Как «Наследники» стали главным американским сериалом?

HBO продолжает рассказывать нам о битве за престол, но уже в наши дни (и без драконов)

После выхода третьего сезона «Наследников» стало окончательно ясно, что это веха для американского телевидения — драматический сериал о борьбе четырех детей за место главы медиакорпорации по уровню интриг не уступает даже «Игре престолов». Это доказывают и рейтинги, и награды (в некоторых премиях у «Наследников» даже нет конкурентов и сериалу приходится соревноваться самому с собой). Напоминаем, о чем это шоу и пытаемся понять, в чем секрет его успеха.

Вместе с 2021 годом закончился третий сезон «Наследников». Критики и поклонники единодушно признали его лучшим сериалом года, а канал «HBO» немедленно продлил его на четвертый сезон (нет сомнений, что им дело не кончится).

Сериал ежегодно собирает главные телевизионные награды: «Золотой глобус», «Эмми», «BAFTA». А премия Гильдии кинорежиссеров Америки и вовсе номинировала по итогам 2021 года пять серий «Наследников» в категории «Режиссура драматического сериала» — таким образом, «Наследники» будут соревноваться сами с собой (другие сериалы в категории не представлены). Вместе с количеством призов растет рейтинг шоу и количество зрителей — премьеру третьего сезона посмотрели 1,4 миллиона человек.

Так в чем же причина популярности «Наследников»? Казалось бы, это очередная история о порочной жизни и безграничной власти миллиардеров. Однако создатели сериала сумели найти для этого сюжета уникальную интонацию.

О чем сериал

Шоураннер Джесси Армстронг (он работал над сериалами «Вице-президент» и «Черное зеркало») несколько лет писал сценарий сатирического фильма о телемагнате Руперте Мердоке, основателе медиакорпорации «Fox», и его семье. Сюжет расширялся, сценарист добавлял в него новых персонажей, отсылая уже к другим династиям миллиардеров — Редстоунам (канал «Viacom») и Сульцбергерам (издательство «The New York Times»). Не обошлось, конечно, и без намеков на Дональда Трампа, тем более что сценарий писался еще в годы его президентства.

Когда к проекту присоединился режиссер Адам Маккей — мастер поиздеваться над современными американскими богачами и политиками («Игра на понижение» и недавний хит Netflix «Не смотрите наверх»), — концепция «Наследников» ощутимо изменилась. К сатире добавилась семейная трагедия.

История семьи Рой, владеющей крупнейшей медиакорпорацией «Waystar RoyCo» (сильно похожей на «Fox»), — это классическая история о престолонаследии. Отец семейства и бессменный глава компании Логан Рой (Брайан Кокс) вырастил четверых детей. Каждый из них теперь стремится даже не урвать кусок отцовского богатства, а властвовать над всем единолично. С первого же эпизода, пока Логан лежит в реанимации после инсульта, дети ожесточенно спорят, кто из них должен возглавить компанию.

Первый на очереди — Кендалл Рой (Джереми Стронг), топ-менеджер «Waystar RoyCo», единственный кроме Логана, кто действительно понимает как работает корпорация и в какую сторону ей двигаться дальше. Но многолетний невроз и депрессия, наркозависимость и алкоголизм, а также излишняя для этого мира склонность к саморефлексии, делают его слишком непредсказуемым руководителем. К тому же, он всех раздражает.

Роман Рой (Киран Калкин) верен отцу и страшно завидует талантам Кендалла. Капризный и избалованный, он способен лишь высмеивать все подряд, но довести какое-либо дело до конца ему не хватает ни терпения, ни опыта.

Их сестра — Шивон Рой (Сара Снук) — сперва кажется самой здравомыслящей в этой семье. Она давно решила отойти от дел «Waystar RoyCo» и построить собственную карьеру в политике. Однако со временем ее интересы меняются и единственная дочка Логана, которую тот ласково называет Пинки, становится чуть ли не самым хищным из всех персонажей. Ради поста Шивон способна на любое предательство.

