесу, проводившейся ООО «Геосфера» в феврале-марте 2019 года. Ну, то есть зимой! В нашем уравнении одну из переменных явно приравняли к нулю. Вместе с тем, лес, как его ни назови, — это имущество с ценой. По независимым подсчетам на основе цифр из порубочных документов, которые неохотно показали жителям лесорубы, стоимость операции по «превращению» леса в поле (порубка/древесина/компенсации) можно примерно оценить в сумму до 750 млн руб. Для сравнения: площадь участка на улице Городской — 3,9 га, а его кадастровая стоимость 121 млн руб. Город мог бы вести переговоры с собственниками участков и существенно сэкономить4!
Что мы получаем в итоге принятия решения о потере (о потере для городского бюджета, подчеркнем! — Ред.) этих миллионов рублей и леса?
- Строительство школы не снимает вопрос о достаточности учебных мест.
- Исчезает невосполнимый общедоступный ресурс.
- Не снимается вопрос пешей доступности школ для части районов города, особенно удаленных новых. Поскольку стройка ведется в центре города, в пешей доступности от уже действующих школ.
- Возникновение жесткого противостояния в Троицке с разрушением устоявшегося городского сообщества.
- Увеличивается трафик в районе школы и в целом по городу.
Подробнее о противостоянии.
Администрация Троицка, вне зависимости от ее действий по размещению школы и девальвации стоимости леса, заняла страусиную позицию, делая вид, что активисты в лесу, противостоящие вырубке, — малая часть города, маргиналы и приезжие. Отсутствие переговоров, компромиссов и силовое противостояние на месте вырубки ведут к тому, что Троицк становится известен стране, а дальше и миру, не как наукоград с лесом, а как аналог условных Химок, где непонятные формирования в балаклавах бьют местных, защищая навязанный чьими-то амбициями проект.
Подробнее про местный трафик.
Перечислю ряд проблем, которые появились в связи с увеличением населения в Троицком и Новомосковском административных округах (ТИНАО) и «работой» проектировщиков. И решать их не планируют.
Светофор на перекрестке Октябрьского и Солнечной сделал проезд по этому направлению фактически однополосным. Сам выезд-въезд, на 41 км Калужского шоссе, по-прежнему часто стоит. А всё потому, что развязок для выездов из Троицка при реконструкции Калужки соорудить не удосужились. Улица Текстильщиков, что на севере Троицка, еле ползет в обе стороны, особенно в часы работы мечети. (Да! В Троицке теперь мечеть есть!) На 36-м км Калужского шоссе, сразу за Ватутинками — постоянные пробки на въезд в город через всё ту же ул. Текстильщиков. Даже новая Калужка всё равно непрогнозируема и часто запирается в районе Десны, Ракиток. Отдельный шедевр — съезд на МКАД, который «удачно» совмещен с ходом из Коммунарки, заездом в МЕГУ и светофором перед наземным пешеходным переходом.
Светофор на пересечении Калужского шоссе с ЦКАД (точнее, бывшей «бетонкой») — тоже входит в «хит-парад» транспортного бездумия. Там раньше был круг, и потоки худо-бедно двигались, теперь миновать это игольное ушко за полчаса — удача. То есть мы видим, что по уровню прогнозирования трафика и строительства разработчики дорожной сети — двоечники.
Из этого логически следует, что четырехполосная дорога, всякие карманы-светофоры не спасут нас от пробки в районе новой школы. Особенно если в этом же месте добавится станция метро.
Какое могло бы быть и уравнение, и решение?
По моему мнению: официальное расширение территории города с включением в его состав нового микрорайона на 38-м км, Пучково, Ботаково и прочих окрестных поселений, которые и так завязаны на Троицк. Это позволит распределять инфраструктуру более равномерно, рационально и ближе к потребителям, создавая новые узлы притяжений. И не кромсать безвозвратно ценные природные ресурсы, уничтожая экологический баланс региона. А спасти Троицкий лес может только придание ему жесткого охранного статуса с ПОЛНЫМ запретом на его территории любых строек. Ну, и конечно, финансирование деятельности по регистрации, описанию и поддержанию состояния леса.
Алексей Куденко
Фото участников группы «Друзья троицкого леса» в «Фейсбуке»
facebook.com/groups/407740439257104
От редакции: В ночь с 3 на 4 февраля «войска противника», подтянув к полю битвы дополнительную живую силу (специалистов по вырубке деревьев и людей) и строительную технику, практически полностью уничтожили лес на запланированном участке. Параллельно шли учения по подавлению протестов мирных жителей силами незаконных бандформирований. Полиция на учениях присутствовала, но никому не мешала. Горожане на собственном опыте убедились — государственное управление, законность и защита прав человека в Троицке полностью отсутствует. Город оккупирован неизвестно кем, а «спасение жизней утопающих — дело рук самих утопающих». И это уже никакая не метафора.
1 Цитата из протокола публичных слушаний по проекту планировки территории и проекту межевания под размещение школы на 2100 мест с подъездной дорогой в микрорайоне «В» городского округа Троицк от 17 февраля 2018 года.
2 Цитата по протоколу слушаний.
3 appeal.admtroitsk.ru/viewtopic.php?f=9&t=8197
4 Хотя, думается, в пользу рубщиков стоит учесть выручку от продажи «рудеральных трав и поросли деревьев». Причем выручку серую, поскольку дрянь рубят только на бумаге, а на деле вывозят аккуратно складированные многолетние стволы промышленного диаметра. — Ред.