Наконец, старший сын Логана — Коннор Рой, типичный оторванный от реальности богач. Он абстрагировался от семейной борьбы за наследство, предпочтя ей тихую жизнь на ранчо. Только вот иногда ему приходят в голову безумные идеи: покорить театральный мир вместе со своей девушкой, бывшей эскортницей, жаждущей стать драматургом; или баллотироваться в президенты США. Отец давно не воспринимает Коннора всерьез, но его поступки ощутимо сказываются на репутации семьи и ее кошельке.

В основе «Наследников» лежит типичный американский сюжет, как у Теодора Драйзера или Уильяма Фолкнера. Семья Рой купается в роскоши и власти. Но ни один из ее членов не способен быть счастливым, — с каждой новой серией они становятся все более опустошенными и бездушными. Нет никакой надежды, что дети найдут общий язык с отцом-социопатом или даже между собой. Борьба за наследство в ожидании кончины больного 80-летнего Логана все больше напоминает фарс, и становится причиной разочарований всех членов семьи и их ближайшего круга.

Как сериал поменялся за три сезона

Трагедия

Драматургически «Наследники» уверенно переходят от внутреннего конфликта Роев к конфликту их семьи с внешними силами. Со второго сезона герои все чаще сражаются не только друг с другом, но и с представителями других компаний, политиками и бизнесменами. Положение «Waystar RoyCo» на рынке стремительно ухудшается из-за постоянных публичных скандалов и судебных разбирательств.

Со второго сезона создатели несколько меняют выбранный стиль. Первые эпизоды были сняты репортажно: быстрые наезды камеры, резкие крупные планы, трясущаяся съемка — все это добавляло происходящему документальности. В дальнейшем авторы отошли от этой концепции. Хотя в определенной степени движение камеры сохранилось, теперь нет ощущения, что мы подглядываем за персонажами и врываемся в их частную жизнь. Последние сезоны «Наследников» выглядят монументально.

Стилистический сдвиг соседствует и с жанровым. К третьему сезону драмы становится все больше. Авторы притормозили с сатирой и начали погружать зрителя в истории персонажей. В результате Роям и их ближнему кругу хочется сопереживать, несмотря на их пороки и недобрые намерения, ведь многим зрителям наверняка знакома их главная проблема — жажда добиться родительского внимания.

Что история семьи Рой полна шекспировских мотивов, становится ясно с первых эпизодов. Понятно, что перед нами история в духе «Короля Лира»: обезумевший от власти и старости король не может разделить свое королевство между детьми, а те в свою очередь жаждут любой ценой отхватить побольше. Актер Брайан Кокс много лет исполнял в театре роль Лира, что наверняка помогло ему создать образ бессердечного миллиардера. Правда, в «Наследниках» нет Корделии — чистой души, которая любит отца безвозмездно. Его вообще скорее не любят, а боятся — тень отца нависает над всеми. Логан хитер и никогда не проигрывает, дети же только и делают, что переживают один провал за другим.

Комедия

Впрочем, комедийных номеров в «Наследниках» по-прежнему хватает. За большую часть отвечает Роман Рой — бесстыдный трикстер, готовый опошлить и обматерить все, что угодно. Еще один смешной мем сериала — хип-хоп Кендалла «L to the OG», посвященный папе во втором сезоне и исполненный «так плохо, что даже хорошо».

Но самым нелепым дуэтом по-прежнему остаются племянник Логана Грег Хирш (Николас Браун) и его зять Том Вансгенс (Мэттью Макфэдьен). Оба родственника мечтают «играть по-крупному» в семье Роев и хотят доказать окружающим, что они тоже на что-то способны. Их отношения накаляются, когда оба приспосабливаются жить в змеином гнезде и ставить на правильных людей. Герои страдают от своих нереализованных амбиций: Грег мучительно переживает конфликт со своим либеральным дедом, братом Логана, а Тома гложет его незнатное происхождение и сложные отношения с женой Шивон, которая, похоже, не очень-то его любит.

Центральный фигурой, впрочем, остается Кендалл, который постоянно меняется, ищет радикальные решения и продолжает сражаться с отцом и его властью. Актер Джереми Стронг работает по системе Станиславского, то есть старается полностью погрузиться в героя. Во время съемок «Наследников» он избегает других актеров, живет в отдельном трейлере и впускает к себе только по расписанию. Все это, чтобы наиболее полно прочувствовать разлад героя с его семьей.

В американской прессе, во время трансляции третьего сезона, даже обсуждали, насколько это здоровый подход к актерской игре. На защиту Стронга встали коллеги, Киран Калкин и Брайан Кокс говорили, что планка, заданная Стронгом, влияет на всю команду. Со временем персонажи «Наследников» действительно стали объемнее и противоречивее. Рои — настоящие злодеи. Циники, невротики, алчные и довольно глупые, когда дело доходит до чего-то, кроме лжи и интриг. Однако сериал не осуждает их, ему куда интереснее — и это становится очевидно к третьему сезону, — исследовать корни этого зла.

Более того, авторы сериала вместе с актерами очень любят Роев. Зло в «Наследниках» обаятельно. Неслучайно матерные реплики Логана настолько полюбились зрителям, что актера Брайана Кокса буквально просят на улице, чтобы тот послал их куда подальше.

Почему сериал настолько успешен

Критики нередко сравнивают «Наследников» с «Игрой престолов» — другим хитом канала «HBO». Сходств действительно можно отыскать немало.

Прежде всего — трон, как главная цель для всех персонажей. Логан Рой считает себя единственным, кто вправе управлять гигантской медиаимперией. Для других же — это главный предмет чаяний и грез, и не только для наследников, но и для конкурентов, политиков, частных бизнесменов. Материал классических костюмных драм, построенных вокруг дворцовых переворотов и вопросов престолонаследия, здесь просто перенесен в наше время.

Все действующие лица «Наследников» — избалованные белые гетеросексуалы (что для современного американского ТВ немыслимо). Это обусловлено средой, которую нам предлагает сюжет — и оказывается, что эта среда при всей своей токсичности может быть жутко привлекательна и интересна. Консерваторов не изображали людьми очень давно, особенно в годы правления Трампа, — когда каждый второй фильм прямо или косвенно критиковал действующего президента-республиканца.

Но несмотря на этот примирительный тон и хлесткие шуточки, авторы сериала явно смотрят на современное общество без особых надежд. Создатели показывают иллюзорность прогрессивного мира: да, равенство и толерантность провозглашаются на каждом углу, но, по сериалу, все это лишь ширма, политическая игра. Вывод создателей шоу пессимистичен: миром продолжают управлять те же толстосумы, использующие власть только ради собственного процветания, что и несколько десятилетий назад.

Прекрасный эпизод встречи двух медиа-семей во втором сезоне — консервативной и либеральной. Они противоречат друг другу во всем: в воспитании, манерах, образовании, ценностях и работе. Но невозможно не отметить глубинное сходство этих двух лагерей — и это и вправду радикальный и свежий взгляд на вечный дуализм американской политики и общественной жизни.

После «Наследников» хочется держаться как можно дальше от офисной жизни в крупной компании. Бесчеловечность здесь выражена в нюансах, например, в эпизоде с самоубийством сотрудника «Waystar RoyCo», которого зрителям даже не показывают. Их не вводят в драматургию его жизни, им доступна лишь реакция начальства на это событие — циничная и брезгливая. Боссы тут же ищут способ нажиться на трагедии и предстать в прессе в наилучшем свете.

Патриархальный мир медленно разлагается. Персонажи страшно боятся перемен, но уже кожей чувствуют их приближение. Логан Рой, как, впрочем, и все его окружение, держится зубами за свою власть, он продолжает исповедовать насилие, которое и привело его на трон. Но время меняется, появляются уже совсем другие бизнесмены — в чем-то, куда более опасные и хищные, но уже приспособленные к новым «либеральным» условиям. Это и бывший товарищ Кендалла Стюи, и «гостевые» персонажи Эдриана Броуди и Александра Скарсгарда из третьего сезона.

Вопрос, который задают «Наследники» — что оставят после себя такие Рои, кто займет трон, и так ли уже страшен Логан, человек старой закалки, но все же обаятельный и в целом понятный, «родной» злодей. «Игра престолов» кончилась компромиссом — инклюзивный состав героев победил смерть и вековую несправедливость. Куда амбиции приведут наследников Логана Роя по-прежнему непонятно. Но одно абсолютно очевидно, что никакой счастливой Америки будущего они не увидят, а трон останется в крови.

«Медуза»